L'amour au numéro 17 (7 et 10) / Любовь под номером 17 (7 и 10)

Оставались считанные минуты, до моего выхода на стадион, после чего я разорву контракт с ПСЖ. Не знаю, как дошло до этого, ведь меня всё устраивало. Я выступала за женскую сборную, пела не каждом открытии, показывала отличные результаты, наша команда выйграла «Кубок французской лиги», так ещё и работа переводчиком, принесла мне и ПСЖ немалые деньги. Но видимо, у владельцев появилась новая кандидатура, которая по их словам, была более профессиональнее и опытные чем я. Не знаю, как после этого, я согласилась спеть на последнем открытии «Лиги чемпионов» в этом году. Ведь затем, мне придётся стать свободным агентом и надолгое время проститься с этим местом. Конечно же, СМИ не оставили эту ситуацию, без своего внимания. В жёлтой прессе, чуть ли не каждый день, выходили статьи, в которых бурно обсуждались события, происходящие с моей персоной. Кто-то утверждал, что я ухожу из-за напряжённых отношений между мной, Килианом и Неймаром. Кто-то говорил, что я собиралась уйти по собственному желанию. А кому-то, вообще пришло в голову, что у меня роман, с одним из игроков Барселоны, поэтому я собираюсь уйти из ПСЖ. Но всё это, как вы могли понять, было больным воображением журналистов. На самом деле, ещё год назад, нашему клубу была предоставлена возможность, купить нового игрока, которая будет играть за женскую сборную и займёт моё место, переводчика. Эмма Дюбуа — так представили нам данную особу. По характеристики, резюме и в целом, она подходила под параметры владельцев, но… почему-то, об этой идеи благополучно забыли, а через некоторое время, её реализацию снова возобновили. Но факт остаётся фактом. Я лишаюсь работы, возможности выступать за клуб, который стал мне уже родным, близких друзей, стабильной зарплаты и всё в этом роде. А самое обидное в том, что я не могу ничего изменить, что-либо исправить. То, чего я добивалась годами, упорным трудом, усердием, в один момент, становится бесценным. Тебе находят замену… И эта «замена», которая не прошла всего того, что прошла ты, сейчас стоит и смотрит на тебя надменным взглядом. Мне хочется ударить её, стереть с лица Эммы эту самодовольную ухмылку, и я могу это сделать. Могу. Но чувство самодостоинства и человечности останавливает меня. «Каждому воздастся по делам его» — эту фразу мне говорила мама, и когда я вспоминаю её, мне становится легче. Вверх берёт разум, а не эмоции, и на всю ситуацию, я могу смотреть уже трезвым взглядом. Поэтому сейчас, я просто отворачиваюсь от Эммы и пытаюсь занять свои мысли повторением слов песни, которую мне предстоит спеть с минуты на минуту. — Волнуешься? — ко мне подошёл Маркиньос и слегка приобнял. — С чего бы это? Я наоборот, абсолютно спокойна. Всё равно это моё последнее выступление. — я опустила глаза в пол, сделав вид, что очень сильно заинтересовалась своими кроссовками. На самом деле, это было совершенно, чтобы скрыть обиду и тоску, появившиеся в моих глазах. Но Маркос не мог этого не заметить, поэтому он развернул меня к себе, обнял и тихо сказал: — Всё изменится, я уверен. Они могут ещё передумать и отменить своё решение. — Да что они изменят, Маркос? Всё давным давно уже сделанно и согласовано. — я отстранилась от парня и вновь посмотрела куда-то вдаль, лишь бы не продолжать этот разговор. Всё равно мы прийдем к одинаковому исходу. — Что сделано, то сделано, а перетерать одно и тоже, у меня нет желания… Но всё равно, спасибо тебе за поддержку. — я подавлено улыбнулась, а парень сделал тоже самое в ответ. Паузу прерывает голос, раздающийся в динамиках. Он сообщил о том, что открытие начинается прямо сейчас и мне нужно выходить. Я посмотрела на Маркоса, а он лишь подмигнул и жестом показал мне идти на стадион. Свет от фонарей и вспышки фотоаппаратов, буквально ослепили меня, но спустя буквально секунды три, это прошло. Сейчас, на меня были устремлены тысячи взглядов, которые стали уже родными. Они все визжали, махали руками, лишь бы я их заметила. — Salut là-bas! / Всем привет! — крикнула я, выйдя в центр поля. Оглушительный рёв, сразу же пронёсся по трибунам. — J'espère que vous êtes prêt pour ce qui se passe maintenant / Надеюсь, вы готовы к тому, что сейчас произойдёт. — в ответ послышались одобрительные крики. — Alors, commençons! / Тогда, начнём! 🎞️🎞️🎞️ Потом, всё пошло, как по хорошо выученному сценарию. Я закончила петь, получила цветы, поклонилась и ещё раз поблагодарила публику за её теплоту и отзывчивость. Но мне так не хотелось уходить… Ведь я понимала, что стоит мне шагнуть за территорию поля, то для всех этих людей, я стану обычной девушкой-переводчицей, которая когда-то играла за ПСЖ. Как же мне этого не хотелось, но увы… Я ещё раз посмотрела на всю эту картину, и направилась на свою «стартовую площадку». Там меня уже ожидали. — Прекрасное выступление, Апполинария. Вы как всегда были обворожительны. — донёсся радостный голос Луи Мартена. Этот мужчина, лет сорока восьми, невысокого роста, являлся одним из организаторов данного вечера. Он был очень интересной личностью, только вот интерес там проявлялся, к сожалению, лишь в денежной валюте. Его отношение ко мне было нейтральным, до определённого момента. Пока моя персона, не начала приносить нашему клубу солидные деньги, он и дальше мог считать меня обычной футболисткой, у которой нет большого будущего. Но судьба решила иначе… — Только не нужно вашей любезности, Луи. Я знаю, что сейчас, вы намерены отдать мне документы, и со спокойной душой, отправить меня на все четыре стороны… — Ну, что вы, Апполинария. — перебил меня Мартен. — Я как раз таки наоборот, хотел предложить вам одну очень хорошую идею. — его глаза сверкнули, каким-то неестественным блеском. — Уверен, это вас заинтересует. Я с недоверием посмотрела на мужчину. — Что за идея? Немного помолчав, он ответил. — Предлагаю, пройти ко мне в кабинет, чтобы спокойно всё обсудить и избежать лишних вопросов — Мартен бросил взгляд, на рядом появившихся журналистов. — Хорошо. — в этот момент на поле вышли команды. Я обернулась, и едва слышно произнесла: — Удачи вам, ребята. — и следом за мужчиной, направилась в кабинет. Зайдя в помещение, Мартен подошёл к своему столу, нашёл нужную папку и начал что-то в ней искать, а я села на диван, который стоял рядом. Наконец-то, он достал из файла какой-то документ, сел в кресло и ещё долго не начинал разговор. — Вы хотели со мной поговорить, или помолчать? — уже не выдержав долгой паузы, спросила я. — Апполинария… Понимаете… — мужчина явно пытался подобрать нужные слова. — Не для кого уже не секрет, что вы являетесь одной из лучших игроков в женской сборной и прекрасным переводчиком, но… — Мартен вновь посмотрел на документ. — Из-за кое-каких обстоятельств, вы собираетесь покинуть наш клуб… По моему лицу было понятно, что данная тема меня напрягает, поэтому мужчина быстро проговорил: — Но я сразу был против этой идеи… Я…Я пытался вразумить своих коллег, поставить их, так сказать, на правильный путь, а они… — Луи, ближе к делу. — Ах, да… Конечно… Вообщем и целом, судя по всему тому, что произошло, я предлагаю вам заключить контракт с Реалом… Наступила гробовая тишина… Я медленно повернула голову в сторону Мартена и грубым тоном отчеканила следующее: — Что? Мужчина уже хотел, что-то сказать, но я опередила его. — Тоесть вы, предлагаете мне, после пяти лет прибывания в этом месте. В клубе, где меня воспитали, научили буквально всему, идти, использовать эти навыки и играть против своих?! Вы понимаете, что по сути, делаете меня предателем! — Апполинария, ну, не надо всё так драматизировать. Тем более вы не первый человек, которой меняет клуб. Это нормально. — Да? Вы уверены? Только это не в моём случае. Я не собираюсь, теперь каждый раз, скакать с места на места только потому, что это выгодно вам. У меня есть своё мнение и свои принципы, которых я всегда придерживаюсь. Тем более, вы знаете, какие отношения у нас сейчас с Реалом. И вы делаете только хуже, предлагая мне данную идею. Поэтому до свидания, а лучше всего прощайте. — я уже собиралась уйти, как меня останоила пламенная речь Мартена. — Жаль Апполинария, что вы отказываетесь. Жаль... — интонация в голосе Луи поменялась, он достал пачку сигарет, вытащил одну и закурил. — Ведь, если так посмотреть, то туда скоро и Килиан перейдёт, а потом и Неймар, в след за другом. — мужчина сделал затяжку. — Что вы имеете в виду? — обернувшись спросила я. — А то Апполинария, что вы не думаете о будущем. Все давно уже знают о вашем любовном треугольнике, и мне кажется, что ваш уход очень сильно повлияет на игру ребят. — Мартен снова сделал затяжку. — Хотя кто знает, может быть один из них вообще не выйдет на поле в следующем матче. На эти слова я развернулась, чуть ли не подлетела к столу, за которым сидел мужчина, облакотились кистями на предмет и проговорила: — Какое право вы имеет влезать в мою и их личную жизнь?! Какое вам дело, что происходит между нами?! Вас это не касается, тем более вы уже сделали всё, чтобы убрать меня, а потом вы уберёте их. Хотя кто знает, может быть Эмма уже занялась этим делом, в тайне от вас. После этого, я развернулась обратно к двери и вылетела из кабинета. — Да, Апполинария, ты никогда не изменишься... — с этими словами, мужчина достал из под стола диктофон и нажал на кнопку "завершить".