«Я сам создам себе потомство...»

После смерти девочки прошла неделя. Фëдор больше не видел смысла привязываться к экспериментам. Ему же хуже. Чарли развивался не быстро, да и склад ума у него был гуманитарный, он сильно любил рисовать и читать. Один раз даже нарисовал Мим, да так похоже, что от реальности не отличить. Мальчик, конечно, тоже спросил куда подевались Мим. Но ответ не получил, лишь дурную ложь, в которую пришлось поверить.

***

‌ Утренний рассвет, солнце над землёй поднималось... Чарли только проснулся, сразу побежал смотреть на горящее жëлтым огнëм солнце. Больно хотелось ему почаще видеть такую красоту. Зарисовки в его комнате тоже давали об этом знать. Людей рисовать он больше любил, но пейзажи ему тоже хорошо давались. У него не было сильных способностей, но одна особенность всё же была — он мог видеть призраков. Да, это не особо круто, хотя бы потому, что души прошлых экспериментов могли являться к нему, а плюсом ко всему ещё и разболтать всё, для чего Фëдор производит этих детей. Замысел у учëного, скорее всего, был хороший: воспитать ребëнка, подарить миру человека, который может управлять сверхспособностями. Но то, как он стал к ним относиться, заставляет надеяться на лучшее...

***

Прошло несколько недель, Чарли наскучило сидеть в комнате. Даже голубок, который прилетал каждый вечер, ничем не разнообразил скучные дни.

***

Один раз Чарли увидел Родефа, его маленький дух метался из угла в угол комнаты. Кожа его была бледно серая, глазные яблоки ярко светились белоснежным, он был босой, а одет в длинную белую футболку, еë рукава достигали локтей мальчика, а подол чуть ниже колен, в принципе, как и у остальных двоих экспериментов. Мальчик сильно испугался, но, когда белокурый приблизился к нему, страх ушёл. Затем пропал и Родеф. Фëдор спрашивал, почему Чар такой мрачный, но, в итоге, списал это на настроение.

***

Златовласый сидел на кровати неподвижно и бездушно пялился в стенку. Он прижал ноги к груди, обхватив их руками. Послышался шумный выдох. — почему папа меня оставил?...Я ему не нужен? – бубнил он. Как раз в тот момент рядом проходила Лина, по «чистой случайности» она заглянула в кабинет Фëдора. Зная уровень еë ревности, такое – ещё цветочки. Сотрудникам было запрещено входить в кабинеты друг друга без нужды на то. Она уже давно догадалась о проделках Нечитайло. Из доп. комнаты Феди часто слышались голоса, тонкие, точно детские. У мужчины голос был среднего тона. Вряд-ли он смог бы выдавить из себя настолько высокий голосок. Не говоря даже о том, что он очень редко разговаривает сам с собой. Девушка чëтко убедилась, что там есть ребёнок, еë лицо приобрело выражение недовольства и злобы. Она мигом вышла оттуда. — осторожней! – но было уже поздно, Эрик сидел на полу с рассыпанными бумагами, а Лина удержалась, схватившись за ручку двери в кабинет, из которого она только что вышла. — сам должен смотреть, куда идёшь! – со зла рявкнула она и пулей скрылась с коридора. Эрик собрал всё бумаги и пошёл по своим делам, думая, почему же его сотрудница такая сердитая. Но мысли не задержались надолго, ведь ему нужно думать о работе. Лина мигом примчалась в лабораторию и просидела там вплоть до самого вечера, усердно что-то делая.

***

А что-же с Фëдором? Он просто взял отгул за свой счёт, ему хотелось отдохнуть, вот и спал целый день. Только под вечер стал снова тренировать свои способности. Он уже выявил, что у него хорошо развит телекинез, пирокинез, магия в плане изменения материи, регенерация, телепортация, слабая, при использовании этой способности, Федя мог переместиться всего на 4-5 метров от прежнего местоположения, оставляя на прошлом месте маленькие порывы жëлто-ораньжевых молний.

***

Когда Нечитайло вернулся на работу, он чуть ли не целый день провёл с третьим экспериментом, зная, что тот по нему очень соскучился. Но он решил отойти по нужде. В тот же момент в комнату зашла Килевая. Она удостоверилась, что поблизости нет учëного. Прильнув ухом к двери, девушка ещё раз услышала детский голосок, который причудливо что-то напевал. Она зашла в комнату Чара, тот удивился. До сих пор он не видел так близко других людей, но, естественно, знал об их существовании. — привет, малыш! – с натянутой улыбкой произнесла девушка. Она присела рядом с Чарли, пока тот, поджав губу, сидел на покрасневших коленях. — привет. А ты кто? Почему ты похожа на моего папу? – «Папу?» – подумала она. Еë ещё больше взбесил этот ребëнок. «Ну, раз это ещё и его дитя, делать это будет вдвойне приятней». — я фея, волшебная фея! — фея? Папа говорил, что их не существует. – Чар отвëл взгляд от Лины, немного задумавшись. — конечно существуют! Твой папа их просто не видел, вот и думает, что их нет – после сказанного, Килевая протянула златовласому конфету. Конфета была в красивой глянцевой обёртке, с разноцветными узорами. Думаю, говорить, что Чарли понравилось не обязательно. Он поблагодарил девушку и та быстро скрылась из виду. Но есть еë не стал, лишь приберëг на будущее. Пришëл Фëдор...

***

Прошло около двух недель. Мужчина думал о создании нового эксперимента, вдруг с предыдущим что-то случиться? Так и появился Риккардо – четвёртый эксперимент. Кожа была слегка смуглая, глазки-рубины, волосы тëмные, практически чëрные, с одной белой прядью на левом боку чëлки. Он вышел очень спокойным, даже слишком, редко выражал эмоции. По складу ума был технарëм, но ему не нравилось учиться. От Феди ему досталась магия, как уже сказано выше: изменение материи. Он мог превратить пластиковый стаканчик в фигурку кого-либо. Или яблоко в туз крести. Мог немного сдвигать предметы, но с этим было тяжело. Когда они с Чарли познакомились, третий очень обрадовался, что у него теперь будет друг. Они часто играли вместе, пока не уставали до жути. А когда уставали – ложились на кровать, точнее, Рикк садился, подкладывая подушку под спину, а Чарли располагался головой на его коленях, засыпая от приятных поглаживаний темноволосого. Вместе им было весело.

***

В один день Чар достал ту самую припрятанную конфетку. — смотри, что у меня есть! – показывая еë Риккардо, говорил он. – Этомне фея принесла. У неё на бейджике было написано «Лина», красивое имя! Хочешь? — нет, спасибо. – едва улыбнувшись, рубиноглазый покачал головой. — как хочешь. – развернув конфету, сероглазый съел еë. Через пару минут у него заболел живот, так невыносимо, что мальчик корчился от боли на полу. Рикк не быстро сообразил, но позвал Фëдора, тот ворвался в комнату с огромным беспокойством, ведь до этого такого не происходило. Быстро занеся сжавшегося и рыдающего от боли Чара в лабораторию, он положил его на операционный стол, а сам пытался быстрее подготовить всё для операции. Как он понял, что это отравление? По фантику, лежащему рядом с Чарли, когда он ещё был в комнате.

***

Операция стартовала. Наркоз, надрез, осмотр, ужас....все органы уже были разъеты в кашу, густую, вязкую, кровавую. Чарли приоткрыл глаза, всё ещё находясь под наркозом, и увидел двух детей, держащихся за руку — Родефа и Мим. Они протягивали ему свободные руки и улыбались, он тоже улыбнулся...Мальчик умер. И всë по тому же сценарию, создание нового тела, перемещение в пространстве..Только вот, сейчас Фëдор решил написать эксперименту прошлое, возможно, это хорошая задумка. Он выписал его жизнь на компьютере и запустил в действие.

***

Пришëл Нечитайло с грустным лицом, но не из-за того, что любил эксперимент, он и не любил Чара. Из-за своего провала. Присев на пол, кареглазый осмотрел обëртку и боковым зрением заметил Риккардо под кроватью. Он тихо плакал и дрожал, прижимая к себе рисунки третьего. Рикк знал, что не может ничего сделать, знал, что Чару было больно. И вот, он слышит о смерти мальчика. Сердце с пропуском удара проваливается незнамо куда, зрачки сужаются до микроскопических точек. Нечитайло не стал его как-либо успокаивать и вообще трогать. Брюнет покинул комнату. Продолжение следует....