Крылья надежды

Часть 1       Сегодня он снова видел этот сон.       Резко распахнув глаза и сделав глубокий вдох, Гарри натолкнулся взглядом на тёмный потолок. Яркие круги перед глазами становились всё меньше, а затем и вовсе пропали, забирая с собой остатки сновидения.       Поттер принял сидячее положение, а затем потянулся к тумбочке и трясущимися руками подхватил очки, и когда они оказались на своём законном месте, Гарри быстро смахнул холодный пот со лба.       Шрам немного саднило, но он слишком давно привык к этому ноющему ощущению. Он не был уверен в том, что это когда-либо прекратится.       Гарри не видел этот сон ровно неделю.       Он каждый раз отсчитывал дни.       Белоснежная птица, так страшно напоминающая Буклю, раз за разом появлялась перед его глазами. Словно она хотела о чём-то предупредить, обезопасить, подсказать путь. Гарри не был в этом уверен, но предпочитал полагаться на внутренние ощущения. Правда, они зачастую его подводили.       Просто Букля всегда ассоциировалась у него с теплотой и надеждой, и эти болезненные воспоминания, которые чем-то колким отдавались в груди, не позволяли ему размышлять иным образом.       Помимо птицы во сне присутствовал кто-то ещё. Гарри ни разу не видел его лица. Только лишь расплывчатый силуэт. Он мог поклясться, что это кто-то знакомый и что он не раз пересекался с ним на протяжении жизни, но каждый раз, когда Гарри пытался зацепиться за недостающий кусочек головоломки, он просыпался. Силуэт растворялся в воздухе и приносил вместе с собой несколько тревожных чувств. Именно они вынуждали Поттера так резко вскакивать по ночам и ждать чего-то плохого.       Тревоги. Паники. Смерти.       Он ждал только этого, потому что надежда давно была потеряна.       Гарри откинул одеяло в сторону, кинул взгляд на часы и поднялся с кровати. Рон продолжал спать. Каждый раз все вокруг удивлялись тому, что парень сохранил здоровый сон. Несмотря на окружающую обстановку. Несмотря на то, что война длилась уже больше года. Несмотря на то, что в штаб-квартирах невозможно было расслабиться.       Поттер спустился на кухню, чувствуя, что начинает замерзать. Во время сна он вспотел, и теперь майка неприятно липла к телу, а небольшие сквозняки приносили не самое приятное ощущение.       За столом сидела Гермиона. Она поднесла книгу практически к самой свече, чтобы небольшое пламя лучше освещало строки.       — Так и знал, что ты не спишь, — Гарри налил себе стакан воды и уселся напротив подруги.       — На улице такой ветер, — она поёжилась, отложив книгу в сторону. — поэтому я решила почитать. Всё же лучше, чем лежать в кровати и смотреть в потолок. А ты почему встал?       — Просто захотел пить, — он пожал плечами, делая глоток.       — Гарри, если ты думаешь, что убедителен, то ты ошибаешься. Тебе опять снился сон?       Парень молча кивнул головой, начиная крутить стакан в одной руке. От Гермионы невозможно ничего скрыть.       — Сон о птице или это новое видение? — на последних словах её голос дрогнул.       — О птице.       — Ты до сих пор считаешь, что он что-то значит?       — За всю мою жизнь мне не снилось практически ничего, что не имело бы значения, Гермиона. Я пытаюсь понять, но каждый раз, когда чувствую, что близок, я просыпаюсь.       — Будем надеяться, что в следующий раз ты сможешь понять, что за человек там стоит. Ты слышал, о чём говорил Люпин на собрании? — Гермиона решила перевести тему. Она всегда так делала, когда хотела поговорить о чём-то конкретном.       — Полумна, Симус и тот смешной парень — Кристофер — так и не вернулись, но не переживай, Гермиона. Я уверен, уже завтра они будут сидеть здесь, и Полумна будет таинственно рассказывать очередную странную историю, — Гарри положил ладонь на её руку и слегка сжал. Гермиона попыталась улыбнуться.       Именно об этом он и думал постоянно. Что надежды больше нет.       Гарри с трудом вспоминал то беззаботное время, когда они веселились в гостиной или же гуляли по территории замка. Ему всё чаще казалось, что это было его очередным сном. Тем сном, который скоро выветрится из памяти.       Теперь их окружали лишь сражения, плохие новости, смерть. Смерти было больше всего. И каждый раз, когда его друзья отправлялись на очередную вылазку, сердце замирало. И когда кто-то не возвращался, оно начинало медленно отмирать. И, к сожалению, это случалось всё чаще. И сегодня всё его нутро болело за трёх людей, которые должны были вернуться ещё на закате, но что-то внутри ему подсказывало, что этого так и не произойдёт. Ещё три смерти. Ещё три человека, которые сражались за него и погибли. Ещё три жизни, которые могли бы продолжаться.       Гарри старался поддерживать Гермиону и всех вокруг, потому что от него этого ждали, но у него больше не было сил бороться, сражаться, выдавливать из себя слова, которые могли бы приободрить всех вокруг. Как он мог помочь кому-то другому, если перед самим собой был бессилен?       Четыре крестража уже были уничтожены. Четыре части души Волдеморта, которая прогнила ещё в юном возрасте, перестали существовать, но три оставшиеся никак не давали Гарри покоя.       Рон без конца повторял слова о том, что они уже прошли большую часть пути. Гарри кивал, молча уплывая в свои мысли и подходя к краю пропасти.       Война была проиграна. Надежда умерла. Часть 2       Драко уже несколько часов неподвижно стоял возле камина в их семейной столовой. Справа от него Люциус медленно и нервно потягивал вино из бокала, внимательно следя за каждым движением Тёмного Лорда и сумасшедшей сестры его супруги.       На полу было два трупа. Совершенно истощённые, измученные тела людей, которых Драко не один раз видел в Хогвартсе. Когда он пересекался с ними в коридорах, он не мог подумать, что уже через несколько лет они будут мёртвым грузом лежать на полу его дома.       Парень по имени Кристофер умер первым. Беллатрисе вдруг стало неинтересно играть с ним. В очередной раз с её уст сорвалось Убивающее.       Следующей была Полумна Лавгуд. Очень странная, вечно витающая в облаках девушка оказалась настоящим бойцом. Как бы сильно её ни пытали, ни причиняли боль и ни угрожали расправой над отцом, она всё равно не открыла рот и не выдала местонахождение Поттера.       Ещё две минуты назад Драко видел, как она моргала, но сейчас он как загипнотизированный таращился в её пустые глаза, в которых застыли слёзы.       Перед ним мелькнул образ Грейнджер. Она точно так же лежала здесь с потухшим взглядом, со слезами в глазах и смотрела в одну точку, вот только она была до сих пор жива, а Лавгуд — уже нет. Драко сделал вдох, но в груди будто что-то застряло, вынуждая его поморщиться. Он знал, что нужно держаться.       Финниган создавал много шума, и тётушку это здорово веселило. Зная её, Драко был уверен в том, что развлекаться она будет ещё несколько часов, но гриффиндорец будет молчать — в этом не было никаких сомнений. Из его рта не вылетит ничего, кроме оскорблений, которые он позволит себе в последние минуты своей жизни в адрес того, кто разрушил так много судеб.       Когда Тёмный Лорд покинул комнату, Драко сдвинулся в места, чувствуя, как его ноги затекли. Мать попыталась незаметно ухватить его за руку, но у неё ничего не вышло.       Малфой выскользнул из помещения и помчался вверх по лестнице, пока не достиг своей комнаты. Ему пришлось перейти на бег, чтобы добраться до ванной, и, склонившись над раковиной, Драко выпустил наружу всю ту желчь, которая скопилась в желудке. Он открыл воду и быстро умыл лицо, разбрызгивая капли вокруг себя, а затем он посмотрел в зеркало. На лице больше не было маски отстранённости и безразличия. Он выпустил всю боль наружу. Он так редко разрешал себе подобные вольности.       Но он больше не мог. Не мог наблюдать за тем, как пытают и убивают людей. Не мог находиться в этом холодном доме, который был пропитан ядом и тёмной магией. Не мог наблюдать за тем, как страдает его мать, выполняя все поручения Тёмного Лорда. Не мог смотреть, как он ликует, когда убивает очередного друга Поттера. И не мог смотреть на то, как он злится, когда терпит очередную неудачу. И он не мог дождаться того момента, когда он сдохнет. Ему давно хотелось умереть.       — Драко, дорогой, — обеспокоенный голос матери ворвался в его сознание.       Малфой выпрямился, вытирая лицо полотенцем. Нарцисса появилась в ванной через секунду. На её щеках уже давно не было привычного румянца. Создавалось впечатление, что каждую минуту она думает о смерти. Чувствует, как она кружит рядом и издевательски хихикает.       Он аккуратно положил полотенце у раковины, а затем отошёл на несколько шагов и сполз на пол по стене.       — Мне нужно выбраться отсюда, — прошептал он, сжимая руки в кулаки.       — Драко, сынок, — Нарцисса спешно подошла к нему, опускаясь рядом на колени и обхватывая его холодное лицо ладонями. — О чём ты говоришь?       — Ты и сама прекрасно знаешь, — процедил он сквозь зубы, стараясь не моргать.       Женщина одёрнула от него руки, как будто получила ожог кипятком.       — Драко. Сынок, ты не можешь…       — Я больше не могу этого выносить. Ты же видишь, что отец совсем сошёл с ума. Сколько это ещё будет продолжаться, мама?       — Ты знаешь, какие будут последствия?       Каждый раз она прикладывала множество усилий для того, чтобы Драко продолжал держаться. Каждый раз ей это удавалось, и она облегчённо вздыхала, думая о том, что выиграла ещё немного времени.       — Мы в любом случае умрём, — Драко усмехнулся, откидывая голову назад и прислоняясь затылком к стене. — Так почему бы не сделать то, что предначертано?       — Сынок, ты неправильно воспринял те слова.       — Перестань повторять тот бред, который наговорил тебе отец! — он не любил повышать голос на свою мать, но сейчас другого варианта не было. — Ты и сама понимаешь, что я поступаю правильно. Мы не должны были во всём этом участвовать, — последние слова он произнёс одними губами и не был уверен в том, что Нарцисса его расслышала.       Они молча смотрели друг другу в глаза несколько минут. Снизу раздался пронзительный крик, отчего Нарцисса вздрогнула. Она выпрямилась, поправляя юбку.       — Я отправлю тебя в Косой переулок с поручениями и прослежу, чтобы об этом знало как можно меньше людей, — после этого она молча вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Часть 3       Драко быстро передвигался по узкой улице, натягивая капюшон прямо на глаза. Вокруг было мало людей, да и это место давно утратило ту магию, которая царила здесь всего несколько лет назад.       Больше нельзя было встретить людей, которые смеялись и веселились, направляясь в кафе, чтобы поесть мороженое. Детский смех тоже затих. Больше никто не закупал учебники к школе. Напуганные родители быстро делали покупки, не останавливаясь, чтобы с кем-нибудь поздороваться или обсудить последние новости.       Большинство магазинов было закрыто. Некоторые разрушены, какие-то и вовсе уничтожены.       Драко уставился вдаль, замечая заколоченную витрину магазина мадам Малкин — здесь они с матерью всегда покупали мантии к школе.       Осознав, что он стоит на одном месте, Малфой продолжил путь. Он уже забрал все нужные зелья и несколько книг, которые просила Нарцисса. Это было его официальным заданием здесь, но пора было приступать к своей собственной части плана.       Малфой завернул за угол, со скрипом открывая дверь магазина, который продолжал работать. Огромное количество животных глаз уставились на Драко. Он ещё больше натянул капюшон на лицо и сделал шаг к прилавку.       — Чем я могу Вам помочь, сэр? — улыбающийся старик создавал видимость хорошего настроения. Удивительно, но люди до сих пор обманывали друг друга.       — Мне нужна сова, — Драко потянулся к карману с деньгами, где также хранился уже заранее заготовленный клочок бумаги.       — Вы можете выбрать любую.       — Нет, вы не поняли. Мне нужна особенная сова.       Драко знал, что после окончания разговора сотрёт мужчине память. Часть 4       Сегодня он снова видел этот сон.       Гарри выпрямился на кровати, жадно глотая ртом воздух. Это стало своего рода ритуалом. Он почти увидел, кто присутствовал в его сновидении. Он практически смог дотронуться до него рукой.       Ещё секунда, и его пальцы сомкнулись бы на плече незнакомца, но прошла секунда, и он полетел в пропасть.       Гарри зарылся пальцами в волосы, борясь с бурлящим внутри гневом. Он ненавидел свои сны. Он ненавидел те видения, которые объединяли его с Волдемортом. Он ненавидел всё, что происходило с ним за последние несколько лет, и он ничего не мог с этим поделать.       Бессилие переливалось через край.       Гарри хотел спуститься на кухню, чтобы немного проветриться, но отбросив одеяло в сторону, вспомнил, что в прошлый раз встретил там Гермиону. Он любил свою подругу, но сейчас ему ни с кем не хотелось разговаривать. Тогда, когда все вокруг притихли из-за того, что ребята не вернулись обратно. Глаза Гермионы уже сутки были на мокром месте.       Гарри обошёл кровать и подобрался к окну. Он повернул ручку и со скрежетом открыл его, впуская в комнату промозглый осенний воздух.       Обернувшись назад, Поттер убедился, что его друг всё ещё спит. Несмотря на жуткий скрип, который создавало открывающееся окно.       Гарри прислонился к раме, начиная наблюдать за моргающим фонарём. Кажется, за две недели их пребывания в этом месте ничего не изменилось. Улица выглядела точно так же — будто люди здесь не жили.       Как бы ему хотелось иметь возможность выйти на улицу, не спеша прогуляться и не думать о том, кто умрёт следующим. Не думать о том, куда Волдеморт перепрятал один из крестражей. Слишком много отчаянных вопросов. Ни одного утешительного ответа.       Из-за отвратительной погоды видимость была довольно паршивая. Утром всё вокруг точно будет в тумане. Гарри никогда не любил туман, потому что не знаешь, что может оттуда появиться.       Когда мурашки от холода начали бежать по его рукам, Гарри отодвинулся в сторону и ухватился за ручку, чтобы закрыть окно и вернуться в кровать, но его взгляд вдруг зацепился за небольшую двигающуюся точку в небе. Гарри ещё сильнее вцепился за ручку, рискуя её сломать, и подался вперёд, чтобы получше разглядеть.       Небольшая белоснежная птица стремительно летела прямо на него. Гарри сильно зажмурился, думая, что это всего лишь обман зрения. Перед глазами вспыхнул знакомый сон. Поттер резко распахнул глаза, осознавая. Сова из его кошмара. Она так чертовски сильно напоминала Буклю. Гарри так захотелось протянуть руку и дотронуться до неё. На глазах едва заметно выступили слёзы.       Сова промчалась мимо Гарри и влетела в комнату. Ловко приземлившись на спинку кровати, она перевела на него свои жёлтые глаза.       Гарри давно не получал писем таким образом. Да он вообще редко получал почту. Раньше ему писали друзья, когда они были на каникулах, потом ему писали Сириус и Хагрид, но всё это стало лишь воспоминанием. С тех пор как началась война, все они привыкли к другим способам связи — более безопасным.       Он таращился на позднего гостя ещё несколько минут, а потом перевёл взгляд на лапу. Туда было прикреплено какое-то послание.       Сделав шаг вперёд, Гарри осознал, что не чувствует ног. Он вытащил небольшой пергамент, быстро разворачивая его. Гарри, внимательно вчитываясь в строки, то и дело поглядывал на сову.       Та самая птица из его сна.       И это могло означать лишь то, что совсем скоро он встретится с тем человеком, который являлся для него загадкой последние несколько месяцев. Часть 5       Гарри аппарировал под мантией-невидимкой в небольшой и тёмный проулок рядом с Косым переулком. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и убедиться, что его ног не видно. Это вряд ли было острой необходимостью. Вокруг было темно и пусто. Даже днём люди стараются держаться подальше от людных улиц, а среди ночи так и подавно.       Улизнуть из дома было легко. Все улеглись спать. Гарри лишь стоило дождаться подходящего момента, взять мантию из чемодана и тихо спуститься вниз. Даже если Гермиона снова не будет спать ночью, она точно не пойдёт в его спальню, чтобы проверить наличие друга.       Самым сложным было открыть дверь. Она противно скрипела и иногда заедала, но и здесь Поттеру улыбнулась удача. Парень по имени Майлз возвращался в дом через заднюю дверь — от него ужасно пахло сигаретами, так что Гарри благополучно выскользнул наружу и быстро побрёл к точке аппарации. Он знал, что поступает глупо, но все эти годы он поступал подобным образом. Просто потому что иначе не умел.       Гарри шагал вперёд, нервно оглядываясь по сторонам. Кое-где горели фонари, но привычное освещение здесь уже давно отсутствовало.       Впереди он увидел тот самый магазин мадам Малкин. Двери и окна были плотно заколочены. На досках были расклеены листовки с его лицом. Задержав на них взгляд на секунду, Гарри вдруг подумал, что ещё не поздно вернуться, но ноги сами понесли его дальше, заставляя огибать здание. Задняя дверь поддалась ему легко, к большому удивлению. Он едва переступил порог, задевая плечом дверной косяк, как услышал до боли знакомый голос.       — Можешь снять мантию, Поттер. Я и так знаю, что ты уже здесь.       Гарри помедлил, но затем стащил мантию и отложил её в сторону на какие-то коробки. Он неотрывно смотрел на человека, который продолжал стоять к нему спиной. Его руки были в карманах, а голова немного опущена вниз. Теперь Поттер видел всю картину целиком, и он не понимал, почему был настолько невнимателен, раз не распознал в силуэте из вечно повторяющегося сна фигуру Драко Малфоя. Теперь всё казалось очевидным.       — Если честно, я не думал, что ты придёшь, Поттер, — он усмехнулся.       Драко медленно повернулся лицом к своему собеседнику, но продолжал сохранять расслабленную позу, будто они разговаривают каждый день, и это нечто привычное.       — Почему? — Гарри сделал несколько шагов вперёд, чтобы лучше видеть. Слабый свет от нескольких свечей практически ничего здесь не освещал.       — Потому что это может быть грёбаная ловушка. Тёмный Лорд повсюду тебя ищет, а ты вдруг получаешь странное послание неизвестно от кого, тут же мчишься на место встречи и, конечно же, никому об этом не говоришь. Можно смело сказать, что это в стиле Поттера.       Гарри продолжал молча изучать Малфоя, удивляясь, что тот его так хорошо знает. За то время, пока они не виделись, парень знатно похудел, а кожа лица стала ещё более бледной и болезненной.       — Так ты хочешь сказать, что это всё-таки ловушка? — он не верил в это, но слова непроизвольно вылетали из его рта.       — Нет, Поттер, — уголок его губ дёрнулся вверх, и это было непривычно.       — А, может, с минуты на минуту сюда ворвутся Пожиратели смерти?       — Один из них сейчас стоит перед тобой, — Малфой слегка пожал плечами.       — Тогда почему я здесь?       — Ты мне ответь, — Гарри начинал выходить из себя, потому что парень напротив говорил какими-то загадками, а на это не было ни времени, ни сил.       — Я вижу сон. Последние несколько месяцев, — честно признался он, перед этим протяжно выдыхая.       — Так значит, у тебя существует связь не только с Тёмным Лордом. Что ж, мне это льстит.       — Почему ты был уверен, что я приду?       — Потому что тебе интересно, Поттер, — Драко сделал ещё один шаг ему навстречу, стараясь не отводить от него взгляд. — Потому что ты сделаешь всё, чтобы получить очередной ответ на вопрос, а, насколько мне известно, в последнее время ты не слишком избалован информацией.       — Почему мы здесь, Малфой? — Гарри задал вопрос в лоб, потому что уже начинал выходить из себя и нервничать. Он жалел, что пришёл.       — Я здесь для того, — Малфой приблизился к Поттеру вплотную. — чтобы исполнить пророчество.       — Что? — Гарри непонимающе смотрел на него, стараясь переварить сказанные слова. — Какое пророчество?       Малфой сделал несколько шагов назад, начиная ходить по пыльному помещению. Его руки до сих пор находились в карманах брюк. Будто он никуда не спешил.       — Пятый год обучения. Помнишь, Поттер?       Гарри не ответил, потому что сердце сильно сжалось при воспоминании о Сириусе и о той ошибке, которую он совершил. Он поверил какому-то видению и помчался в Отдел тайн, тем самым попадая в ловушку. Сейчас он поступил точно так же — слепо бросился вперёд, не зная, что его ждёт впереди. Он не имел никакого права так рисковать. Оставалось лишь надеяться, что это встреча не закончится его смертью.       — Так много пророчеств было уничтожено. Так много людей никогда не узнает о том, что им было предначертано.       — Ты собираешься разводить философию?       — Мой отец увидел моё имя на одном из пророчеств.       — И что там было? — он чувствовал, как его сердце забилось чаще.       — Неважно, что там было, Поттер. Важно то, что я сейчас здесь.       — Но я не понимаю, — Гарри покачал головой, сдвигая брови вместе.       — Конечно же, мой отец убеждён, что я неправильно всё истолковал, — Малфой снова начал смеяться, смотря прямо перед собой. — но ведь это моё пророчество, — он снова посмотрел на Гарри.       Когда Драко взял в руки небольшой шар и услышал те слова — это было первым, что пришло ему в голову. Он увидел птицу, эту встречу и Поттера напротив себя, и ему больше не требовалось никаких объяснений и разговоров, чтобы что-то понять.       Они замолчали на какое-то время, а затем Драко потянулся к внутреннему карману своего пиджака и достал оттуда небольшой чёрный мешок. Помедлив несколько секунд, он приблизился и протянул его Гарри.       Как только Малфой взял в свои руки этот небольшой мешок, сердце Гарри тут же забилось с удвоенной силой. Внутри начали слышаться голоса, и он давно был знаком с этим ощущением. Он бы никогда его ни с чем не перепутал.       Крестраж.       Он ухватился за самый край вещицы, чувствуя, как его рука предательски дрожит. Оттянув в сторону несколько верёвок, Гарри перевернул мешок, хватая ладонью небольшое кольцо. Кольцо Марволо Мракса.       Он слышал, как оно разговаривало с ним, и Гарри не терпелось уничтожить его прямо сейчас.       — Надеюсь, ты знаешь, что с этим делать.       — Но как?       Гарри посмотрел на Малфоя, сжимая кольцо в руке и опасаясь его потерять. Он до сих пор не верил в то, что сейчас происходит.       — Когда Тёмный Лорд узнал о том, что вы разыскиваете крестражи, он взбесился, и чем дальше он продвигался по своим тайникам, тем больше становилось его безумство. В итоге он стал ещё больше опекать свою змею, что дало ответы на многие вопросы.       — Нагайна — это ещё один крестраж. Да, мы рассматривали этот вариант.       — А затем он исчез, и когда Лорд вернулся, то принялся искать тайник для этой вещицы, — Драко кивнул в сторону руки Поттера.       — Но как ты смог достать его?       — Моя мать может быть очень изобретательной. Особенно если это касается интересов её сына, — после этого он тяжело вздохнул, и это не ускользнуло от внимания Гарри.       — Почему? Почему ты это сделал?       — Не спрашивай об этом, Поттер. Я вряд ли смогу тебе ответить. Главное, что в руке у тебя очередной осколок души. Уничтожь его, и останется всего два.       — Но почему ты сделал это именно сейчас?       — Не знаю. Может быть, время пришло, — они смотрели друг на друга, и этот ленивый диалог окутывал их атмосферой отчаянья.       Гарри нужны были ответы. Ему вдруг так много захотелось спросить, но вместо этого он продолжал стоять на месте, сжимая это проклятое кольцо, и молчать.       — Полумна. Симус и…       — Лавгуд мертва, — твёрдо заключил Драко. — Они все мертвы.       Гарри прикрыл глаза, борясь с подступающей порцией слёз. Он ведь прекрасно знал об этом, но знать и слышать это из уст другого человека — совершенно разные вещи.       — Но как же ты? Он ведь узнает о том, что ты сделал.       Драко тихо рассмеялся, проводя рукой по волосам.       — Не надо за меня беспокоиться, Поттер. Скорее всего, завтра меня уже не будет в живых, — на удивление, эти слова дались ему легко.       — Но тебе необязательно туда возвращаться, — эта реплика вызвала у Малфоя лишь новую волну смеха.       — А что ты предлагаешь? Прильнуть к Ордену? Поменять сторону? Выйти на поле боя? Нет, я не брошу мать. К тому же финал для нас был очевиден. Мы лишь оттягивали неизбежное.       — Ты так просто сдаёшься?       — Хочешь сказать, что ты сам не сдался?       Никто раньше не говорил ему подобных слов. Малфой был первым.       — Хочешь сказать, Поттер, что всё это время ты продолжал верить в то, что война будет выиграна? Что каждый день ты поднимался с кровати и с приподнятым настроением шёл в бой, точно уверенный в том, что всё закончится хорошо? Ты каждый день с энтузиазмом продолжал искать крестражи, не думая о том, что уже масса времени потеряна и слишком много твоих друзей погибло зря?       Гарри покачал головой, не желая что-либо говорить. Малфой был прав. Он хотел сейчас заставить его сражаться и не сдаваться, но разве сам он чувствовал в себе силы на это?       — Сделай то, что должен, Поттер. Не медли.       Малфой двинулся с места и направился к задней двери. Тем самым он показывал, что диалог закончен.       — Спасибо, — Гарри резко повернулся к нему.       Он не знал, как правильно прощаться. Он не знал, что следует ему сказать. Он не знал, правильным ли будет промолчать.       — Не стоит. Я этого не заслуживаю, — Драко застегнул чёрное пальто на верхние пуговицы и ухватился за ручку, уже стоя к Гарри спиной, но он медлил. — Передай Грейнджер, что мне жаль, — после этого он выскользнул на улицу.       Гарри остался стоять посреди разрушенного магазина, где они с Малфоем впервые увидели друг друга так много лет назад.       Он сжимал в руке кольцо, которое поможет ему продолжить свой путь. Он уничтожит его, а затем найдёт способ избавиться от змеи, и тогда дело лишь останется за тем, чтобы исполнить своё собственное пророчество.       Возможно, надежда ещё жива.       Потому что теперь он чувствует в себе силы двигаться дальше.