Симбиоз иных существ

Молодой господин проснулся, и уже с самого начала дня был не в настроении. Хотя "проснулся" было просто неправильно поставленное слово. Дейдара лежал на кровати и всматривался в узоры на потолке, пытался приметить каждую завитушку, извилину или острый, как нож угол. Но очнулся он от так называемого транса, услышав громкие стуки в дверь от обеспокоенной служанки. — Молодой господин, я не слышу, чтобы Вы собирались!.. С Вами все хорошо?...Если Вы мне не ответите, я посмею зайти в Ваши покои. Мне нужно убедиться, что с Вами ничего не произошло...Ответьте, Вы меня пугаете! — возмущенная девушка продолжала стучать и это не на шутку взбесило Дея. Про себя он даже отругал надоедливую служанку за шум. Но, поняв, что от реальности не убежать, голубоглазому мальчишке пришлось встать с кровати. Он в очередной раз услышал столь мерзкий скрип старой пружины в матрасе, поморщился и пообещал себе, что скажет о состоянии кровати отцу (он забыл об этом спустя секунду). Подошёл стык в стык к двери и промямлил: — Я встал! Не шумите! И так... — младший Тсуруки хотел добавить "и так голова болит!", но опомнился в нужный момент. Ему не хочется отлеживаться в собственных покоях на протяжении недели из-за головной боли. — Вот и славно. Одевайтесь быстрее, скоро завтрак, — в этих словах читались лёгкие нотации, но никто не затронет ими Дейдару. Только крики, наказания, ругательства Адель доходили до головушки главного героя. Блондинистому пареньку ничего не оставалось, кроме как одеться подобающе аристократу, а следом пойти завтракать к матери и отцу. Дей подошёл к деревянному шкафу, отворил дверцу и мигом достал рубашку приглушённо темно-зеленого цвета, опять же, черные шорты, выполненные в другом стиле. Образ он дополнил белыми чулками со странными вырезами и черным лоскутом ткани, который обвязал вокруг шеи, а оставшийся хвостик заправил в горловину рубашки. Покрасовался перед зеркалом и взялся за прическу. Сначала причесал блондинистые локоны по всей длине. А потом эти же локоны выпадали из рук, вылазили из резинки, образовывая петухи на голове и портя весь внешний вид. Голубоглазый в последний раз обещал себе, что сделает идеальный хвостик, но получилось что получилось. Волосы не торчали, и все было более менее красиво, но чего-то не хватало и, пытаясь понять чего именно не хватает, Дейдара открыл ящичек в столе, быстро откопал там заколку из золота и четырех жемчужен. Надёжно прикрепил ее с правой стороны на волосы. Младший Тсуруки ещё немного полюбовался и наконец вышел из затворнической комнаты. Все время пока шел витал в туманных мыслях, пытаясь вспомнить о плане на день: что самым первым он должен будет сделать. Но лишь стоило войти в обеденный зал, как блондинистый мальчик вскрикнул: — Вспомнил! — после этого выраженного слова его матушка рассмеялась. — Ох, боже, дорогой мой, чего же так кричать! Это настолько важно? На лице Дея можно было видеть лишь красноту; ему было стыдно за вскрик, ведь на него смотрела не только матушка, а ещё дворецкий с невозмутимым лицом и пару слуг более низшего ранга. Они прятали свои лица руками, чтобы не выдать смеха и не показать рассмешенную гримасу, но так было ещё виднее. Они не могли сдерживать эмоции и в конце концов отвернулись от молодого господина спиной. — Простите, матушка, и все присутствующие! — Дей сел на свое место, а с лица всё не слазил румянец. — Ладно-ладно, милый мой... Расскажу о сегодняшнем блюде, — женщина смотрела на своего сына, не отводя взгляд, будто просверливала отверстия для более внятного ответа, чем качание головой и робкие мычания. Женщина прервала его. — Твоего отца сегодня не будет, думаю, он удосужился тебе это сказать вчерашним днём. — М, да, — голубоглазый сел как подобается и начал ждать блюдо. — Сегодня на первый прием пищи у нас суп пюре. Это полезно там, много овощей, надеюсь, суп подойдёт тебе по вкусу. Текстура должна быть нежной, а вкус сливочным. А ещё специально для моего дорогого сыночка я попросила обжарить хлеб. — Спасибо, но не стоило. Дворецкий начал разливать густой суп по глубоким мисками. Пар всё исходил от него. Перед блондином поставили тарелку, на которой и лежал обжаренный хлеб. Пока к еде не притронулся никто, тишина озаряла обеденный зал, а именно сейчас Дейдара хотел услышать постукивания железных приборов о керамическую посуду. Может, из-за отсутствия отца поблизости, а может мысли слишком давят на мальчика, но опробовать блюдо надо было только из чистого уважения к поварам. На деле суп оказался до безумия вкусным, а хлебные сухари приятно похрустывали на зубах. Доев, голубоглазый посмотрел на терелку матушки. Та была нетронута. Следом взгляд поднялся и на саму женщину, она выглядела подавленной. — Спасибо за столь вкусное блюдо. Матушка, я могу идти? У меня в планах поездка в город, — женщина не слышала большую часть слов но, кратко ответила. — Да, конечно... — ей нечасто приходилось есть без участия какого-либо члена семьи, возможно, это и стало причиной потери аппетита. — Молодой господин, Ваша карета уже готова, Вас ждут слуги в саду. — Спасибо, я соберу сумку и поеду в столицу. Дей вышел из обеденного зала и, уверенный в себе, отправился к комнате. Зайдя внутрь, он начал глазами выискивать сумку из темного цвета кожи. Но сумки на виду не оказалось. Пришлось просмотреть весь шкаф, под старыми вещами младший Тсуруки нашел ее. Нашел сумку, подаренную отцом на его двенадцатый день рождения. Давненько он ее не надевал. Внутрь главного кармана блондин положил книгу о китайских чаях, мешочек с монетами и остановился посреди сборов, подбежал к столу, достал листок бумаги, железное перо и баночку темно-синих чернил. -перекус- -яблоки- -груши- -чай- -подарок- Составив коротенький список, голубоглазый мальчишка аккуратно поднял его со стола и начал трясти в воздухе для быстрого высыхания чернил. Потратив пару десятков секунд, Дей сложил и его в сумку. Тсуруки проглядел беспорядок в комнате, махнул на него рукой и побежал к выходу из поместья. Там стояла карета, запряжённая лошадьми. Рядом с ней ошивались слуги. Как только они увидели своего господина, то уселись по местам. Двое сели на лошадей и ещё один внутрь кареты как сопровождающий и этим сопровождающим оказался тот вчерашний помощничек отца. — Молодой господин, для меня честь обслуживать Вас, я готов ехать с Вами хоть на конец света, лишь бы Вы были рядом и указывали путь в даль дорог и троп, — темноволосый паренёк глупо улыбнулся и подал руку для того, чтобы голубоглазый мальчик смог забраться внутрь кабины кареты. Но тот ответил: — Такие долгие речи посвящают молодым дамам, а не своему господину, — Дей отверг руку и самостоятельно вскарабкался внутрь. — Простите, вырвалось... — нервно пролепетал черноволосый паренёк. А следом сел на обитый диванчик у одной из стен кареты. Такому же действию последовал Дейдара, но сел на противоположную сторону. — Молодой господин, что у Вас в сумке? — Тсуруки хотел ответить но, карета сдвинулась с места и его пошатнуло в сторону. Пришлось промолчать из-за неловкого момента. Слуга наконец унял свой пыл и больше не хотел заводить Дейдару вопросами, он просто смотрел в пол. В это же время блондин смотрел в маленькие окошки и ждал, когда они выведут из владений семьи. Но ждать долго не пришлось, и в одном окошке промелькнул забор, разделяющий родное поместье и всё остальное. Через несколько минут Дей смог увидеть улицы столицы. В основном всё было заполнено ларьками с фруктами и овощами, а также людьми, готовыми купить эти продукты на свой стол. Эти же простолюдины разбегались по сторонам от стуков копыт о каменную дорогу. Многие уставили свой взор на карету богатого происхождения. Голубоглазый был готов поклясться: ещё немного и у них разинутся рты. А как же ещё?! Карета красивой формы с элементами золота да серебра едет по обычной улице. Все знали герб, прикрепленный сверху кареты. Этот герб состоял из элементов как стрела и меч, по краям были изображены обрывки лиственного кустарника из золота. Вскоре вид из окошка поменялся на полноценные магазинчики, находящиеся внутри невысоких зданий. Снаружи этих магазинов висели вывески, стояли цветочные горшки или другая продукция. Вывески завлекали проходящих по улочке зайти внутрь и приобрести тот или иной товар. — Остановите у лавки с засушенными растениями и травами! — вскрикнул Дей, чтобы люди на лошадях наверняка услышали. — Вас поняли! — ответил один из наездников. Карета остановилась в тот же миг. — Молодой господин, я пойду с Вами ми в это место. Вы не против? — темноволосый встал с места. — Это твоя обязанность. Но не суть...Идём! — Дейдара вылез из кареты, проследил, чтобы недавний знакомый ненароком не грохнулся на дорогу, пока спускался, только потом он вошёл внутрь ларька. На входе этих двоих ждал неописуемо приятный запах разных специй; так получалось из-за смешивания их ароматов. Владелец этого помещения сидел за прилавком и считал монеты, но он сразу обратил внимание на вошедших, поприветствовав их как остальных своих немногочисленных посетителей. — Что ищете? Чего желаете?- толстоватый продавец отложил монеты в сторону и улыбнулся во все 32 зуба. — Есть ли у вас чай тысяча и одна ночь? И ещё розовый улун? — Да-да, всё имеется, сколько? Упаковку того и того, а может сразу десять? Ха. — Спасибо за предложение, но нет, две упаковки первого и одна упаковка улуна. Больше ничего не нужно. Мужчина встал из-за прилавка и подошёл к шкафчикам позади себя. Искал минут шесть нужные чаи и наконец выложил мешочки на стол. — С вас семь серебряных, — продавец придвинул чаи поближе к покупателю. — Я слыхал здесь самый дешёвый чай из других мест да стран. Так почему так дорого? — Дей нахмурил брови и не дотронулся товара рукой. Он стоял с закрытым мешочком монет. — Ну так чай из других стран и купцы не часто в столицу эту забретают. Тсуруки понимал, что мужик хочет продать подороже "богатенькому". — Пожалуй, пойду и куплю чай в другой лавке, — блондинистый мальчик начал прятать деньги в сумку. — Могу сбросить до шести серебряных, не больше! — Пять серебряных и пять медявиков, не больше, — ответил Тсуруки. Черноволосый хотел что то сказать, но продавец перебил его. — Минимум пять серебряных и девять медявиков! Ты думаешь мне на какие шиши жить!? Внутри ларька явно замеревался громкий спор, но младший Тсуруки сохранял спокойствие так, как его учили. — Ровно пять серебряных или не видать вам сделки, — все в помещении умолкли. — Хорошо пацан торгуешь! — это Дей промолчал. — Пять серебряников? — Эх, пять! Голубоглазый выложил пять блестящих монет на стол. Нрав продавца спал. — Будем рады видеть Вас ещё. Как там...Маленький...Молодой господин Тсуруки! Во! Дейдара вышел за дверь и сразу услышал пустые нравоучения от сопровождающего позади. — Так себя не ведут себя с горожанами, а уж тем более со взрослыми! — А нормально ли знати продавать на две монеты больше, чем всем остальным!.. Умолкни... За спиной послышалось тихое извинение. Не дожидаясь паренька, Дей сел внутрь карет, следом залез и черноволосый. Оба услелись на те же места. Один из наездников спросил. — Куда дальше? Над этим Дейдара призадумался. «М, отец упоминал, что при встрече с дамой нужно дарить цветы или кольцо...» — Цветочная лавка, она тут неподалеку! Карета сдвинулась с места со звонкими стуками копыт. Ехать было минуты две. У этой лавки стояли цветы, на них висели ценники. Дей приказал не сопровождать его, и парень на удивление быстро согласился. Внутри тесного помещения девушка доливала воду в большую голубую вазу, наполненную пионами караллового цвета. — Мне нужны цветы для дамы, не могли бы вы помочь с выбором? Девушка подняла взгляд на вошедшего посетителя. — Да, сейчас! Стойте на месте, выберем на ходу! — ответила она радостно и поставила кувшин с водой около той же вазы. Следом подошла к блондинистому мальчишке и сладким голоском пролепетала. — Ой, вот же молодец! Красив, хорош ещё, наверное, умён. Возлюбленная то красивая?! Какие чувства хочешь выразить к ней? От таких вопросов Дейдара опешил и растерял все мысли. — Нет-нет я...Ну она не возлюбленная...А... — девушка перебивает его. — Ой, для матери или для любимой сестрицы? — Нет...Просто, — Тсуруки сильно раскраснелся, но, пересилив себя, выпалил что смог: —Б-брак по расчету! Сегодня у нас первая встреча! Я...я...Отец всегда говорил, что даме нужно внимание и красивый букет цветов! — на нервах тот запинался, начал мять рубашку пальцами. — Простите, что вогнала вас в краску! Вы хотите, чтобы первая встреча прошла хорошо для вас двоих? — Н-наверное. — Где будет происходить сие торжество?! Вы знаете ее любимый цвет? — Нет! Завтра увидимся впервые! А мероприятие произойдет на балу, ничего особенного! — блондин отвечал, как солдат: резко, точно и почти не мешкаясь. — А в чём будете вы?...Хотя нет-нет, забудьте, мы можем передать ей чувства через цветы! — продавщица радовалась так, будто она сама получит незабываемые ощущения и букет. — Как это передать чувства на языке цветов? — Этот язык знают множество дам, в особенности голубых кровей и подобной знати! Я выберу на свой вкус и скажу, что они обозначают. — М, да, я все равно не силен в этом. Девушка подошла к маленькой стеклянной вазе, стоящей у окна. Потом обошла несколько крупных горшков с цветами. Она размышляла вслух, путалась с выбором и мешкалась. — Всё не то, всё не подходит! — приговаривала она в очередной раз. Единственное, что оставалось голубоглазому мальчику — так это стоять в стороне и наблюдать за развитием этого глупого монолога. И вдруг девушка громко и отчётливо крикнула. — Вот эти цветы понравятся юной даме! — продавщица взяла в руки вазу приглушённо жёлтого цвета и понесла показывать цветы своему покупателю. — Взгляните, разве они не прекрасны! Простые цветы, но означают юность, невинность, каплю недоверчивости к данной особе и самое главное — романтику! — Но это ромашки. Чем они так хороши? Милая девица прекратила всматриваться в лепестки растения и заглянула в голубые очи. — Вы не понимаете всей сути и красоты луговых цветов. Присмотритесь хоть к белоснежным лепесткам. Они не напоминают вам раннее детство, когда вы бегали по лугу, где росли подобные цветы? Разве вы не мечтали о их вечном цветении и теплоте? Бегать и резвиться — вот что нужно было для этой мечты! Дей и впрямь попытался ассоциировать ромашки с воспоминаниями, но понял суть цветов через другую картину. — Их лепестки мне напоминают облака. Сердцевина — ясное и ослепляющее глаза солнце. Я все ещё помню, как по утрам лежал на траве и рассматривал облака на голубом небе... Девушка весело засмеялась. — Вот видите, цветы — прелестный подарок. Постарайтесь, чтобы будущая невеста поняла вас через ромашки. Задайте ей этот лёгкий вопрос. Мне обвязать цветы белой лентой? Не будете ли против? — Спасибо вам. Белая лента будет сочетаться с лепестками! — Дею не было так весело с девушкой, хотелось нарисовать эти цветы, а потом вылепить их подобие из глины. Но пришлось уйти. Напоследок он добавил: — Я вернусь к вам ещё! Обещаю! На улице стояло тоже солнце, что и из рассказа голубоглазого. Но облаков не было на чистом небе. — Едем на рынок! — вскрикнул чуть поющим голосом Тсуруки. — Молодой, господин чего так веселы? Дей не услышал его, как и другие. Один лишь подхватил громкую фразу: «На рынок!» *** Уличные небольшие ларьки стояли справа и слева, вокруг гудели люди о планах на завтра. — Молодой господин, что Вы хотите купить? — парень с черными волосами аккуратно спросил у переволновавшегося Дея. — Груши, яблоки, хотя и выпечкой перекусить хочется! —ответил блондин. — Но выпечка вредна, отец не похвалит вас за это! — А мне похвала и не требуется! Мальчишка подбежал к ларечку с красивого цвета наливными фруктами. По виду он определил вкус и что-то говорил продавцу: — Да, три яблока и две маленькие груши. Продавец назначил общую сумму в одну серебряную монету. Дейдара достал из мешочка сверкающую монетку и выложил на прилавок, мельком глянул на хозяина лавки. Тот кивнул, и голубоглазый забрал товар. Слуги стояли ошарашенные посреди торговой улицы и даже не смели сдвинуться с места, пока их господин уже у другой лавки покупал круглую пухлую, ну очень мягкую булочку. Подходя к этим троим, он уже откусывал сласть, а его сумка была доверху набита фруктами. Ромашки он оставил в карете, чтобы ненароком не повредить нежные белые лепесточки. — Можем возвращаться в поместье, мне нужно принарядиться к началу мероприятия! Все слуги, включая и молодого господина, прошли к карете и уселись по своим местам. Проезжая по столице и до конца оставшегося пути до поместья, Тсуруки напевал странные мелодии, изредка из его рта доносились бессмысленные ноты разного тандема, однако сопроводителя это нисколько не беспокоило. К приезду в поместье от булочки и следа не осталось, а все видившие ее съедение были уговорены не разбалтывать об этом взрослым, а в особенности Адель. *** В покоях главного героя все также творился беспорядок, служанки ещё не приступали к уборке комнат. Дейдаре нужно было переодеться во что-нибудь яркое, красивое. Примером этого подходила рубашка персикового цвета с рукавами-фонарями и завязками у горловины. Дею осталось отыскать подходящий низ, но в голову не лезет ничего более сочетающегося, чем светло-коричневые штаны. Ему пришлось снять украшение с головы, надеть на шею колье с изображением неизвестной девушки, накинуть плащ бежевого цвета, а только потом вспомнить про шрамы на шее. Пришлось снять верхнюю составляющую часть одежды и надеть белую тонкую, но сильно обтягивающую кофту. Следом он нацепил остаток верха: рубашка и плащ. — Готово! Я как всегда великолепен и во всей своей красе! Эти громкие слова ненароком слышала мимо проходящая служанка и добавила: — Молодой господин, Вы всегда неотразимы, но прошу, быстрее выходите и поезжайте, а то опоздаете на бал! — Уже выхожу. Сегодня Дея не волновали затянутые, почти неизвестные коридоры. Он даже не задумывался, как мог заплутать в этом прекрасном здании. Настроение у него было на все сто, особенно на обхваливание себя, ведь всю дорогу в чужой дворец он хвалис себя мысленно: за красоту, тонкий и милый характер, особенно хвалил себя за выбор подарка. Наконец карета пересекла белоснежный забор дворца его будущей суженой. Как же не терпелось повидать ее, узнать получше и потанцевать медленый любовный танец бала. Прекрасный вальс среди пробивающих окна лучиков солнца. Входить внутрь дворца дозволялось лишь детям, единственными взрослыми там были слуги той самой будущей невесты. Дейдара заметил ее на втором этаже. Отец говорил, что она невысокая, с темно-русыми волосами и смуглой кожей. Это были ее знаки отличия среди остальных приглашенных. Та наблюдала за всем происходящим. Дей поднялся на второй этаж по кварцевой лестнице. Наконец смог обратится к девушке. — Здравствуйте, миледи! — сказал это блондин добро и нежно. Дама посмотрела на обратившегося к ней кавалера. — Дейдара Тсуруки, как я понимаю? — Да, младший Тсуруки собственной персоны. Минута молчания и Дей смог сказать: — Вот, это вам! — блондин протянул цветы и прикрыл глаза в знак дружелюбности. — Ромашки?- особа сверлила взглядом пришедшего, словно ей вручили не цветы, а криво нарисованный домик от пятилетнего ребенка. Не медля Дейдара задал вопрос. — Что вы думаете об этих цветах? — в его глазах был виден ясный блик. — Обычные цветы, они луговые. Такие как эти найти хоть в лесу, хоть на поляне легче всего. Хотя аромат у них приятен, но вид их отвратителен... Улыбка почти сошла с лица Тсуруки. — Но чем они вас так обидели? — Они не сочетаются цветом, да и вид из лепестков скучен моей тонкой натуре. «Да какая у тебя она тонкая, если ты даже прелесть ромашек не понимаешь!» — Может, выпьем по бокалу красного вина? — девица спросила с такой интонацией, будто сама хотела выпить два разом. — Наверное, было бы неплохо... Но пить до шестнадцати запрещено, за это ругают. — Запрещено простолюдинам, а мы голубых кровей и прекрасных происхождений. Я наслышана о твоём роде...Я общалась с твоим отцом, он поведал историю. «Отец, как ты мог! Даже я, твой сын, узнал об этом на днях, а ты разболтал это первой попавшейся на глаза девице!» — Я Флюида Монэ, мои корни берутся за несколько континентов отсюда, мы смогли обеспечить жилье в ином месте, но нам это стоило многих усилий и больших денег. Блондин не успел, опять же, ничего сказать, как своенравная дама крикнула. — Клор, два бокала вина! Минута, и невысокая девушка с волосами каштанового цвета подбежала до своей госпожи с двумя доверху налитыми бокалами вина на подносе из темного дерева. Она не смогла удержать равновесие и упала, один из стеклянных сосудов выскользнул через прутья балкончика на втором этаже и упал на первый этаж, разбившись вдребезги. Второй же бокал разбился рядом с лицом служанки. Из царапины на щеке выступала кровь. — Бестолочь! — ранее сдержанная и безэмоциональная Флюида закричала на нее. — Как можно быть такой неаккуратной, вдруг кто-нибудь из почитаемых людей на балу пострадает! — темно-русая Монэ безжалостно ткнула каблуком в ладонь служанки, начала надавливать им и крутить ногой для большей волны боли. — Пожалуйста, прекратите! Я правда оступилась! — так называемая Клор рыдала, лёжа на холодном полу. — Оступилась! И это оправдание! Мой наряд из-за тебя испорчен! Глянь на подол платья, грязная свинья! Дейдара чуть присмотрелся к молочному платью Флюиды и заметил брызги красной жидкости. — Прекратите это, — коротко и четко выразился Тсуруки. — Попрошу вас не лезть в конфликт двух девушек, господин Тсуруки! Тут нервы голубоглазого окончательно сдали. Он оттянул разъяренную даму. На ладони Клор остался красный след от каблука мисс Флюиды. — Дорогая Клор, позвольте обработать рану на лице и перебинтовать руку, — говоря это, Дей поднимал бедную девушку с пола. — Правда не стоит... — Где здесь медикаменты? — В уборной..Но не стоит мне помогать, я всего лишь служу госпоже Флюиде Монэ, и я сильно провинилась перед ней... Блондинистый мальчик без предупреждения схватил Клор за здоровую руку и повел в сторону уборной комнаты. Он заперся там с ней и начал искать нужные средства. Поискав интенсивнее, удалось найти бинты, мазь и целебное зелье для наружных ран. — Простите, может быть больно, — голубоглазый подтянул ногтями осколок в щеке и медленно вынял его. Затем нанес целебное зелье. — Осталась рука...Клор, можете свести пальцы вместе, кроме большого пальца. — Да, я сейчас, — она послушалась и выполнила несложное действие. Парень сразу обвязал руку мягким бинтом, перед этим намазал красный участок кожи мазью. Закончив, он спросил: — Может, вы отдохнете? — Я работаю, мне нельзя, спасибо огромное за помощь, молодой господин Дейдара Тсуруки, будущий муж госпожи Флюиды Монэ! — Зачем так официально. — Нас так учили говорить, с полным уважением к людям у которых голубая кровь...( Клор продолжала говорить о своем с закрытыми глазами). Пока девушка это все говорила, Дейдара ушел и оставил ее одну. *** Песня вальса зазвучит через десяток минут, а Флюида Монэ ушла куда подальше. Ища ее, Дей потерял эти минуты. Заиграла медленая мелодичная музыка. Девица вышла из неоткуда в нежном розовом платье, подхватила такт музыки и завлекла голубоглазого в танец. Музыка эхом отдавалась от стен. Монэ вела танец грубо, бесчувственно, быстро. Дейдара никак не поспевал за ее ритмом, он то и дело забивался. Но мадмуазель не планировала сбавлять скорость. Главный танец бала окончился. Эти двое прошли через толпу других приглашенных и направились к подготовленной для них комнате. Они молчали во время короткого пути. Но внутри этой комнаты темно-русая на волосы девушка закатила истерику. — Как ты посмел бросить меня на моем же балу! Чего же ты жалеешь эту дуреху! — все не унимались суженая. — Я отношусь к девушкам с уважением. — Уйди с глаз долой! — Это моя комната на сегодня, до завтрака завтрашнего дня я уеду. — Здесь одна кровать, я не собираюсь спать около тебя! — все кричала и кричала она. — Хочешь спать в зале или на полу? Выбор у тебя есть. Девица промолчала, и они легли спать. Легли они раньше чем кто-либо, примерно в пять вечера. Перед уходом в сонный мир грез блондин вспомнил о разбитом зеркале и о его осколках под кроватью, но паниковать было слишком поздно. Пришлось смириться, закрыть глаза и уснуть с ненавистной персоной под боком. Ночью было тихо, даже очень. Клор впервые за всю жизнь засыпала с чувством надобности кому-либо.