knocking on life

20:34. 30 августа 1974 год. Годрикова лощина. Ра́йли По́ттер с чемоданом в руке стояла напротив большого дома с собственным садиком. Во дворе виднелись разные ухоженные цветы, аккуратная беседка, кладовая и самодельная качель. В этом доме уже четвертое поколение жило семейство Поттер. Обеспеченные добрые чистокровные маги, о чём, конечно, не догадывались жители-маглы Лощины. Райли смотрела на этот дом, вспоминая некоторые моменты: она не была здесь уже порядка четырёх лет. Ей показалось, что было бы слишком просто постучаться во входную дверь, что бы её открыла миссис Поттер, а дальше обнимания, слёзы(возможно) и все в таком духе. Нет, это не в репертуаре младшей Поттер. Поэтому девушке не пришлось долго стоять, что бы заметить окно, когда-то её общей комнаты с братом. На стене, где было расположено это окно росло ветвистое растение, на вид — довольно крепкое. Так же прямо под этим окном был отступ, на котором было бы удобно стоять или держаться за него. Ну и понятно, что Райли через две минуты, оставив вещи перед входной дверью, уже стояла на этом самом отступе. Она вгляделась в окно: здесь на кровати, расположенной у левой от девушки стены, сидел Дже́ймс Поттер. На его кровати были рассыпаны какие-то побрякушки, которые он перебирал и раскладывал в две кучки. Напротив спального места Джеймса, у правой стены стояла кровать, не́когда Райли. Прямо у окна распологался письменный стол, а по бокам от него, у наружной стены — два шкафа. За кроватью Райли тоже стоял шкаф, а рядом с ним, в противоположной стене от стола, размещалась дверь. Райли постучалась в окно. Джеймс вздернулся, когда увидел девушку за его окном, ведь это был второй этаж. Парень схватился за свою волшебную палочку и направил её в сторону Райли. Девушка приложила руку ко лбу, показывая этим, безнадёжность брата. Джеймс подошёл поближе, не опуская палочку, и, с помощью магии, приоткрыл окно. Поттер тут же раскрыла его и ввалилась в комнату. Её брат уже открыл рот, дабы выкрикнуть какое-нибудь заклятие, но Райли окаазалась быстрее и воскликнула: — Джеймс, придурок! Как ты мог не узнать свою сестру, а? Парень немного помешкался, перед тем, как убрать палочку обратно в карман. Он разглядывал девушку и действительно нашёл в ней схожесть с той Райли, которую запомнил. — Ну, что смотришь? Ты сестру каждый день видишь, Джеймс? — Райли... Я без понятия как реагировать, — сказал Поттер. Райли стояла перед кроватью брата и рассматривала эти штучки. Здесь были различные брелки, маленькие фонарики, палочки и даже конфеты. — Это так странно. Представь, что пока ты была в Америке я бы залез к тебе в окно. Просто залез, — парень подошёл к девушке и чуть приобнял её одной рукой. — Да, это и в правду было бы немного странно. — Ты изменилась. У тебя же раньше небыло веснушек и волосы были кудрявые, верно? — А ты ни капли не поменялся, — Райли села на кровать, где сидел Джеймс, а брат приземлился рядом. — Почему ты здесь? Мама не говорила, что ты приезжаешь. — Если бы они знали, то я бы, наверное, не через это окно в дом попала. Не так ли? — улыбнулась девушка. Поттер хотела рассказать, почему же она приехала в самый конец лета, но в комнату зашла Юфи́мия Поттер со словами: — Джеймс, я принесла твою мантию, — она резко оборвала себя, заметив в комнате, помимо сына, ещё и девушку. — Здравствуй, мам! — улыбнулась та. — Райли?.. Это ты? — в недоумении спросила женщина с какой-то надеждой, что-ли, в голосе. Поттер встала с кровати. Миссис Поттер округлига глаза и приоткрыла рот от удивления. Она быстрым шагом подошла в дочери и обняла её, очень крепко. Джеймс заметил, что глаза матери стали хрустальными от, накопившихся в них, слёз. — Мам, не плачь, а то я тоже заплачу, — сказала Райли, после того, как они отстранились, и приложила тыльную сторону ладони к носу. В её глазах тоже начали скапливаться слезы. — Фли́монт! — позвала Юфимия супруга, — прийди суда! Именно так Поттер решила "постучаться в жизнь своей семьи после разлуки", как выразился глава семейства Флимонт Поттер. Райли рассказала родителям и брату, почему она приехала перед 1 сентября и что она теперь будет продолжать обучение именно в Хогвартсе, а не в Ильверморни, как раньше. В 23:06 младшие Поттеры уже лежали в кроватях в снова общей комнате. — Ты сказала, что кое-что мне расскажешь, когда родителей рядом не будет. Что ты хотела рассказать? — спросил Джеймс. — Да, я хотела тебе рассказать, то, что не договорила им. Если честно я немного соврала. — Хочешь сказать, что ты доверяешь мне?— спросил брат и самодовольно улыбнулся. — Ну, я надеюсь, что ты не расскажешь родителям? Не хочу, что бы они обо мне сильно беспокоились. Если они узнают, то нам с тобой от писем не отбиться будет. — Я слушаю тебя, Райли, — сказал Джеймс и полуприсел в кровати. Его сестра повторила за ним это действие. — Я расскажу в деталях, что бы ты понимал всю картину. Я прогуливалась по одному из главных коридоров Ильверморни. Был уже отбой и никого поблизости не было, даже завхоза, и остального персонала. Я поднималась по лестнице, когда увидела в метрах десяти Марка Уоншборн с факультета Птица-гром. Этот парень — настоящий авантюрист и полный идиот. Мы с ним с самого начала обучения вели "вражду". Так вот, Уоншборн мне что-то сказал, по типу: сейчас ты ответишь за свой неданий поступок. После этого он кинул в меня заклятие. Мы помахались палочками, побросали заклинания в друг друга. Но когда я хотела кинуть в него что-то на подобии "Остолбеней", то это заклятие отскочило и попало прямо в огромную люстру, которую повешал сам основатель-магл Ильверморни. На оглушающий грохот сбежались профессора, врачи и остальные. Уоншборт стал кричать им, что это я скинула эту люстру. И меня исключили. Но так как я училась почти на отлично, мне дали возможность сдать ежегодные экзамены. И поэтому я теперь буду учиться в Хогвартс. Райли сказала родителям, что её исключили несправедливо, что её обвинили в этом поступке, хотя это сделала не она. Да, врать плохо, но на благо психики родителей это был лучший вариант. На следующий день, перед обедом, Райли и Джеймс сидели во дворе. Райли качалась на качели, дёргая ногами назад-вперёд и держась руками за цепи, на которых было подвешано само сиденье, в то время, как её брат лежал под большим дубом в двух метрах от девушки. День был тёплый, ярко светило солнце и сильно дул, громко свистя, прохладный ветер. — Райли, — позвал сестру Джеймс. Из-за этого ветра приходилась разговаривать громче обыденного, — но что на счёт вещей, необходимых для Хогвартса? — Я купила всё в магической Америке, кроме формы. Но её я тоже купила, колько уже здесь, в Британии,— ответила девушка. — В Америке? — переспросил Джеймс. — Да. Директор Ильверморни Кристиан Хоунгторн связался с вашим деректором и Дамблдор написал, что с радостью примет меня в Хогвартс. Хоунгторн отправил некоторые мои документы и уже с июня я стала зачислена Хогвартс. Я всё ещё благодарна директору бывшей школы. — Почему он помог тебе поступить? — Я без малейшего понятия, — ответила Райли. Она перестала качаться ногами и теперь качель начнёт замедлять ход. — О чём думаешь? — спросил после минутного молчания Поттер. — Знаешь, Джеймс, я немного волнуюсь. Переживаю за поступление. — Что? Девчонка, которая не единожды срывала уроки, устраивала розыгрыши и, как я понимаю, дуэли посреди коридоров, которая даже выкрасила десяток взаимно неприязненных парней в розовый цвет, говорит мне, что переживает за поступление? — парень активно жестикулировал руками. — Я боюсь остатья одной. Джеймс, я совершенно никого там не знаю, как я буду? Мне страшно, что я стану изгоем общества. А если я попаду не на Гриффиндор, тогда я точно останусь одна... А вдруг, я вообще не буду подходить ни к одному факультету? — качели девушки совсем остановились и та посмотрела в соседский сад, где бегали друг за другом маленькие счастливые детки. Джеймс подошел у сестре и встал на колени перед ней. Парень взял руки Райли в свои. — Посмотри на меня, посмотри мне в глаза, — попросил Поттер сестру, — Хогвартс будет для тебя вторым домом и факультет, на который ты попадёшь. Ты обязательно найдёшь там друзей. Ты добрая и умная, люди к тебе так и тянутся, я в этом уверен. Хоть в какой факультет ты попади, это не имеет значение, тебя везде примут, ясно? А пока... Я буду с тобой. Я буду с тобой до самого конца и ты никогда, слышишь, никогда не останешься одна. Я клянусь. Ты мне веришь, Райли? — Я тебе верю, Джеймс.