Чувств совсем не осталось

Кира не сразу побежала на поиски Чикиной. Она любила выждать, дать фору. Это давало ей больше осознания слабости ее соперника. Победа становилась слаще. Юля же походила на жертву, жертву абьюза. Она не пыталась уйти от Киры или спрятаться, один подобный случай научил ее, бежать от КИРЫ явно не стоит, можно попытаться, вырыть могилу глубже и помочь закопать. Один подобный случай полностью доказал эту теорию.... Юлька уже на автомате завалилась в знакомый клуб, а точнее ей помогли это сделать две девушки, с которыми она была уже неплохо знакома, но на подруг они не тянули точно. Чикина начала распространять вещества, поэтому часто зависала в клубах со странными людьми, эти особы были не исключением. Они еще и угостили малышку дозой, Юля же всегда была "за". И вот они сидели уже третий час в этом злосчастном клубе, на часах уже 4 утра, и Юлю дико рубит, но ее новые знакомые берут ее под руки и тащат на выход из помещения. Чикина честно прихуела с их наглости но тупо не могла сказать ни слова: не попросить отпустить ее, не отказаться  от очередного путешествия. Она нихуя не могла и, видимо, уже смирилась с этим. Ее спутницы тащили ее по улице, она не хотела смотреть им в глаза, поэтому просто опустила голову вниз и залипла на асфальт. Но вдруг ее "подруги" остановились, Юлю кто-то крепко ухватил под локоть, и вот она уже сидит рядом на переднем сидении машины. Если бы не наркота, она бы сразу поняла в чьей именно машине она находится и что ее будет ждать в ближайшем будущем. Она положила голову на острое плечо, от которого исходило родное тепло. Глаза начали медленно закрываться и она почти уснула, если бы ее не толкнули на выход из машины. Она чувствовала как крепкие руки волокли ее в подъезд, затем была лестница — сложнейшее испытание. Кира психует, притормаживая и наблюдая за тем, как Юля с трудом двигает ногами и падает на лестницу. Медведева начинает закипать. Девушка приподняла Чикину за волосы, а после с силой впечатывает носом в каменную ступень. Через несколько секунд, будто осознав свою ошибку, Кира помогает девушке встать и дойти до квартиры. Кровь из носа алая, как пламя, алая, как жизнь, стекает с губ, доходя до подбородка и капая на пол. Она оставляет следы на шее, полу, белоснежной рубашке Киры. Было невыносимо стыдно пачкать своего спасителя. Они в квартире, замок шелкает, и тут они уже один на один. Чикиной становится ужасно страшно. Сердце Юли замирает, она, видимо, перестает дышать. Замирает, движения сковывает от животного страха, она падает на линолеум и пятится назад, вжимаясь в стену. Кире ее ни сколечки не жаль, она видит страх в перемешке со слезами, капающими на пол. Юля не рыдает навзрыд, она не может полностью дать чувствам волю, она знает, что Медведева этого и ждет. Подходит ближе, берет свою жертву за подбородок, поглаживая большим пальцем щеку, секунда — удар. Резкая пронзающая боль, ударяет слишком сильно и неожиданно. Чикина вздрагивает, метод кнута и пряника пугал до жути, до дрожи в коленях. Кира смотрит выжидающе, с осуждением. — И что мне с тобой делать? Спокойный холодный тон бьет и пронзает сердце насквозь. Ожидаемая фраза с болью режет ушную перепонку. Она уже мысленно вырыла себе могилу и опустила гроб. Пощада от Медведевой? Не реально. Не сходится. Но она опять попытается. — Кир, не нужно... Медведева расплывается в довольной ухмылке, она делает все правильно, по излюбленному. Пять секунд, покер фейс, вновь удар — звук пощечины гулом раздается в ушах. — Не провоцируй меня...— прошипела Медведева Они обе знали, что если Кира хочет, ее можно спровоцировать чем угодно. Кира медленно наступает слегка мокрой подошвой на руку, нарочно вдавливая ее в пол. — С кем ты опять связалась, шлюха? Слова били с огромной силой, больнее чем рука, больнее чем любые удары. Она не пыталась отвечать, но ей нужно было, потому что за молчание удары становились сильнее. Чикина что-то шепчет, она уже не может связно говорить. Кира даже не пытается вслушаться, ей вовсе не интересно. — Ты блять понимаешь? Ты никому кроме меня не нужна, даже своей мамаше! Слова звучали грубо, так же грубо, как и очередной удар по и так алой щеке. Юля устала, очень, она хотела уже быстрее отключиться и проспать до обеда, пока Кира не остынет. Чикина начала играть не по правилам, придумывать на ходу — терять было нечего. Девушка хватается руками за ворот чужой рубашки, пачкая её своей кровью. Это запрещенный прием. Нарушение влечет за собой наказание, это два неразделимых понятия. Сегодня Юля была плохой девочкой, достаточно. Терпение Киры на пределе. Удар коленом в челюсть и Юля уже лежит в отрубе. Медведева обливает ее алкоголем и бросает в прихожей, утром Чикину ждет разговор.