Мэла Ворон

Ничто так не раздражало Мэлу, как идеальность Лякса. Ну не может же человек быть настолько прекрасным! Всю неделю она пыталась найти в нём какие-то недостатки, но это было практически невозможно. По крайней мере, на том уровне, на котором она его знала. Лякс и Изабель заботились о ней, как полагается. Они договаривались, чтобы ей подавали другую еду. Охраняли её. Не выпускали гулять без зонта. С одной стороны, это довольно приятно, но с другой, ей всё так же не нужен охранник! Мэла не любила, когда у неё что-то не получалось. И раз она решила достичь своей цели, то не бросит. К тому же, прошла всего неделя — у неё есть ещё целых семь дней. «Всего семь дней!» — твердила реальность. — «Ты за прошлые дни не смогла ни к чему прикопаться!» Тем не менее, ведьма не привыкла сдаваться. И привыкать не хотела.

***

Лякс, конечно, знал, что это будет непросто. Но он не думал, что настолько. И дело было не в Мэле — с ней, в принципе, можно сработаться — а в людях, которые косо смотрели на него, как на самоубийцу. Ему было жаль Её Мрачь: хоть она и непробиваема внешне, но живой человек же внутри. Должно быть, ей непросто терпеть такое отношение из-за… А, кстати, почему? Лякс не знал о ней практически ничего, поэтому не мог дать ответ на вопрос. Может, ей не хватало любви? Может, кто-то разбил её сердце? В любом случае, она была чрезвычайно холодной и злой. И опасной, если судить по рассказам. Тем не менее, Лякс не сдавался. Пока он старался найти общий язык с Мэлой, его сестре удалось поступить в какую-то очень хорошую школу, которая совмещалась с высшим учебным заведением, поэтому была особенно подходящей, учитывая несильную стрессоустойчивость девушки. Когда Ляксу было не больше года, его сестру-близнеца похитили, и найти её не удалось. Из-за этого подкосились нервы родителей, а после и младшей сестры парня — Люс, на которую кричали даже из-за мелочей. Неудивительно, что она захотела перевестись — в школе её называли чудачкой, высмеивали и презирали. Она заканчивала десятый класс, но, видимо, посчитала, что хватит с неё терпеть. А если в той школе ещё и колледж, то вообще великолепно. — А ты как там? — спросила сестра, когда после отбоя Лякс лежал на кровати в своей очень комфортной комнате. — Та девушка попалась не особо стервозная? Лякс усмехнулся. — Мёдом характер не назовёшь, но всё не так плохо, как мне говорили. Она не хочет меня видеть с собой рядом, но не убивает, а это уже хорошо. К тому же, мне помогает Изабель — нам вдвоём куда проще. — Да, но, если ты хочешь остаться, придётся работать в одиночку, — напомнила Люс. — Знаю, — сказал Лякс. — Но я хочу продержаться хотя бы год. Мы разберёмся с долгами и сможем жить легче. — Мне так неловко, что все проблемы разгребаешь именно ты. Может, мне стоило уйти после девятого? — Не глупи. Если хочешь учиться дальше — учись, — Лякс понимал её мысли, но не хотел напрягать. — А я справлюсь. — Тебе нужно отдыхать, — напомнила Люс. — Твоя работа не одобряет невыспанность. — Тебе тоже, — с улыбкой сказал её брат. Из всех людей в мире больше всего он дорожил сестрой, поэтому не позволял себе отступать. Когда они попрощались, он опустил голову лицом на подушку и беззвучно рассмеялся. Странно, но родители ничего ему не сказали — от них было только одно сообщение трое суток назад. Но они были заняты на работе, а Лякс давно вырос из желания их одобрения. Каждый раз, сталкиваясь с холодным взглядом чёрных глаз Мэлы, он вспоминал: Люс в него верит. Кого-кого, а её он не посмеет подвести. Да и сам хочет наконец разобраться с делами и получать от жизни куда больше действительно наслаждения, а не притворства. Ведь если у человека на губах улыбка, это вовсе не значит, что у него всё хорошо.