история номер 5

История номер пять. «Кого люблю...» Я не хочу любить его, но подчиняюсь этой страсти. Я не желаю быть рабом, но пребываю в его власти. Я рвусь к свободе вопреки, но мне не снять свои оковы. И умирая от любви, я буду ранами доволен… Я часто стоял у входа в здание университета до самого звонка. Просто ждал, когда Кирилл помчится на занятия, спохватившись, что заговорился с друзьями. Меня считали непунктуальным, и я сам ненавидел опаздывать. Но каждый раз приходил позже всех, потому что не мог наглядеться на своего любимого. Кирилл учился на третьем курсе. Я на втором. И с самого первого дня я влюбился в него. Увидел в кафе на перемене и чуть не выронил поднос от счастья, что имею честь созерцать такое божество. А Кирилл ущипнул за зад свою подружку в коротком платье и не заметил остолбеневшего паренька. Всю ночь я не мог уснуть, думая о парне из кафе. А утром помчался обратно в универ с одной целью, выяснить, кто он. Вот его личное дело! Кирилл Дементьев, 1989 года рождения. Факультет журналистики. Адрес, телефон! Я наскоро переписал все его координаты и, с полминутки полюбовавшись на фото моего ясноглазого ангела, убрал дело обратно в ящик. Так я и узнал имя Кирилла. Тем же вечером я позвонил ему. Услышал «алло» и бросил трубку. Дыхание спёрло, ноги отказали напрочь, руки затряслись так, что я в итоге и не удержал телефон, и тот с грохотом упал на пол. И снова бессонная ночь. А на следующий день я помчался к дому Кирилла. Разузнав расписание его группы, подкараулить моего возлюбленного было просто. Затаившись в кустах у соседнего подъезда, я устремил свой взгляд на закрытую дверь элитного дома, где жил Кирилл со своими родителями. И вот, наконец-то он вышел! Высокий, стройный, красивый, модно одетый. Безупречная причёска, твёрдая походка, тёмные очки, дорогая машина. Кирилл дошёл до стоянки, сел в свой Porsche чёрного цвета и уехал. А я лишь томно вздохнул, представляя, как сижу с ним рядом в его машине. Но он катал лишь пережаренных в солярии девчонок. Я мог лишь ежедневно наблюдать за своим милым, но сделать ничего не мог. Его друзьями были популярные, богатенькие парни. Вместе они тусовались по модным клубам, ездили на дорогих машинах и одной улыбкой выбивали зачёты по всем предметам. Кем же был я?.. Худой, бледный, тихий парень с пустыми карманами и не совсем традиционной сексуальной ориентацией. У меня не было шансов стать даже его другом. Просто другом, тем, кто без проблем мог поздороваться за руку с этим восхитительным красавцем. Тем, кто мог бы говорить с ним и слышать его голос, смех. Просто находиться рядом, чтобы поддержать в трудную минуту. Хотя, какие у него могут быть трудности? Я не представляю, что за проблемы могли возникнуть у Кирилла. То ли дело я. Отец гнил в тюрьме за очередную пьяную разборку, в ходе которой он умудрился смертельно ранить своего приятеля. Мать крутилась на трёх работах, чтобы свести концы с концами. Сестра пыталась доучиться в институте, укачивая свою маленькую дочь по ночам. А я протирал штаны за книгами, чтобы не потерять своё бюджетное место. Подрабатывая на коптильном заводе, и разнося газеты по утрам, я мог избавить свою мать от надобности покупать мне одежду, учебники, сигареты. У меня не было дорогих вещей и воскресных развлечений в боулинге. У меня и друзей-то не было. Так, приятели, с которыми я мог время от времени посидеть за бутылкой пива или поваляться в кровати, придаваясь разврату. Вот кем я был. Никем… А «никто» не устроил бы моего ангела. И если я хотел, чтобы Кирилл обратил на меня внимание, я должен был что-нибудь сделать. И вот, как-то проходя мимо спортзала, находившегося напротив моего дома, я заметил объявление на двери «Требуется уборщица». В ту же минуту я открыл дверь и зашёл внутрь. Спортзал уже пять лет находился у меня под носом, а я так и не знал, как выглядит это место изнутри. На входе сидела молоденькая администраторша и вежливо говорила с кем-то по телефону. Она попросила меня подождать минутку, а потом дружелюбно спросила, чем может помочь мне. - Я по объявлению, - сразу ответил я. На что девушка удивилась и смущенно спросила, знаю ли я, что мне придётся мыть пол. Я ответил, что знаю. И она проводила меня к директору, который спокойно протянул мне стандартный договор о трудоустройстве. Этим же вечером я сделал первый шаг к своей цели. Коптильный завод был заброшен на следующий же день. Я убирался в спортзале и наблюдал за накаченными парнями во время занятий. А вечером, когда в зале оставались лишь я и моя швабра, я брал в руки гантели, занимался на тренажерах, отжимался и прыгал на скакалке. За полгода упражнений я стал меняться в лучшую сторону. И настроение от этого стало только улучшаться. Я сдружился с администраторшей, и та уговорила пускать меня в солярий, как и остальных работников зала, бесплатно. Я менялся на глазах. И уверенность в себе прибавлялась с каждым днём. В начале весны в зале стал заниматься один паренёк лет 25ти. Мы с ним разговорились и быстро поняли, что нравимся друг другу. Закрутился роман. Но уже через неделю нашего бурного секса мысли о Кирилле снова вернулись. И я охладел к Никите. Он спросил, что не так, и я не стал лгать. На моё удивление Никита спокойно отнёсся к этой идее фикс. И даже предложил помощь. Не совсем обычную. Дело в том, что мой новый знакомый работал в салоне модной одежды, куда стекались разные фирменные вещицы. Небольшую часть товара рано или поздно пускали под распродажу. И Никита мог посодействовать в приобретение кое-какой одежды с громадной скидкой, как сам Никита говорил, за даром. Это была откровенная махинация. Но у него была своя материальная выгода, и парень не боялся попасться. - Ну, уволят, и что? – как-то безразлично отвечал Никита, подгоняя мне очередную шмотку. Я искренне был благодарен, и по-честному продолжал поддерживать отношения с парнем. Хотя, секс с ним не был мне в тягость. Наоборот, Никита был гораздо приятнее моих старых знакомых. Скажу больше, я получал такое удовольствие, которого раньше не знал вовсе. К концу первого учебного года из гадкого утёнка я превратился в весьма не дурного лебедя. «Встречают по одёжке», - повторял Никита. И Кирилл перестал смотреть сквозь меня. Однажды он всё-таки поздоровался. Он подал мне руку, и я впервые ощутил тепло его ладони. И чуть не умер от счастья. Предэкзаменационная подготовка была в самом разгаре. Консультация должна была начаться в девять, но её перенесли на час позже. Кирилл потерял мобильный и друзья так и не сообщили ему о переносе занятий. Мне звонил один паренёк, но вся информация в моём доме теряется быстрее, чем хотелось бы. И вот мы с Кириллом оказались единственными студентами, пришедшими в такую рань. Мой ангел сразу посмеялся над комичностью ситуации и подсел ко мне. - Что делать будем? - Без понятия, - я старался сделать так, чтобы голос не дрожал. - Ты куришь? – Кирилл достал пачку сигарет и кивнул в сторону выхода. – Идёшь? - Да, - я поспешил за любимым, благодаря судьбу за эту ситуацию. А Кирилл неспешно зашагал в сторону выхода. - Ты ж на втором? - Да. - Странная у нас шарашка. Объединяют разные курсы, чтобы сдавать один и тот же экзамен. - Согласен, - улыбнулся я. – Ты журналист, я программист, а сдаём культурологию, - моё замечание насмешило Кирилла. - Точно! А ты сам вроде на бюджетке? Умудряются же люди такие места козырные сшибать. - Ну, каждому своё, - с долей пафоса бросил я, радуясь, что Кирилл знал обо мне столько. - В Мистерии не тусишь? По-моему я тебя там видел. - Нет, мне некогда гулять. Я работаю, - честно признался я. - Правда? А где? - В спортзале. - Ну, по тебе заметно, - он окинул взглядом моё тело, и улыбнулся. Я чуть не споткнулся о порог, когда мы выходили на улицу. Мой любимый оценил мои старания, да ещё и одарил улыбкой. Боже, как же неотразим мой ясноглазый ангелочек. Мы выкурили по сигарете, поболтали о преподах, экзаменах и прочей университетской ерунде, а потом вернулись в аудиторию, где продолжили нашу непринуждённую беседу. Кирилл оказался совсем не глупым парнем. И не таким уж пафосным. Просто ему повезло с родителями, а им с вложениями. Кирилл неплохо учился, много читал, но уделял большое время светской жизни. Работа на заводе или биржа труда ему не грозила при любом раскладе, и Кирилл заранее врастал в этот клубно-банкетный мир гламура. Прежде, чем аудитория начала заполняться студентами, Кирилл успел предложить мне присоединиться к нему и его компании в походе в ночной клуб. И я не думая, ответил согласием. Счастье, окрылявшее меня, быстро улетучилось, когда я понял, что для такого мероприятия нужны деньги. Что мне было делать? Я позвонил Никите. - Не переживай, я одолжу тебе, сколько надо, - только и услышал я в ответ. Потом был длительный процесс подбора вечернего наряда. Почему-то мне казалось, что Кирилл пригласил меня на свидание. Хотя, я прекрасно знал, что мы идём туда не вдвоём. Я знал, что мой любимый будет болтать с девчонками, и те позволят трогать себя, а одна обязательно продолжит вечер с моим Кириллом в его постели. Она получит его тело только за то, что родилась длинноногой бестией. Как же это несправедливо! Клуб, куда привёл меня Кирилл, находился в центре. За вход я не заплатил ни копейки. Как оказалось, Мистерия принадлежала хорошему другу отца Кирилла. Он и его друзья могли свободно посещать это место в любое время. Стайка девушек живо окружила Кирилла и всех нас. Одна немедленно схватила меня за руку и завизжала, что этот красавчик, то есть я, сегодня с ней. А потом посмотрела на меня так жалобно, что мне даже жалко стало. Честно говоря, до этого вечера я даже не целовался с девчонкой никогда. А до следующего не спал. Я сразу понял, что Кирилл ждал от меня того же поведения, что и от своих друзей. Они приходили, снимали сливки и расходились по домам. И отказ от секса с красоткой расценивался бы, как неуважение или дурной тон или её что-то в этом роде. В общем, размалёванная кукла заперлась со мной в VIP-комнате и быстро залезла ко мне в штаны. Мне совсем не хотелось этого. Девчонка запрыгнула на меня и сделала всё сама. А Кирилл одобрительно кивнул, когда я вернулся обратно. - Ну? как тебе эта цыпочка? – пьяно спросил он. Я смог только фальшиво улыбнуться и кивнуть. Если бы проронил хоть слово, разревелся бы в голос. Я хотел его, моего захмелевшего ясноглазого ангелочка, а не этих клубных шлюх с их прокуренными волосами и силиконовыми сиськами. Потом походы в клуб прекратились, настала пора экзаменов и зубрёжки. Кирилл, конечно, звал, но я не мог завалить хоть один зачёт. Как-то вечером в моей комнате раздался телефонный звонок. Это был он. Я удивился, ведь было далеко за полночь, а у нас обоих с утра стояли экзамены. Голос Кирилла показался мне взволнованным, я спросил, что случилось. Но он так и не объяснил ничего. Сказал, что хочет поговорить, но это не телефонный разговор. Я предложил встретиться, и мы договорились на завтрашний вечер. От волнения чуть не провалил свой экзамен, всё размышляя, что же произошло с моим любимым, и почему он позвонил именно мне. Весь день моросил дождь, по улицам текли лужи растаявшего весеннего снега, смешенного с грязью. Я уже собирался уходить, когда Кирилл подрулил к условленному месту встречи. Порез на его шее нельзя было не заметить. - Что это? – обеспокоено спросил я. - Вляпался немного, - без энтузиазма буркнул Кирилл, указывая на беседку в глубине двора. – Пошли, сядем. Я тут на азартные игры немного подсел. Не то, чтобы сильно, не подумай, я не чокнутый. Играли с парнями на большие деньги. Один проигрался в пух и прах, а платить нечем. Он уже паниковать начал, заметался. Показалось, что сбежать уже собрался, его и заперли в комнате. Они стали решать, как с него бабки трясти. А этот жирдяй, хозяин автосалона, взял его долг на себя. Представляешь? Сказал, отдайте мне его, а я заплачу. - Что ты имеешь в виду? – тупо переспросил я, хотя прекрасно понимал, о чём шла речь. - Пидор он, понимаешь? - Ясно, - от этого слова внутри всё сжалось. Кирилл рассказал, как решил с приятелем вступиться за проданного паренька. Они выпустили его, дали сбежать, а сами оказались на его месте. Бригада матёрых бандитов, с которыми Кирилл играл в карты, не оценили поступок. Они быстро впихнули двоих героев в ту же комнату и заявили, что теперь им придётся отдуваться за долг. Кирилл говорил, а я трясся от ужаса, боясь услышать, что моего ангелочка посмел обидеть какой-нибудь ублюдок. - В общем, дело уже к тому подходило, но тут вернулся тот пацан, которого мы освободили. С ним были несколько братков с ножами. Там такое месилово началось. Я даже не знаю, чем закончилась эта драка. Самого порезали: руку, живот, даже шея, - Кирилл указал на порез. – Не глубоко, так царапины. Но всё равно. Очень страшно было, - он внимательно посмотрел мне в глаза, будто ожидая моей реакции. - А почему ты мне говоришь? – я не мог не задать этот вопрос. - Сам не знаю, - Кирилл пожал плечами и закурил. – Может, доверяю? И снова сердце запело от таких слов. Я еле сдержал блаженную улыбку, так и норовившую поселиться на моём лице. - А как ты сейчас? - Нормально. Боюсь, что отец прознает. Не буду больше играть никогда. А то кишки выпустят ещё. Или вон, пидором заделают. - Играть действительно не стоит. Да и зачем? Есть куда более мирные развлечения, - я сделал паузу, а потом добавил, - Я бы тоже помог тому парню. Ты всё сделал правильно. Кирилл снова посмотрел на меня: - А если бы поимели? Я б удавился к чёртовой матери. Чтоб эти уроды пялили меня, как сучку? Лучше сдохнуть. - Ну, ведь не все геи такие. Так говоришь, будто... – но он перебил меня: - Ещё чего! Защитник гомиков, блин, - Кирилл рассмеялся. – Не огорчай меня, друг, - его шлепок по плечу даже испугал меня. Другом назвал, тайну доверил. Но он ненавидит таких, как я. И вряд ли теперь когда-нибудь полюбит… Следующей новостью от Кирилла стала его ссора с преподом по математике, вредным, хамоватым здоровяком, не желавшим принимать экзамен у Кирилла. Мой любимый не очень хорошо знал предмет, да ещё и попался со шпаргалкой. Потом усугубил положение попыткой дать взятку математику. И тот окончательно взъелся на богатенького студента. Я даже вызвался помочь Кириллу подготовиться к экзамену, но мой глупенький ангелочек помчался в свою дурацкую Мистерию и напился там, утопая в грудях тамошней стриптизёрши. Я не мог допустить, чтобы Кирилл в очередной раз завалил предмет и пошёл к математику сам. Мрачный бородач встретил меня усмешкой: - Что, за дружка обидно? А мне не обидно? Этот твой Дементьев прогулял четыре пары в семестре, притащил шпаргалки, а потом пытался купить меня! - Валерий Алексеевич, он совсем не хотел обидеть вас. Кирилл сам понимает, что не силён в предмете, вот и делает все эти глупости. Но вы ведь знаете, что он совсем не глупый. Дайте ему ещё один шанс, прошу. Зачем вам обоим хвост? – канючил я. - А ты что за него так просишь? Почему не он тут распинается? Ты ему кто, мамаша? – но тут же нервно хихикнул. – Ах, ну да, понятно всё с вами. - Что? – переспросил я. - Думаешь, я не знаю, кто ты? – он хитро посмотрел на меня. – Хоть ты и не учишься у меня. Только Дементьев бабник, насколько я знаю. Неужели тебе удалось его в койку затащить? Я чуть под землю не провалился от стыда, но нашёл в себе силы ответить: - Вы на что намекаете? - Ни на что. Иди, защитник, и пусть твой голубок сам приходит клянчить, - здоровяк уткнулся в свои книги, поставив точку в нашем разговоре. - Ну, а что Кириллу делать? Я, правда, хочу помочь ему. Валерий Алексеевич, прошу вас. Бородач устало зыркнул в мою сторону: - Значит, помочь хочешь? - Да, конечно. - Тогда давай свой телефон, - в полголоса ответил препод. Я как-то растерянно вынул мобильник и положил на его стол. - Ты что, дурак? Номер давай! На кой чёрт мне это? И тут мои подозрения окончательно подтвердились. Но мне ничего не оставалось, я написал номер на клочке бумаги и вышел с кафедры. При мысли об этом борове меня передёрнуло. Неужели я стану с ним спать ради дурацкого зачёта по математики? Это так унизительно и гадко. Нет, я сделаю это во имя моего прекрасного ангела. Это станет моим доказательством любви, моей проверкой на прочность… и самой омерзительной пыткой за всю мою жизнь… В конце недели Кирилл получил свою пятёрку. Или это я её получил за свои мучения в объятьях потного бородача, тискавшего меня до утра в своей маленькой квартирке. А мой любимый так и не узнал, с чего вдруг математик так раздобрел. Но радости его не было предела, и моё сердце пело, глядя на Кирилла. Сессия закончилась в середине июня, и двухнедельная практика пролетела незаметно. Я почти каждый день видел Кирилла, говорил с ним, иногда дотрагивался, подолгу смотрел в его глаза, ощущал аромат его кожи, познавал его удивительную натуру и поражался, как до сих пор остался нераскрытым в своей тайне. Когда Кирилл уехал на море, это стало для меня настоящей трагедией. Я провожал его с парой ребят, что-то вроде вечеринки перед отъездом. Мы сидели в баре, потягивая пиво, смеясь над пошлыми шутками «стэнд ап» комедианта. А я смотрел лишь на него, моего любимого. В полумраке зала никто не заметил, как по моей щеке прокатилась слеза и исчезла у края подбородка. Наутро я тайком приехал в аэропорт. Кирилл с родителями и ещё какими-то друзьями уже шли к терминалу. Я следовал за своим ангелом столько, сколько мог, пока девушки в форме не потребовали билет. Он улетал отдыхать и веселиться в обществе красоток в бикини, которые будут гладить его обнажённый торс, целовать сладкие губы и ублажать моего ангела. Мне оставалось лишь ждать и завидовать этим дурочкам. А я никогда в жизни не видел море… Каждый день без Кирилла тянулся столетием. Я так привык к его голосу, его компании, что сейчас разлука казалась адом. К тому же мне названивала некая Лариса, выпрашивала встречу и говорила, что влюбилась в меня. Наверное, это одна из тех девушек, с которыми я спал для вида. Никак не мог вспомнить её лица. Да это и не имело никакого значения. Главное – мой драгоценный Кирилл. На четвёртый день нашей разлуки, я не вытерпел. Мне необходим был этот человек, и от невыносимой боли внутри, я не мог ни есть, ни спать. Один звонок, Никита ответил почти сразу, договорились о встрече. Мне очень хотелось рассказать про свои страдание и отъезд Кирилла, но я стал пить крепкие коктейли и как-то истерично смеяться, ловя себя на одной мысли, что безумно хочу Никиту. У меня несколько месяцев не было парня, только незнакомые девки из клубов и постоянно маячивший запретный плод – Кирилл, сорвать который не представлялось возможным. Никита быстро понял мои не двусмысленные намёки и пригласил к себе. Я с порога кинулся к его губам, жадно впиваясь в них. Стаскивая одежду с себя и него, трогал мужское тело, как будто сто лет жил в монастыре. - Я не выдержу, я не могу больше, - шептал я, - лишь ради него терплю этих сучек! Как же я ненавижу их! Никита положил указательный палец на мои губы и нежно улыбнулся. Я замолчал, глядя на этого милого человечка, относившегося ко мне так по-доброму. Мне следовало любить его, а не Кирилла… До утра я нежился с Никиткой, чувствуя, как мир возвращается в моё сердце. Теперь ожидание возвращения моего любимого не будет таким утомительным. А может, мне повезёт, и я снова вернусь к своему бывшему, забуду о желании обладать Кириллом, и жизнь наладится. Божественные две недели в постели с Никитой оборвались со звонком на сотовый. Это был Кирилл. - Да, - мне казалось, что теперь я сильнее своей страсти. Но, услышав знакомый голос, сердце снова вздрогнуло. - Привет, брат! Я уже на полпути к дому. Как там наш паршивый городишка? - Не вымер ещё. - Собирай всех, будем пить всю ночь! - Хорошо. - Эх, брат, жаль, тебя не было там, - от этих слов меня окончательно подкосило. – Ну, до вечера! - Пока… Никита положил голову мне на грудь: - Это он? - Да, - тяжело дыша, ответил я. - Всё ещё хочешь? Я закрыл глаза и кивнул. Как же горько было признаваться себе и ему в том, что я так слаб… На встречу с Кириллом я долго собирался, перебирая гардероб и злясь на себя за эту зависимость. Однако, увидев его снова, такого загорелого и весёлого, я растаял. Совершенно не думая, набросился ему на шею, но тут очнулся и похлопал его по спине. Кирилл всё нормально воспринял и немедленно принялся рассказывать все свои приключения. Я сразу заметил, что мой ангел уделял мне много внимания, будто сильно скучал. Он не реагировал на подружек, и обращался лишь ко мне. Конечно, можно было вообразить себе, бог знает что. Но я был слишком трезв, чтобы впасть в эйфорию, я знал, что это означало одно, я стал другом. Я добился того, чего хотел. Мой план «минимум» осуществился! И тут гулянка покатилась дальше. Выпивки было так много, что через полчаса вся наша шумная компания была пьяна в стельку. Трое девчонок с пухлыми губами зачем-то крикнули, а слабо ли кому-то поцеловаться в губы. Я не сразу понял, что они обратились к Кириллу. Но когда тот громко заявил, что не слабо и схватил меня за рукав, душа в пятки ушла. - На что спорим? – раздухорился мой ангел. - На ящик пива! – выкрикнула пышногрудая. – Только по-настоящему! С языками и подольше! Моё сердце грохотало, как шальное. Я судорожно шарил глазами по сторонам, выдумывая, как избежать этого прилюдного поцелуя. Безусловно, я жаждал этого. Но не так, не для того, чтобы повеселить народ и показать какие мы «мужики». Да если он попадёт в мои объятья, я не выпущу его! Нет, я не могу позволить этого. - Ну что, брат, покажем им? – хихикнул Кирилл. Но я не смог ответить нет, дрожа всем телом и нервно сглатывая. – Готов? – он притянул меня за затылок, и в моём сознании помутнело окончательно. Его мягкие губы прикоснулись к моим, и время замерло, вокруг стало темно и тихо. Я ответил на поцелуй незамедлительно, мой язык скользнул между его губ и сразу встретился с его сладким горячим языком. Возбуждение пронизывало всё моё тело. Я никогда не ощущал ничего подобного, абсолютное счастье. Мой ангел целовал меня на глазах у всех, так бесстрашно и откровенно. Я ощущал вкус его поцелуя ещё очень долго. Я и сейчас помню, как сладок этот миг. Мы выиграли свой ящик пива. Но то, что испытал я во время поцелуя, не шло ни в какое сравнение с дурацким пойлом. Через полчаса Кирилл ушёл с девицей, а я стал пить. Новое чувство поселилось во мне, горькое, ядовитое, чёрное – ревность. Она стала жечь и колоть так сильно, что хотелось кричать от боли. Я не заметил, как накачался по полной программе. Очнулся, когда пара сильных рук уложила меня на кровать. Я открыл глаза, в комнате было темно. Но по силуэту я узнал Кирилла. - Где мы? – промямлил я. - Спи, брат, всё нормально. Отоспимся, да по домам, - он скинул туфли и, к моему удивлению, лёг рядом, - Извини, но спать будем так. Я зажмурился, не веря в то, что всё происходит на самом деле. - Если поблевать или поссать надо, туалет по коридору влево, - и с этими словами Кирилл заснул. Находясь на минимальном расстоянии от своего любимого, я стал трезветь с такой скоростью, что сам испугался своих желаний. Я лёг, постарался заснуть, но всё горело от жажды воспользоваться моментом. Руки сами потянулись к его телу. Я обнял Кирилла за плечо и снова постарался уснуть. Понимая, что мой ангел крепко спит, терпение лопнуло. Очень аккуратно я расстегнул ремень на его штанах и просунул руку прямо под резинку трусов. Помедлив пару секунд, я взял его член в руку и погладил его. Кирилл не проснулся. Моё сердце снова заколотилось, и я больше боялся разбудить его грохотом ударов, чем своими действиями. Продолжая гладить достоинство своего любимого, я страшно возбудился. Но тут Кирилл громко задышал, и я ощутил, как напрягся его член. «Проснётся и убьет», - промелькнуло в моей голове. Я немедленно убрал руку и застегнул всё, как было. Самому же пришлось закрыться в туалете ненадолго, чтобы не прожечь дыру в постели своей эрекцией. Я так и не смог спокойно уснуть, постоянно думая о том, что могу сделать со своим любимым. Представляя нас вместе, постоянно чувствуя его запах и ощущая тепло его тела рядом со своим. Лишь когда взошло солнце, я закрыл глаза и перестал изучать лицо моего ангелочка. Квартира, в которой мы ночевали, принадлежала самому Кириллу. Иногда он с друзьями развлекался тут с девочками, иногда, когда все сильно напивались, они ночевали здесь, падая, где попало. Днём мы разъехались и встретились лишь через несколько дней. Кирилл позвонил, сказал, что заедет через час. Как оказалось, кроме нас двоих, в клуб больше никто не идёт. Кирилл попросту их не позвал. Весь вечер он рассказывал мне, как мало у него настоящих друзей, как не верны женщины, как тяжело ему живётся с родителями. Потом подметил, что я здорово целуюсь, над чем мы оба посмеялись, припоминая, как ошарашили всех своим спектаклем. В тот вечер с нами не было ни девчонок, ни кого. Пили мы мало, больше беседовали о том, о сём. Мы ещё несколько раз повторяли такие, как я называл их, свидания. Заканчивались они одинаково. Мы приезжали в его квартиру, пили пиво, смотрели футбол или ещё какую ерунду, а потом засыпали. По началу я пользовался тем, что Кирилл крепко спит. Трогал его везде, гладил, возбуждал и возбуждался. Однажды я решился на минет. Кирилл тогда много выпил и накурился травы, он не проснулся бы в любом случае. Но я остановил себя, прейдя к выводу, что просто насилую своего ангела. Кирилл верит мне, доверяет секреты, называет братом. Он именно со мной проводит последние дни. А что делаю я? Хорош друг… Но терпеть уже не было сил. И я решился открыться. Просто подошёл и сказал, как есть. Сказал, что люблю, что всегда любил. Кирилл ошарашено смотрел на меня. Я видел, как его кулаки сжались. - Ты мне не друг, - процедил он, отводя взгляд. Это было похоже на удар ножом в сердце. По самую рукоятку мой ангел вогнал стальное лезвие и провернул, чтобы рана не закрывалась. Я проглотил слёзы, забрал куртку и ушёл. Дальше просто молчание. Долгое, листа на три… Вам когда-нибудь говорили «нет»? Боль адская… Я продолжал ходить в тот клуб, где Кирилл гулял с компанией. Он не здоровался со мной. Презрительно косился, когда я проходил мимо. Наверное, посмеивался надо мной с друзьями. Потеряв его дружбу, я потерял все привилегии в этом заведении. Я потратил все деньги, которые у меня были на то, чтобы мозолить глаза моему любимому. Потом продал сотовый, чтобы были деньги на вход. Однажды Кирилл заговорил со мной. Он злобно толкнул меня в плечо и спросил, долго ли я ещё буду пялиться на него. И я ответил, что этого он мне запретить не может. За это я получил неслабый удар в живот. Мне стало так обидно. Я напился и сделал глупость. Та девушка, Лариса, что работала в клубе. Я рассказал ей, что спал с Кириллом и не раз. Расписал всё в таких подробностях, что у неё не осталось сомнений. Она поверила. Новость добралась до моего любимого через несколько дней. Уже после того, как все стали шептаться за его спиной, и пошла молва. Это был последний раз, когда я появился в клубе. Кирилл вцепился в меня и стал избивать, не задавая вопросов. Нас быстро растащили, я только и успел сказать, что прошу прощения. Но не уверен, что Кирилл вообще, что-либо слышал в таком диком порыве ненависти. После этого я больше не появлялся в том месте. И вообще, по большей части сидел дома. Тоска по Кириллу сжирала меня изнутри, давила на грудь и сводила с ума. Учебный год уже начался, а я так и не появлялся в универе. Худел, бледнел, тупел. Становился снова тем, кем и был раньше… никем… Как-то мать пришла в слезах и сказала, что меня отчислят, если я ещё хоть неделю просижу дома. Мне стало жаль её, и я вернулся в универ. Мой ангел не разговаривал со мной. По глазам Кирилла было ясно, что он удивлён моему внешнему виду. Я забросил все свои дорогие шмотки, перестал ходить в спортзал и держать себя в форме. Единственный, кто обратил на меня внимание, это бородатый математик Валерий Алексеевич. Он вызвался помочь мне не потерять бюджетное место, заступился за меня перед всеми. В оплату мне пришлось лишь несколько раз переспать с ним и окончательно смешать себя с дерьмом. Никита звонил несколько раз, но я бросал трубку. Так я и продолжал жить, изредка любуясь своим ангелом. Но очень скоро случилось непредвиденное. Математик пристал к какому-то студенту первокурснику, и тот заложил его. Выплыла и наша связь. Начался скандал. Весь универ стоял на ушах. Потом злые языки и Кирилла приплели. Его репутация стала подмокать, а виной тому был я со своим враньём в клубе. Наш неподдельный поцелуй на глазах у всех служил доказательством для каждого, кто его видел. Отец Кирилла стал давить на сына, обвиняя его во всех грехах. И мой любимый сорвался. Однажды он подкараулил меня у дома и отвёл в сторону, поговорить. Я всё больше молчал, а он обвинял и сыпал проклятьями. Жаловался, как тяжело ему сейчас. Как рушится его жизнь из-за одного неверного слова, брошенного мной когда-то в клубе. Мы брели по набережной, не глядя друг на друга, а он всё говорил, курил сигарету за сигаретой и злился. Мне нечего было ответить. Тогда Кирилл толкнул меня к пирсу и крикнул: - Да что ты молчишь? Тебе плевать, тупой педик?! – первый удар пришёлся в лицо. Второй в пах… Он стал избивать меня так сильно, что я не на шутку испугался за свою жизнь. Я пятился, но убежать я не мог, а отвечать не стал. Ведь я любил его. А как можно ударить того, кого любишь? Я стал отплёвываться кровью, упал на калении. Я уже находился на краю пирса, и холодные брызги волн текли по моему лицу, будто слёзы. Но я не проронил ни звука. Терпел, пока не потерял сознание. О том, что случилось потом, я понял лишь, когда очнулся на берегу, мокрый до нитки. Кирилл навис надо мной, пытаясь отдышаться. С него струями бежала вода, и он дрожал от холода. - Живой? – он немного помолчал и добавил, - Не попадайся мне больше… - встал и поплёлся прочь. Я глянул на песок. От линии прибоя тянулся след до меня. Кирилл вытащил меня из воды. Скинул и сам же выловил, не дав утонуть… Мой ангел мог забрать мою жизнь, но не стал. Кто-то подумает, что он просто испугался наказания, но для меня всё иначе. Хотя, я не смогу объяснить, что всё это значило для меня… Я любил его… он ненавидел меня... Он всегда ненавидел таких, как я. И всегда будет ненавидеть. А я буду помнить, как нежен был наш поцелуй. Как незабываемо было наше с ним лето, ночи, проведённые в одной постели, свидания. Я знаю, что всё это фальшивое. Но жить с мыслью о прекрасном лучше, чем вечно страдать об утраченном, так и не пойманном счастье. Кирилл Дементьев перевёлся из нашего университета той же осенью, так быстро, что я не успел застать его, когда вернулся после своего выздоровления. Все его друзья не обращали на меня внимания, обходили стороной, молчали. Молчали вообще все. И делали вид, что ничего не случилось. А на зимней сессии я провалил все экзамены и меня выгнали из универа. Наверное, при этом все с облегчением вздохнули. Я снова устроился работать в тот спортивный зал у дома, совершенно потеряв надежду на получение образования. Уже представлял себе, как всю жизнь буду работать на низкосортных работах, спать с прежними своими приятелями, которые не сегодня-завтра могли спиться или сколоться окончательно. Как однажды меня окликнул знакомый голос. Это был Никитка, как всегда чистенький и опрятный. Он улыбнулся, пытаясь не замечать моих уже сходивших шрамов на лице, и протянул руку: - Привет. Я ответил рукопожатием. - Почему прячешься от меня? - Я не прячусь. Вот, снова работаю тут… - Надо поговорить. Ты после работы свободен? - Ага. Заходи к 11ти… Никита с минуту помялся и кивнул. А в назначенный час встретил меня у центрального входа. Мы сели к нему в машину, заехали перекусить в какую-то кафешку, поговорили о всякой ерунде. И я, признаться уже забыл, зачем он встретился со мной. Когда Никита вдруг произнёс: - Я люблю тебя. Мы стояли неподалёку от площади, в сквере и курили. Я поднял на него глаза. Никита усмехнулся и продолжил: - Ты всё делал ради своего Кирилла, шёл на такие жертвы. И я тебе помогал, как мог. Ничего не просил взамен. А ты не задумывался, почему? - Ну, я думал, мы друзья, - растерянно бормотал я. - Ты сказал, что любишь другого, и я отпустил тебя, ты сказал, что тебе нужны деньги, и я нашёл их для тебя. Тебе нужно было одеться поприличнее, и я не брал с тебя ни одной лишней копейки в свой карман. Ты пришёл ко мне, когда было плохо, я принял тебя и вновь отпустил, когда ты того пожелал. Для моей любви тебе не нужно быть крутым, модным, популярным, богатым или ещё кем-то. И если она когда-нибудь тебе понадобиться, тебе не придётся просить о ней. Я никогда не заставлю тебя решать свои проблемы, делать что-то против воли. Я никогда не ударю тебя. Потому что не могу ударить того, кого люблю… В тот миг мне показалось, что я почувствовал шок, в котором находился Кирилл, когда я сам признался ему в любви. - Я не жду ответа сейчас. Я вообще не буду его ждать. Просто, знай, что и тебя любят. Я люблю, - он улыбнулся мне и, быстро поцеловав в щёку, зашагал к машине. Я удивлённо поднял брови и тут же усмехнулся, ощущая какую-то лёгкость. Не то, чтобы мне хотелось броситься в объятья Никите, или я воспылал к нему. Так не бывает. Но его слова вдруг вернули меня к жизни. Иногда устаёшь только давать, хочется и взять, да чаще нечего и не у кого. - Ты едешь? Мы ещё не видели, какой снежный городок отстроили в нашем районе! Я очнулся от своих мыслей и поспешил за Никиткой, уже понимая, что не собираюсь ставить крест на своей жизни. Может, и у меня появится шанс найти себя в этом мире… Не знаю, увижу ли я когда-нибудь Кирилла, но всю жизнь всем сердцем я буду желать ему добра. Как я могу не хотеть счастья тому, кого люблю?.. Конец. 16.09.2008г.