A little christmas in your life

Раннее утро.

Солнце медленно поднималось из-за верхушек деревьев. Его чуть красноватые лучи отогревали и так промерзшую донельзя землю. Снег, лежавший огромными комами, переливался на свету розоватыми тонами. Небо, извечно затянутое серыми облаками, сейчас было совершенно чистым. Морозный воздух, колыхавший лес уже которую неделю, подхватывал снежинки и в немом танце кружил их по опушке. Честно сказать, зиму Огонек почти любил. Нет, морозы, уходившие далеко в минус, и леденящие ветра он всем нутром ненавидел. В такую погоду, еще будучи домашней кисой – слово-то какое противное! – у двуногих, тогдашний Рыжик предпочитал не покидать лишний раз пределы своей мягкой лежанки или кресла около камина, если, конечно, последний зажигали. Однако, если за окном было, как любил говорить Чумазик, приемлемо-холодно, рыжий котенок был не прочь порезвиться в снегу. Более того, живший через три дома от него бурый Джек однажды даже научил его катать лапами снежный кружок и бросать, скажем, в кого-нибудь (что тут же продемонстрировал, запустив снежок прямиком в морду Рыжика). Пусть и было это давно, почти в другой жизни, Огонек не переставал любить зиму, хоть теперь вместо теплой лежанки был холодный пол пещеры, а вместо камина – тепло тел сопевших рядом Клубка и Горелого. Да что там: даже свои любимые «снежные битвы» рыжий оруженосец вычеркивать не собирался. Вдохнув полной грудью, Огонек юркнул из пещеры оруженосцев и, разбежавшись, плюхнулся в близстоящий сугроб. Снег, словно вата, приятно проседал под лапами. Еще прыжок, еще – и вот он уже в четырех хвостах от пещеры воителей. Попасть сюда, жить наравне с такими великими грозовыми, как Буран и Львиногрив, для рыжего оруженосца было сродни несбыточной мечте. Хотя, учитывая, что его обучением теперь занимается сама предводительница Грозового племени, вряд ли эта мечта была такой уж несбыточной. Пройдя чуть поближе к кустам, ведущим из лагеря, Огонек принялся ждать: именно в столь ранний час Синяя Звезда назначила тренировку. На это была весьма внятная причина: у предводителей, фактически, весь день был загружен до отказа, так что тренировать оруженосцев получалось разве что по утрам да ближе к вечеру. Ну или, если повезет, где-то в середине дня выскачет свободная минута. Тем временем лагерь потихоньку приходил в движение: откуда-то из детской вынырнула Златошейка и, кивнув Огоньку в знак приветствия, тут же заспешила куда-то; из лагеря воинов показался бывший, как и всегда, в веселом расположении духа Ветрогон и в два прыжка, умудрившись искупать собственные усы в снегу, достиг куста крапивы, где в ожидании сел: еще вчера его поставили в рассветный патруль; из пещеры целителей показалась Пестролистая, при взгляде на которую у Огонька сердце вдруг забилось сильнее. Однако, где же наставница нашего рыжего героя? В самом деле, уже рассветные дозорные выступили из лагеря – а Синей Звезды как не бывало. Крайне редки были дни, когда предводительница Грозовых заставляла себя ждать. Признаться, Огонек начал скучать. Ну и, как следствие, мерзнуть. Надо сказать, что про Новогодние праздники, именовавшиеся здесь «праздником Нового снега», Клубок уже многое успел поведать. Это был второй после Совета день, когда племена на время забывали о своей вражде и просто общались, веселились. Конечно, верится в это слабо, особенно в самый разгар сезона Голых деревьев, когда каждая мышка была на счету, однако выступать открыто против традиций, заложенных еще котами-первопроходцами еще никто не решался. Спустя года, конечно, много что изменилось, однако главный атрибут праздника сохранился и по сей день – ель. Искали, как правило, как можно больше и как можно ближе к Четырем Деревьям. И, представьте, нашли – еще десяток лун назад. Наряжали ее, как правило, кто чем: Речные коты обязательно приносили плетеные камыши и немного тины, племя Ветра являлось с вязкой луговых цветков, специально заготовленных еще в сезоне Зеленых листьев, Грозовые обязательно приносили шишки, а племя Теней – и вовсе какую-нибудь болотную ягоду. Кроме того, обязательным условием была и собственная елка в каждом племени. В общем кошачий праздник почти ничем не отличался от такового у Двуногих. Разве что с прошлого раза решено было, по настойчивым рекомендациям целителей, убрать, или хотя бы убавить, количество кошачьей мяты, а также особой смеси из перегнанных иловых вод, бывшей у Речных на манер самогонки. Стоит ли говорить, что в прошлый раз, из-за того, что Синяя Звезда крайне нетактично распорядилось количеством озвученной жидкости – или проще говоря напилась, - коты реки едва не узнали крайне занимательные подробности о своем глашатае (в то, что всегда тактичная и мудрая предводительница могла так поступить, Огонек до сих пор верил с трудом) Из пещеры учеников неожиданно показался Дымок, а затем и Горчица. Вот кого во всем племени рыжий оруженосец на дух не переносил – так это этих двоих. Даже не Долгохвоста, с которым сцепился в первый день своего пребывания среди Грозовых. Нет, его Огонек тоже не слишком-то жаловал, однако, по крайней мере, молодой воитель его не достает. Эта же парочка приседала на уши бывшему домашнему чуть ли не каждый день. Хотя, что удивительно, в последнее время Горчица все меньше принимала участие в издевках. Более того: её саму уже начинал бесить Дымок.   - Эй, домашний! – послышался противный голос серого оруженосца. – Чего расселся? Примерз? На этих словах молодой кот повернулся к своей подруге, ожидая, что она оценит остроту, однако последняя лишь прищурилась и промолчала. Огонек тяжело вздохнул. Сегодня он был слишком в хорошем настроении, чтобы спорить с этими двумя. Неожиданно в голове возникла мысль. Зачем спорить и тратить нервы, если очень легко можно швырнуть хорошенько слепленный снежок? Отвернувшись от гогочущих оруженосцев, рыжий кот аккуратно пригнулся и, запустив лапы в сугроб, аккуратно скатал шарик и как следует его спрессовал, придавая форму. Прикинув примерное расстояние, Огонек прицелился и ловко запустил снежок точно в морду Дымка. Момент – и вот уже нахальная рожа оруженосца вся в снегу. Ох, гримасу Дымка нужно было видеть. Казалось, он совсем не ожидал, что в него прилетит вполне увесистый ком снега. Не давая опомниться, Огонек быстро скатал еще один снаряд и с почти филигранной точностью снова попал в своего обидчика, на этот раз даже сшибив последнего с лап. Наблюдавшие за происходящим старейшины непроизвольно усмехнулись. - Ты… ты! – наконец, придя в себя (чего не скажешь про словарный запас), вспыхнул Дымок, яростно хлеща себя хвостом. - Что, съел? – усмехнулся в ответ рыжий оруженосец, широко улыбаясь. - Вот я тебя! - вне себя от гнева, заорал оскорбленный кот, после чего сунул лапу в ближайший сугроб и со всего маху запустил куском снега. Пущенный снаряд попал Огоньку в грудь. Огненно-рыжая шерстка окропилась белыми хлопьями снега. - Ах ты так! – хохоча, воскликнул рыжий, запустив в свою очередь лапы в сугроб и скатав снежок, тут же отправленный в Дымка. Горчица тем временем тактично ретировалась подальше от серого ученика, однако из игры выходить не собиралась. Воспользовавшись тем, что Огонек полностью сосредоточен на собственном обидчике, она неторопливо запустила лапы в снег, копируя движения рыжего, после чего, прицелившись, пустила в него снаряд. Снежок угадил в бок бывшему Рыжику, отчего тот от неожиданности отшатнулся. Вдруг из пещеры учеников показалась пушистая мордочка Клубка и худощавая голова Горелого. Первому хватило ровно мгновение, чтобы оценить происходящее на улице и вылететь из пещеры с криком «Наших бьююют!»; второму же понадобилось чуть больше мгновения, чтобы убедиться, что это действительно игра, а не изощренная форма драки, и, как следствие, присоединиться. Спустя всего несколько минут территория в центре лагеря напоминала самые настоящие боевые действия: Горчица и Дымок, который сейчас был по самые усы в снегу, сидели в небольшом окопе, откуда выбрасывали снежные снаряды, в то время как Горелый, Огонек и Клубок соорудили себе небольшие барьеры, из-за которых едва ли не без остановки метали снежки. К слову, за сложившейся баталией наблюдало почти все племя. Даже Коготь, который славился своей мрачностью и отстранённостью, не смог устоять и не понаблюдать за своим оруженосцем. Неожиданно, один из снежков, неудачно брошенный кем-то из участников битвы, отлетел в сторону зрителей и попал… в Синюю Звезду. В очень, судя по виду, уставшую, невыспавшуюся и недовольную Синюю Звезду. Участники баталии встали как вкопанные: они так заигрались, что не заметили собственную предводительницу. Коты и кошки, наблюдавшие за происходящим, вмиг рассыпались по территории лагеря. Я уже говорил, что предводительница Грозовых была страшна в гневе? Однако закономерных криков не последовало. Вместо этого Синяя Звезда выверенным шагом подошла почти вплотную к игравшим всего мгновение назад оруженосцам. Внимательным взглядом, потяжелевшим от вероятного недосыпа, предводительница обвела собравшихся. - Огонек – останься, остальные – марш по наставникам, - коротко отчеканила она. Оруженосцев как ветром сдуло. Затем кошка перевела свой взгляд на Огонька. На удивление, голубые глаза предводительницы не были злы: напротив, они горели неподдельным любопытством, даже несмотря на видимую усталость. - Как называется эта тренировка? – совершенно будничным тоном спросила она. Спокойный тон своей наставницы на мгновение ввел Огонька в оцепенение: он ждал криков, ругани, может даже наказания – но не совершенно спокойный тон. - Э-это игра такая. Мы назвали ее «Снежной битвой», - запинаясь, ответил рыжий. - «Мы» - это ты и тот домашний кот, с которым тебя видел Коготь? – уточнила Синяя Звезда. Вместо ответа Огонек кивнул и виновато прижал уши. Ему до сих пор было стыдно, что он тогда заговорил с Чумазиком, не оценив чье-либо присутствие. - Чтобы ты знал: я не сержусь, - в голосе наставницы послышались теплые нотки. – Это эффективное занятие. Может, его стоит включить в программу ваших тренировок? Огненно-рыжий кот застыл с открытым ртом: его не то что обругали – его похвалили. Ну, если так можно сказать. - Э-эффективное? – не веря собственным ушам, спросил Огонек. - А почему нет? Тактические умения, физическая подготовка и расчетливость – здесь эти качества просто необходимы, - все тем же спокойным, почти расслабленным тоном ответила Синяя Звезда. Но тут она заметно посерьезнела и добавила: «Однако ты пропустил начало тренировки. Больше так не делай» В ответ Огонек кивнул и непроизвольно выдохнул: пронесло.

***

- Напомни, зачем мы это делаем? - недовольно шипит Горчица, пробираясь через колючие кусты. Шедший за ней Горелый старался не отставать (и уворачиваться от веток, задетых песочной кошкой). - Затем, что нам нужно украсить нашу пещеру, - терпеливо ответил Огонек, ловко петляя между сугробов и осматриваясь в поисках самой красивой елочку. И которую они впятером смогут унести. - Чем тебе моя змею не украшение? – подал голос черный котик, аккуратно переступая через поваленное бревно. Удобно ему, наверное: из всей компании у него были самые длинные лапы. - Она, тьфу, не по-зимнему выглядит – отплевываясь от неожиданно свалившегося снега, ответил рыжий кот. - Вот тебе на: наш домашний, оказывается, и в «фен-шуе» разбирается, - с издевкой хмыкнул Дымок, однако тут же получил под дых от Горчицы. - Слушай… - выпрыгнув из зарослей начал Огонек. – «Домашний» уже не катит, придумай что-нибудь новенькое. Насколько было глупо идти под вечер в лес, чтобы раздобыть елку? Вопрос, в общем-то, хороший. Тем более, что рано или поздно - хотя скорее рано - их в лагере хвататься, и по возвращении будут вопросы. Ну, они в любом случае будут: как минимум странно, что пять оруженосцев тащат елку, пускай и небольшую, в лагерь. Как назло, снегопад сейчас был жуткий: дальше десяти хвостов едва ли можно было разглядеть. Как в такой метели высматривать ель – вопрос не менее интересный. Втянув носом морозный воздух, Огонек засеменил в сторону опушки. За ним гуськом последовала оставшиеся оруженосцы. Как назло, на ели им жутко не везло: то слишком большая, то слишком толстая, так что ее никакими усилиями не вытащишь. Неожиданно в нос идущим ударил запас Речных котов, отчего они в замешательстве остановились. Действительно, при таком снегопаде они умудрились забрести на территорию племени реки. - Может, лучше развернуться? – подал голос Клубок. – Снегопад начинает усиливаться, да и потом мы не на нашей территории. Попадемся патрулям – и нам конец. - Ты думаешь, есть ещё мышеголовые, которые ходят по лесу в такую погоду? – резонировала Горчица, раздраженно отряхиваясь от снега. - К тому же, ты что, струсил? – подколол Дымок, предварительно сделав шаг в сторону от своей подруги. - По правде, - смущенно начал Горелый, - я уже замерз. Может, и правда назад? Огонек тяжело вздохнул: каждый из его друзей был по-своему прав. В конце концов, принести елку, пускай даже впятером и пускай даже небольшую – глупость несусветная. Да и, к тому же, их наставники вряд ли оценят такую самодеятельность. - Ладно, давайте обратно, - погрустнев, проговорил огненно-рыжий кот. Вдруг краем глаза он заметил какое-то движение. Коротко шикнув «пригнись», Огонек припал к земле. Вмиг каждый оруженосец последовал его движению (Клубок даже нырнул в сугроб – одни глаза да усы проглядывали). В паре хвостов от них, там, где начинался склон, едва была заметна чья-то светло-серая шерсть. Запах, едва ощущаемый в пургу, указывал, что перед ними была кошка Речного племени, сидевшая напротив едва-едва замерзшей реки. К тому же, она была не одна: еще одна Речная, гораздо моложе первой, сидела чуть поодаль так, что ее не было видно. Огоньку оставалось лишь славить Звездное племя, что ветер был с их стороны. Иначе их давно как следует взгрели бы. Кроме того, судя по доносящимся обрывкам фраз, кошки о чем-то разговаривали. Как на тренировках, Огонек медленно пошел в сторону Речных, стараясь распределить вес между лапами. В конце концов, информация лишней точно не будет. - Ты совсем из ума выжил, дурень! А ну назад! – глухо зашипела Горчица. - Я аккуратно, – шепнул в ответ рыжий оруженосец. – Не ждите меня, возвращайтесь. - Еще чего: тебе, значит все самое интересное – а нам на хвостах в лагере сидеть? – вставил недовольно Дымок. – Я с тобой. - Нет-нет! - тут же остановил его Огонек. – Чем меньше нас, тем ниже вероятность, что нас поймают. - Резонно, - задумчиво проговорил Горелый. – Тогда мы останемся тут, если нужна будет подмога. - А кто говорил, что замерз? – усмехнулся из своего сугроба Клубок.  - Ну… это другое. Впервые в жизни рыжий кот был рад, что сейчас метель. Вздохнув, Огонек продолжил приближаться к Речным королевам, медленно переставляя лапы. Вот он в нескольких прыжках от воительниц, теперь – ровно в трех, и, наконец, - ровно в одном. Речь, казавшаяся полнейшей несуразицей, наконец стала разборчивой. - Ты думаешь, им стоит сказать? – спросила та, что помоложе. – Камень и Невидимка достаточно взрослые, чтобы знать правду. Разумеется, их Огонек знал. Еще на своем первом совете они привлекли его внимание в первую очередь тем, что были как две капли воды похожи на Синюю Звезду. С того момента голову юного ученика все не покидали сомнения: почти все в племени были уверены, что котят предводительницы утащила лиса, однако на месте, по словам Клубка, лисьих следов так и не нашли, лишь запах. Совершенно очевидно, что это могло быть хорошо подстроенное похищение. - Не неси чушь! – ответила кошка постарше. – По-твоему, им будет легче, если они узнают, кто именно их настоящая мать? - Но это ведь как минимум нечестно по отношению к ним! – возразила первая. - Когда дело касается чести племени – честность уходит на второй план – отрезала вторая королева. – Ты не подумала, что с ними будет, если выясниться, что они стоят одной лапой в Грозовом племени? - Но, Лужица… - предприняла последнюю попытку молодая кошка, невольно прижав уши от резкого тона своей собеседницы. - Разговор окончен! – глухо гаркнула, по всей видимости, Лужица, яростно хлеща себя по бокам хвостом. – Они никогда и ни при каких условиях не должны узнать своего происхождения! Чуть погодя, старшая королева добавила: «Лучше молись Звездному племени, чтобы нас не подслушали, да сама язык за зубами держи!» С этими словами пожилая воительница демонстративно удалилась, подняв трубой хвост. Вторая речная кошка, испустив тяжелый вздох, последовала за своей собеседницей. Вероятно, это был первый раз, когда Огонек едва не прирос к земле от услышанного. Предположения, можно даже сказать, опасения, терзавшие его все это время, крайне неожиданным образом подтвердились. Где-то в глубине души юный кот догадывался, что его мысли отнюдь не беспочвенны и что рано или поздно окажутся правдой. Только вот в его голове это должно было произойти… скажем, не так спонтанно и неожиданно. Из оцепенения Огонька вырвал легкий пинок в бок. Обернувшись, рыжий кот увидел Клубка, который тревожно глядел на своего товарища. - Ты в порядке? – побеспокоился он, чуть согнув шею набок. - Ни за что не догадаешься, что я только что услышал.

***

Когда пятерка оруженосцев вернулась в лагерь, уже почти совсем стемнело. Что ни говори, в сезон Голых листьев солнце заходило чрезвычайно быстро. Наставники каждого из них были слишком заняты подготовкой к празднику, чтобы отчитывать своих подопечных за столь долгое и необоснованное отсутствие. Весь Грозовой лагерь сейчас гудел: каждый, вплоть до котят и старейшин, сейчас сновал взад-вперед, готовясь к выходу. Не теряя ни минуты, Огонек поймал ближайшего из перебегавших котов. Им оказался Долгохвост. - Где Синяя Звезда? – тут же спросил рыжий кот. - Да у себя. Вроде как, - неопределенно пожал плечами воитель. – Извини, шкет, у меня дела. С этими словами Долгохвост юркнул в общую массу Грозовых. Бросив вслед ушедшему коту «Спасибо», Огонек двинулся в сторону пещеры предводительницы. Ему нужны были ответы, хоть он и не был уверен в том, что его наставница попросту не выставит его из своего жилища. Безусловно, такое легко могло произойти. «В конце концов, - рассуждал юный кот, - она мне доверяет, а потому скрываться не станет. Ведь так?» Шумно вздохнув, Огонек просунул голову в пещеру. Внутри царил, как и всегда, полумрак, нарушаемый лишь небольшим лучом света, исходившему из трещины сверху. В центре стояла средний размеров лежанка из мха и сушеного папоротника. На ней, склонив голову на лапы, сидела Синяя Звезда. Сегодня она была будто сама не своя: еще утром он заметил, что вместо энергичной и сосредоточенной она была уставшей и грустной. Технически, это могло быть связано с предстоящим торжеством: согласитесь, уследить за каждым аспектом и не устать – почти что невозможно. - Синяя Звезда? - негромко окликнул предводительницу рыжий оруженосец.   - Проходи, Огонек, - казалось, при виде своего подопечного кошка немного взбодрилась и даже повеселела, отчего рыжий оруженосец засомневался, стоит ли начинать разговор сейчас. Но пути назад уже не было. – Что-то случилось? - У меня разговор, - молодой кот сделал паузу, набрав в легкие побольше воздуха, после чего на одном дыхании выпалил: «Это правда, что Камень и Невидимка – твои дети?» Весь и без того ничтожно маленький приятный настрой вмиг сошел с морды Синей Звезды. Огонек уже почти видел, как его наставница выходит из себя и полным гнева голосом выгоняет его из пещеры. Но с кошкой происходит что-то уж совсем странное: вместо того, чтобы как следует пропесочить своего подопечного, она грустнее еще сильнее и прикрывает уставшие глаза. - Я знала, что однажды ты задашь этот вопрос, - тихим-тихим голосом, почти шепотом, произносит Синяя Звезда. На немой вопрос Огонька она все также тихо поясняет: «Ты умен и догадлив. Это я в тебе еще с первого дня увидела» Последовала короткая пауза, нарушаемая лишь тяжелыми вздохами предводительницы. - Да, ты прав. Совершенно прав, - обреченным тоном наконец ответила она. Наступила тишина, такая, от которой непроизвольно становится некомфортно. Вероятно, Огонек должен был радоваться, что смог-таки докопаться до столь глубоко скрытой истины, однако совсем не хотелось. Жалость к своей наставнице, к кошке, которой он был, по сути, обязан нахождением в этом племени, захватила его. - Я знаю, как ты теперь обо мне возможно думаешь, – неожиданно нарушила молчание предводительница. – Ты ведь слышал, что тогда я была глашатаем, и, верно, думаешь, что во мне взыграло тщеславие? Огонек только было открыл пасть, чтобы возразить, но Синяя Звезда его остановила. - Я хочу, чтобы ты знал: так было нужно для племени. Если бы Остролап встал во главе Грозового племени, мы были бы обречены на бесконечные войны, - продолжила она. – Я не могла этого допустить. Последовала пауза. Было видно, что Грозовой предводительнице тяжело дается этот рассказ. - Когда я переносила их с… - здесь Синяя Звезда на мгновение осеклась – Желудем, один из моих детей… моя маленькая Мошка… - голос кошки дрогнул на последних словах, и она замолчала, не в силах выговорить страшное «умерла». Ни слова не говоря, Огонек сделал шаг в сторону своей наставницы. Мгновение – и он крепко прижался к ней, успокаивающе поглаживая своим хвостом. Теперь понятно, почему она сегодня выглядела так разбита. А может, Синяя Звезда была такой еще давно, однако сегодня ей надоело притворяться. Неожиданно Огонек понял, насколько была одинока Грозовая предводительница: почти все, кто был ей дорог – умерли. Синяя Звезда перевела свой тяжёлый взгляд на своего оруженосца. Огонек всегда был таким – добрым, чутким. За все время пребывания он почти источал оптимизм, даже несмотря на косые взгляды со стороны соплеменников. А ведь у него не то что родственников – воительской крови не было. Почему-то сейчас Синей Звезде пришло осознание, что и он, Огонек, был также одинок, как и она. Неожиданно снаружи послышался громкий хлопок. Затем еще один, и еще. На мгновения темное вечернее небо озарялось светом разных цветов. - Салют! – неожиданно воскликнул Огонек, широко заулыбавшись и едва не запрыгав от радости. – Бежим смотреть! С этими словами юный кот в припрыжку побежал к выходу. Предводительница поднялась на лапы и, невольно улыбнувшись уголками губ, пошла за своим подопечным. Радость, так неожиданно заискрившаяся внутри этого рыжего кота, непроизвольно передалась ей, временно заглушив тяжелые мысли. Выйдя из пещеры, взору кошки предстало поистине великолепное зрелище: яркие огни, вспыхивавшие в разных участках неба, то гасли, то вновь загорались другим цветом. За происходящим следило все племя, застыв в эдаком трансе. - Как это называется? - спросила не переставая смотреть на небо Синяя Звезда. - На языке двуногих это называется салют, - все также улыбаясь, ответил Огонек, прижавшись к своей наставнице.

Каждый из нас заслуживает немного чуда. Может, и Синяя Звезда тоже?