Цветы, что посадили глупцы.

Знайте, очень больно осозновать, когда ты являешься никем для своей любви. У неё есть дорогой человек, но это не Вы. Вы чувствуете, как через ваши ребра проходят стебли бирюзовых, голубых и красных роз. Корни обматывают ваше сердце, и в один момент Вы чувствуете, как перестаёте дышать, захлебываясь в собственной крови. Такое испытывал парень по имени Руи Камиширо. Каждый божий день был сущим адом, поэтому он вновь стоит в ванне и выкашливает очередные лепестки роз, перемешанных с кровью. Отдышавшись, юноша решил умыть свое лицо, дабы прийти в себя. В отражении вновь показалось бледное лицо, а синяки под глазами стали еще больше. Он знал, что по-тихоньку умирает, и всё это из-за своей любви к лучшему другу, имя которому Тенма Цукаса. Он был его спасением и приговором одновременно. Свет, который шёл от светловолосого, было трудно с чем-либо спутать. Однако этот свет и был убийственным для фиолетоволосого. На часах было 7:02, а в школе надо быть к 8:00. Время на сборы еще было, поэтому парень особо не торопился. Позавтракав и приведя себя в порядок, он вышел из дома. Погода на улице была достаточно неплохой. Солнце не обжигало своими лучами, а ветер не был столь холодным, что бы зарываться лицом в шарф. Такую погоду Руи любил и мог почувствовать себя хоть в какой-то момент хорошо. Идя по уже давно выученной дороге, на парня вновь нахлынули мысли. «Хах, ну да, на что я надеялся...меня никто никогда не любил. Все мне всегда говорили, что я странный... А может, это они странные, раз не могут понять меня? Хотя... Он никогда не говорил, что я странный.. Он всегда поддерживал меня в моих идеях, и тот случай...но тогда почему, Цукаса, почему я так страдаю?" Из-за этих томных мыслей, тот даже остановился, потому что в легких вновь зашевелились стебли. К счастью, приступ не начался, поэтому Камиширо продолжил свой путь. Вот он уже в школе, в своем классе. Невозможно не заметить этот свет, что исходит от парня, сидящего за предпоследней партой. Тот уже с улыбкой на лице поджидал Камиширо, и он в ответ улыбнулся своему счастью. — Доброе утро, Руи! Как спалось? Есть новые идеи для шоу? Светловолосый улыбался во весь рот и засыпал вопросами и без того уставшего парня. Но Руи не возражал. — Здравствуй, Цукаса-кун. К сожалению, ничего не лезет в голову, кажется, у меня кризис, хехе...да и уснул я вчера достаточно рано, на удивление. — Мм..? Но у тебя уже так долго кризис...ну ладно, я тебя не заставляю! Когда появятся идеи, ты обязательно скажи! — Разумеется, Цукаса-кун. Да, кризис у него начался с того момента, как эта злосчастная болезнь начала себя проявлять. Приступы с каждым днём учащались, и становились более интенсивными. Крови было все больше, как и лепестков. Руи знал, что когда-нибудь настанет тот день, когда он выкашляет этот несчастный корень, и так и умрет, с разбитым сердцем, не признавшись Цукасе в своих чувствах. В какой-то степени Руи считал свои чувства грязными. Цукаса был настолько чист, бел и прекрасен, что не хотелось пачкать его своими грязными руками... Парень ненавидел себя за то, что создаёт проблемы всем, как и себе в том числе. Он доживал свои дни в мучениях, потому что знал, что если покончит свою жизнь самоубийством, то Цукасе будет плохо, как и родителям, как и Эму с Нене... Он знал, что есть люди, которые им дорожат. Но...будто не мог в это поверить. И Руи уже буквально чувствовал, как скоро его маска, которую он выстраивал годами, разобьётся на мелкие кусочки, и предстанет его истинное лицо перед людьми, что окружают его. Парня это очень пугало. Он не хотел, чтобы знали его настоящую личность. Руи было стыдно буквально за то, что он существует. Стыдно за свое тело, лицо, эмоции, чувства, движения...всё настоящее хотелось в себе уничтожить и скрыться за маской невозмутимого человека. Хотя, может, ему было просто страшно открыться кому-то? — ии...уии..Руи...Руи Камиширо! — А, что? — Вновь ты спишь на уроках. Еще одна подобная выходка, будешь у директора. — Ах, да, извините... На самом деле он не спал. Парень просто настолько задумался, что не замечал ничего вокруг. Тенма, который сидел впереди, повернулся к Камиширо. — Эй, ты опять не выспался? — Нет-нет, Цукаса-кун, я вчера лег раньше, чем обычно, и очень даже...уаах...выспался. — Да, поэтому зеваешь. Я скоро буду приходить к тебе на ночь и специально укладывать, чтобы не засиживался допоздна. — Ахах, прости, я честно буду соблюдать режим. Ну...постараюсь. — Смотри мне. На этом их разговор завершился. Через 5 минут прозвенел звонок на перемену и оба парня вышли вместе. У них завязался диалог, а Руи впервые мог забыть о своем состоянии. Было такое чувство, будто никакого кашля и лепестков роз никогда и не было. Однако... их диалог прервали. — Ох, привет, Тойя! Как дела? — Привет, Цукаса-сенпай, да вот... Они разговаривают слишком долго. Неужели ему намного интереснее разговаривать с ним, чем со мной? О боже..нет..какой я жалкий.. Пришлось бежать в ближайший туалет, ибо приступ вновь начался, а стебли лишь сильнее сжимали легкие. Когда-нибудь розы доберутся и до сердца. Стоять перед раковиной и вот так кашлять в нее кровью было унизительным. Он уже хотел было промыть рот, как... — Руи?... Нет...он все же увидел. Он узнал. — Цукаса-кун, я— — Кто это? Из-за того, что блондин опустил голову вниз, невозможно было разглядеть его эмоции. Однако по голосу можно было услышать, что тот явно не в восторге. — Цукаса...я..не могу тебе сказать. — Хаха...ну да, на что я только надеялся?..Даже со всем проявлением теплоты к тебе, я все равно оказался ненужным. Черт— Изо рта блондина буквально полилась кровь, а затем...лепестки, точно такого же цвета, как и у Руи. Оба парня стояли в недоумении, пялясь друг на друга. Руи не знал, что ему говорить в такой ситуации; шок сковал его тело полностью. Даже когда с глаз Тенмы полились слезы, он все равно не мог двинуться. — Почему?..Почему все так сложилось?...Мы оба умрем от невзаимной любви, да? Хаха, как же это глупо... — Цукаса..нет..подожди.. — Не смей говорить мне, кто это!!! Я не вынесу этого... Блондин упал на колени, вытирая слезы рукавами кофты. Руи присел рядом с возлюбленным. Взяв его руки в свои, тот стал целовать его пальцы, при этом улыбаясь. — Цукаса, мы..и правда с тобой дураки. Я люблю тебя, любил все это время..я думал, что безразличен тебе, видя, как ты веселишься с другими...но я ошибался. Я глуп, как и ты, дорогой. Ты можешь взять мое сердце целиком и полностью, ведь оно уже принадлежит тебе. Блондин смотрел в недоумении на фиолетоволосого, не зная, улыбаться ему или же плакать. — Р-Руи, я..я счастлив...я не думал что..мы настолько с тобой глупы! Хахаха! Цукаса залился смехом, как и Руи. Сидя на коленях в школьном туалете, вытирать слезы друг друга, было так глупо... но так приятно. Но как бы это все не было хорошо, оба парня в один момент начали кашлять. Вновь кровь хлестала с их ртов, и...наконец, злосчастный корень вышел из их легких. Обычно после этого следовала смерть, но... Они сидели перед друг другом и чувствовали, как их тело очистилось от этой грязи. — Мы...больше не больны, выходит? — Выходит, что так. Зайдя в кабинку, они наконец смогли сделать то, что так давно хотели. Их тела и губы соприкоснулись с друг другом. Это был неумелый и нежный поцелуй. Оба парня никогда в своей жизни не целовались, это был их первый раз. Они продолжали обцеловывать друг друга минут десять, пока наконец не возбудились. Руи уже начал расстегивать пугоцицы на рубашке Цукасы, как... — Цукасааааааа, Руиииии, вы где?! Хм..кажется, их здесь нет. Идем, Нэнэ. — Да где же эти остолопы запропастились... Цукаса чуть в штаны не наложил, когда Руи буквально залез на него, чтобы закрыть рот. — Фуух...ну, продолжим дома? — Для начала, нам надо объявиться к Нэнэ и Эму, чтобы у них инфаркт не случился. — Ты прав, лучик... И вновь неаккуратный поцелуй, но уже более смелый. — Ну и где вас носило? И какого черта Цукаса весь красный? — Мы..бежали. Вот и запыхались, верно, Руи? — Да-да, все так. — Хм...я в туалете слышала странные вдохи, когда вас искала. — ЭМУ!!!