Животная ярость

      Крик. Смерть. Реки крови. Каска. Джудо. Пиппен. Риккерт. Гриффит. Демоны. Они повсюду. Они не дадут возможности сбежать. Они смотрят, всегда смотрят. Их много. Невероятно много. Они убивают всех направо и налево, его боевых товарищей сжирают заживо, разрубают на части. Он пытается их спасти, но они умирают один за другим. Его рука в пасти демона. Он смотрит на Каску. Смотрит на Гриффита. Из его глаз текут слезы. Его переполняет ярость. Он кричит. Кричит так громко, что просыпается.       Гатс подскочил с кровати, тяжело дыша. Пот, которым пропиталось всё тело, противно пах. Он посмотрел по сторонам, выдохнул: всё в порядке, он жив. Сквозь ставни пробиваются лучи солнца. Гатс спал довольно долго, на улице уже был полдень. Закряхтев, он встал, отворил ставни — яркий свет ударил ему в лицо. Он прикрыл глаза ладонью, пошёл обратно. Натянул рубашку, штаны, сапоги, остатки доспеха. Последним схватил меч и закинул тот на спину.       Он вышел из гостиной, буркнув что-то девушке при входе в качестве благодарности. Во дворе он увидел Муичиро, который, судя по всему, тоже только встал и завтракал. Кивнув ему, он уселся напротив него за стол, пододвинул к себе тарелку рамена, тарелку с рисом, овощами и рыбой. Какого вида она была, Гатс не знал, да и разбираться не хотел. Ели в тишине, лишь негромкое чавканье Чёрного Мечника прерывало её. Когда он доел тарелку с рисом, он молча взял порцию Муичиро, которую тот отодвинул в сторону, видимо, наевшись. Юноша на него воззарился с удивлением.       — Это только завтрак, а ты уже съел половину моего дневного рациона. — промолвил он, накручивая локон на палец.       — Да оно видно. — решил подколоть Гатс. — Полтора метра ростом, одна кожа да кости.       Токито поглядел на него с негодованием, и Гатс усмехнулся.       —Ладно, шучу. Если ты тут один из сильнейших, может, твоё преимущество в чём-то другом. Я тебя в бою с демоном ещё не видел. Полагаю, твои стиль заключается в стремительных и внезапных атаках. Верно говорю?       —Верно, Гатс-сан. Ты, на удивление, наблюдателен. — ответствовал Муичиро.       Чёрный Мечник поглядел в тарелку, доел оставшееся и отодвинул её в сторону.       —Так и не скажешь, да? — съязвил он в ответ. — Ещё и меч огромный.       Токито поглядел на облака, плывущие по небу, и, судя по опустевшему взгляду, погрузился в свои мысли. Гатс поднялся из-за стола, стёр остатки еды на губах обратной стороной руки.       — Бывай. Если что нужно будет — я буду у кузнеца. Имя не помню, но где-то на востоке деревни. Удачи тебе, в чем бы то ни было, малец. — сказал он и вышел со двора.       Он шёл не торопясь, поглядывая по сторонам. Вокруг кипела жизнь: повсюду носились дети, был слышен стук молотов, крики, шипение воды. Кто-то дрался, кто-то спал на лавке. Деревня, в сути своей, отличалась от любой другой, в которой он был, только тем, что жители носили маски. Носили брёвна, ехали повозки с железом и углем, кучеры ругались, на чем свет стоит, когда им под колёса то и дело прыгали мелкие сорванцы. Летали вороны, кричали различные указания. Сходя с главной дороги, Гатс, наконец, дошёл до места назначения. Его встретил обходительный кузнец, который тотчас начал предлагать свои услуги.       — Здравствуйте, господин, моё имя Канамори-сан. Я могу вам сделать всё, что только пожелаете! У нас скидки на мечи до десяти процентов сегодня! Любая броня с пятипроцентной скидкой! А луки так вообще, отдаём за полцены!!! Смотрите, выбирайте! Может, вам меч отполировать? Или починить что-то?!       Гатс вздохнул, потер переносицу. От перемещений кузнеца уже начало двоиться в глазах, а болтовня утомила. Мечник прервал того жестом и промолвил:       — Мне нужен комплект доспехов. Готов хорошо заплатить, поэтому не предлагай мне какую-либо разваливающийся нагрудник, или что-то в этом роде.       — Конечно, господин…?       — Гатс. Просто Гатс.       — Конечно, господин Гатс, для таких клиентов, как вы, только самый лучший товар! Обычно все охотники пытаются сбить цену, но я сразу увидел, что вы не такой! Так, посмотрим, что у нас тут есть…       Пока Канамори выкатывал экземпляры из дома, Гатс их внимательно анализировал. Доспехи должны были быть крепкими и поворотливыми. Большинство примеров были либо слишком маленького размера, либо слишком лёгкими.       — Такие скидки на луки я давно не встречал. Обычно, у таких либо дерево трухлявое, либо тетива дерьмовая. — заметил Гатс между делом, обращаясь к кузнецу.       — Не в нашем случае, господин Гатс. Всё проще: охотникам не нужны луки, арбалеты, да и стрелковое оружие в целом. Щиты мы тоже давно перестали продавать. — объяснил Канамори.       —Они что, своими веточками только машут? Вот этими, которые, при желании, я могу пополам согнуть? — удивился Гатс.       — Всё верно, Гатс-сан. Позвольте скромный вопрос: как вы можете этого не знать? Вы же сами из их числа.       Чёрный мечник на пару мгновений призадумался, как лучше бы объяснить свою ситуацию кузнецу.       — М-м-м… Я не так давно прибыл в Японию. Не знаю здешних порядков и нравов, да и в чудовищах разбираюсь слабо.       На лице кузнеца появился шок. Он попятился, схватился за молоток, лежащий на столе.       — В эту деревню допускают только охотников. Вы не из их числа? — взволнованно спросил он.       — Нет, — просто ответил Гатс. — Но я отлично убиваю чудовищ. Меня провёл сюда этот мальчишка, Муичиро. Так что нет нужды переживать.       Гатс вытянул меч из-за спины, продемонстрировал его Каномори. Тот очумелыми глазами воззарился на него.       — Как вы управляетесь с ним?! — чуть не вскричал он.       — Ты уже третий, кто спрашивает это у меня. — раздражённо и устало ответил Гатс. — Просто подбери мне доспех, я расплачусь с тобой и покачусь на все четыре стороны.       — Д-да, господин Гатс. Простите мою эмоциональность мне. Я не заметил сразу ваш акцент, мог и догадаться, что вы не из этих краев. — поклонился Канамори и принялся подбирать доспех. Мечник лишь устало вздохнул.       Спустя некоторое количество времени, которое Гатсу показалось черезчур длинным, они смогли найти точки соприкосновения с кузнецом и ударить по рукам. Чёрный получил наплечники, панцирь, новый чёрный плащ. Теперь нужно было договориться о самом главном — руке. Легендарная броня могла подождать.       — Эй, как тебя… Канамори. Я руки лишился. Сделай мне протез. — поставил перед фактом Чёрный Мечник       — Господин, при всем уважении, — залепетал кузнец. — Это не так легко делается. Нужно снять замеры с руки, да и работа будет стоит недёшево…       Гатс цыкнул от недовольства.       — За это не переживай. Снимай замеры, деньги раздобуду. Есть пара идей на примете. Когда Канамори закончил возиться с измерительной лентой, уже начало вечереть. Гатс поднялся с лавки, на которой сидел, закинул прислоненный к столу меч за спину, и перед уходом сказал:       — Я хочу сделать не только руку. Хочу встроенную пушку туда, но пока остановимся на обычном протезе. Увидимся, кузнец. Скоро вернусь с деньгами.       Он махнул здоровой рукой Канамори и удалился, завернувшись плотнее в плащ и тихо посвистывая. Он собирался провести вторую ночь подряд в деревне, а на утро двинуть куда глаза глядят, но его планам не суждено было сбыться из-за Муичиро, который бежал ему навстречу.       — Эй… Ты! — крикнул тот.       Гатс раздражённо вздохнул.       — Что надо, малец?       — Забыл твоё имя…       Мечник закатил глаза.       — Гатс.       — Да, Гатс-сан… Не могли бы вы мне помочь?       — Смотря с чем.       — В общем, — Токито немного замялся. — Пришло сообщение со штаба, один из меченосцев долгое время уже не выходит на связь. Это в паре часов пути отсюда. Мне было поручено разобраться с демоном, а поблизости, кроме нас с вами, никого нет. Не могли бы вы проверить, что с ним?       Чёрный мечник цокнул языком. В его планы не входило спасение людей, ему безразличных.       — Логичнее было бы, если бы ты пошёл проверять товарища, а я демона твоего убивать. Меня же никто не знает из ваших. — Мне поручено другого демона истребить, он сегодня продолжит людей убивать, а охотник, может, запил где-то. Ваши навыки я не знаю, вдруг помрете. Его в последний раз видели в деревне неподалёку.       — Ма… Токито, честно, мне плевать на жизнь какого-то человека, к которому я не имею никакого отношения. Тратить время на выпивоху, вместо того, чтобы пойти и заработать деньги, которые мне нужны — последнее, чем я буду заниматься. — ответил после недолгих раздумий Гатс и собрался было уйти, но юноша вцепился в край его плаща, никуда не пуская.       — Гатс-сан, я отдам вам деньги с моего заказа. Только помогите тому человеку. Нас, истребителей, и так немного, мы должны держаться вместе и помогать друг другу. — взмолился Муичиро, и в его голосе внезапно проскользнули какие-то странные нотки отчаяния. Странные они были потому, что до этого тот вообще говорил весьма безразлично обо всём вокруг.       Гатс обернулся, посмотрел в голубые глаза юноши. В них было что-то, чего он уже давно не видел. Он не помнил, как называется это чувство.       — Ладно. Половину отдашь. Не совсем я уж мразь бесчувственная, хоть вы меня и убить хотели. — пробухтел наконец Чёрный мечник.       — Я такого не помню. Но спасибо. — ответил Муичиро и поклонился.       — Не удивительно. Пока не за что. Свидимся, малец. — Гатс потрепал того по голове и направился к выходу из деревни.       Путь до деревни, где последний раз видели собрата охотников, занял около трёх часов. За это время уже успело стемнеть, и все люди, живущие там, разошлись по домам. Гатс долго стучал в гостиницу, и, когда её хозяин с недовольным лицом наконец открыл ему, мечник был мрачнее тучи. Увидев перед собой огромного мужчину без глаза и руки, дед, державший постоялый двор, стушевался, и весьма приветливо вёл себя с гостем, отвечая на его вопросы быстро и чётко. Выяснилось, что мечник, которого тот видел лишь издали, направился в сторону леса вчерашним вечером, и до сих пор не вернулся. Кратко кивнув в знак благодарности, Гатс отправился в указанную сторону.       Бродил он по лесу не так долго, как того ожидал. Он услышал, как взметнулись вороны в чаще, раздалось громкое карканье. Деревни закачались, зашумели, перекрывая напрочь лунный свет. Казалось, они запели какую-то странную, печальную песню. Гатс отмахнулся от назойливых мыслей и устремился в чащу. Для своих габаритов и травм он двигался поразительно быстро.       Когда он подбегал, он услышал характерный стон, звон и лязг оружия, а затем раздался крик. Половую принадлежность этого вопля разбирать времени у Чёрного мечника не было, поэтому он сломя голову ворвался в самый эпицентр событий.       Перед ним открылась следующая картина: на земле, в испачканном кровью и грязью белом хаори лежал охотник, голова которого была прикрыта этим самым хаори. Левая нога, разрезанная вдоль, словно пинцетом, кровоточила. Сломанная катана валялась рядом. Но это было не самое главное: Гатс заметил мужчину, который издевательски улыбался, стоя недалеко от тела жертвы. В его обоих глазах светились странные иероглифы, значения которых Чёрный мечник не знал. Не теряя времени, Гатс скинул плащ и взялся за рукоятку меча позади себя.       — Эй! — окликнул он демона. Тот повернулся к нему, обращая на того внимание.       — Ещё один. Жаль, что не женщина! О, мои манеры, прости меня! — поклонилось чудовище, блондинистые патлы которого на голове торчали в разные стороны. — Я не представился. Меня зовут Доума.       — Ну-ка, Доума, подобру-поздорову отойди-ка от этого человека. Мне поручили его вытащить отсюда. — ответил Гатс, сильнее сжимая рукоятку меча.       — Что, даже не представишься? Как невежливо с твоей стороны!       — Заняться мне нечем, демонюга. — сплюнул Гатс. — Давай разойдёмся по- мирному, сражаться с тобой нет времени — твой ужин кровью истечёт, а мне он нужен живым.       — Удивительное совпадение! Мне он тоже нужен, я проголодался! — ответил Доума, ухмыляясь. — Так что не мешай. Неужели ты ничего не чувствуешь? Ничего не боишься?       Гатс дотронулся пальцами правой руки до клейма. То не кровоточило. Внимательно посмотрел на демона. Усмехнулся.       — Да нет, пожалуй. Ты чрезвычайно слаб, чтобы я боялся тебя, ублюдок. Да и знаешь…       Доума напрягся, предчувствуя недоброе.       — Мне не осталось, чего бояться.       Промолвив эти слова, Гатс ринулся в атаку. Кулак, нацеленный на челюсть демона, достиг цели, отправляя того в непродолжительный полёт. Доума едва успел достать веера, чтобы замедлить огромный меч противника: они разлетелись от удара, оставляя того без рук. Демон, понимая, какую ошибку совершил, недооценив противника, который показался ему слишком громоздким, занервничал. Впервые в жизни. Гатс воспользовался моментом и атаковал ударом по дуге, но демон успел уклониться. Он метнул в него остатками вееров два ослабленных ледяных удара, но мечник, закрыв лицо предплечьем, отразил их своей бронёй.       — Да кто вообще носит такие доспехи, как ты?! — вскричал Доума. Ответа не последовало.       Гатс срезал дистанцию, по пути метнув пару ножей в глаза чудовищу. Тот их отбил, но времени хватило: мечник пронзил демона насквозь. Изо рта Доумы хлынула кровь. Осколок веера он попытался воткнуть мечнику прямо в шею, но тот схватил его зубами, попутно разорвав себе щеки. Он насадил демона ещё сильнее на меч и прорезал вверх до самой шеи. Затем, словно соскребая мясо с вертела, Гатс отправил Доуму в ближайшее дерево. Догнал его, и проткнул тому голову, пригвоздив к поверхности. Демон вырвался, но сильнейший удар наотмашь культей, оставшейся на месте руки, заставил его пошатнуться.       Гатс взревел. Его глаза застила кровавая пелена ярости. Он вспомнил затмение, все страдания и смерти. Всех товарищей. До единого. Пнул ногой демона, одной рукой достал меч и собирался уже напополам разрубить Доуму, но тот умудрился уклониться. Отпрыгнул, тяжело дыша и побежал. Побежал, потому что занималось солнце. Конечно, вовсе не потому, что он до смерти перепугался этого огромного мужчину. Вовсе нет. По крайней мере, он так себя в этом убеждал.       На весь лес раздался громкий рёв.       Разрубленное пополам дерево рухнуло, чудом не задев валявшегося на земле охотника. Гатс, собрав все силы в кулак, поднялся. Двигать лицевыми мышцами, особенно около рта, было больно. Он опустился на колено, дойдя до мечника, убрал с головы того хаори. Если бы он мог, он бы грязно выругался.       «Это женщина. Ещё этого мне не хватало.» — подумал он. — «Зачем полезла на такого сильного противника в одиночку?»       Он приложил пальцы к её шее. Сердце билось, но она истекала кровью. Рана на руке и ноге. Не знамо, насколько сильно она уже истекла кровью. Была перебила икра и запястье.       У Гатса было промелькнула мысль уйти, оставив тут её одну, но остатки совести возобладали. В нём всё ещё говорила животная ярость. Он промыл раны водой из фляги, перебинтовал руку и ногу. Девушка лежала без сознания, но, может, это было и к лучшему. Гатс обыскал нагрудный карман, в котором было письмо, адресованное некой Канаэ Кочо. Он помнил то поместье, в которое его приволокли после затмения. Дом Бабочки. Чёрный мечник, вновь мысленно выругавшись, взял её на руки и понёс в сторону деревни. Его миссия была успешно выполнена, однако с Муичиро связи не было, поэтому нужно было тащить девушку в поместье, чтобы её там подлатали.       «Жить будет. Зараза, вечно их спасай» — подумал Гатс, глядя на лицо девушки…