Обратный капкан

1 Шаг       Когда реверс был проверен на исправность, а его режим выставлен на “уничтожение”, агенты отправились на поиски подсказки. К заваленной койке приближаться и близко не хотелось: атмосфера этого угла комнатушки казалось бы могла уничтожить всё живое, а музыка там шипела более угнетающе, реконструируя былые эмоции. Единственным местом, нетронутым воспоминаниями, был широкий рабочий стол, доверху заваленный записями учёта и ещё больше заваленный пылью, для работы за которым стоял кованый подсвечник. - Постарайся не ошибиться с выбором, Илья:, - Голос Невера впервые дрожал.- Промах будет стоить нам дорого. - А если Нечто не захочет нас отпускать и просто изменит настоящее как в тот раз с посудой? – Карие глаза не отрывались от оппонента в поисках поддержки, но, к сожалению, они оба были в достаточной мере напуганы происходящим. – Мы же провалим миссию, если будем играть по правилам! - Тебя только миссия сейчас волнует?! – Невер не мог сдержать своего негодования, а его быстрая воспламеняемость к любым раздражителям усугубляла ситуацию. – Да насрать на эти выговоры сколько бы их нам ни сделали! Делай что я тебе приказываю. Стресс сводил агентов с ума – они не замечали очевидного. Нечто никогда не имело цели убить заточенных в её игре. Нечто лишь запугивало, не оставляло вариантов, заставляло делать выбор как рок судьбы, настигший в переломный момент – оно наказывало самым жестоким способом, дабы навсегда отпечататься в памяти пострадавших, сумевших искупить свои грехи. Внимание к деталям и самопожертвование – ключ к успеху. - Этот светильник выглядит подозрительным. – Взгляд Ильи привлек подсвечник из чугуна, выделяющийся на фоне пожелтевших бумаг, свеча внутри которого всё еще была на месте и ждала своего часа. - Как и всё здесь. – Не поверить чутью агента Нео в который раз было сродни наступить на одни и те же грабли, поэтому Невер перехватил чугунное изделие и повертел в руке. – Помнишь тот светильник, возникший заместо окна после того, как мы нашли правильную подсказку? Оба настороженно впивались взглядом в находку. Агент Нео без промедлений начал искать что-то, чем можно было зажечь эту свечу, в ящиках под рабочим столом, пока Невер продолжал озвучивать свои доводы чётко и громко. - Если мы до сих пор не были прерваны ни помехами, ни смехом этого отродья, ни тряской или черт-те чем ещё, значит мы на верном пути. – Вперемешку с речью под столом проносился шелест бумаг, грохот падающих вещей и коробок от них. – Тот светильник был страшно похож на те, что расположены в коридоре отеля. Скорее всего ты их не помнишь, потому что был в отключке всю дорогу. Послышался стук головы из-под крышки стола, откуда после вынырнул Нео, держа в руках потрепанный короб спичек. - М-м, то есть каждый раз, когда мы находим подсказки, Нечто изменяет пространство под реальность тем самым освобождая нас? – Руки больше не дрожали, а в карих глазах просматривалась надежда. – Это ты имел в виду под “следовать правилам игры”? - Всё верно. Шаг 2 - Я больше не допущу тебя к подсказкам. – Как отрезал сказал Невер в лицо напарнику. – Мало ли что ещё может случиться. Взглядом указав на реверс, Невер взял коробок спичек, ожидая, что в любой момент всё может пойти не по плану. Чирканье эхом раздавалось по палате, но фосфор не хотел подчиняться. - Готовься, Илья. – Агент усердно пытался зажечь спичку одну, вторую, третью… - Нечто может появиться в любом динамике. Спичка загорелась. Лампа в комнате погасла. - Что за чёрт…- Илья резко оглядывался по сторонам, в попытках высмотреть единственный источник света в кромешной тьме. – Я ничего не вижу! -Не видишь - следи за звуком, неугомонный! – Травмированная рука была плоха в целях нахождения светильника на ощупь; свет от спички лишь помогал увидеть очертания предметов. - Куда делась музыка? – Илья мёртвой хваткой держал реверс. Комната погрузилась в тишину. Окружение преобразилось в содержимое баночки с гуталином. Шипение фитиля зажжённой свечи за секунду утонуло в гробовой тишине. Шаг 3       Время ожидания разбилось о высокие частоты накатывающего хохота. Вся аппаратура загремела, но только один девайс должен был оказаться истинным голосом сущности. - Ве-е-ерно! – Протяжное верещание точно звучало над головой Ильи; только вот там ли находился динамик… - Сейчас! – Для Невера не было возможным узнать позицию агента Нео: приходилось лишь молиться, что тот не промажет. – Стреляй! Импульс реверса окатил помещение. Звук от импульса не прекращался – казалось его только размножили. С каждой отдачей свет начинал моргать с неимоверной скорость, пока лампа и вовсе не перегорела от напряжения, а звук лопнувшего стекла синхронизировался с отчётом до конца преобразования палаты. Шаг 4 Конец? Третья комната       Это было знакомое чувство ослепляющего света, отражаемого от бесконечных зеркал, закрученных в хаотичном порядке подобно комнате страха в парке аттракционов. Свет не имел конца и начала как и сами зеркальные поверхности. Открыть глаза было сложно и страшно. - Невер, ты здесь? – Илья не верил в происходящее: комната взаправду преобразовалась во что-то неуловимое; отражения, бравшие в кольцо, сбивали с толку. – Кажется я… - Ты промахнулся, любовь моя. – Сказанное серьезным тоном вмиг расстроило подозрительное настроение обоих; бывалый агент закрыл собственный рот в изумлении, а изумрудные глаза, выказывающие весь ужас смущающей ситуации, выдали всю правдивость слов. – Я не это хотел сказать… но определенно думал об этом. Ещё одна фраза, которая не должна была никогда быть произнесенной, ударила острым клином по агенту Нео. Их отражения в кристальных гранях пространства обманывали сознание, заставляя чувствовать, что они находятся бесконечно близко друг к другу. Их было двое. Ни единого устройства вывода звука. - Хватит придуриваться, Невер. – Странное поведение напарника безусловно вводило Илью в ступор, но вопрос куда попал выстрел так же стучал на задворках сознания. – В тебя импульс попал? Отвести взгляд было необходимо, иначе Илья рисковал и своим самообладанием. Глаза сами зацепились за явную аномалию. Почему режим реверса был выставлен на “правда”? Если Нечто могло менять все материи, то не исключено, что оно могло добраться и до реверса. Но почему… - Пространство изменилось, когда был нажат курок, и выстрел отражался в зеркальных стенах комнаты, пока не попал в меня, - и это было сказано будто не им самим; Невер никогда не желал признаться в этом, чтобы легче оправдаться в предыдущих словах, но остановить действие реверса было невозможно. Пока правда лилась из уст агента, она ровняла грани запутанной комнаты, выводя их в чёткие линии. Каждое искренне слово как недостающие буквы в кроссворде разъясняли загаданное. Правда и есть подсказки. В обмен на правильное решение Нечто подарило им шанс на… - Я ничего не понимаю… - На глазах Ильи проступали слёзы, хотелось поскорее скрыться от этого одурманивающего места и не слышать никаких трогательных потоков искренности, ниспадающих с сухих губ Невера, но они были такими желанными. – Любовь?... А как же Лера? Терпение как тонкая грань стекла, расплёсканная водой под ногами, треснула от сильного нажатия. - Какая к чёрту Лера?! – Хоть всё вышесказанное было страшной тайной, но пустая реакция на её проявление ударила ножом в сердце, а упоминания стороннего человека вкручивали лезвие по самую рукоять. – Я тот, кто всегда был рядом! Почему ты так упорно это игнорируешь? Теперь об эти трещины поранился сам Илья, не желая заглянуть в осколки, имитирующие зеркало души, которое подскажет решение загадки. - Как я могу быть уверен в правдивости твоих слов и намерений? – Выстроить стену ещё выше у Ильи не получалось, он жаждал посмотреть через неё и убедиться в искренности своего друга. – Ты же знаешь, что это может грозить нам увольнением или ещё хуже осуждением… - Да чего ты заладил вообще про работу? – Невер сократил дистанцию между ними, дабы не срываться на болезненный крик; хотелось достучаться до товарища, которому явно нужны были вещественные доказательства. – Я готов умереть от вживленного чипа, если организации не понравится что-либо, касающееся тебя и меня. – Говорить на одном дыхании было затруднительно, и агент брал передышки, чтобы избавиться от кома в горле и выровнять дрожащий голос; после недолгой паузы, добавив, - Скажи честно, ты бы хотел остаться со мной? Илье было сложно избавиться от одной назойливой мысли. Смелость и искренность напарника подталкивали его к принятию решения, с которым он временил уже похоже слишком долго. Преследование маниакальной мысли о возможности повернуть время вспять и оказаться в практически идеальной реальности, исправленной “Эпсилоном”, с каждым днём утомляло всё больше и больше. Была ли эта та самая тоска, которую парень списывал на скуку? Был бы он так же счастлив как сейчас, проводя время вместе с напарником, с которым он был на короткой ноге по собственному желанию, как с Лерой, признавая очевидное, что они были обыкновенными друзьями по случаю, державшимися вместе из-за экстремальной ситуации, так как кроме них двоих никого больше не было рядом? Почувствовав, как влажные от переживаний руки Невера, обхватили его лицо, подводя ближе, Илья принял решение. - Я буду с тобой, пока рушится весь мир. Именно эти слова, эта правда, таимая под непросветной траурной вуалью греха значимым как ложь, эта вуаль срывается в одночасье, оголяя души, блеском отразившиеся в зеркалах, уже треснувших от переизбытка света и павших под натиском искренности. Учащенное биение сердец обогнало отголоски резвого хохота, а трепет осознанья притянул их ближе друг к другу. Илья с безумной нежностью коснулся губ напарника и тот поддался. И пусть зеркала бьются, открывая новый сюжет, а осколки отражают неоновый свет. И пусть динамики выйдут из строя от шума, сулившего концом. И пусть Нечто отступит назад, вернув их вспять. Коридор бара. - Где мы? – Первым оторвался Илья, удивленно хлопая глазами, ведь до его ушей донесся иной шум иного места. В кармане брюк Невера завибрировал трекер. Устройство было чистым и без единого повреждения. - Да, Алиса? – В голове у агента пронеслась вся его жизнь; от резко повысившегося окситоцина слова не вязались. – Что-то случилось? - Организация приносит извинения за случившееся. – Алиса всеми силами пыталась не выдать свою тревожность, а лишь передать чёткие указания сверху. – Вы ведь ещё не успели приступить к заданию? Оба понимали, что отвечать нужно осторожно. - Мы сейчас находимся в баре у отеля. – агенты переглядывались, пока Алиса продолжала говорить на громкой связи. - Я вижу: трекер показывал, что всё это время вы находились у заведения. – Информатор вздохнула с облегчением и поспешила объясниться. - С моего прошлого звонка прошло не более тридцати минут: по вашему часовому поясу скоро наступит полночь. Организация надеялась успеть связаться с вами до того, как Вы вступите в контакт с сущностью. – И снова шуршание бумаг такое похожее на помехи в динамиках. – Возвращайтесь в отель. Задание будет передано другой группе агентов. “Эпсилон” пришлёт вам компенсацию за причиненные неудобства. – Молчание на другом конце провода ни чуть не смущало – главное отдать приказ. – Конец связи. Гудок, оповещающий о конце вызова, вырвал агентов из транса. Продолжать разузнавать подробности инцидента совершенно не хотелось: были дела и поважнее. Кладя трекер обратно в карман, Невер заметил, что его рука в полном порядке. - Илья, дай свои руки. – Агент, не дожидаясь реакции Ильи, с опаской взял напарника за предплечье и медленно начал разбинтовывать повреждения на случай, если они всё ещё присутствуют. – Ни одного пореза. Агенты уже перестали чему-либо удивляться и запросто приняли увиденное. Хохот, доносившийся до их ушей, был совсем не похож на тот, что они слышали ранее. Все разговоры вокруг звучали сглаженными и будто к месту. Будто всё так и должно быть. Зеркальный коридор бара больше не казался Илье таким запутанным, а дым, сочившийся из открытой двери заведения, в сравнении не был таким отвратительным на запах как те растворы, но иногда всё-таки заставлял прокашляться. Оклик администратора привлёк их внимание. - Здравствуйте. – Растерянность посетителей она сочла за побочный эффект возможно принятых наркотических веществ, но компетентность её не подвела. – Вас проводить за свободный стол? Вас будет только двое? - По третьему кругу, Илья? – Невер усмехнулся, глядя на обескураженное лицо предмета обожания, ожидая очередную порцию возмущения, но на удивление тот, опомнившись, ответил. - Идём, любовь моя.