Ганнибал и Джулия

— И так, на семинар вы должны мне подготовить сравнительную характеристику акцентуаций личности Леонгарда и характера у Личко. Объясните, как вы понимаете каждую, а так же по этой теме можете готовить практическую роботу по моему предмету. Вы можете быть свободны, — произнесла Джулия, смотря в блокнот со своим расписанием на эту группу. Сквозь шум уходящих студентов к Джулии подошёл Ганнибал. — Акцентуация? Не точная вещь, как и тип темперамента, но они всё равно работают. Ты дала задание будто с отсылкой на эмоциональный интеллект. — Та нет, кто предрасположен, тот воспользуется аналитическим мышлением и прочим. Тем более моя эмпатия не так точна, как теоретические примеры. — Ты не уверенна в своей эмпатии? Когда я наблюдал за тобой в работе, ты очень хорошо справлялась, опираясь на неё. — Лучше, чем ничего. — Нет. Лучшее, что может быть. Джулии стало неловко, она немного покраснела и закрыв блокнот посмотрела наконец-то Ганнибалу в глаза. — Какой у меня тип акцентуации по Леонгарду и Личку? — Хм… — Ганнибал сделал паузу. Он не думал, лишь делал вид. Хотел, чтобы Джулия ещё немного посмотрела ему в глаза, будто смотрит на врача, который по ней оценивает болезнь. Она не то чтобы «не хочет смотреть в глаза», она «хочет не смотреть в глаза», что мужчина надеется исправить, — я бы сказал на первый взгляд дистимный тип, однако ты его перехватила эмпатией от Джека. На самом деле ты экзальтированный тип, — Ганнибал сел за стол преподавателя. Джулия сидела на столе и провела его взглядом. — Этим ты чем-то похожа на эмотивный тип. Но я не знаю, возможно твой аффективно-экзальтированный темперамент вызван большим количеством психологических травм. — Да, верно Ганнибал, —Джулия сглотнула, но улыбнулась. Она ожидала неприязни, но чувствовала лишь восторг. — А насчёт твоего лабильного характера… мне очень интересно был ли у тебя детский инфантилизм. Ганнибал немного улыбнулся. Джулия всё ещё смотрела на него. Наверно ей нравится, когда её анализируют больше, чем она может себе представить. Она знает о себе меньше, чем может знать о ком либо. — Ты знаешь, что я приехал, чтобы забрать тебя на сеанс. — Вспомнила, когда ты пришёл. — Я подумал, что у тебя может быть множество причин не приехать. — Но я всё-таки приехала бы, — Джулия резко прервала его. — Я дала тебе слово. Ганнибал знал, что частая и сильная перемена в настроении Джулии — знак, что она подпускает его ближе. Ему хотелось бы понимать её больше, чтобы…чтобы что? Девушка направилась к машине. Ганнибал думал о том, чтобы она не задумывалась об его акцентуации, ведь его эмоции бедны, если они вообще имеются.

…

Машина Ганнибала притормозила. — Это мой дом, — с теплотой в голосе произнёс Ганнибал. — Этот особняк? Почему-то я не удивлена, — так же тепло ответила Джулия. По дороге в кабинет Джулия шла быстро и не осматриваясь. Так же быстро она села в кресло, указанное Ганнибалом, напротив него. — Ты не хотела бы осмотреться? — Я…да, наверное…ты прав, — Джулия будто с силой поднялась и в конце Ганнибал прикоснулся к её локтю, указывая, чтобы она села. — Я спросил, не хотела ли ты. А не попросил. — Я знаю. Поэтому хочу пройтись. — Ты не хочешь. — Хочу. — Нет, Джулия, присядь, пожалуйста. Ты всегда делаешь то от тебя хотят? — Разве это не нормально, доктор Лектер? — Джулия положила голову в ладонь, смотря на стол. — Нормально делать то, что тебя просят. Однако, ты делаешь то, что они хотят. Это последствия твоей эмпатии. Делать то, что хотят от тебя все вокруг, даже если они не произнесли это вслух. Ганнибал сел в кресло, откинув концы пиджака. Закинув одну ногу на другу, он хотел расслабиться. Но его очень интересовала реакция Джулии на его слова, на то как он её раскрывает самой себе. — Опиши мне свою семью. — Детские травмы… доктор Лектер, я не думала, что мы будем таким заниматься. — Ты хочешь чтобы тебе стало легче?

…

(предложение послушать На глубине души — Владислава Курасова) На вечернем крыльце лежал белый снег. Собаки толпой выбегали к нему, сразу копошась в нём. Уже середина января и они привыкли к тому, что он здесь постоянно. Джулия вышла и достала сигарету. Ветра не было, так что она зажглась сразу. После чего девушка спрятала оголённые руки в серые перчатки, дабы укрыть их от обморожения. Было очень холодно. Правда холодно. На улице была ночь. Она вместе с дымом сигареты проникала в лёгкие Джулии. Голова наполнилась пустотой, а сердце забилось. Ей было невыносимо тревожно и страшно. Она хотела расплакаться и упасть на землю. Завернуться в снег и уснуть в нём. Усталость, после последнего дела настолько сильно сразила её, что она уже 3 день не может прийти в норму. Какая же она жалкая. Она хотела бы себя сейчас убить. … — Да. — Я заметил, что тебе тяжело. Ты очень быстро устаёшь и засыпаешь на ходу. Не уделяешь должного ухода за собой. — Ганнибал сделал паузу. Джулия смотрела пустым взглядом на пол, отдаляясь. — У тебя депрессия? — Нет, — лёгкие сжались в груди, от боли. — Ты пыталась пить таблетки? — Ганнибал, — девушка подняла глаза. — Ты же знаешь… Мужчина назвал бы то, как она сейчас на него смотрит жалостью. Он ничего не чувствует. — Главное твоё здоровье. Но думаю, ты о нём не думаешь. — В моей семье было не принято думать о себе. — Правда? Кто-то хотел, чтобы ты о нём думала. — Мама, — Джулия немного улыбнулась. — Она наверное хотела. Хотя я бы сказала, что чаще всего она давала мне любовь. — Давала, но ты уверена, что она любила? — Ты знаешь любовь, Ганнибал. Кто любил тебя так сильно? Не смотря ни на что. Ганнибала будто сжало по всюду. Джулия смотрела на него так же уверенно, как всегда. Слабая и беспокойная, она исчезла, будто снимая фату. Мужчина по инерции улыбнулся. — Сестра. Она дала мне достаточно любви, чтобы я понимал кто нею обделён. — И что же мне делать? — Как давно ты чувствуешь себя так плохо? Джулия в голове пробежалась про воспоминаниям прошлого, немного прищурив взгляд. Её сухие светлые губы сжались в попытке скрыть жалость к самой себе. Ганнибал видел, что она снова выпала. Но он не мог отрицать, что засмотрелся на неё. Её волнистые красные волосы, зелёные глаза в линзах… если их снять, они будут зеленее? — Когда мне исполнилось 12 я впервые подумала о том, как буду чувствовать себя, когда умру. То есть… — Джулия окунулась в тёмные воды своих воспоминаний, вспоминая себя маленькую, — станет ли мне легче. Ганнибал кивнул и взял блокнот в руки, начиная записывать. — В 14 я уже думала о том, что хотела себя убить от того, что устала. Но всё равно всё было не так плохо до того, как не начались вступительные экзамены в академию. Я…пыталась себя убить. — Сколько раз это было? За всю жизнь. Без деталей. — 6 раз наверное… может и больше. Не могу сказать наверняка, насколько фантазии и мысли приблизить меня к этому. — И каждый раз ты хотела этого больше, когда на тебя сваливалось слишком много ответственности, я прав? — Да. Первый раз, когда мама умерла, на меня свалилась ответственность за хозяйство. Мне было 15. Потом поступление… было очень страшно не сдать. Казалось жизнь закончится. — И до сих пор так кажется. — Да. — Джулия отвечала тихо. — У тебя депрессивно-невротическое расстройство с тревожным компонентом. Я дам тебе лекарства. Мы не будем говорить об этом Джеку. Ганнибал подошёл к шкафчику в углу комнаты и дал два пакетика Джулии. Она должна принимать с утра и вечером. Их на 2 недели. Через столько, девушка должна была прийти на сеанс. Он сразу записал её. — Ганнибал, — Джулия говорила очень мягко, — я знаю, что своею помощью ты хочешь помочь себе. Я знаю, что ты несчастен. Ручка доктора вздрогнула, он убрал её от бумаги. — Несчастен? Почему ты так думаешь? Джулия поднялась. Ранее она вызвала такси. — Скука, наверное, худшее в вашей жизни, доктор Лектер.

…

Оказавшись дома, Джулия словила себя на том, что улыбается порой. Она выпила таблетки, погуляла с собаками и уделила много времени ужину. Джулия знала, что это из-за Ганнибала. Наконец-то хоть кто-то заметил, что ей больно и тяжело.

…

Ганнибал ужинал за большим столом. Приготовленная еда, была настолько чувствительна для Ганнибала, что он долго не мог утаить голод. Мужчина до сих пор думал о Джулии и сколько она сделала для него за столь короткое время. Ему стоит очень медленно вывести её из своего кокона. Он не выстроил ещё на неё большие планы, но Ганнибал надеялся, что их отношения будут развиваться.

…

— Да Джек, — Джулия устало, но без привычной раздражённости проснулась в 6 утра. — У нас тело в парке. Тебе стоит приехать прямо сейчас. Я ещё даже экспертам не звонил. — Ого. Наверное это что-то интересное. — Думаю это Чесапикский Потрошитель. Джулия застыла, сидя на кровати. — Так заметно? — Думаю ты скажешь точно. Но уж слишком красиво. — Он вдохновлён. — Надеюсь это не новая активность. — Стоит опасаться. — В общем, я жду тебя. И я так же хочу вызвать Ганнибала. — Да, хорошо. Джулия положила телефон на деревянную тумбочку. Она будет рада его сегодня увидеть.