Меч на меч

      Спокойная улица, главная площадь Альт-Сити. Люди спокойно текут по дороге, о чем-то разговаривая или раздумывая о своих делах. С какого-то своего ужаса, на возвышение забрался давно знакомый Эрнест, вещая о чем-то своем, лирическом и новом. Странно, что людям это нравилось. Они даже похлопали. А Лололошка только пожал плечами, отмахиваясь. Лучше бы, конечно, тот продолжил сидеть где-то в поселении Хейли, но ладно.       — Клоун, — раздался голос сзади, куда шатен и развернулся. — Видел его перо? Уверен, он как-то пробрался в Сияние. На его фоне даже твои бездомные смотрятся лучше, — пренебрежительно говорил Калеб, смотря как этот поэт, рассказав то, что хотел, неумело слазит, чуть не грохнувшись, на это чуть улыбнувшись.       — Здраствуй, Калеб, — встряла в разговор Райя, подлетев.       — И тебе привет, консерва, — отмахнулся Главный секретарь, все так же настроенный к роботам слегка пренебрежительно. Хотя Отэр за его плечем все еще летает. — Ладно, время не резиновое, а у меня еще дела есть, так что пошли ко мне, там поговорим. Тем более глаз меньше будет, — и не дожидаясь, пока ему что-то ответят, Калеб развернулся на пятках, начав идти в какую-то одному ему известную сторону. А Лололошка только выдохнул, переглянувшись с Райей, после чего пошел за Главным Секретарем. Все равно контролер отдать надо.

***

      Поднявшись на лифте и пройдясь по коридору, Главный секретарь, идя впереди, открыл какую-то дверь, туда и заходя. Сзади сразу же пролетел его пет-ассистент, а за ними уже и Лололошка с Райей. Те с интересом разглядывали просторный кабинет Калеба с одним столом и парой полок в стороне у стены. Хозяин же просто прошелся к панорамному окну, заглядывая куда-то дальше него.       — Отсюда прекрасный вид, — начал он говорить. — Каждый, кто сюда приходил хвалил его. На моей памяти лишь Войд никак не отзывался, хотя у него вид не хуже. Наверное, привык, — пожал плечами Калеб, выдыхая и разворачиваясь лицом к своему гостю. — Ты принес, я надеюсь?       — Да, — кивнул Лололошка, вытаскивая массивный контролер, снятый с купола со стороны, где они выходили в первые. Уже слегка поцарапанный и обветренный, но полностью рабочий.       — О, а я знаю, что это. Всегда хотел увидеть в живую, — улыбнулся секретарь, беря металлическую бандуру в руки, слегка ее крутя.       — Ты знаешь, что это такое? — подлетела Райя, спрашивая слегка удивленно.       — Да как вы все это устроили, Кейт мне все рассказала, — отмахнулся Калеб, пряча контроллер. — Слушайте… Вечер такой красивый. Давайте, может, для начала расслабимся немного? — прозвучала странная просьба от парня, что развернулся к Лололошке. А в глазах, кажется, надежда, на то, что все же согласиться.       — Ладно, — пожал плечами комиссар. Все равно дел важных нет. Да и немного отметят они завтрашний поход Калеба в Сан-Сити, — я не против.       — Спасибо, — выдохнул секретарь облегченно. Наверное, еще и собирался долго, чтобы это предложить, с его-то властным характером. На это оставалось только еще раз улыбнуться. — У меня есть одна страсть — винил, только не смейтесь. Давайте послушаем? — предложил Калеб, сразу куда-то отходя. К проигрывателю, как выяснилось. А через секунду по комнате поплыла легкая мелодия. Приятная, плывущая, не отвлекающая. — Вам нравиться?       — Красивая, — кивнул Лололошка, чуть улыбнувшись. А секретарь, постояв рядом и прикрыв глаза, кажется, действительно наслаждаясь, после выдохнул, отходя к своему столу.       — Садись, нечего стоять, — махнув приглашающе рукой, сказал Калеб, указывая на рядом стоящий стул, сам уходя за свой стол, прячась за включенной голограммой своего экрана. — Чай будешь?       — Не откажусь, — следуя предложению и садясь на стул, что чуть подвинул как ему удобно, чтобы коленками в этот самый стол не упираться, сказал Лололошка, смотря, на то, что Калеб спрятался куда-то под стол, где-то там чем-то шерудя. А потом на стол встал электрический чайник с парой чашек. И где он только их хранит? Хотя ясно что в столе. Главное зачем, но не ему спрашивать. У самого дома много барахла, куда странне, чем просто чайник.       — У меня тут черный… И ягоды, вроде бы? — доставая какие-то пакетики, рассматривая их, сам удивляясь с того, что у него это есть. — Какой будешь?       — Давай черный, — пожал плечами Лололошка, не особо привередливый во всяком таком. И в чашки были закинуты пару пакетиков, сразу же залитые чаем, а после, не пойми из какого места, в чашки был закинут еще и сахар. — Пока настаивается расскажи хоть, что там за городом, — кинув взгляд на комиссара, предложил секретарь, отодвигая чашки, что-то нажимая на своей клавиатуре, что что-то меняла на экране.       — А что у меня там, — махнул рукой Лололошка, откидываясь на спинку кресла. — Деревня деревней. Разве что птиц был налет недавно, но то не новая проблема.       — И как избавился? — подняв взгляд, спросил Калеб, даже отрываясь от своего экрана.       — Вызвал людей, — пожал плечами комиссар, удивляясь, что секретарь этого сразу не предположил. Не его профиль с птицами бороться, вот уж да. Хотя и он не в сельхоз теме крутиться, ему простительно. — Дороги, собаки. Все часы с ящика сбора отдал, что до этого собрал, — позволил себе побубнеть Лололошка, взмахнув рукой. — Мне людей премировать было не за что.       — А им разве зарплаты не выдают? — пожал плечами Калеб, доставая и надевая очки, после заглядывая в полупрозрачный монитор.       — Да выдают, конечно, но за хорошую работу я выдаю со своих часов немного, — вздохнул комиссар. — Им же приятнее. Да и надо же как-то извиниться, что я по поселению ношусь и всех пугаю, — улыбнулся он.       — Странный ты, — остановив на шатене взгляд еще раз и вздохнув, закатив глаза, отмахнулся Калеб, что-то дальше щелкая на клавиатуре.       — Да-да. К Инспектору попался, уйдя живым, и за купол вышел, и комиссаром стал случайно, и все такое, — махнул рукой Лололошка, чуть посмеиваясь и вспоминая, чего он сделать обычный смертный житель Империи.       — Ну вот я о том же, — выдохнул Калеб, поправляя очки на носу.       В легкой, дурашливой ругани двух друзей работать было намного веселее. Как минимум, Калеб не ожидал, что давно приевшаяся работа закончиться так быстро, не заставив глаза болеть от постоянного вычитывания в мелкий шрифт. Да и в глазах не рябило, на счастливое удивление.       Секретарь откинулся на спинку стула, снимая очки, сразу складывая дужки. Лололошка с немым вопросом лишь на него посмотрел. Правда ответа не получил. Но и не так важен он был для него, чего уж там. Явно ничего страшного.       Чашки уже были пусты, так что были отставленные в сторону. А Главный секретарь лишь кинул взгляд на комиссара, что, вроде бы, не обещал чего-то хорошего.       Встав, он отошел к какому-то шкафу, открывая один из шкафов, что-то перебирая, явно очень нужное ему. И через пару секунд, тот отошел, что-то держа в руках, целенаправленно подходя в его сторону.       — Хочешь патчи попробовать? Виноградные, — предложил Калеб, раскручивая какую-то металлическую круглую баночку.       — Патчи? Что это такое? — удивленно спросил Лололошка, в принципе, не зная этого слова. Не ему, жившему в лесу, об таком думать.       — Ты не знаешь? Серьезно? Снимай очки свои, я тебе сейчас наложу, сам поймешь, — слегка смешливо сказал Калеб, подозрительно медленно подходя к сидящему шатену, что провожая его подозрительным взглядом, уже было готов был сбежать. Ну ладно, не сбежать, но, может, отмахиваться руками и ногами. — И не надо да меня смотреть так, будто я хочу тебя ножом под ребра почесать.       — Ну мало ли, — пожал плечами Лололошка, все же снимая очки, складывая их и откладывая на стол, после уставившись черными глазами в карие секретаря. — Вдруг у тебя что-нибудь острое в кармане.       — Ну, частично, — хмыкнул Калеб, доставая из баночки силиконовую накладку, наклоняясь над парнем.       — Ага, у меня тоже, очень частично, — хмыкнул Лололошка, смотря, как прохладная закругленная, каплеобразная полоска подноситься к его лицу, после и приклеиваясь к лицу.       — Тоже частично? — удивленно тянет Калеб, поправляя только что приклеенну полоску. — И в чем твоя частичность?       — В том, что она частично не в кармане, — выдыхает комиссар, прикрывая глаза, когда на лицо клеят вторую полоску.       — Так, погоди, у тебя нож где-то запрятан? Когда успел заиметь? заинтересованно спросил секретарь, закручивая коробочку, отставляя ее на пол.       — У меня не нож, у меня мечи. Ты должен был видеть, я не один раз с ними ходил, — вздохнул Лололошка, одними глазами спрашивая «ты серьезно?».       — Мечи? Кста-ати, покажешь, а то я все хотел посмотреть, что это у тебя такое, — попросил секретарь.       — Чего тебя это так заинтересовало вдруг? — закатил глаза комиссар, но встал, потянувшись двумя руками куда-то к боку, а после щелчек и из-за спины он вытаскивает длинный голубоватый меч, рукояткой вперед передавая его Калебу, что аккуратно взял его, вертя в руках.       — Тяжелый, — чуть нахмурившись, сказал секретарь, оглядывая лезвие. — Они такие и есть? Большие?       — А какие еще должны быть? — саркастично спросил Лололошка, из-за спины доставая второй меч — зеленый, облокачивая его о стул.       — Где ты их носишь? Я их у тебя не видел! — даже слегка возмущенно сказал Калеб, тоже оставляя алмазный на спинке другого кресла, потянувшись за другим, после чего на его место был выставлен еще один, фиолетовый. Его Калеб встретил уже молча. — Они все тяжелые.       — Хорошие мечи, мной кованные, недавно заточенные, — пожал плечами Лололошка. — Легче неудобно.       — У меня в разы легче, — качнул головой Калеб.       — Ты пользуешься мечём? Я думал у тебя только огнестрельное. Покажи, — сразу же встрепенулся Лололошка.       — Сейчас, — сказал секретарь, кладя второй меч на стол, сам отходя за свое место, куда-то опять залезая и доставая что-то явно маленькое, что помещалось в ладонь. — Вот, — и взмахом, Калеб раскрыл выдвижное лезвие, после отдавая свое лезвие комиссару.       — Ими лишь единичные удары проводить, — сказал он, взвешивая. Отойдя на пару шагов, выходя на середину комнаты, чтобы было место, он сделал пару выпадов. Сначала выпад из стойки, вместе с шагом, замах и косое разрубание воздуха, и перехват двумя руками — сильный рябящий удар сверху-вниз. — Колющие вообще проводить невозможно. Даже стопора нет, — недовольно сказал комиссар, взмахнув мечем вверх, от чего лезвие сразу спряталось в рукоять.       — Я доберусь до тебя быстрее, чем мне это понадобиться, — хмыкнул Калеб, складывая руки на груди. — Хочешь посоревноваться? — улыбнулся секретарь, с интересом смотря на комиссара.       — Я тебе лезвие погну, — хмыкнул Лололошка, удивленный предложением, но, в принципе, не против. Уж никто не отменял простых житейских развлечений.       — Сможешь ли? — ухмыльнулся секретарь, подходя и протягивая руку, намереваясь взять обратно свой меч. И комиссар отдал ему его, без какого-либо желания оставлять его у себя дольше. Ему все равно не понравился.       — Давай попробуем, ладно, — пожал плечами Лололошка, делая шаг к креслам, беря алмазный меч, слегка покрутя его в руке, сделав оборот лезвием покругу. Можно сказать, что он даже таким образом похвастался, какой у него крутой самолично кованный меч. Для первого своего такого меча он сам собирал по шахте алмазы, а потом сам же, естественно, и обтачивал. Хотя теперь он был не самым лучшим в его коллекции. И, кивнув головой, тот просто отошел на середину комнаты, призывая выйти на хотя бы от части подходящее для дуэли пространство. И секретарь, только фыркнув, тоже отошел от стола.       И теперь двое, под светом лампы, с ночью за панорамным стеклом, один с фиолетовыми патчами и оба с мечами в руках, стоят друг напротив друга, пока что даже не в стойках.       — До первой крови? — спросил Лололошка, отходя на пару шагов и поднимая лезвие меча, что блеснуло в свете лампы.       — Ну-у да? — пожал плечами Калеб, тоже сделав пару шагов назад, поднимая свое лезвие, смотря в черные глаза напротив, слегка щурясь, уверенный в своих силах. Слишком, по мнению Лололошки. Они хоть и не будут драться до смерти, но серьезнее надо быть. А то уже весь из себя уверен в победе, хотя вместе они никогда не сходились. Кто знает, кто из них сильнее.       — На счет «три», — сказал Лололошка, принимая роль ведущего. И Калеб принял это, вслушиваясь в счет. — Раз… Два… Тридцать три! — смешливо сказал Лололошка, быстро отпрыгивая в сторону, пока секретарь уже понес меч вниз, замахиваясь на то место где он был. — Техническая победа, ты проиграл.       — Комисса-ар, — с привычным глубоко пренебрежительнымм тоном протянул секретарь, опуская лезвие к полу.       — Что, секрета-арь? — слегка издеваясь, таким же тоном сказал Лололошка, пожав плечами.       — Ты можешь считать нормально? — раздраженно выдохнул Калеб, наставляя меч на Лололошку, но не нападая, а просто угрожая.       — Чем тебе не нравиться число «тридцать три»? Как по мне хорошее, — хмыкнул комиссар, все же подходя ближе, на ту же позицию, с которой они и начинали, не боясь наставленного лезвия меча. Секретарь лишь выдохнул, опуская меч и тоже отходя на несколько шагов.       — До трех. Или я поведу тебя в полицию, учиться считать там. Думаю, стиратель поможет запомнить, — сказал Калеб, снова поднимая лезвие.       — Ладно-ладно, я понял, — отмахнувшись, улыбнулся Лололошка. Нервные все какие–то, пошутить уже нельзя. — Давай, раз, два, — и на этот раз серьезно, — три.       Калеб сразу, намереваясь закончить в пару взмахов. Сблизился с комиссаром, что на удивление быстро выставил перед собой меч в блоке, придерживая второй рукой конец лезвия, для упора. Хотя это и не особо нужно было, уж да. Легкий меч отскочил, будто ударившись о стену, но быстро сменил направление. Скорее всего, на это он и учился, смотря как быстро тот перехватил рукоять. Но его меч в разы тяжелее, он его не пробьет, а махать ему приходилось и быстрее.       Калеб явно пытался напирать на него, ударяя лезвием то с одной стороны, то с другой. А Лололошка мог спокойно стоять на месте, просто иногда меняя угол меча. Это не то, что отбиваться от когтей различных огромных звере, у которых как минимум 4 таких «лезвия» и это только на одной лапе.       Одно движение, закручивающие лезвие, что выбивает пару искр и буквально вырывает меч, а вместе с этим и почти ломающие секции лезвия.       — Как ты?.. — выдохнул Калеб, тряся кистью. Да, неприятно, но что уж поделать. Сам сказал, что ему тяжелый меч не нужен, а такой вылетает за одно движение, если не отвести. Разве что можно было поднять лезвие, если хватило бы сил, тогда оно просто спряталось бы, и сцепка металла спала бы. Но секретарь либо не захотел, либо не додумался. — Как ты это сделал?       — У тебя легкий меч, который намного легче моего, вот и все, — пожал плечами Лололошка. — Знаешь… Можно, наверное, поставить упоры и начать не рубить, а колоть… Первое и так есть, второго нет, станет неожиданностью, — начал говорить в слух шатен, подходя и беря в руки отлетевшую и сложившуюся рукоять.       — Отдай мне мой меч, мыслитель, — недовольно выдохнул Калеб, утыкаясь взглядом в комиссара.       — Можно подумать, он так нужен, — пожал плечами Лололошка, действительно отдавая рукоятку. Его мечи все так же лучше.

***

      Вот так стоять с мечем на голо перед Войдом было довольно… Неприятно. Да страшно было, чего уж там. Когда он застал его в своем кабинете, у него сердце сжалось, как никогда. Он не отмоется от этого, не оправдается, не стоит и пытаться.       И как-то от этого осознания, полный адреналина в крови, Калеб и не стал особо отнекиваться, когда Войд пытался сказать что-то о его воспитании и Империи, просто не слушая. Он даже не совсем понял, как тема ушла к тому, что они теперь стояли в стойках. Два меча, черный и фиолетовый, оба когда-то заказанные на выковку Инспектором. блестели в лучах солнца.       Калеб провел первый удар первым, упираясь на блок, после чего привычным движением уводя меч вверх, прокрутя им, возвращая в руку. Правда, пришлось еще и доводить, лезвие отскочило не так сильно, как бы того хотел Калеб. Успел уже привыкнуть к другому.       На удар от черного меча, фиолетовый чуть скрипнул, но справился, блокируя. Он справлялся и с тяжелым мечем из драконостали, как его назвали, он выдержит, Калеб уверен. Просто немного скрипнет. Не зря же его разбирали, чтобы штыри внутрь вставить.       Еще пара бессмысленных взмахов, даже высекающие пару искр, но на этом и все. А потом Калеб, еще не совсем ровным на скорости движением, что он выучил совсем не так давно, направляет меч вперед. Раньше бы лезвие просто ушло в рукоять, но упорки остановили лезвие, что лишь вздрогнуло. И, казалось бы, его лезвие должны были отбить, один комиссар делал это всегда легко, сколько бы они не дрались после их первой дуэли, но Войд не отбил. Не отбил, от чего лезвие прошло дальше, к одежде, пройдя грубую ткань черного плаща.       Калеб не сразу осознал, что под тканью одежды было и тело Войда. Хоть и металлическое, крови не было, но он явно порвал провода. Кажется, он впервые видел в фиолетовых глазах… Испуг? Скорее всего. Он тоже испугался.