Второй шанс

      Может Чарли и мучали тяжёлые и грустные мысли, может на нее действительно очень много навалилось, может она несла на себе огромный груз, говорить о котором ни с кем не хотела…но это не отменяло того, что она была просто невероятно любознательной.       Нетейам с нескрываемым удивлением наблюдал за тем, как аватару было интересно буквально все. Она спрашивала обо всем, не стеснялась никаких вопросов, даже если они были немного наивными или глупыми, хотя Салли терпеливо отвечал на все, вне зависимости от того, считал он их простыми или нет. Ему это даже нравилось.       Чарли всюду следовала за ним, наблюдая за процессом постановки сетей, за тем, как катаются дети на илу, успела несколько раз свалиться в воду, потому что не переставала носиться по дорожкам, специально пружиня ногами. Даже Тук ни разу не падала, а она за пару часов свалилась больше двух раз. Причем, каждый из этих раз громко смеялась с самой себя, бодро вылезая из воды и не испытывая никакого чувства стыда.       На’ви не мог сдержать улыбки, наблюдая за ней. Потому что смех Чарлин был слишком заразительным. Может, у Чарли и пропала детская беззаботность, но она не потеряла интереса к жизни, любовь к окружающему миру в ней не угасла. Она любила Пандору всем своим существом, любовью буквально сочилось каждое ее движение каждый взгляд, каждое слово. Реком готова была узнать и принять любую сторону, любую особенность своей родной планеты, о которой ещё очень многого не знала.       Он такого даже ни у одного На’ви не видел.       — Идем, познакомлю со своим илу, — Нетейам кивнул в сторону лежбища животных, отвлекая Чарли от рассматривания рыб, собравшихся около поверхности воды. Казалось, ещё немного, и Куоритч сунет к ним голову. Не то, чтобы он был против этого, но Куоритч-младшая явно слишком увлеклась мелкой живностью. Того и гляди, свалится в воду… опять.       — Хорошо, — Чарли улыбнулась, поднимаясь на ноги. Ей ещё до поездки на собственном илу было далековато, если она вообще тут останется настолько долго, но пообщаться с этими животными очень хотелось. Они казались очень миролюбивыми.       Нетейам терпеливо ждал, когда она поднимется на ноги, а после они вместе двинулись в нужную сторону.       Все илу находились в северной части деревни. Тут же было все снаряжение, сёдла и другие приспособления для плавания, хранившиеся под навесом. Салли подошёл ближе к воде, издавая странный цокающий звук языком. Пару секунд они вглядывались в водную гладь. И если Чарли просто наблюдала за несколькими илу, которые весело играли друг с другом в воде, то Нетейам пытался высмотреть своего, чуть хмурясь. Опять животного на месте не было.       — Идем, — ничего не объясняя, Салли потянул ее дальше, уводя в сторону их с Грэйс временного жилища. Пальцы обхватили запястье всего на секунду и тут же исчезли. Куоритч-младшая даже понять не успела, сама она развернулась или нет.       Куоритч ничего не спрашивала, успевая по пути глазеть на обычную рутину рифового племени. Некоторые из На’ви, завидев ее, кивали в знак приветствия. Ничего не оставалось, кроме как кивать в ответ. Аватар подозревала, что дело было в животном, на котором она сюда прилетела. Торук, в любом случае, вызывал у окружающих трепет и был своеобразным поводом для уважения. Поэтому удивляться, наверное, не стоило…       Они подошли к небольшому пирсу, прямо недалеко от дома Чарли и Грэйс. Над поверхностью воды почти сразу показалась голова илу. Большие карие глаза радостно заблестели, стоило животному увидеть своего наездника.       Как поняла Куоритч-младшая, илу были сильно похожи на лютоконей. С ними тоже устанавливалась связь и многие охотники старались всегда ездить на одном и том же, что значительно облегчало процесс управления, но в случае чего, можно было взять себе и другого илу, если того требовала ситуация.       Только вот лютоконь мог тебя затоптать к чертовой матери, а илу были более миролюбивые.       — Ты опять тут одна… — Нетейам осторожно уселся на самый край, спуская ноги в воду. Илу, имя которой он так и не дал, подплыла к нему, укладывая вытянутую голову ему на колени. Он по началу не понимал, как их различать, пока Цирея не объяснила, что каждое животное чаще всего отзывается на голос определенного наездника, а ещё у них рисунок окраса у каждого различался. У его, например, прямо между глаз было яркое пятно.       Чарли осторожно опустилась рядом, также спуская ноги в прохладную воду. От резкой смены температуры кожа моментально покрылась мурашками.       Илу внимательно посмотрела на аватара, а Нетейам кивнул ей, позволяя осторожно положить ладонь на плоский лоб зверя. Илу довольно заурчала, придвигаясь чуть ближе.       Ее кожа была холодной, гладкой, похожей на чешую земных рептилий. Куоритч изучала их, когда выдавалось свободное время, — брала кучу материалов, связанных с земной жизнью, флорой и фауной, и проводила вечера за чтением и просмотром. Было интересно, особенно, если учесть, что ничего из этого она никогда не сможет увидеть вживую.       — Почему она не с остальными? — осторожно убрав руку, Чарли смотрела, как илу отплывает от них, ныряя под воду и исчезая из виду. Видимо, свою порцию нежностей за день она уже получила, поэтому и смылась, виляя напоследок хвостом. Точно попрощалась со своим наездником.       — Не знаю, —Нетейам вздохнул, опираясь локтями о колени и смотря куда-то вдаль. —Просто любит быть тут одна, — он не сразу понял, куда его илу девается. В один день просто заметил, как она отплывает сюда. Противиться этому не стал. Эта часть деревни была тихой, может поэтому животное уплывало сюда, уставшее от шума большого количества собратьев.       Ее отстраненность не мешала, ведь стоило Нетейаму позвать ее с этого пирса, как она неслась в сторону лежбища, ожидая, когда на нее наденут седло.       Чарли внимательно взглянула на него, но ничего говорить не стала, прикрывая глаза и пару минут слушая, как тихо вода плещется о деревянные прочные сваи внизу. Ноги теперь приятно холодило, а кожу согревало яркое солнце. Если б она была человеком, то точно бы обгорела на таком пекле.       Салли, заметив, что они оба молчат, перевел взгляд на аватара, пару секунд разглядывая ее спокойное лицо. Глаза были прикрыты веками, а длинные темные ресницы отбрасывали тени на щеки. Чарли не двигалась, будто пытаясь запомнить момент, насладиться собственными ощущениями. Тут ведь было спокойно. Тут не было войны. Тут никого не убивали.       — Как у тебя с языком жестов? — Куоритч резко распахнула глаза, встречаясь с внимательным взглядом янтарно-зеленых глаз. Пару секунд молча смотрела в ответ, приходя в себя. Слишком сильно задумалась…       Очнулась полностью, когда поняла, что зрительный контакт как-то затянулся.       — Ну… вроде неплохо. Немного успела выучить, — на самом деле Цирея часто использовала одни и те же жесты, поэтому Чарли, благодаря отменной зрительной памяти, запоминала их быстро, а значение либо понимала сама, либо объясняли водные На’ви.       Да и если не отвлекаться и сосредоточиться, то язык жестов становился очень простым. Ещё бы Чарли могла сохранять под водой полную концентрацию, а не думать, как бы случайно носом воды не хлебнуть…       — Давай проверим, — Нетейам развернулся к ней лицом, вытаскивая одну ногу из воды. Чарли последовала его примеру, закидывая ноги на пирс и скрещивая их перед собой. Ей было интересно сможет ли она повторить ещё раз то, что запомнила утром.       — Друзья? — Салли внимательно следил за тем, как Куоритч ставит ладони одну под другой, сцепляет пальцы и делает несколько круговых движений. — Отлично, теперь «мне жаль»       Он не видел, как от похвалы у Чарли радостно пару раз дернулся хвост, сосредоточившись на тонких длинных пальцах.       Она провела тыльной стороной ладони по груди, а потом потерла одну ладонь о другую круговыми движениями. Это тоже оказалось правильным жестом.       Так продолжалась ещё некоторое время. Оказалось, что Куоритч запомнила даже чуть больше, чем думала. Потом Салли решил самостоятельно научить ее ещё нескольким жестам, принимаясь старательно показывать слово за словом. Чарли с готовностью повторяла, про себя подмечая, что из парня тоже вышел прекрасный учитель. Немного серьезнее, чем дочь вождя, но от этого дискомфортно не было. Наоборот, ничего не отвлекало.       Затруднение произошло на фразе «поплыли вместе с нами». Аватар никак не могла собрать пальцы вместе, в нужном жесте, постоянно сбиваясь или показывая неправильно. Ей будто мешал пятый палец на ладони.       — Ай, да что такое… — Чарли недовольно фыркнула, поджимая губы, а Нетейам не сдержал слабого беззлобного смешка, ещё пару секунд наблюдая за ее неудачными попытками. Потом осторожно обхватил чужие пальцы своими, мягко направляя в нужную сторону и корректируя движения, помогая собрать ладони вместе.       И Куоритч зависла, ощущая, как по телу прокатывается странная теплая волна. Кожа Салли была горячей от солнца, движения осторожными, какими-то даже слишком щадящими.       Чарли была безумно тактильной. Сколько себя помнила и знала — ей нужен был физический контакт. Она любила касаться дорогих ей людей. Просто положить голову или ладонь на плечо, сесть рядом так, чтобы плечи касались. Она любила танцевать с кем-нибудь вместе, любила дурачиться с Лайлом, который часто катал ее на спине, даже сейчас, когда они все стали рекомами. Жница время от времени ее обнимала. Немного грубовато, по-мужски, но очень приятно. А Манск мог усадить на одно плечо, точно куклу, и спокойно пронести так из пункта А в пункт Б. Файк так вообще мало того, что был гиперактивным, так ещё постоянно докапывался до нее, то щекоча, то вызывая на шуточные спарринги. Грэйс часто, становясь рядом, обнимала за талию. И в этом не было никакого плохого подтекста. Все просто знали, что Куоритч-младшей это нужно. Так она понимала, что не одна, что к ней хорошо относятся. Даже Паук, пусть и не сразу, привык к ее особенности, сам часто обнимая, или укладывая ее хвост себе на колени.       Относительно холодным к ее тактильности оставался лишь отец, но аватар объясняла себе это тем, что он был, в отличии от нее, совершенно не тактильным, плохо переносящим всякого рода нежности. Поэтому она наслаждалась очень редкими объятиями, пятерней, обнимающей шею. Иногда полковник обнимал их с Пауком хвостом. И даже за это она была безумно благодарна.       Когда сбежала к клану, контакт снизился до минимума. Да, рядом были Грэйс и Норм с Максом, которые проявляли к ней заботу, ерошили волосы, приобнимали, сидели рядом. Была Мо’ат, которая в минуты сильной усталости могла положить руки ей на плечи, даря поддержку и теплые слова. А некоторые местные дети обожали сидеть у нее на руках. Но этого было мало.       Чарли буквально голодала по физическому контакту, отдавая всю свою заботу Торуку, постоянно поглаживая его, повисая на нем, даже заснула несколько раз рядом с ним. Но это было не то, ей было мало.       И сейчас, когда ее касались вот так, с особой осторожностью, внутри будто маленькое солнышко начинало светиться.       — Поняла? —Нетейам вопрошающе уставился на нее, так и не отпуская ее руки. Даже не подозревал, как заставил ее впасть в ступор простым движением. Чарли часто заморгала, собираясь кивнуть, как их отвлек окрик со стороны деревни.       — Ты посмотри! Я ушел всего на пару часов, а они уже за ручки держатся! — Ло’ак лёгким бегом направлялся к ним, весело улыбаясь. За ним, отставая на десяток шагов, шли Грэйс и Кири.       Нетейам тут же отпустил ее пальцы, сам поднимаясь на ноги и уже собираясь протянуть руку, чтобы помочь Аватару встать, но та ловко справилась сама, упираясь руками в бока.       — А что такое? Тебя тоже за ручку подержать надо? — на’ви в ответ недовольно фыркнул.       — Он не нас с тобой за ручки держать хочет, — Нетейам издевательски улыбнулся, а Ло’ак, смутившись, махнул рукой в его сторону, недовольно зашипев. Его уши чуть поджались, а хвост нервно задергался за спиной. Чарли уловила в его поведении явное смущение, но сдержать противной издевательской улыбки не смогла.       Хотели подшутить над ней и Нетейамом, а они вдвоем смутили младшего из братьев Салли в ответ.       — Эй, молодежь, идите сюда! — Огустин подходить к краю пирса не стала, поманив ребят к себе. Кири стояла рядом с ней, сжимая в руке маленький чемоданчик. Куоритч сразу узнала его — это миниатюрная полевая лаборатория, которую Грэйс притащила сюда с собой.       Даже после воскрешения своим привычкам не изменяла.       — Что-то случилось? — Чарли приложила ладонь ко лбу, создавая козырек. Яркое солнце мешало нормально посмотреть в лицо учёной. Женщина отрицательно покачала головой, с улыбкой наблюдая, как они подходят к ней.       — Нет, просто я, с разрешения Ронал, хочу взять в лесу пару образцов, а вы идете со мной, — выбора она, как обычно, не оставляла, поэтому Чарли просто смирилась со своей участью. Да и прогуляться по местному лесу было бы интересно. Растительность тут все же немного другая.       Ло’ак, видимо, до этого не знавший, зачем его потащили с собой, недовольно вздохнул.       — Шагайте, давайте-давайте, — Грэйс осторожно пихнула его в спину, назначая провожатым, пока остальные не спеша двинулись рядом с ней. Кири была рада провести время со своей матерью, а Нетейам просто не возражал, очевидно, не решаясь их оставить на младшего брата. Да и отец ведь доверяет ему, как старшему из детей, не мог же он вот так от остальных отмахнуться.       Чарли тихо усмехнулась. К Огустин ребятам ещё нужно было привыкнуть. Она временами была очень грубой и жёсткой, даже слова против ей сказать было нельзя. Наверное, так сказались годы работы на Пандоре, в окружении солдат. Один только полковник Куоритч чего стоит…       — Чарли, не забыла, как образцы брать? — Грэйс одновременно приобняла ее и Кири, заглядывая в глаза. Пока они жили с кланом, Чарли была занята войной, многочисленными нападениями землян и планированием атак. Много времени проводила с ранеными, приглядывала за детьми или икранами, по просьбе тсахик ходила за разными травами одна, поэтому ей было не до науки.       — А кто, по-твоему, этим занимался? — Куоритч-младшая фыркнула, откидывая передние пряди, перетянутые бусинами, со лба. — Как только мы на базу прибыли, мне этот чемодан всучили, — и не то, чтобы ей было сложно собрать эти дурацкие образцы. Было противно, что даже это скидывали на рекомов, будто они были обязаны делать всю работу.       — Ты тогда около вертолета образцы собирала? — Нетейам, шедший по правую руку от нее, чуть склонил голову, чтобы смотреть в лицо.       Чарли кивнула, мысленно сокрушаясь. Получается, братья наблюдали за ней с самой посадки вертолёта. Значит, видели их с отцом ссору. Кошмар. Этого им совсем показывать не хотелось. Незачем им было знать, как умеют ругаться Куоритчи. Конечно, это не самая жесткая их ссора — успела случиться парочка ещё более ужасных, — но легче от этого не становилось.       Весь оставшийся путь Кири отвлекала их разными историями, связанными с местными обитателями леса. Она часто ходила одна, поэтому много времени проводила за наблюдениями.       Чарли расслабилась, полностью погружаясь в чужие рассказы и забывая, что оставила позади, на материке. Хотя бы на время.

***

      — Поразительное отличие от лесов на континенте… — наверное, Грэйс повторила это уже раз в сотый, но никто ничего по этому поводу уточнять не стал, боясь спугнуть эмоцию неподдельного интереса с лица женщины.       Пока Огустин рассматривала структуру коры одного из деревьев, Чарли аккуратно, при помощи специального шприца, брала образец влаги из корня. Медленно, с помощью вакуума, забирала жидкость, стараясь не переборщить и случайно не нанести вред.       Кири была рядом с матерью, внимательно наблюдая за ее действиями, а Нетейам вызвался помогать Чарли, хоть и абсолютно ничего не смыслил в том, что она делала. Поэтому Чарлин просто всучила ему пробирки, чтобы лишний раз не смущать и не дергать.       Куоритч ощущала пристальный взгляд, следящий за каждым ее действием, но старалась об этом не думать. Осторожно вытащила шприц, жестом попросив одну из пробирок, которые старший из детей Салли и держал.       — Когда мы пойдем обратно? — Ло’ак, в отличии от остальных, делом занят не был. Забрался на один из мощных арочных корней, свесив ноги вниз. Он либо отвлекал остальных, либо со скучающим видом наблюдал за чужой работой. Конечно, Грэйс бы его и близко к лабораторным образцам не подпустила, но и без того было понятно, что Салли нравится со стороны наблюдать за ними, занимаясь ничегонеделанием и строя из себя максимального лодыря.       — Сейчас соберём образцы и пойдем на ужин, — Грэйс отошла от дерева, запрокидывая голову вверх. Рассматривала необычные лианы, опутавшие низкие ветки. Они росли чуть выше корней, но все равно лезть наверх за ними было бы крайне неудобно. Ей уж точно.       Чарли, перелив жидкость в колбу, плотно закрыла ее, убирая оборудование обратно в чемоданчик. Потом взглянула на Огустин, проследив за ее взглядом. Ну ясно, Грэйс опять нужен был образец, который хрен достанешь. Ничего у нее просто не бывало.       — Лианы? — Чарлин устало вздохнула, ожидая кивка от женщины. Кажется, она знала ее слишком хорошо. Та довольно улыбнулась, кивая ей.       Куоритч, решив не перекладывать на остальных внезапно появившуюся задачу, отошла на пару шагов назад. С разбегу подпрыгнула, цепко хватаясь ладонями за толстый корень. Подтянулась на руках, залезая на него сверху. Обошла нижнюю ветку, начиная аккуратно распутывать одну из лиан. Порвать ее очень бы не хотелось.       Ло’ак спрыгнул на землю, подходя ближе к брату. Тот молча наблюдал за действиями Куоритч. Неосознанно отслеживал движения гибкого стана, смотрел, как тонкие пальцы ловко управляются с лианой, обратил внимание на ровную узкую спину. Взгляд внезапно наткнулся на шрам на локте. Не особо заметный, не очень большой, но создалось впечатление, что рана была глубокой. И получена давно.       — Тебя Паук поднатаскал? — Ло’ак улыбнулся, вспоминая, как неловко аватар в ту встречу у вертолета залезала вверх на дерево. Сейчас на ней было минимум одежды, она уже давно ходила босиком и довольно неплохо овладела навыком карабканья по деревьям. Особо и выбора, конечно, не было. Либо быстро учишься, либо…       К его удивлению, Чарли колкостью не ответила. Ее плечи чуть поникли, а пухлые губы поджались.       — Ему не до этого было, — она развернулась к ним лицом, осторожно спуская длинный конец лианы, чтобы Грэйс могла собрать материал. Огустин тут же принялась за дело, беря в руки новый шприц.       — Я уверен, он сейчас думает о том, как выберется и научит тебя нормально лазить по деревьям, — Ло’ак, решивший подбодрить рекома, улыбнулся.       Сокорро умел просто мастерски лазить по деревьям, на равных с На’ви, хоть и явно уступал им в физической силе. Они даже соревнования между собой устраивали, когда были младше.       Чарли совсем помрачнела, усаживаясь на корень и спуская с него ноги вниз, как незадолго до этого делал На’ви.       — Они все думают, что я мертва, — Куоритч поджала губы, пустым взглядом уставившись перед собой.       Было больно. От очень многих решений, которые пришлось принять. Но Чарли успокаивала себя тем, что настало время мириться с последствиями собственных выборов, а не лить горькие слезы понапрасну. Итак уже слишком много выплакала. Каждая ночь в пещере, рядом с племенем Оматикайя сопровождалась ее тихими рыданиями. Сколько уже можно так себя корить? Сколько можно испытывать одно и тоже ноющее чувство в грудной клетке?       Остальные сильно смутились, удивлённо переглядываясь между собой.       Нетейам тяжело вздохнул, смиряя младшего брата гневным взглядом. Вечно он не может свой длинный язык за зубами удержать, черт возьми!       — Как так… ты… — Кири прижала уши к голове, пока Грэйс, уже зная всю ситуацию, позволяла Куоритч объясниться самой. Ей стоило огромных трудов заставить девушку рассказывать все это в первый раз. Она тогда много плакала от усталости, от радости, от облегчения. Сейчас все более или менее утихло.       — Я подстроила все так, будто меня разорвал один из зверей. Иначе бы начали искать. Паук знал о плане. Должна была спустя какое-то время отыскать их во время очередной вылазки и дать знак… но не стала, — и до сих пор не знала, правильно ли это было. За последние месяцы границы этого «правильного» сильно размылись, потеряли четкие очертания. Это ведь не армия, где было только чёрное и белое. Тут все было куда сложнее.       — Почему? — Кири прижала руки к груди, глядя на нее печально.       Паук часто о ней говорил. Постоянно рассказывал о том, что дочь Грэйс к нему очень добра, что постоянно проводит с ним время, что они отлично друг друга понимают. Постоянно переживал, как она там. И сейчас Чарли видела, что На’ви переживает за него точно также, может и не показывает этого так открыто, как Сокорро. С другой стороны, они с Кири наедине и не общались, чтобы эту тревогу разглядеть.       — Не хочу подвергать его опасности. Лучше, если он будет уверен в моей смерти, и генерал ничего с него не сможет взять. Хватит уже с него. Она итак над нами издевалась, — пару раз отец все же не уследил. Мозги больше никому поджарить не пытались. Зато избили знатно. И ее, и брата. И запугивали так, что страшно было лишний раз вдохнуть.       Самое отвратительное началось, когда генерал подключила других рекомов, не из группы Куоритча. Вот тогда Чарли действительно начала жить в постоянном страхе, тогда они с Пауком не могли уснуть, если находились не рядом, если с ними по соседству не спал отец. Тогда появился этот отвратительный шрам на ухе, который ей очень не нравился.       Теперь все позади. Для генерала Чарли мертва, а с Паука больше нечего взять. Уж ребята больше в обиду его не дадут.       — Ты уверена, что ему там ничего не грозит? — Нетейам чуть нахмурился, наблюдая за тем, как Грэйс возвращает лиану Чарли, а та закидывает ее обратно на ветку, так и не встав с корня.       — Может мой отец и ребята — демоны во плоти, но за своих они порвут глотки кому угодно, — Куоритч-младшая поджала губы, резко откидываясь назад. С переворотом спрыгнула с ветки, твёрдо приземляясь на ноги. — А Паук свой, — и этого уже никто и никогда не сможет изменить. Рекомы даже начали называть брата и сестру «своими детьми». На базе ходили шутки, что у двух подростков целая группа нянек, которая и на тренировки их таскает, и на задания в лес. И пусть у Паука была должность полевого переводчика, полученная явно не по собственному желанию, а Чарли вообще считалась кем-то типа эксперта по Пандоре, особо серьезно их не воспринимали. Дети.       Ребята, заметив серьезность во взгляде рекома, даже не стали спорить.       Нетейам забрал из рук Грэйс потяжелевший чемоданчик, решив нести его самостоятельно. Он Чарли верил, даже не возникали мысли, чтобы усомниться в ее словах.       И, кажется, брат с сестрой были такого же мнения, потому что Кири будто бы облегчённо выдохнула, а Ло’ак усмехнулся, облизывая губы и прогоняя со своего лица тень грусти.       Когда они двинулись обратно к деревне, Ло’ак решил, что самое время вспомнить, как же в детстве он любил доставать сестру, а потом убегать от нее. Вот и сейчас, дёрнув ее за хвост, он ловко бросился наутёк, пока Кири, громко шикнув, схватила Чарли за руку, потащив за собой в качестве поддержки.       Грэйс и Нетейам со снисходительными улыбками наблюдали, как ребята носятся друг за другом чуть в стороне от них. Чарлин больше смеялась, не используя и части силы. Просто иногда подталкивала Ло’ака в бок или ударяла хвостом по ногам, даже не пыталась догнать, пока Кири на полном серьезе собиралась задать младшему брату хорошую трепку, которой он, кстати говоря, заслуживал.       — Ну наконец она хоть немного расслабилась, — Огустин улыбнулась, переводя взгляд на Нетейама. Тот кивнул в знак согласия, так и не отводя от бесящихся взгляд.        В этот момент Кири кубарем свалилась в песок под громкий хохот брата, пока Чарли, не скрывая широкой улыбки, помогала ей встать. Попутно она успела влепить на’ви кончиком хвоста куда-то по ребрам, от чего тот тихо и сдавленно пискнул. Больше от испуга, чем от боли.       — Я могу тебя кое о чем попросить? —Салли тут же с готовностью кивнул, удобнее перехватывая полевую лабораторию. — Приглядывай за ней. Я иногда переживаю за нее, — потому что Куоритч металась, перетруждалась и была очень эмоциональной. Потому что она была без семьи, хоть и в окружении близких для нее существ. Потому что все ещё чувствовала себя чужой, хоть и старательно это скрывала. Потому что от резкого приступа могла потерять сознание. Даже думать не хотелось о том, что это могло случиться в воде.       — Конечно, — Нетейам вздохнул, замечая, что все трое ребят общей кучей повалились на песок, смешно отфыркиваясь и хохоча.       Они с Грэйс рассмеялись, не спеша приближаясь к ним.

***

      Кажется, для ужина было ещё немного рановато, но старые друзья так хотели провести время вместе, что все спокойно расположились в хижине семейства Салли.       Чарли первым делом обратила внимание на Нейтири и, к своему удивлению, не встретила пристального испепеляющего взгляда. Женщина посмотрела на нее довольно тяжело, но спокойно, будто часы, проведенные в компании Грэйс, смогли унять ее недоверие или даже злость. И все же, радоваться пока было рано.       — Чарли, мой сын все в деревне показал? — Куоритч почувствовала, как Нетейам, севший рядом с ней, едва ощутимо напрягся, распрямляя плечи и внимательно глядя на нее.       Это было… немного странно. Он ведь вообще ничего плохо не сделал, не ослушался и показал ей действительно все, если не больше.       За день Чарлин поняла, что старший из детей Салли буквально забрал на себя заботу о братьях и сестрах, отвечая за все их косяки, присматривая, успевая заниматься ещё и своими делами и прямыми обязанностями. Даже илу брата проверил, когда они были около лежбища, а об этом его никто не просил. У нее бы точно голова от такого кругом пошла.       Конечно, за Пауком на базе она следила, причем очень часто, чтоб парню нигде голову не открутили. Но отец всегда их будто бы разделял. Если брат был виноват, то получал именно он, а к Чарлин претензий не было. Она, наоборот, сама лезла, пытаясь разнять конфликт. И вот тут уже могла получить, но лишь за то, что мешала воспитательному процессу.       Хотя, как воспитывать шестнадцатилетнего парня? Он уже был взрослым. Сам пытался рекомов воспитывать.       — Все хорошо, Нетейам мне очень помог, — она улыбнулась, глянула на Джейка со слабой, чуть усталой ухмылкой.       Старший из детей Салли тихо выдохнул, от чего его плечо соприкоснулось с плечом Куоритч. Реком резко дернула хвостом, ощущая, как от чужого тела исходит жар. И не стала отодвигаться, откладывая размышления о таком сильном тактильном голоде куда-то в совсем дальний ящик.       — Очень помог подержаться за ручки, — не удержался Ло’ак, за что получил от Кири тычок локтем прямо в бок. Тихо шикнул, пока сестра недовольно смотрела на него, сложив руки на груди.       Нейтири смирила всю компанию недовольным взглядом, от чего Чарли тут же поспешила прояснить ситуацию.       — Он помогал мне с жестовым языком. У меня не получалось одно движение, — а то ещё подумают, что она тут старшего отпрыска Торука Макто решила соблазнить.       Слава старшего сына намного опережала его самого. Ещё находясь в племени, Куоритч наслушалась о том, какой Нетейам хороший стрелок и охотник, какой отважный, смелый и дальше по огромному списку, который местные девочки -подростки обязательно заканчивали определением «красивый», мечтательно и печально вздыхая.       Для Куоритч это было странно и необычно — так открыто сохнуть по кому-то, поэтому она слушала всю многочисленную болтовню вполуха, предпочитая одновременно с этим заниматься ещё чем-нибудь. Ей чувство влюбленности или даже лёгкой симпатии было просто незнакомо. Когда всю жизнь живёшь на военной базе в окружении взрослых, то объект твоих любовных воздыханий появиться просто не может. Не на стариков же слюни пускать.       Джейк, заметив, как Чарли снисходительно глянула на Ло’ака, все ещё потирающего бок, не сдержал широкой улыбки. Ну хоть немного его дети растормошились, а то с момента прилёта сюда ходили, точно недовольные истуканы.       — Еще в джунглях взяли образцы. В ближайшее время сяду и изучу, — Огустин, помогая Нейтири с ужином, взглянула на Чарли, намекая, что ее к этому процессу тоже обязательно подключат.       Как обычно, спорить там было совершенно бесполезно. Куоритч лишь кивнула, усаживаясь поудобнее и подгибая под себя одну ногу.       Когда с едой было покончено и рассказы семьи Салли о жизни в деревне скрасили начало вечера, Джейк отложил посуду из рук, внимательно взглянув на подруг.       — Итак, что в сегодняшней программе рассказов? — Чарли и Грэйс переглянулись. Женщина многозначно выгнула бровь, склоняя голову вбок. Реком фыркнула. Ну конечно. Опять ей все рассказывать. Такими темпами язык отсохнет к чертовой матери.       — Тогда… остаётся мой побег и воскрешение Грэйс.       — А отец Кири? — бок Ло’ака вновь пострадал от локтя старшей сестры. — Ау! За что ты?       — Я сама разберусь, когда мне про своего отца спрашивать, — Кири гневно глянула на брата, дёргая хвостом в разные стороны.       Грэйс тихо рассмеялась, обнимая дочь за плечи и притягивая к себе.       В это время Чарли неожиданно заметила, как взгляд Нейтири, устремлённый на обнимающихся мать и дочь, стал безумно грустным, а уши прижались к голове. В груди закололо от быстро нарастающего чувства вины. Собственные уши едва заметно опустились к голове, а хвост поник, безвольно опускаясь на пол.       Она не думала, что… даже не представляла, что Нейтири может так отреагировать. Казалось, в возвращении Грэйс не может просто быть минусов.       — Итак?.. —Джейк, обратив внимание на чуть поникший вид подруги, заглянул ей в лицо. Куоритч тут же встрепенулись, отгоняя от себя дурные мысли. Она слишком чувствительна к чужим эмоциям, слишком быстро все перенимает на себя.       —Тогда была очередная вылазка в джунгли…

***

      В тот день дети полковника знали, что должно произойти, уже в вертолете, ещё даже не оторвавшись от земли.        Чарли мелко трясло с самого раннего утра, поэтому брат всячески ее успокаивал, чтобы не привлечь внимания других. Держал за руку, сидел рядом, бросая на сестру обеспокоенные взгляды.       Запасной рюкзак со всем необходимым был давно собран и заменён, план продуман и проработан. Куоритч-младшая даже несколько запасных путей отхода спланировала, боясь осечки.       Да, им было хорошо на базе, ребята относились к ним прекрасно, даже отец стал довольно мягким и, кажется, считал и Паука своим сыном, пусть и не афишировал этого.       Но оба они сейчас сидели побитые, ухо Чарли было перемотано свежим бинтом, тело в отвратительных кровоподтёках, которых открытая одежда не скроет. Сокорро в новой маске, потому что предыдущую разбили, едва не задушив его. В этой передатчика точно уже не было. С разбитым лицом, губами и носом, с огромными гематомами на ребрах, со следами укусов. Синяя кожа Куоритч-младшей тоже пестрила от отметок чужих зубов. Хотелось разодрать кожу в этих местах до мяса, снять ее с себя, если потребуется, чтобы скрыть позорные следы. Они молились, чтобы не осталось шрамов. Чтобы это не осталось на всю жизнь.       В душах обоих поселился страх. Дети смотрели друг на друга и думали лишь о том, что все обошлось. Закончилось не так ужасно, как могло бы. Думать даже о другом исходе не хотелось.       Остальные тоже были нервные, заведенные и злые. Готовые буквально в драку кинуться, если хоть кто-то не из их группы приближался к Чарли и Пауку ближе, чем на сто метров.       Полковник молчал. Потирал сбитые в кровь костяшки пальцев и молчал. Казалось, его вообще трогать не стоит. Он был близко к детям, приобнял сразу обоих хвостом, но не смотрел на них.       Куоритчу впервые за очень долгие годы было безумно стыдно. Так, что он не находил в себе сил даже на собственных детей посмотреть. Его с головой сжирала вина. А те молчали. И сидя ночью в больничном крыле молчали, и сейчас с ним не заговаривали. Да ни с кем.       Чарли думала. О том, что они выбрали действительно дерьмовое время для побега, о том, что она поступает просто охренеть как неправильно. Грудную клетку сдавливало от боли. Она опять предавала, опять оставляла. А ведь ее испытательный срок лишь недавно кончился…ей верили безоговорочно.       Наверное, будь у нее чуть больше сил — она бы разревелась, но сильный порыв ветра от лопастей высушил любой намек на слезы, заставляя сцепить челюсти крепче.       Она выбрала. Она решила, что должна помочь освободить Пандору. И она не отступит. Куоритч она или нет, в конце концов.       В лесу уйти от группы чуть в отдаление не составило труда. Отговорки об изучении местности, фруктах, туалете и всего прочего действовали хорошо. Она с братом несколько раз уже проверяли.       Когда Чарли, завидев укромное место, припала на одно колено, шустро снимая с себя все оборудование и выключая его, Паук неожиданно замер, молча наблюдая за ней. И когда Куоритч-младшая уже была готова схватить его за руку и бежать, он осторожно сжал ее запястье своими ладонями, заставляя остановиться и посмотреть на него в упор.       — Я не пойду с тобой, — уши рекома моментально прижались к голове. Чарли нервно выдохнула, хватая брата за плечи. На секунду ей показалось, что она ослышалась.       Нельзя. Нельзя сейчас давать заднюю. Они столько уже прошли!       — Что?.. Паук, что ты несёшь? Нужно уходить, иначе… — тянуть его силой она не решалась, беспомощно хватая то за плечи, то за запястья. Сжимала тонкими пальцами, не в силах больше произнести ни слова. Янтарные глаза стремительно наполнялись слезами. Она не понимала…       — Ты столько сил потратила, чтобы изменить их. Я хочу помочь, я хочу попытаться ещё раз, — Сокорро грустно улыбнулся.       Они говорили тихим шёпотом, боясь быть услышанными. Чарли не выдержала, тихо заплакав. Упёрлась лбом ему в грудную клетку, не зная, что ей сейчас делать. Нервы сдавали так стремительно, что она была близка к тому, чтобы вернуться обратно, к рекомам. Оставить все и просто быть рядом с братом. Потому что оставлять его на базе одного было безумно страшно.       Она ведь не много просит…       — Как….Паук, а если…нам нужно идти, скорее… — парень осторожно обвил руками ее запястья, отстраняя от себя и улыбаясь. Искреннее и безумно грустно. В карих глазах блестели слезы, но плакать он себе запретил, видя, что сестра совершенно расклеилась.       Теперь пришел его черед о ней заботиться.       — Иди. Я тебе все объяснил — ты точно не заблудишься. Не волнуйся обо мне. Все будет хорошо. Меня защитит Эйва, — она верила. Уж богиня ее брата точно никогда не оставляла, несмотря на то, что он был человеком. Паук был будто поцелован ей при рождении, хранил в себе толику подаренной храбрости, передавая и ей.       Она тяжело вздохнула, шмыгая носом. Резко сгребла его в объятия, прижимая к себе и запоминая родной запах, знакомое тепло. Запоминая все, чтобы не забыть.       — Если все получится, я через месяц найду вас, дам тебе знак. Прислушивайся, — она смирилась, она приняла, уважая его решения и испытывая безграничную благодарность. И такую же безграничную боль. — Oel ngati kameie, tsmuk, — Паук на секунду замер, не сумев сдержать пары слезинок, скатывающихся по щекам.       Они увидятся. Он точно знал, что ещё увидит ее. Полтора месяца хватило, чтобы узнать ее настолько хорошо, будто они жили рядом многие годы, будто и не было разлуки длиною в жизнь. И он знал, что его сестра найдет способ. Она же обещала.       Чарли резко сорвалась с места, подхватывая свои вещи, ныряя в зелёную листву. Чтобы не смотреть на прощание, чтобы не запоминать его расстроенное лицо.       И в спину донеслось.       — Oel ngati kameie, tsmuk….       И слезы бежали по щекам, пока она неслась к дальнему водоёму, пока ножом глубоко резала руку, чтобы кровь осталась на листве, пока разбрасывала порванную одежду, делая все, чтобы создать иллюзию нападения хищника. Который, кстати, должен был появиться совсем скоро. Прийти на запах крови. Ломала передатчик, оставляла следы к воде, чтобы никто не подумал, что она могла выжить.       Чарли не могла прекратить плакать и мысленно просить у морпехов и отца прощения до тех пор, пока не добралась до нужного района в парящих скалах, пока на Пандору не начали опускаться сумерки, пока ее не схватили дозорные.       Вместо страха пришло успокоение. Она не сопротивлялась, не чувствовала дискомфорта в связанных руках. Шла быстро, пока они не оказались в огромной пещере. Не опускала взгляда, когда проводили через толпу, спокойно смотрела в лицо вождя, пока к ней не приблизилась тсахик.       — Как имя твое? — длинные пальцы коснулись плеча, очертили один из следов от зубов. Пытливый взгляд женщины будто въедался в каждую деталь.       — Чарли, — Мо’ат замерла, пристально вглядываясь в ее заплаканное лицо. Наклонилась чуть ближе, будто на дне глаз Куоритч что-то рассмотреть могла, кроме собственного отражения. Потом махнула кому-то рукой, подзывая к себе.       Чарли глаз с женщины не сводила, находясь в странном, подавленном состоянии полного отчаяния. Мыслями она была далеко не тут.       Уже даже страшно не было. Лишь бы все быстрее кончилось.       — Жейк послание оставил. Сказал, если девушка по имени Чарли придет в клан, то ее смогут узнать, — из толпы вынырнул аватар. Понять это можно было по одежде, по пяти пальцам на каждой руке. Куоритч-младшая взглянула на него.       Норм. Это был Норм.       Стоял, часто дышал и смотрел на нее, не говоря ни слова. Аватар застыл, нервно дёргая длинным хвостом. Не видел, не понимал, что это она. Может, даже не верил.       Чарли подняла слабые руки, привычным шутливым жестом отдав честь. Двумя пальцами, как она это делала всегда. И слабо улыбнулась.       — Ты даже не постарел… — и ее узнали. Хватило лишь одной фразы, чтобы Спеллман понял, кто стоит перед ним.       Учёный подлетел к ней, заключая в объятия, позволяя уткнуться носом куда-то в ключицы, тихо заскулить, крепко жмурясь. Обнял, попутно объясняя что-то Мо’ат.       Чарли не слышала. Она медленно отключалась, из последних сил хватаясь за происходящее вокруг, пока ее не подняли на руки. А дальше сознание провалилось в темноту, позволяя ей упасть в долгий сон.

***

      Воспоминания стремительными картинками проносились перед глазами, пока сама Чарли пялилась на огонь, языки которого будто бы плясали в причудливом танце.       Остальные молчали, пытаясь переварить услышанное. Грэйс ждала, когда Куоритч самостоятельно вынырнет из не самых приятных воспоминаний, пока Нейтири и Кири подсели ближе к ней, неосознанно прижимаясь к женщине.       Джейк смотрел на Чарли. И просто не понимал, почему Великая Мать выдала на ее долю столько испытаний. Чарли ещё ребенок, ровесница Нетейама… Она заслужила право быть наездницей Торука, она заслужила право называться Торуком Макто. Просто ещё не понимала. Не осознавала, сколько всего успела сделать, невзирая на свой юный возраст.       Внезапно Тук, привычно сидящая рядом с Нетейамом, тихонько пробралась мимо брата, крепко обнимая рекома за талию. Чарли тихо охнула, выныривая из своих воспоминаний. На нее снизу вверх смотрели два янтарных омута, в которых отражалось свечение пламени.       — С Пауком все будет хорошо, я уверена, — к ней прижимаются сильнее, крепче обхватывая маленькими ручками.       Куоритч улыбнулась, смаргивая непрошенные сейчас слезы. Обняла малышку в ответ, осторожно поглаживая по спине. Чувствовала от нее тепло, ощущала чужой пульс. И будто бы чуть спокойнее становится.       На плечо легла горячая ладонь. Нетейам слабо улыбнулся, чуть сжимая пальцы, давая поддержку, в которой Куоритч явно нуждалась.       И Нейтири, замечая этот жест от сына, лишь пристально наблюдала, не вмешиваясь.       — Он же обещал, что все будет хорошо. Я ему верю, — Чарли вздохнула, переводя благодарный взгляд на старшего из детей Салли. Он все также ободряюще улыбался, не отнимая руки, даря тепло, позволяя ещё немного наслаждаться касанием. — Так, Грэйс, остальная часть рассказа на тебе, — пришлось гнать плохие мысли подальше, чуть фальшиво улыбаясь, чтобы не превратить спокойный и приятный вечер в какие-то поминки непонятно кого и чего. Ещё было слишком рано, чтобы делать выводы.       Куоритч была уверена — с братом и рекомами она ещё увидится. В свое время.       Огустин засмеялась, качая головой. Хоть сто жизней они сменят, а Чарли останется такой же Чарли.       Тук так и не отлипла от Куоритч-младшей, садясь между ней и Нетейамом, укладываясь головой на бедра рекома, а ногами — на брата. Оба они не возражали, позволяя малышке устроиться удобнее.       И только сейчас четырехпалая ладонь исчезла с плеча, мягко соскользнув вниз, оставляя на коже теплый след.       — Ну хорошо, — Огустин устроилась поудобнее, скрещивая ноги перед собой. — Существую я себе рядом с Великой Матерью, никого не трогаю, наблюдаю иногда за вами, чтоб не померли раньше времени, — она кидает пристальный взгляд на Ло’ака, а потом на Джейка. Бывший морпех тихо смеётся, чувствуя лёгкое смущение. — и в один момент слышу голос Мо’ат, взывающий к Эйве. Она просила о знаке, просила указать, достойна ли я второго шанса в правильном теле.       — Древо Душ было уничтожено, я не могла связаться с тобой, поэтому уговорила тсахик обратиться к Великой Матери напрямую, — Чарли оперлась рукой позади себя, другую положив на плечо Тук.       Ей показалось, что Нейтири будет против, но женщина с лёгкой улыбкой проследила за лежащей дочерью, не удостоив рекома взглядом. В виду всех обстоятельств это было вполне неплохо.       — Как тебе удалось? Мо’ат довольно сложно к таким решениям склонить, — Куоритч глянула на старого друга, к своему огромному удивлению замечая на чужом лице сильную усталость.       Джейк повзрослел. Больше он не был молодым аватаром. Он долгие годы нёс на себе бремя вождя, воспитывая своих детей. И все это тенью усталости отражалось на его лице.       — Назовем это природным обаянием Куоритчей, — Чарли шутливо подмигнула ему, вызывая со стороны Грэйс издевательский смешок. Но спорить никто не стал.        Чего у Куоритчей и правда было не отнять, так это обаяния. И отец, и дочь, при большом желании одним лишь разговором и улыбкой могли добиться очень много. Чаще всего, конечно, у противоположного пола, но ситуации ведь бывают самые разные.       — И что дальше было?       — А дальше я почувствовала сильное притяжение. Меня бросило куда-то вниз. Боль в затылке. Я открыла глаза, а надо мной нависла ее физиономия. — ученая ткнула пальцем в хитро улыбающуюся Чарли, хвост которой покачивался за спиной из стороны в сторону.— Слабость жуткая. Даже пальцем не пошевелить. Думала, ещё раз умру прям там! —Огустин всплеснула руками, вспоминая, как же первые несколько дней ей было плохо. А когда Куоритч-младшую, истекающую кровью, на себе принес Торук, стало плохо не только Грэйс.       — Эйва указала место, где покоилось твое прошлое тело. Оно было нетронутым. Если б тебе не суждено было ожить, я бы этого не смогла сделать, — Чарлин пожала плечами, вспоминая, как несколько ночей подряд вместе с Нормом трудилась в лаборатории, изготавливая нужный состав препарата. Они даже умудрились создать специальный прибор для ввода ДНК. Просто чудо, что все ещё сработало.       — И как ты смогла? — Нетейам краем глаза заметил, что Туктерей, несмотря на большой интерес к разговору, тянет в сон.       Девочка внимательно смотрела на Чарли, медленно моргая и борясь со сном.       — Внедренные насильно знания. Я же утащила с собой оборудование, пусть не все. Оно все равно было походным. Таких образцов на базе куча осталась. Взяла ДНК у старого тела Грэйс, ее новое мы перенесли к Эйве, а дальше пришлось прибегать и к науке, и к помощи Великой Матери. Поэтому ты помнишь все и в курсе всего, — больше она такие махинации проворачивать не будет. Было слишком рискованно, слишком опасно. Был большой шанс того, что Огустин просто не очнётся.       — Ну вы даёте…       — И все же… — Нейтири пристально глянула на Грэйс. — Кто отец Кири?       Женщина перевела взгляд на собственную дочь. Кири прижала уши к голове, умоляюще глядя на нее.       — Нет его, — она пожала плечами. — Девочка моя, ты моё прямое продолжение, часть меня, дар Великой Матери, — ладонь мягко легла на худую щеку подростка. — Когда она не смогла меня спасти, то поселила в теле моего аватара новую жизнь. Тебя. Ты истинное дитя Эйвы, ты не только мое продолжение, но и ее. Ты особенная.       По щекам Кири потекли слезы. Она прильнула к матери, пытаясь осознать правду. Не горькую, но удивительную. Как и остальные Салли, ожидавшие всего, но не этого.       Чарли лишь молча слушала. Конечно, она все это уже знала. И надеялась, что Кири сможет принять правду такой, какая она есть. Потому что ее происхождение было прекрасным. Осталось лишь принять.