Без глаз я вижу больше

Солнце только собиралось озарить город своими лучами. Рома проснулся с дикой болью в спине и не смог встать сразу. Одеваясь он чувствовал себя грязным, никому не нужен использованный мусор. Омега вышел в зал где спали пьяные одноклассники в хламину. Он вышел на улицу где было прохладно и отправился домой пешком. Стоя у своего подъезда Рома боялся зайти, он не знал чего ожидать от матери. Она всегда плохо относилась к контактам с альфами, а тут такое... Палец сам нажал на дверной звонок, а глаза смотрели на экран телефона с десятком сообщений матери и пропущенных звонков. Женщина резко открыла дверь и хотела было отругать сына, но увидев заплаканное своего ребёнка, почувствовала плохое и обняла Рому. Он расплакался, извинялся что пошёл туда, просил прощения и всхлипывал. Плечо юноши намокло, мать расплакалась виня себя в том что с её ребёнком произошло нечто ужасное. Они оба зашли домой и успокоившись Рома рассказал ей всё как было стыдясь этого, но мать встала из-за стола стукнув по поверхности : -"Не мнись! Говори как есть я убью этого Антона и плевать я хотела на его родителей! Будь его отец сам президент, я найду на него управу" - она выдохнула. - "Рома, сыночек, мне надо знать что именно он с тобой делал, оставил ли он следы. Соберём всё это и в полицию. С дркащательствами они не смогут отказать мне, а если что я подниму такой шум..."-женщина снова начала щаводиться, но сын взял её за руку и смотря в глаза рассказал о том что было и попросил никуда не идти, омеге было ужасно страшно, он и так был лишним в классе, а сейчас бы стал изгоем о котором бв пошли слухи. Мать была непреклонна и убедила Рому пойти в отделение. Они приехали в отделение с первым автобусом и смотря на омегу один из полицейских УХМЫЛЬНУЛСЯ... -"Почём нам знать что это не просто обиженный педик? Знаете что бывает за ложные показания?" -он потирал замерзшие руки смотря на участкового. Тот перевёл взгляд на мать и зря тот мужик вообще родился на свет. Пока мать ставила всех на место Рома будто был совершенно в другом месте. Лишь телом он был в отделении полиции, а разум блуждал по своим просторам. Уставившись в никуда он сидел мрачный.