Black, white and blue

Жила-была девочка, которая всем говорила, что она видит мир чёрно-белым и с помощью этих двух цветов она определяла сущность человека. Ей никто не верил и все над ней смеялись, называли сумасшедшей. Однако, один мальчик ей всё же верил. Он постоянно спрашивал её: „А это девочка плохая?", „А этот мальчик мне не навредит, у него хорошие намерения?". Она отвечала: „Нет, она хорошая", „У него хорошие намерения". Но как только ребята в школе также начали над ней насмехаться, ответы стали противоположными: „Да, она очень плохая", „Тебе стоит его остерегаться, он очень плохой". Он ей верил на слово, потому общался только с ней. Но долго это не могло продолжаться. В один день, когда девочки не было в школе, мальчик решил пообщаться с другими ребятами и, на своё удивление, они его приняли и были к нему добры. В этот момент он понял, что девочка его обманывала на их счёт. Он был в ярости, что она врала ему в лицо, и когда они встретились всё ей высказал. После этого они перестали дружить. Девочка была напугана. На этом воспитательница заключила, закрыв книжку, что в конце концов она извинилась перед всеми за ложь, и её простили. Это сказка о чëрно-белой девочке за авторством Соболëвой Э. М. Сказка, очевидно, о том, что не надо лгать, всё тайное становится явным и не надо боятся общения со сверстниками. Также очевидно, что злодей сказки - эгоистичная лживая девочка. Эту сказку рассказывают во всех детских садах в Голубии, всё дети не знают, и все понимают мораль. Разве что одна странная девочка. Она всегда рисовала только чёрной и белой краской и сидела в уголочке и читала книжки, не обращая внимания на других детей. Как ни странно, ей было больно от того, что ребята не обращали внимания на неё. Когда эту сказку рассказали в еë группе, она не согласился с высказанной моралью этой сказки, которую объяснила воспитательница для самых глупых. Девочка заявила, что эта „Эгоистическая лгунья" - главная героиня, и что конец истории неправильный. Она призналась, что героиня это истории ей симпатизирует и она её полностью понимает. В этот момент один мальчик в шутку выкрикнул: „Получается, ты также, как она, сумасшедшая?" Комнату сотрясло смехом, из-за чего девочка покраснела и попросилась в туалет. Воспитательница после этого случая захотелось поговорить с мамой девочки насчёт её „Главной героини" А что за девочка? Разве это не очевидно? Ложь всегда окружала и окружает Коваре.

***

Осенние каникулы прошли как-то незаметно. И вот, я уже снова иду в школу. Если я хочу стать собирателем, я должна начать ходить в спорт площадку и не забывать брать учебники... из-за всего этого просто хочется махнуть рукой и смирится со своей судьбой. В конце концов, у меня будет хорошая спальная комната, бесплатное обучение и питание, я буду учиться с хорошими, как я, учениками, меня будут любить... впрочем, насчёт последнего я сомневаюсь. Однако если я стану волхвой, мне придётся оставить Куори наедине с этим жестоким миром. Я не могу это допустить... Интересно, откуда я научилась так говорить? Это звучит так неправильно, что меня тошнит. Впрочем, это не важно. Очевидно, пока ещё не выпал снег и не стало слишком холодно, мне нужно ходить на спортплощадку. И я иду...и иду я в полном одиночестве. Куори сказал, что сегодня должен погулять с „друзьями", так что он не может пойти со мной. Как будто нельзя отказаться? Но да ладно, сейчас мне нет надобности об этом думать. Неожиданно, до моего уха долетает какие-то хихиканья, что выводит меня из мыслей. С некоторым волнением, я начинаю взглядом искать источник, и нахожу его. Это группа девочек, разговаривающая о чём-то и смеющаяся. На меня они не смотрят, значит они не над мной смеются, всё в порядке. Их смех врезается мне прямо в душу, разрезая её на кусочки. Ощущение, что смеются не только они, нет: смеётся сама улица. „Почему мне от этого настолько больно?"- думаю я, пока, закрыв уши и еле сдерживая слёзы направляюсь на спортплощадку. Наконец-то дойдя, я замечаю, что там кто-то есть. Этот мальчик выглядит знакомо. - Ох, п-прив-вет. - осторожно сказал мальчик, - Мы с-случаем н-не знак-комы? Он заикался, однако выглядел довольно спокойным. - Не уверена. - ответила я, - У меня...плохая память на лица. - Н-ничего страш-шног-го. Ты вроде К-коваре, д-да? Мен-ня з-зовут Наок-ки. - Наоки? - Аг-га. Тот самый Наоки? - Мне Куори о тебе рассказывал. - А м-мне о теб-бе. - У думала ты, как Куори, пошёл гулять с друзьями. - Н-ну, вообщ-ще м-меня пригл-ласили, д-да. Но я сег-годн-н-ня х-хотел подк-качатьс-ся, п-поэтому я отказ-зался. Отказался? А ведь Куори сказал, мол „Не может он отказаться". Наверное, даже не пытался... - А почему ты хочешь подкачаться? - Н-ну, потому что я х-хочу иметь возм-можно-ость п-постоять за себ-бя. О-ответить слов-вом я п-пока, как ты слыш-шишь, н-не мог-гу, поэт-тому прид-дёться т-так. Заикается он действительно сильно...Его трудно слушать. - Раз такое дело, может, покачаемся вместе? - Д-да, к-конечно. - с мягкой улыбкой ответил Наоки. Мы на протяжении нескольких, наверное, часов качались на тренажёрах и оба сильно вспотели. Он вытащил из своего портфеля полотенце и вытерся им. Мне тоже стоило его взять, а не только бутылку с водой. - Т-тебе над-до? - спросил Наоки - Э? Нет, спасибо. Ты же взял его себе. Мне будет неловко пользоваться твоими вещами просто из-за того, что я забыла их принести сама. - Л-ладно, не буд-ду заст-тавлять, н-но есл-ли что я аб-бсолютно н-не прот-тив! Я вытерлась своей рукой. Мы ещё немного позанимались до тех, пор пока не вымотались. „Чем мы ещё можем заняться?" - подумала я. Прерывать вот так встречу вообще не хотелось. Общие интересы, общие интересы... „Чтение книг" - вспыхнуло у меня в голове. Стоило мне предложить сходить в библиотеку, как его глаза засияли и он, дав одобрительный ответ, повёл меня в ближайшую. Никогда не видела, чтобы кто-то был также рад возможности почитать, как я. Однако у входа в библиотеку нас ждала...проблема. - Наоки? - спросил тёмно-волосый и лохматый парень, - Что ты тут делаешь? К тому же...с Сумасшедшей школы. Ты же говорил, что собираешься на спортплощадку. Перед библиотекой оказалась известная мне до боли группа ребят: Противный парень в чёрной куртке и непричёсанными волосами, лидер компашки, Рю, поддакиватель в телесном свитере по имени Акайо, красноид в уродливой белой кепке по имени Микайо и...Куори. - Я-я... - Помялся о Наоки некоторое время, однако после глубокого вдоха его лицо обрело спокойный, невозмутимый вид, какой не ожидаешь от заикающегося мальчика в нежно-голубой толстовке, - Т-так вс-сё и б-был-ло. Я немн-ного поз-занималс-ся и уже с-собирался идт-ти д-домой, но п-по пути я вст-третил К-Коваре. Она п-предложила пойт-ти в б-библиот-т-теку. Она в-выглядела так-кой од-динок-кой, и п-при этом у неё т-так сияли глаза, я прост-то не мог отк-казаться, вы м-меня знает-те. Т-тут оч-чень трудн-но найти т-таких же книг-гоманов, к-как я. - У Коваре-то? Глаза сияли? - усмехнулся Рю. - Ещё чего! - дополнил Акайо. Куори (очень неестественно) хихикнул. - Т-тут д-даже я удивилс-ся. Эта од-дна из причин, п-по котор-рой я н-не смог отк-казать. - Да ладно те, чувак! - вмешался Микайо. - От волхв одни неприятности! Ты только посмотри, как она на Рю смотрит: явно проклясть хочет. - Н-не бесп-покойся об эт-том. Волх-хвы н-не мог-гут п-пользоваться магией б-без крист-талла. На эт-то, разв-ве что, ваши в-ведьмы и колд-дун-ны способ-бны. - Ведьмы, волхвы...разницы нет! - К т-тому же, я ведь в-второй прет-тендентендент на с-становление волхвом к-класса, н-но мен-ня то ты не б-боишьс-ся. - Почти волхв - не волхв! Идите уже, харе задерживаться. - Да, конечно, „Герой", - ухмыльнулся противно Рю, - поторопись. Не то книжки убегут. Акайо и Куори засмеялись вслед за ним. Я не могу не заметить, что смех Куори поддельный. После этой „уморительной" шутки, компашка уходит. Я едва заметила, как Микайо перед тем, как последовать за друзьями подошёл к Наоки и похлопал того по плечу, произнеся что-то на подобии „Ни пуха, ни пера, братан" и уже потом ушёл. Странно. Но что более важно, теперь мы можем спокойно зайти в библиотеку. Теперь, когда они уже нас не услышат, я могу спокойно спросить у Наоки: - Что не так с этим красноидом? ...ладно, спокойно не получилось. - К-Коваре, - воскликнул Наоки, - н-не надо ег-го т-так назыв-вать! - Что? Почему? - П-просто...эт-то всё равн-но, что теб-бя к-кто-то назовёт голуб-биянин-ном. Тебя эт-то наверн-няка зад-денет. - Ну... пожалуй. Но всё же, почему он так плохо относится к волхвам? (Делать эти запирания невероятно трудно, поэтому в дальнейшем просто имейте ввиду, что он заикается. Извиняюсь) - Это в общем мнение большинства жителей красной страны. Они считают, что молодые или старые волхвы, или как у них принято называть ведьмы, приносят всякого рода несчастья. Сам Микайо очень даже неплохой, ты просто его мало знаешь. А что если именно из-за него у всего класса негативное ко мне отношение? Ведь всё, что обо мне знали одноклассники так это то, что я стала волхвой, а потом уже все начали называть меня сумасшедшей. - Может, выберем, что будем читать? - спросил Наоки. - Ох, точно! Я совсем забыла, зачем мы сюда пришли... - Для начала: какая книжка тебе нравится? Не долго думая, я ответила: - „Чёрно-белая девочка", разумеется! Правда, концовка у неё немного разочаровывающая... - Ох, правда? Хэй, а ты знала, что у неё этого самой концовки изначально не было? - Ч-что? - Мне это библиотекарша сказала. Каждый придумывает конец самостоятельно. Это многое может сказать о человеке. Какую концовку слышала ты? - В ней девочка извиняется перед всеми за ложь, и её принимают... - Ну, пожалуй да. Это немного странно... Всмысле, её ведь все считали лгуньей, так с чего бы им так легко её принять? Считали? Я думала, что я одна ей верю, но он походу... - Да и она бы не извинилась перед ними самостоятельно, ведь вряд-ли она бы признала свой дар ложью даже после того, как её бросил преданный друг. Этот вариант концовки слишком...сладкий. Впрочем, это же для детей, чтобы они не боялись признания обществом. Тебе интересно, какие я слышал завершения этой истории? - Да, пожалуй. - с ненаигранным интересом ответила я. - Начну с того, что предложил мой папа. Такое нелепое, на самом деле. Что эта ссора главной героине приснилась и на самом деле у ней с мальчиком всё хорошо и они в будущем сыграли свадьбу! - Пфф! - еле сдержала громкий смех я. Вместо хохота у меня потекли слёзы, выдающие мои бурные истории от этой „сладкой сказки". - Да это история ещё более приторная, чем прошлая! - Что поделать, мой старик не писатель и не верит в дружбу между мальчиком и девочкой, считая это зарождением любви. Следующая будет не настолько смешной. Эту версию я услышал у библиотекарши, которой она поделилась когда я взял эту книжку. Она считает, что после той ссоры мальчик хотел извиниться перед девочкой, но та его избегала. В конце года он был избран волхвом класса, что полностью обрезало их линию судьбы. В конце концов, девочка осталась одна. В этом варианте никто не получил счастливой концовки. Перед тем, как я расскажу свой конец, хотела бы ты поделится своим вариантом? Я замешкалась. Я не знаю, как должен выглядеть конец этой истории, кроме одной вещи... - Мне достаточно того, чтобы девочка обрела счастье... реалистичным образом. - добавила я, вспоминая первые две версии. - Вижу, ты ей прониклась. Полностью понимаю, она действительно интересный, пусть и недопонятный персонаж. Тогда, я думаю, тебя удовлетворит моя концовка. Когда я её рассказал моему папе, тот сказал, что я должен писать истории. Возможно, он преувеличил. Итак, давай сначала дадим имя главным героям. Девочку будут звать Усотсуки, мальчика - Момоку. После ссоры, оба чувствовали себя в равной степени виноватыми. Момоку чувствовал вину за то, что задел чувства своей самой близкой подруги. Усотсуки - за то, что из-за её лжи их дружба, как она думала, распалась. Сразу, как только они встретились, они практически одновременно произнесли „Прости меня, пожалуйста!". Разумеется, он её простил взамен на то, что она больше не будет ему так нагло врать, а девочке было достаточно того, что тот будет с ней всегда. Однако судьба не позволила им быть вместе „всегда". Девочку избрали волхвой. Момоку некоторое время не мог принять это, однако всё же решил, что он должен по крайней мере достойно её проводить, чтобы ей не было так грустно. С некоторыми усилиями, тому удалось уговорить свой класс устроить прощальную вечеринку. Думаю, не надо объяснять, почему с некоторыми усилиями. На вечеринке Усотсуки наладила общение с некоторыми ребятами. Сама вечеринка прошла великолепно, благодаря чему её настроение немного улучшилось. Когда пришло время расставания, они пообещали друг-другу, что они ещё встретятся. Случилось это или нет, никто не знает. Вот мой конец. Как тебе? - Как мне? Это... невероятно. Как будто прослушала великолепную книжку. - Спасибо за такую высокую оценку. Я просто считаю, что каждый заслуживает счастья, ведь в каждом человеке есть „белое". Абсолютно чёрного в мире не бывает. В людях лучше искать в первую очередь хорошее, а плохое вылезет само по себе. Я не заметила, как я начала смотреть на Наоки с восхищением, как будто скромный заикающийся мальчик моих лет вдруг превратился в знаменитого мыслителя. Его идеи... они очень интересные. Вот уж у кого действительно большое будущее. - Кстати, мы вроде пришли почитать, а уже несколько минут только обсуждаем одну книгу. Пора бы это исправить. Я в прошлый раз приметил одну книжку. Может, тебе она тоже будет интересна. Книга называлась „Желтия: Страна, в которой Солнце светит даже ночью". Как не трудно догадаться, речь идёт про страну Желтия, построенная на зонах с жёлтым кристаллом. Это просто невероятная страна. „Солнце, светящее даже ночью" - это метафора на его жителей, которые и днём, и ночью в хорошем настроении, которое трудно испортить. Желтийцы, в основном, светловолосые, немного загорелые, с жёлтыми, голубыми, карими или чёрными глазами. В общем, разнообразия больше, чем у нас, у которых все русоволосые с глазами либо с голубого, либо карего цвета. Зоны там очень тёплые и светлые, как будто жёлтый кристалл притягивает к себе лучи солнца. А национальные блюда там такие аппетитные, что хотелось их съесть прямо со страниц. Волхв там побаиваются из-за их непредсказуемости. Что уж тут поделаешь: везде волхвы разные. И всё же... - Так хочется посетить эту Желтию - Ага, однако...я слышал от брата, что скоро на их флаге пропадёт цвет нашей страны. - Что это означает? - Что скоро они перестанут считать нас их союзниками. - Почему? - Я не знаю, он мне не говорит. Хотя наверняка знает! - Откуда? - У него есть друзья в политике, А сам он журналист, вот и узнать новости раньше других. Он крутой, желает, чтобы всем жилось спокойней. У него чёткая речь. Не то, что у меня... - Понятно... Мы ещё некоторое время вместе читали, пока за окном не начало вечереть. - Наоки, мне было интересно. Когда ты придумал свой вариант концовки „Чёрно-белой девочки"? - А? Вроде бы, в прошлом году. А что? - Ах, да ничего. Спасибо. Увидимся! - Ладно, увидимся! Увидимся... наверное. Придя домой, я собиралась потратить остаток дня на изучение учебников, в поисках чего-то интересного. Не получилось, всё никак не получалось выкинуть из головы концовку „Чёрно-белой девочки" Наоки. Становление волхвой...однако он ещё в прошлом году придумал. Такое чувство, что он про меня и Куори писал, но что-то не сходится. „Каждый заслуживает счастья, ведь в каждом человеке есть „белое". Абсолютно чёрного в мире не бывает"...Сколько себя помню, другие дети, да что там, даже взрослые, считали меня сумасшедшей...Ладно, хватит уже думать о Наоки, нужно изучать учебники, чтобы легче понять материал. Сон настигнул меня быстрее. Из-за той тренировки я сильно вымоталась. Уже 21 декабря. До зимних каникул осталась неделя... надеюсь, она пройдёт также быстро, как и прошлые. Учительница объявила, что сегодня весь день будут работы в группах. Я даже не буду смотреть в сторону Куори с Наоки, они наверняка будут оба в своей группке „друзей", а больше никто не согласится быть в группе с „Сумасшедшей школы", поэтому, походу, придётся работать с моей собственной воображаемой командой исследования лабиринтов. До меня кто-то дотронулся. Как ни странно, это был Куори. Рядом с ним стоял Наоки. - Коваре, ты будешь с нами в команде? - А вы разве не с Рю и другими? - Пффф! - Куори едва сдержал смех. И вправду, я сказала так, будто это название какого-то детского мультика, в главной роле которого этот самый Рю. - Не переживай насчёт этого, - сказал Наоки, - Рю, Савадо и Микайо заболели. - Что? Все сразу? - Да! Круто, правда? Теперь мы можем работать все втроём в группе - воскликнул Куори. - А как же они..? - начала я, обратив взгляд на других ребят. - Не переживай на этот счёт, ведь... - прервал меня Куори, сделав гордый вид - Ребята меня любят и...меня все хотят! - Ага, хотят тебя в свою команду по вышибалам - едва сдерживая смех ответил Наоки. Я сдержаться не смогла. - Вы чего смеётесь?! Спортивные мальчики нравятся девочкам! - воскликнул в ответ Куори. Его это, кажется, задело, но он продолжил - И вообще, некоторые девочки уже признавались мне в любви! Наоки приобнял живот и кивнул с немного странной улыбкой, мол: „Ага, конечно". Я опять не удержалась и засмеялась. Я из чистого любопытства спросила: - И что же ты им ответил? Он ничего не сказал в ответ, а только отвернул в сторону голову, кажется, покраснел и в общем было видно, что ему неудобно на это отвечать. Я посмотрела на Наоки, ожидая ответ от него. Он, кажется, понял. - Вроде бы, убежал весь красный с криками на подобии... - Заткнись! - Выкрикнул весь красный Куори, при этом буквально заткнув рот Наоки. Это даже в каком-то роде успокаивает: несмотря на то, что Куори за последнее время (каким-то образом) стал хвастливым, он всё тот же Куори, которого легко засмущать. На протяжении всего школьного дня мы выполняли задания в команде...и будем это делать до конца недели. Даже при всём желании, я бы не смогла бы работать одна: подобные уроки должны улучшить отношения одноклассников друг к другу и их коммуникационные навыки. Я не пережила бы эту неделю, если бы эти трое не заболели. Класс больше не казался таким враждебным, когда я в компании близких друзей. Всю команду тянули я и Наоки (но в основном всё же Наоки), Куори ничего не понимал и открыто говорил это, но всё равно старался не сильно отставать. И когда я уже подумала, что мы наконец-то закончили на сегодня, нам на дом задали на дом нарисовать что-нибудь...Опять же в группе! Ладно уж рисовать, но группой? Это вообще как? Не понимаю. Надеюсь, втроём мы что-нибудь придумаем. Но одно нужно обсудить взаранее: - А у кого мы будем заниматься домашней? - Не у меня, - ответил Наоки.- Ко мне очень скоро придут друзья моего отца. Они очень шумные и будут нам мешать. Может у тебя, Куори? - Нет, ни в коем случае - воскликнул Куори, - у меня подобный гость живёт дома. Ну конечно. - Получается только ко мне. Вы, главное, принесите с собой краски, у меня их очень немного. - Ладно, - сказал Наоки, - Куори, ты ведь покажешь где живёт Коваре? - Да, - ответил Куори с раздражённым видом, - конечно. Возможно, он не совсем рад, что ему придётся идти домой. Надеюсь, всё будет хорошо. Я побежала домой, обрадованная гостями, и рассказала об этом маме («Да, мам, два мальчика. Куори, ты его уже знаешь, и Наоки, мы относительно недавно подружились.», «Что такого в том, что я дружу только с парнями? С ними проще, разве нет?»). Она сказала мне заварить чая, а сама ушла покупать сладости. Серьёзно..? Зачем? Куори же не особо любит сладкое! Ладно, надеюсь хотя бы Наоки их любит, а то как-то неловко будет съесть все сладости. Закончив с заваркой чая, я только собираюсь почитать, как слышу стук в дверь. Я бегу открывать, это либо Наоки с Куори, либо мама со сладостями. И первое, и второе великолепно! За дверью были Наоки и Куори явно уже не в школьной форме, пусть из курток не очень понятно. Однако... - Куори, что у тебя с щекой? - Его... - только хотел ответить Наоки, но Куори протянул руку к его рту. - Я сам расскажу, - пробубнил злобно Куори, - не немой, всё же. Тот шагнул вперёд, за порог, а Наоки наоборот сделал шаг в сторону, будто боясь, что может помешать. - Меня папа ударил. - сказал Куори, злобно смотря на пол, как будто он его ударил, - Видите ли, ему не понравилось, что я куда-то ухожу, пока он со мной разговаривает как всегда на высоких громкостях. - Твоя мама об этом знает? - осторожно спросила я. - Разумеется знает, но она нихуя не делает! - Куори переходит на крик. Он выглядит очень разъярённым, - „Он не это имел ввиду", „Ты его просто плохо знаешь, на самом деле он ангел во плоти", „У него на это есть причины", „Это всё алкоголь, он не виноват", она постоянно его оправдывает! А стоит мне получить двойку за домашку, то виноват я, а не старый пердун, который орал без конца на неё же! - у него потекли слёзы из глаз, но ему это не помешало продолжить свою исповедь. - Даже если она мне разрешает в любой день идти к тебе на ночёвку, она любит этого пьющего ублюдка больше, чем меня! Что я такого сделал? Почему вам достались нормальные родители, а мне - дед-алкоголик и его жена-адвокат?! От рыдания его слова стало трудно разобрать, а сам он сложился пополам. Я осторожно и некрепко обняла его, Наоки сделал тоже самое, перед этим, конечно же, закрыв входную дверь - не лето, в конце концов. Куори дрожал, сильно дрожал. Медленно, я усилила хватку. Он не должен заметить, что я тоже плачу. Пусть я и понимаю, почему ему так сильно не нравится его папа, мне больно слышать, как он высказывается о нём. У меня нет отца, когда у других он есть. Это ужасно больно. Был ли он таким же уродом, как Куорин? Или же он был великолепным человеком, и с ним я была бы более счастливой? Я этого не узнаю, никогда. Всё, что у меня есть - рассказы моей мамы, из которых он кажется хорошим парнем. Но правда ли это, или искажённые утратой воспоминания об ублюдке? Мои размышления остановил стук в дверь. Это была, разумеется, мама. Куори, как солдат, мгновенно встал, и мы с Наоки вместе с ним. - Я принесла немного печенья...Куори? Кто тебя ударил? - Не волнуйтесь, мисс Мейгасу, я просто неудачно упал - ответил Куори, смотря в пол. - Щекой? - Очень неудачно упал. - Ладно...идёмте на кухню, пить чай с печеньем. - Печенье... - с отвращением прокомментировал Куори. - Ты их не любишь? - удивлённо уточнил Наоки. Кажется, он как минимум не против сладкого. - Сладкое принципе - сказал Куори. Наоки ответил недопонимающим взглядом. - Можешь отдать мне, если что, - сказала я с несколько ехидной улыбкой. - Ага, обязательно - саркастично ответил Куори, улыбнувшись. Чаепитие прошло довольно неплохо. Нам удалось успокоиться. Однако я сначала съела всё своё печенье, а уже потом проглотила чай. Просто я не могу дождаться совместного рисования с Наоки и Куори. Мы все трое пошли ко мне в комнату, рассчитанную на двух людей. Не то, чтобы моя мама надеялась на близняшек, просто она решила поставить в комнату ещё одну кровать из-за того, как часто Куори у нас остаётся на ночь. Если так подумать, я никогда, до сегодняшнего дня, не знала, почему он на этом так настаивает. Всё дело в его отце...нет! Хватит об этом думать! - Коваре, ты чего застыла? - спросил Наоки, вернув меня в реальность. - Да так, просто...как мы в группе нарисуем рисунок? В ответ Наоки сначала опустил глаза и было явно видно, что он задумался. В конце концов, он ответил: - Проще всего будет разделить рисунок между нами тремя. То есть, на одной части листа буду рисовать я, на второй - Куори, на третьей - ты. - Ладно - ответил Куори. Когда мы начали, оказалось вообще не „ладно". Это сущий хаос. Я рисую плоховато, Куори - вырвиглазно, Наоки - довольно красиво. Всё это выходит в смесь которую... трудно описать, кроме как беспорядок. К тому же... - Коваре, почему ты рисуешь только чёрным и белым? - спросил Наоки как раз не вовремя. Я растерялась и посмотрела на Куори. Тот повернул голову в сторону и едва слышимо пробормотал: „Выкручивайся как ты это обычно делаешь". - Я просто...- неуверенно начала я, однако набравшись смелости, я продолжила уже уверенно - мне так проще рисовать, ведь я вижу мир именно такими цветами. Куори сьёжился, а Наоки смотрел на меня с интересом. Спустя несколько секунд, он спросил: - Это как у Чёрно-белой девочки? - Да! Прямо как у Чёрно-белой девочки, только на самом деле, а не ложь. - А точно не из-за того, что ты не можешь попросить у мамы краски и карандаши для рисования, и просто нашла великолепное оправдание в книжке? - громко ворвался в разговор Куори. - Ч-что? Нет, конечно! С чего бы я не могла попросить у мамы краски? - Какая с этим проблема? - осторожно присоединился Наоки - С тем, что она может видеть всё только в чёрно-белых тонах? Да и способность видеть сущность человека можно объяснить тем, что каждый из нас имеет частичку энергии голубого кристалла, а так как она будущая волхва... - Она может понять настоящий цвет предмета, а это „сущность" основана полностью на её мнении! И вообще! Если она видит всё чёрно-белым, то тогда почему она в основном носит чёрное и белое? Разве ей не должно быть всё равно? К тому же, - уже пробубнил Куори - как тогда бы она смогла любить жёлтый цвет? Он начал плакать. Он уже во второй раз за день заплакал. И в этом виновата я. Я обнимаю Куори. - Прости меня, - мягко сказала я - если тебя это так злит, я больше не буду так говорить. Так будет лучше. Так каждый из нас будет доволен. - Ты пожалеешь, если это очередная ложь - отметил Куори, вытирая слёзы, - и если кто спросит, я не плакал! Ты плакала, понятно? - Хе, хорошо, хорошо - ответила я. - Если что, можешь взять мои краски. - Спасибо, однако я и так справляюсь. - Точно? Я никогда не видел настолько тёмные листья у деревьев. - А-а такие е-есть! Дальнейшее рисование прошло довольно спокойно. У нас получилась картина, на которой изображён двухэтажный дом, его нарисовал Наоки, справа от него чёрно-белое дерево, угадайте, кто, а слева... - Куори? - Да? - Какого чёрта рядом с обычным домом делают существа из лабиринта? - Как что, они выбрались оттуда и нападают на мирное население. - Почему? - А почему бы и нет? После этого настала неловкая пауза. Её нарушил Куори: - Коваре, я должен тебе кое-что рассказать, потому что Наоки этого сделать не может, однако...как бы ты не разочаровалась в моей крутости... - Не бойся, - сказала я с обычной для себя улыбкой, предвкушая интересную историю, - я никогда и не считала тебя крутым! - Да ты..! - хотел было возмутиться Куори, однако взяв себя в руки, он сказал в ответ на это лишь - я тебе это припомню. Впрочем, это означает, что мне нечего терять, так? - Да, а теперь рассказывай, ради бога! Заинтриговал! Наоки выглядит растерянным. - Хорошо, хорошо. В общем, на прошлой неделе мы с ребятами, как и в прошлый раз, собирались поворовать товары в магазинах, однако...нас поймали. - Серьёзно? - капельку наигранно удивилась я. - Ага, - продолжил Куори, выглядя печальным - мы ничего толком не сумели взять. Полиция нас спалила. Однако... - резко повеселел он - нас прикрыл Наоки, сказал, что это все из-за него! За подробностями к Наоки, нас попросили уйти. Я посмотрела с надеждой на Наоки. Он занервничал ещё сильнее, однако начал рассказ: - Я сказал, что у меня день рождения и ребята хотели взять что-нибудь в подарок, однако родители им не разрешили что-либо купить. То же самое, как я сказал полицейскому, было и с моими родителями. Оставить меня без угощений они, якобы, не могли, поэтому они и решили пойти на воровство. - И что ответил полицейский? - Что у меня великолепные друзья, и мне стоит ими гордится, однако нам больше не нарушать закон. Он меня отпустил, - Наоки начал заикаться ещё сильнее, его голос задрожал - поздравил с днём рождения и подарил конфетку! Услышав этот рассказ, мне стало очень жаль Наоки. Великолепные друзья... - Наки, да ты крут! Вот так обвязать вокруг пальца полицея! Кстати, а когда у тебя днюха-то? - обыкновенно сказал Куори - Девятого марта...погоди, как ты меня назвал? - Наки, сокращённо от твоего имени. Мы с Коваре некоторое время подобным образом друг друга называли, однако позже это стало как-то неловко. Да и вообще, всяко лучше, чем „Герой". Покороче как минимум. - Да пожалуй - ответил Наоки. Герой...больше похоже на оскорбление, если так подумать. - А я думал знаешь о чём? - восторженно спросил Куори. - Ну? - с интересом уточнил Наоки. - Ты мог бы стать учителем или что-то в этом роде! - Учителем? - испуганно воскликнул он. - Да! Твоя природное желание всем помогать и интересная речь прям кричат о том, чтобы ты стал учителем! - Ты вообще видел учителей парней? Или заикающихся? - Насчёт заикания поправимо, а насчёт учителей-парней - будешь первым! Да и, наверное, есть и другие, так что не переживай! Какие у тебя ещё планы? - ...Я хотел бы стать...волхвом - неловко теня ответил Наоки. У меня от удивления поднялись брови - вместе с Коваре. - Со мной? - воскликнула я. - Ну да, - ответил с неловкой улыбкой Наоки - найти родственную душу не так-то просто. К тому же, в школе я чувствую себя неуютно, пусть ко мне все относятся хорошо. Я смущённо улыбнулась. Родственные души, говоришь? Я никогда не слышала чего-то настолько приятного даже от мамы. - Не хочу тебя расстраивать, Наоки, - вмешался Куори - но Коваре не хочет быть волхвой. - Правда? - А-ага - сказала я - мне не хочется оставлять Куори, да и я не считаю, что подхожу на эту роль. - Но у тебя, вроде бы, высокий процент. Разве это не означает, что ты будешь хорошей волхвой? - У меня нет лидерских качеств, а это поважнее меланхоличности. - Ладно, - на выдохе ответил Наоки, повесив голову, - не буду настаивать. На самом деле, мне пора бы домой. Ещё уроки надо сделать. - Конечно! Пока, Наки! - воскликнула я. - Пока! - присоединился Куори. Наоки ушёл, и мы с Куори остались одни. Опять. - Коваре, может сходим в закусочную? Мы довольно давно не проводили время вдвоём. - Давай. - ответила я. Действительно, с тех пор, когда у Куори появились новые друзья, мы стали слишком редко общаться, - однако у тебя есть на что покупать? Вопрос риторический. Сейчас он ответит что-то вроде „Я у мамы попросил ещё вчера" или что-то подобное... - Попросим у твоей мамы! ...погоди, что? - Не у твоей?! - По нашим разговором, по моему, пора было бы понять, что домой я сегодня хочу как можно позже! - Ладно. Разумеется, мама дала нам двести рублей - не без хитрого взгляда. Когда мы начали путь, оказалось, что в закусочной слишком много людей. В ресторан мы тоже не пойдём - Куори не нравится там „излишняя романтичная атмосфера". Пришлось идти в булочную. Всё, как любит мама - пирожок с чайком. На прилавке было много всякой вкусности: и сладкие, и мясные с рыбным пироги, и пирожки с различной начинкой, и даже...выпечка из Желтии? До ожидаемого вопроса, я воскликнула: - Я хочу пиццу. Пеперонни. - Ээ? Серьёзно? - ответил Куори. - Да. Что будешь ты? - ответила я. - Наверное... сосиску в тесте. Мы ещё купили две чашки чая, оплатили и сели за столик. После первого же укуса куска пиццы, она была уничтожена. Что-то настолько вкусное должно существовать только в желудке. Остальное на дом, я объелась (мне следовало сказать Куори, что я не особо голодна) К тому же, после этой пиццы очень хочется пить. Чай решил эту проблему, но не до конца. Тишина затянулась. - Как ты себя чувствуешь? - наконец-то спросил Куори. - Хорошо. - ответила я, - несмотря на... некоторые неприятности, было действительно весело. Жаль, - немного помрачнела я, - что подобного больше не будет. - Что? Что ты имеешь ввиду? - Я имею ввиду, что мы будем также спокойно сидеть вместе, рисовать ерунду всякую, вести лёгкие разговоры. Ваши с Наоки друзья меня ненавидят, и то, что они все разом заболели - чудо. А чудо дважды редко повторяется. - Это верно...однако это не обязательно значит, что мы не сможем проводить время втроём. Мы можем собираться у Наоки или у тебя. - Однако в школе мне всё так же будет одиноко. - Ты знаешь, я могу тебя познакомить с некоторыми девочками, или мальчиками, если тебе так удобней. Я уже говорил, с недавних пор меня в классе все обожают! - Спасибо за предложение, но я пока не готова. Кстати, ты стал более уверенным в себе. - А! А как иначе! Я на физ-ре практически в одиночку разгромил мальчиков другой параллели в перестрелке. Тебя в тот день не было, увы. Ко мне никогда не относились с такой благодарностью в чём-то. В родном городе, по факту посёлке, я был для всех не более чем сыном тамошнего алкаша. А тут! Физкультурист! Прям вот так! - Да, это действительно потрясно. - Поэтому, чтобы ты не чувствовала себя одиноко, я могу тебя познакомить с кем-нибудь из класса! - Когда буду готова, обязательно обращусь. Вообще, я и сама смогла бы. - Да ну? - Ну да! Мне просто хватает и вас. - А до меня? - с усмешкой воскликнул Куори. - До тебя...мне и не нужны были друзья! Куори бросил на меня скептичный взгляд и протянул что-то вроде: „Коне-ечно..." К счастью, получилось сменить тему и наши посиделки прошли довольно спокойно. По дороге домой я вспомнила наш разговор. „Я могу тебя познакомить с кем-нибудь из класса"...Я и сама могу! Все ведь так делают, так почему мне должна будет помощь? Я найду подругу...или друга. Мне просто нужно время. 12 январь. Началась уже третья четверть, а у меня всё ещё не появилось подруги...Под стоящий камень вода не течёт, не так ли? Нет! Я старалась, правда! Я хотела поговорить с двумя девочками, но они меня послали. Конечно, они были меня старше, однако разве это не должно значить, что они нормальней? И раз даже они послали, значит, и мои сверстницы пошлют? По моему, всё логично...боже, мне все же стоило попросить помощи Куори. Хотя...не, слишком рано сдаваться. Ещё месяц, или два, а может в мае, но не сегодня, не сейчас. К тому же, сейчас физкультура. Куори в центре внимания, а я - на скамейке. Недавно я болела, поэтому имею право не играть в вышибалы. Но другие ребята, кажется, этого не понимают и всё равно кидают в меня мячи. Неприятно. - Хэй, ты чего сидишь? От неожиданности я подпрыгнула. Девочка рядом со мной резко заговорила со мной. Кажется, я её уже где-то видела... - По справке...стоп, а ты? Ты, вроде, весь урок сидишь. - Мои одноклассники не хотят играть со мной в вышибалы. Боятся мне навредить, я же всё таки их волхва. А вообще, я тоже недавно болела. Про болезнь мне не было дела. Только одно меня волновало: - Волхва? - Агась! Кстати, а ты кто? По результату теста. Я немного помедлила с ответом. Рядом со мной такая же волхва, как и я, однако она выглядит... счастливой, говоря это. Её любят. Но посмотрев снова на её лицо, до меня дошло: это улыбка какая-то неестественная. Слишком широкая. Потому, это всего лишь маска, скрывающая нечто...Боже, подумаю об этом позже! Пора бы уже и ответить. - Я...тоже волхва. - Это невероятно! - восторженно воскликнула девочка, - вот так неожиданно встретить ещё одну волхву! Как тебя зовут? Меня зовут Этсуко, Судзуки. Этсуко значит...я её определённо знаю. - Я Коваре, Коваре Мейгасу. Мы немного разговорились и оказалось, что я встретила не просто такую же волхву, что и я. Нет, далеко нет. Она ещё и социальная бабочка, популярная девочка, отличница, оптимистка, каких поискать и вообще дочь известного писателя и сценаристки. В общем, настолько идеальный человек, что, кажется, и не человек, а маленькая...врушка. Про родителей она точно приукрасила, про остальное - не уверена. - А ты можешь показать мне одно из произведений твоего отца? - спросила я для проверки, - Я просто люблю читать, но книг непрочитанные всё меньше и меньше. - Конечно! - радостно воскликнула Этсуко в ответ, - Но позже. У меня нет ни одной из его книг с собой. - Коваре! - воскликнул кто-то. Им был Куори, - урок закончился, идём...а кто это? - Потом расскажу, - ответила я. Этсуко тем временем встала и начала уходить. ...я просто позволю ей уйти, ничего не сказав напоследок? Ведь тогда, возможно, мы и не пообщаемся в дальнейшем, я упущу удачную возможность завести подругу... - Этсуко, стой! - А? - Давай встретимся после школы! - Ох, хорошо! После этих слов, смотря ей вслед, я больше не грущу. Я счастлива. Я смогла. - Коваре..? - Я расскажу после уроков. Идём. Оставшиеся уроки прошли сами по себе. После них я стрелой помчалась к выходу. Но её там не было. Подошёл Куори, один. - А где твои друзья? - поинтересовалась я. - Я хотел спросить у тебя то же самое - ответил Куори, - от своих я отпросился. - Ого. Отвечая на твой вопрос...я не знаю. Она должна была прийти. - Кстати о ней. Эта Этсуко кто вообще? - Что же, раз есть время, - сказала я и улыбнулась, - у меня...появилась подруга. Куори посмотрел на меня, улыбнулся, и только я ожидала что-то саркастическое по типу „И года не прошло", он обнял меня и воскликнул: - Поздравляю, Коваре! Ты ведь пригласишь её на день рождения? - Даже не знаю. Она не пришла, пусть мы и договорились встретиться. - Наверняка у неё были свои причины. И вообще, ты видела, что бы она уходила? - Нет... - Ты уверена, что у неё сейчас не уроки? ...Мне захотелось как можно сильнее ударить себя по лбу от стыда. Ну конечно...мы ведь в разных классах. - По твоему лицу ясно, что нет - сказал Куори, - Мне тебя ждать или как? - Если хочешь... А он захотел. Мы почти час сидели у школы и обсуждали то несправедливо сложное задание по математике, то злую учительницу по биологии, то в целом сложную географию и тому подобное. И появилась она. - Привет, Коваре! Торопилась, как могла. Мне стоило проверить, в одно ли мы время уходим. А кто твой друг? - Куори. - кротко назвался помидор рядом со мной. - Ты чего? Всё в порядке! - рассмеялась Этсуко, - Я Этсуко Судзуки. - Он робкий, но очень хороший! - отметила я. - Понятно, ну что, пошли? - Я, пожалуй, пойду один! - выпалил Куори, смотря в сторону, всё также красный, - Не хочу вам мешать! Он наклонился ко мне, прошептал мне в ухо: „Она слишком хороша, мне нужно время", и убежал. Типичный Куори. - Я сделала что-то не то? - неуверенно спросила Этсуко. - Не думаю. Скорее всего, ты ему понравилась, и ему неловко. - Да, - она снова натянула кожаную маску с натянутой улыбкой, - конечно! Пошли! По пути к дому мы обсуждали всякие мелочи. Этсуко внимательно меня слушала и рассказывала немного о себе. В общем, общение задалось. - Этсуко, ты придёшь на мой день рождения? - А когда он? - Да завтра, собираюсь отмечать в 15:40. - Да, конечно приду! Тебе ведь исполняется 12, да? - Да. - Хорошо, покажешь, где твой дом. Я показала ей, где живу и мы разошлись. Дома, я, не переодеваясь в повседневную одежду, легла на кровать, истощённая...и счастливая. Я думала, что мне достаточно Куори с Наоки, но заведя ещё одну знакомую, я чувствую себя по настоящему счастливой. К тому же, оказывается, что с девочками разговаривать ничуть не труднее, чем с мальчиками. Следующий день до намеченного времени проходил мимолётно. С Куори и Этсуко я уже пригласила, оставался только Наоки. Это было несложно. Всего-то надо было сделать вид, что я забыла ручку, попросить у него одну (это не проблема, потому что он „Герой" - он всех всегда выручает), и после уроков дать ручку вместе с запиской. Сущие пустяки! Осталось дождаться всех. Наоки пришёл самым первым. Он был в пастельно-голубой толстовке, как обычно. - Привет, Наоки. - Привет, Коваре! Я не опоздал? - Ты пришёл раньше назначенного времени. - Хорошо, значит не опоздал. Я просто беспокоился, что не успею купить подарок и прийти, не опоздав. А это очень важно! - Как мило! Ты успел купить подарок? - Да, успел. Куори ведь придёт, да? - И ещё кое-кто. - Правда? Как волнительно. Послышался звон в дверь и я побежала открывать. Там была Этсуко. За курткой скрывалось настолько шикарное голубое платье, что, кажется, она пришла с выпускного, не переодеваясь. - Привет, Коваре. Я не опоздала? - спросила Этсуко с уже привычной широкой улыбкой. Я посмотрела на карманные часы, которые мне подарила мама. - Как раз вовремя, - с неприкрытым удивлением ответила я, - заходи. Куори всё ещё нет... На столе уже тортик, мой любимый, медовый, различные соки, и даже обычная еда есть, плов и...плов. Так почему его нет? Стук в дверь. Я бегу к ней и открываю, а там... - Куори, да ты лёгок на помине! - Ааа? - протянул Куори, прервав тяжёлые вздохи. - Я имела ввиду, я как раз о тебе говорила, - уточнила я. - Ты чего опоздал? - Забылся немного, - ответил Куори, снимая куртку, - прости. - Ладно уж, я понимаю. Проходи, стол уже полон еды. Мы прошли в гостиную и сели на диван. Я включила радио, чтобы не были слишком тихо. Куори подтолкнул меня локтем. Я обернулась. - Для кого она так вырядилась? - шепнул Куори, смотря прямо на Этсуко. - Это же просто платье, - возразила я. - Это Платье! - громко шепнул Куори в ответ. - Ты только на выпуск из дет сада надевала платье! - О чём шепчитесь, - спросила подошедшая Этсуко, - если не секрет? - А, да так...- промямлил Куори. - У тебя очень красивое платье, прям... красивое! - Ох, спасибо! - ответила Этсуко с широкой улыбкой. - Я старалась выбрать как можно красивей! Куори вновь поредел и убежал „В ванную". Я лишь хихикнула. Этсуко выглядела немного потерянно. - Я сказала что-то не то? - спросила она. - Как по мне, ты сказала то, что нужно. Ему, по крайней мере. Он просто очень скромный. - Ладно...когда начнём дарение подарков? - Когда Куори закончит...что бы он в ванной ни делал. - Ладно... Этсуко чуток покраснела, как и я. Кажется, не я одна подумала не о том... Наверное, я покраснела по большей части потому, что что-то неловкое первое, что мне пришло в голову. Наверняка он просто умывает лицо холодной водой, пытаясь выкинуть из головы её улыбку. Куори просто не был к этому готов. Спустя несколько минут, Куори наконец-то пришёл. - Ты как себя чувствуешь? - спросила я у него. Этсуко сделала шаг назад. - Жить буду, - кротко ответил Куори. - Может, начнём дарение подарков? - Конечно! - Можно я буду первым? - отозвался Наоки. Я кивнула. Он подошёл ко мне, что-то пряча за спиной. Куори, видящий что там, хмыкнул. - У меня было мало времени, чтобы придумать, что тебе подарить, поэтому...вот! - он протянул книгу. На ней написано „Основы психологии". - Книга из другого мира? - Верно... - Спасибо, Наки! - воскликнула я. - Мне очень нравится! Звучит интересно. - Теперь ты, Куори? - поинтересовался Наоки. - Неа, я предпочту быть последним. - кротко ответил Куори. Я заинтересована. - Получается, я? - уточнила Этсуко. - Ладно, ты говорила, что хотела почитать книги моего отца? Так вот, одна из них. - она протянула книгу. „Вой судьбы" за авторством Рея Судзуки. Действительно, её отец, однако... - Я не видела его книг до этого, а ты говорила, что он популярный писатель. - Я тоже не видел, - присоединился Наоки. - А эти двое знают толк, чтоб ты знала, - сказал Куори непривычно дрожащим голосом. - ...Папа говорил, что он популярный писатель...- едва слышно и несколько разочарованно промямлила Этсуко и отошла. - Сейчас моя очередь? - спросил Куори. Я кивнула. - Отлично. Вообще, я не сомневался, что тебе дадут одни книжки, поэтому я придумал нечто особенное! Ты бы видела, какая ты бледная! Как трупак! Очевидно, что на улицу без меня и без надобности ты не выходишь, только книжки свои читаешь! От тебя кожа да кости! - Так к чему такая критика? - А к тому, что я придумал способ, как сделать так, чтобы ты чаще занималась спортом и выходила на улицу, и чтобы я всегда был при этом с тобой, чтобы у тебя была мотивация! Вот! - он протянул...голубой мяч. На нём изображена какая-то...кракозябра. Иначе не выразиться. Она показывает большой палец...я полагаю, что это он. - Это я там изображён, сам нарисовал, - как раз к месту уточнил с гордостью Куори. - Это очень мило, но...мяч ведь надо ударять...или пинать... Куори ещё несколько секунд потупил, пока до него, видимо, дошло к чему всё ведёт. Он прижал мяч к себе со словами: - Извини, плохая идея! Очень плохая идея! Я тебе потом принесу подарок получше, окей? - Мне помочь? - спросил Наоки. - С картинкой, как минимум? - Не утруждайся, я сам справлюсь. Однако Наоки смотрит как будто ему в душу, ожидая другого ответа. Куори заметил. - Ладно, можешь Немного помочь. - Спасибо! - Тогда, - вмешалась я, - полагаю, время сворачиваться! - Но мы даже не поели! - возмутился Куори. - Извиняюсь! Поедим, попьём, и можно будет сворачиваться! - Другое дело, - прокоментировал Куори. - тебе ещё многому нужно научиться. - Хихи! - неловко хихикнула я. Мы немного поели, попили, пообщались. В общем, вечеринка удалась! Я полагаю... - Коваре? - Да, Куори? - Пойдём-ка в твою комнату. Мне нужно кое-что уточнить. Наедине. - Ладно... Мы так и сделали. Зайдя в комнату, мы сели на мою кровать. Первым заговорил Куори. Он спросил: - Коваре, ты случаем не знаешь? Эта Этсуко случаем не суккуб? Что? Я растерялась на несколько секунд, но потом, постараясь придать уверенности голосу, ответила: - С чего вдруг? - Она... рядом с ней я не могу думать ни о чëм, кроме неë, она очень красивая, добрая, просто идеал! Микки говорил, что всë это свойственно суккубам! Вот оно что...хехе. - Может, ты просто в неë влюбился, и всë? - Да не может это быть влюблëнностью, Коваре! - воскликнул совершенно красный толи от возмущения, толи от смущения Куори. - Я представляю еë голой, и какой-то части меня это нравится! ...ага... В дверь постучали. Я посмотрела на Куори. Тот, отвернувшись, кивнул, и я открыла дверь. Наоки. - Простите, если отвлекаю, возможно, важного разговора, - я почти усмехнулась, - но мне нужно кое-что вам рассказать. - Конечно, присаживайся. - я указала на свою кровать. - Почему у тебя две кровати, если не секрет? - спросил Наоки, присаживаясь. - У тебя есть брат или сестра? - Нет, но есть Куори- он часто у меня ночует. - Понятно. У меня брат, и он журналист. К делу, он вчера зашëл ко мне к комнату с серьëзным видом - что уже странно, ведь обычно от него веет позитивом, - и спросил, есть ли у меня в классе житель Красной страны. Я сказал, что есть, после чего он сказал, что мне стоит постараться оказать ему как можно больше поддержки, но что бы при этом меня не видели, когда выйдет следующая статья в газете. - Что? Почему? - спросил Куори. - Он не сказал, хоть я и спрашивал. Вы тоже, кстати, постарайтесь. - Но ему же нормально! С чего бы..? - Мой брат - журналист. Поэтому его слова, что новая статья в газете может изменить мнение о красном народе - достаточный аргумент. - отрезал Наоки с решительным, насколько возможно, голосом. Я же молчала, даже не кивнув или помотав головой. Куори решил разрядить обстановку лёгким вопросом: - А где находится твоя комната? - Ты был у меня дома. Как будто ты не знаешь? - Да, но Коваре то не знает. - Ладно, тогда расскажу. Дверь в моюкомнату расположена в комнате моего брата, поэтому я должен проходить через неë, постоянно видя его награды за словесные состязания, которые никогда не получу сам... - Не расстраивайся, Наоки, - сказал Куори, - Те, кто получают награды, обычно становятся неудачниками! - Но у тебя ведь тоже есть спортивные награды, Куори, - отметила я. - Ты не была у меня дома, А ту что я тебе показывал...я у папы спëр, А он тот ещё неудачник! - Ну ладно... Мы ещё немного проболтали, А потом всё разошлись по домам. Я всë думала о той информации, что рассказал Наоки и его совет...Не знаю, смогу ли его поддержать, когда меня и так весь класс ненавидит, он в том числе. Не смеяться, не оскорблять и в целом игнорировать - максимум того, что я Могу пообещать.

Конец 2 главы.