Тесное сотрудничество

      Приторный вкус шоколада растекается на языке. Слюна из-за количества потребленного сахара вяжет язык, а очередной фантик улетает куда-то под стол. Честное слово, он выглядел словно мимо проходивший мальчик с улицы и не сумевший воспротивиться сладкому подарку от незнакомца, который впоследствии затащил его в это тускло освещённое помещение. Итэр не один здесь. Вокруг тихо переговариваются люди в незамысловатых белых масках. Блондин приятно жмурится, ощущая лёгкое покалывание по краю языка. Эта конфетка оказалась с небольшим градусом. Так даже вкуснее, надо будет сказать об этом его отправителю. Вокруг шепчутся, каждый о своём. Все в официальных нарядах, а он бросается в глаза пятном, будучи в светло бежевой футболке и таких же светлых штанах. Кто-то даже сказал бы, что он окружён светлым ореолом. Итэр сидел в центре помещения за столиком, один занимая комфортный диванчик. В остальных углах зала были только стулья. Никто не посмел бы согнать его с насиженного места. Юноша начал уставать поедать конфетки и скоро подзывает жестом носильщика. — Принеси, пожалуйста, какой-нибудь сладкий кофе, — он строит глазки, совсем невинно улыбается, как дитя, вызывая ответную положительную реакцию. Милый официант скоро приносит большую чашку. Почти все носили маски, но не Итэр. — Спасибо, — шепчет он, принимая чашку какао и глядя сквозь прорези в темно-зеленые глаза. Скажи блондин про кофе какому-нибудь другому официанту, то пришлось спрашивать ещё раз и не так сладко как в первый, но Тома слишком хорошо его знал, чтоб вестись на подобную ложь. — Не ешь много сладкого, — ей богу, Тома мог сойти за отличную мать, а как его друг также вполне обеспечивал функцию искренней заботы. Итэр прощается с ним, завидя подходящую наконец сестру. — Как долго ты собиралась игнорировать меня? — его сестрица была красавицей многих журналов, хоть и с короткими, чем у брата, волосами, и с широкой, но аккуратной, татуировкой на плече и бедре. — Прости уж, братец. Задержали, — она устало покачала головой, замечает Итэр, значит и правда сложное попалось дельце. — Тогда прошу, садись, сестрёнка, — он улыбается, совершенно не замечая чужих внимательных взглядов, большая из которых просто не могла понять, что за мальчишка ошивается вокруг госпожи и почему она вообще говорит с этим молокососом, но их главы знали, так что те не делали никаких шагов в его сторону. Итэр усаживается левее, хлопая по освободившемуся месту рядом. Дав сестре пару секунд, а самому отхлебнув какао, юноша снова оглядывает девушку с ног до головы, отмечая и ее общее здоровое состояние, и чёрное платье, открывавшее плечи и с глубокими разрезами по бокам. — И сколько мне здесь торчать? — Итэр по большей части сидел на своей территории и не высовывался к чужим без крайней необходимости. Из-за чего как раз его лицо было многим неизвестно, да и существование брата госпожи Люмин знали немногие. — Совсем немного, поприветствуем пару важных для нас персон… — И всего-то? — не скрывая недовольства, шипит Итэр и тянется к наполовину пустой чашке, собираясь захлебнуться в той оставшейся части напитка. Люмин знала, что брат не любил быть в центре внимания, особенно в таких компаниях. — И да, кто это общается с лисичкой? — чуть успокоившись, он кидает взгляд в сторону двух мило ворковавших женщин, одну из которых блондин успел запамятовать. — «Сёгун». Райдэн Эи, — проследив за указанным направлением, девушка зовёт Тому, что-то заказывая. — А, — Итэр в неприятии морщит лицо. — Так это она устроила засаду, вроде как месяц назад, на нашей территории, намереваясь переманить к себе моих подчинённых? Ох, настрадался же я. Раны до сих пор ноют. — Не нужно было лезть в лобовую, — из-за указаний сестрицы парень лишь закатывает глаза. — Да кто же знал, — раздражённо шепчет он, — что это она за всем стоит. Нашего Тому хотела прибрать к своим рукам вместе с его немаленьким бизнесом. — Хм, — Люмин промолчала. Итэр дорожил каждым своим союзником, с такой же праведностью ожидая помощи взамен, если с ним что-то случится. Взять того же Кадзуху, что сейчас стоял с давними приятелями из ищеек. Напоказ висевшая катана на поясе самурая не была угрозой только на словах и когда-то спасла его задницу. — Можем мы уже начнем? — Итэр выпил остатки какао и махнул рукой, мол, давай. — И почему все находящиеся здесь дамы одеты в обтягивающие платья с открытыми спинами? — бормочет он. — Хаха, — Люмин пригубила вино, — с каких пор тебя это начало волновать? — Может мое мужское начало и отличное воспитание, — на лице сама расползается ехидная улыбка, — или меня напрягает, что все, как один, решили не надевать что-то закрытое и показать всем свою хрустальную шею, которую так легко ранить. А может кое-кто пытается подобрать мне партнёра… — Добрый вечер, молодые люди, — парень не меняет положения, поднимая голову и ощутив давящий взгляд со стороны. — Господин Чжун Ли, — встаёт Люмин с места и протягивает руку для приветствия. — Рады вас видеть. Как поживаете? — Прошу прощения, должен прервать вашу беседу, — юноша замечает, как сестра кинула на него недовольный взгляд, — есть ли у вас причина держать в своём сопровождении члена «Моро»? Так и не простого рядового, — Итэр хоть и чаще всего сидел в танке, но не сложа руки и не с пустой головой. Неделю назад его вообще занесло в одно место, о сути там происходящего которого он до сих пор не раскрыл сестрице, что должна быть в курсе его передвижений, как и брат её. — Хм, — стоявший чуть позади мужчина тянет маску, убирая ее набок. — Я вам не понравился? — Тарталья изображает обиженное личико, а юноша сдерживает усмешку, сохраняя бесстрастное выражение. Итэр в очередной раз корит себя за проигранную игру в карты на желание с Яэ. Вон, стояла лиса в тени и точно улыбалась, наблюдая за ним. Иногда его честность зашкаливала, что парень не мог не выполнить ее желание. Мико была намного старше их, близнецов, и вполне могла поставить их перед выбором: убить или быть убитым. Итэр как сейчас помнит, как они сидели на его территории, в небольшой мрачноватой комнате, и пурпурного цвета глаза неотрывно следили за его мимикой. Он согласился на предоставление информации о себе в какое-то заведение, где всё сделано по высшему разряду и ему определённо понравится, взяв с нее слово, что если хоть что-то пойдет не по плану, то Яэ перестанет докучать и устраивать любые мероприятия, где им, близнецам, приходится разгребать результаты, совершенно нерадостные. Тогда он был уверен в своих силах, дабы спасти себя или прикончить неприятеля на месте, если карты лягут. — Тарталья, буду рад и дальше служить вам, — Итэр чувствует, как сестра скоро вломит ему по самое дорогое, если он не расскажет, почему они так мило общаются, словно давние друзья, а Чайльд подходит к сидящему юноше и предлагает рукопожатие, превратившееся в «невинный» поцелуй в руку. Тем временем Итэр не может отделаться от ощущения, что его где-то обманывают, встретившись с совсем недобрым взглядом мертвенно синих глаз, так и говорившим, я знаю, о чем ты думаешь. Как верно Чайльд размышлял в тот момент, когда юноша, забеспокоившись и за свой зад, и за свою невинность, хотя Итэр уже не был таким чистым благодаря рыжему, попытался выдернуть свою ладонь из крепкой хватки. — Ты всё ещё хочешь стать моим папочкой? — плюнув на людей вокруг, Итэр резко притягивает к себе Тарталью, заставляя того расставить руки по обе от юноши стороны, и шепчет, почти касаясь губами его уха. Если говорить начистоту, то тем заведением оказался публичный дом под руководством Синьоры, что вызвало больше подозрения и недоверия к внезапному решению Яэ. — Конечно, — Чайльд не упускает возможности и ведёт языком по ушной раковине, мгновенно получая отклик в виде тихого стона, и довольно хмыкает. В голове мигом всё путается, оставляя в памяти только словно выжженные воспоминания о не так давно прошедшей ночи. — Итэр, — парень вздрагивает, приходя в себя, и поворачивает голову в сторону сестры. Чайльд утыкается в его шею. — Потрахайтесь мне ещё тут, — Люмин лукаво улыбается, протягивая пустой бокал рядом стоящему Дайнслейфу. — Хаха, иди уже. Поговорим позже, — сестра делает глоток, провожая взглядом подхватившего на руки Итэра мужчину. — А супруга ему искать, кажется, даже не придется… — Молодая кровь, — кивает Чжун Ли, задумчиво переглянувшись с недалеко стоявшей его женой.