moans in the new night

Стол накрыт бедно, если бы не выпитое шампанское, то вряд ли бы кто-то понял что это новый год. За окном все ещё слышны фейерверки, но на кухне тихо. На стареньком диване сидит Илья, жадно целующий Кашина. По одним только движениям можно понять, что он пьян. Данила не отвечает на этот поцелуй, он думает правильно ли будет пользоваться таким состоянием бывшего парня. Коряков в это время тянется под футболку, губы сминает так, будто в последний раз их целует. в голове лишь мелькают два сообщения. "я тебя ненавижу" и "можешь пожалуйста после куратнов зайти ко мне". Одно написано месяц назад, второе сегодня вечером. Даня садит Корякова на себя и бедра сжимает. То ли от неожиданности, то ли от возбуждения Илья резко выдыхает. Каждый сантиметр шеи Даня тщательно выцеловывает не оставляя пробелов. Закрытые глаза Корякова свидетельствуют о том, что он пьян и доволен. Шеи оказалось Кашину мало, поэтому черная футболка Ильи падает недалеко от дивана. Данилу даже немного поразило, что кожа была идеально чистой. Неужели и вправду не спал ни с кем, пока они не общались? Коряков любил секс, но похоже только с Кашиным. Сейчас даже немного стыдно стало, за засосы, что были у Дани под кофтой. Тем не менее, это красивое и будто совсем целомудренное тело Кашин осмелился запачкать алыми пятнами. От шеи до торса читался незамысловатый рисунок. Илья сжимал чужие плечи и шумно дышал, тем самым давая безмолвное согласие на всё, что делал Данила. Илья был пиздецки горяч. Его хотелось трогать, целовать пока кислород не закончится, а потом молча стоять на балконе и курить сигарету на пополам. Этот парень был особенным, и даже когда они в который раз расставались Даня сильно не переживал. Они просто не могут отпустить друг друга. Всё делал Кашин, ибо он понимал - всё что может Илья в своём состоянии это тихо стонать и царапать тому спину. Ширинка джинс Корякова была уже расстёгнута, а сам Илья утыкался старшему в шею. Не то чтобы это было в первый раз, но почему-то волнительно обоим. Данила медленно водил рукой по члену Корякова, иногда чуть ускоряясь. Илья лишь роняет приглушенные стоны и до боли в пальцах сжимает плечи парня. – считай что это твой подарок на новый год. – с легкой улыбкой говорит Данила, вновь усаживая Корякова на диван. Сам же парень спускается вниз. пододвигая бедра младшего ближе, Кашин снимает с него джинсы. Теперь поцелуи рассыпаются и по бедрам, одна рука все ещё расслабленно водит по возбужденному члену Ильи. Коряков смотрел на Данилу мутно и влюбленно, успевая зарывать руку в его волосы, как в порнухе, что он смотрел недавно. В квартире стоит тишина, поэтому, казалось, приглушенные стоны заполняют всё пространство. Свет от фейерверков иногда падает на голый торс Ильи. Кашин языком проводит по члену и смотрит на младшего. Пьяный и возбужденный, он кажется слишком беззащитным. Как ебаный котёнок сидит, иногда выгибая спину и мурлыча что-то под нос. Данила останавливается на головке, обвивая её языком. Рука гладит внутреннюю сторону бедра из-за чего все тело мурашками покрывается. Мозг отключается, тело становится максимально восприимчивым. Рука Ильи слегка надавливает и сжимает чужие волосы, заставляя взять глубже. Данила и не сопротивляется, потакает. Ускоряется, помогая себе рукой. Коряков сжимает иногда ноги, когда терпеть уже не может. Вид сексуального рыжего парня, сидящего у тебя в ногах, кусающего твои бедра просто сводит с ума. Если это сон, то после него Илья обязательно проснется со сбитым дыханием. Коряков прикусывает свои пальцы, когда чувствует, что скоро кончит. Данила специально слегка замедляется, а Илья смотрит жалобно. Ну Кашин же не настолько мудак, чтобы не дать ему кончить сейчас? Все таки, Даня продолжает, набирая темп и слушая как Коряков уже без какого-либо смущения просил разрядки. Тихий и пьяный голос казался самым сладким. Илья на выдохе кончает, на что Кашин лишь слегка отдалился чтобы не замарать кофту. Коленки предательски дрожат, а когда осознание бьет в голову, Корякова уже целуют в лоб. – я за салфетками. – тихо произносит Данила, направляясь на кухню. – Дань, ты всё ещё мой бывший или.. – ища свои джинсы, будто невзначай, спрашивает Коряков. – я просто твой.