Каролина Канн

      Заледенелый ветер дул с севера. Я думала, что на сегодня погода уже успокоится и предоставит шанс насладится теплом, но нет, этот день стал таким же как и все предыдущие. Унылый, серый, холодный и мокрый. Я оставила далеко позади замок и слёзы, слёзы которые по началу моего пути не просто мешали мне сосредоточиться на дороге, но и выстроить свои дальнейшие планы. Я понимала, что совершив то, что я уже оставила для себя в прошлом, мне не даст больше шанса вернуться, я сбежала. Мой любимый, мой черногривый Ренкс гнал как мог, поводья в моих руках были сжаты так, что даже костяшки на моих руках побелели, каждая новая секунда не приносила спокойствия, а лишь наоборот, всё большей паники и дикого адреналина. Отец наверняка уже отправил за мной в погоню верных и надёжных подданных. Мне срочно нужно придумать куда мне податься. До границ соседнего государства минимум 234 версты, а оставаться на территории нашей империи, сродни самоубийству.       Я люблю гулять осенью по лесу. Когда вокруг лишь тихий шорох листьев, слетающих с деревьев. Когда где-то вблизи, но кажется что далеко журчит ручей, а животные и насекомые притихли, будто забыв как дышать, ждут зимы. Я люблю наслаждаться осенью. А краски? Краски осени это нечто. Кругом золотые, коричневые, красные тона. Кругом шелест и тихий свист ветра. Кругом запах и шум, тишь и гладь, а всё это сопровождает мелодия осени. Если присмотреться и постараться почувствовать природу, то можно увидеть, что лишь осенью жизнь притихает и даёт подумать. О листике, бесшумно слетающим с дерева, о росинке, медленно стекающей вниз по склонившейся к земле травинке, о ветке дерева, что так нелепо осталось голой, о птице, что раньше пела, как соловей, а теперь гуляет, взяв обет молчания, и взирая на все это великолепие с гордо поднятой головой. И даже о муравье, что так безнадежно пытается сбежать от своей судьбы. Осенью есть о чем подумать и осенью есть что увидеть. Именно за это я и люблю осень.       Мимо моего лица, словно дуновение ветерка пролетела магическая плеть. О Мелисса, отвлеклась на размышления о природе и чуть не угодила в ловушку. Стоп! Серьезно….!!??? Магическая? Он отправил за мной магов? Оооооо…это подло, отец. Шансов выстоять в борьбе с магами у меня очень мало и возможности сбежать почти не существует.       Я обернулась и увидела трёх всадников на чёрных гнедых, в чёрных плащах, с капюшонами, скрывающими не то что лица, а в принципе всю сущность владельцев накидок. У одного из троицы была в руках золотая плеть, остальные сопровождали его с двух сторон. Они будут строить границы для плети, чтобы дальше этих границ, она не разлеталась. если поставить границы с двух сторон от меня, то плеть в любом случае захватит меня, как утопающий за соломинку. Они будут загонять меня в магических круг. Сволочи, решили меня загнать в мертвую петлю. Что же делать? Я устремила взор вперед и резко, отдав все запасы, оставшейся у меня на то время магии, замедлила время. Это мой дар и мое проклятие. Я управляла временем. Могла его замедлить или наоборот, ускорить, перемотать и обработать на свой вкус. Я была кулинаром бытия, для слова «Сейчас», ведь именно его я и могла изменить на свой вкус. Я единственная дочь, ребенок и наследница императора Стефана Канна. Наши земли одни из самых богатых на всем континенте предков. Я сбежала, потому что предала отца, именно благодаря мне мой отец вступит завтра в войну с нашими соседями. с государством, которое считается самым могущественным на всем Земном шаре. Я понимала, что будет преследование, понимала, что теперь я враг для всей империи Лаксвит. Единственное что мне оставалось сделать и иного пути не было это бежать. И бежать туда, куда рука отца бы не дотянулась.       Моё плечо пронзила резкая боль, плеть зацепила левую руку. Боже, как больно, рука инстинктивно отпустила поводья, сил контролировать Ренкса не было. Пора действовать, пока границы мёртвой петли не замкнули и удары плетью не участились. Я вцепилась правой рукой в поводья ещё сильнее и потянула на себя, Ренкс сразу всё понял, мой конь остановился почти мгновенно. Я попыталась проигнорировать боль в плече, мне нужно было заглянуть в себя. Я шумно выдохнула, максимально расслабилась, на секунду прикрыла глаза, забыв о преследователях и произнесла: «Шахгард».       Время остановилось и старалось приспособиться к сложившимся обстоятельствам, выбирая свой ритм течения. Мои растрепанные волосы цвета вороного крыла под натиском встречного ветра потеряли свою былую ухоженность, а голубые глаза старались поймать хоть один блик света, чтобы хоть немного преобразить моё бледное лицо. Плащ, некогда красивого темного, насыщенного зелёного цвета, окрасился кое-где коричневой и черной краской грязи, а кое-где кровью. Белая атласная рубаха, заправленная в обтягивающие штаны с высокой талией придавала шарма и распутности моему виду, ведь она была абсолютно свободной на уровне груди, но и она не избежала участи быть испачканной кровью. Высокие, кожаные сапоги без каблуков добавляли чувство комфорта и защищённости.       Время не меняло своего замедленного хода, я царствовала в это время, ничто не могло вмешаться в мою магию, но времени было мало, нужно было торопиться. Я открыла глаза и осмотрелась, плечо не ныло, плечо вопило. Мне было неимоверно больно, но мне нужно было взять себя в руки и как можно скорее устремиться вперед, в направлении, которое для меня было приоритетным.       Я схватила Ренкса за поводья, стиснула крепко зубы и, пришпорив моего мальчика, что есть силы рванула с места. Оглядываться не стала, смотреть на преследователей вовсе не хотелось. От греха подальше нужно гнать вперед. Полюбуюсь в другой раз, сейчас не интересно.       Я не сдержала истерического смеха. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я буду убегать от родного отца прямиком в объятия врага и даже не буду интересоваться кого конкретно за мной послал отец.       Я была в выгодном положении, по отношению к преследователям, я это понимала, ведь время я максимально замедлила, а вот скорость своего передвижения увеличила. В этом я была гениальна. Уже буквально через 15 минут я оторвалась от преследователей так, что и в далекой и ближайшей видимости у меня за спиной их не было. Основная опасность сейчас для меня заключалась в том, что запасов энергии на расходование магии у меня оставалось совсем чуть-чуть и когда они иссякнут вовсе я просто потеряю сознание. Я не сомневаюсь в Ренксе, он доведет меня до врагов, но что может произойти со мной по пути, в моем бессознательном состоянии, представить страшно.

***

      Чуть позади Каролины один из всадников взмахнул другим рукой, тем самым остановив движение и не дав продолжить путь. Прозвучала команда «Шат», что означало оставить попытки атаки на девушку, за которой они гнались. С головы главного слетел капюшон и миру предстала великой редкости красота. Женщина молодости которой восхищались сейчас, в ее то годы. Белокурые локоны, волнами ниспадали на ее плечи. Улыбка сопровождаемая белыми ровными рядами зуб и миловидное лицо нежных граней. Никто бы не посмел назвать ее полной, она была изящной в своих формах. Голубые глаза смотрели вдаль, где предполагалось что движется вперед девушка, которую они преследовали. Она развернулась к остальным сопровождающим ее магам: - Цель, которую мы имели изначально тронувшись в путь за Каролиной, мы достигли. Прошу оставить в покое мою дочь. На все воля всевышнего, теперь ее судьба, в ее руках. Мы возвращаемся домой! – Всё это она сказала с нескрываемой злостью, выплевывая каждое слово и совершая немыслимые усилия, чтобы хотя бы соответствовать на вид человеку, который ненавидит Каролину. Но никто из выполнявших ее приказ и возвращающихся назад даже и не обратил внимание на то, что королева Каннов чуть задержавшись произнесла в след своей дочери: «Скачи, моя дорогая, я с тобой. Мое сердце с тобой, мой путь с тобой, моя жизнь с тобой. Я благословляю тебя»