Только прошу тебя, живи.

По окончанию очередной, судьбоносной игры, в помещении осталось человек четырнадцать, двое из которых были рыжий, высокий парень, явно обеспокоенный происходящим, и холодный, рассудительный блондин невысокого роста, от которого веяло самоконтролем и некой уверенностью в дальнейших победах. Парни, благодаря взаимопомощи и поддержке, дошли до четвёртой игры, под названием «Кганбу». Пока взволнованная толпа народа старалась прийти в себя и перевести дух, Аякс и Альбедо стояли друг напротив друга и наблюдали друг за другом. Голубоглазый, по сути, старался контролировать как своё состояние, так и состояние возлюбленного. Но так или иначе, в глубине души он ощущал такой страх и боль, какую не ощущал никогда ранее. Внимательный, прищуренный взгляд бегал по любимым веснушкам Тартальи и ласково коснувшись мягкой ладонью щеки парня, блондин трепетно погладил его, пытаясь отвлечь от суеты и сконцентрировать внимание на себе. — Мы обязательно выиграем, лисёнок. — тембр голоса был таким низким и приятным. За время прохождения игр, у голубоглазого явно охрип голос, потому он разговаривал тихо, умеренно выпуская из приоткрытых губ воздух и фразы. Чайлд также старался не подавать виду и вёл себя очень даже уверенно, вопреки тому, что душу терзала тревога и страх. В ответ на сказанную возлюбленным, фразу, он наклонился к низкорослому Альбедо и с доброй улыбкой на лице, ответил. — Конечно. Только прошу тебя, живи. — рыжик старался держать выражение лица таким, каким оно и было: задорным, уверенным, с растянутой ухмылкой, но на синие глаза напрашивались слёзы, а к горлу подкатывал душераздирающий крик. Тарталье было очень страшно. Обхватив голову Альбедо обеими руками, высокий лисёнок успел оставить на лбу возлюбленного самый пламенный, тёплый поцелуй, от чего голубоглазый аж слегка покраснел. Пара немного забылась и погрузилась в спокойствие от того, что они находятся друг с другом, целые и невредимые. Благодаря происходящему, Чайлд стал ценить возможность поцеловать возлюбленного, ещё больше. До объявления начала новой игры, он то и делал, что расцеловывал лицо художника и гладил его щёки свободными руками. Блондин, слушая звон в ушах из-за колотящегося сердца, послушно подставлял моську для того, чтобы насладиться робкими поцелуями рыжего. Вопреки тому, что пока было тихо и пара просто наслаждалась присутствием друг друга, он ощущал сильную тревогу в груди, словно чувствовал, что следующая игра будет последняя. Альбедо пытался выяснить источник такого предчувствия, но не успел, поскольку внимание направилось на людей в отвратительных, малиновых костюмах, объявляющих начало новой игры. В этот миг, Тарталья выровнялся и направил взор на говорящего. Участников попросили разбиться на пары, и в этот момент, глаза Альбедо широко раскрылись от невыносимой, ноющей боли в груди. — Эй, слыхал? Нас просят поделиться на пары. — подойдя к Альбедо, Чайлд взял его за руку и улыбнулся — Видишь? Дальше будем мочить всех вместе. Блондина трясло от волнения, потому он даже не смог сильнее ухватиться за руку рыжего. Его бегающий взгляд старался ухватиться за любую деталь внешнего вида Тартальи, а в голове нонстопом прокручивалась фраза «Пожалуйста, только не это…только не это. Только не это. Прошу, пускай мои догадки будут неверными.». Кураторы игры никоим образом не объяснили, из каких соображений и для чего нужно выбирать партнёра, потому большинство выбрало людей, которых они любят и которые хоть что-то значат для них. Также поступили и ребята. Вот только блондина никак не покидало ощущение того, что воссоединиться с рыжим и играть в паре с ним — плохая идея. Он выглядел вдумчивым, и действительно. Пока все разбивались по парам, он погружался в мысли, выстраивал логические цепочки и пытался вспомнить все игры, в которых требуется командная работа. На фоне звучал звонкий голос синеглазого, который пытался перевести своё внимание на себя и поговорить с погрузившимся в раздумья, Альбедо, но блондин лишь опустил голову вниз, думая над тем, во что они могут играть. Прогремел выстрел, от которого все содрогнулись, кроме голубоглазого. Таким образом обозначилось начало игры и участников начали запускать в очередную локацию, специально подготовленную для проведения мероприятия. Шагая по рассыпчатому песку, люди проходили вперёд, и одному из игроков вручали странные мешочки. Как только очередь дошла до Тартальи и Альбедо, лисёнок легонько толкнул парня в бок, дабы он взял в руку протянутый к нему, мешочек. Художник аж вздрогнул и выйдя из прострации, вытянул ладонь, раскрыл руку и получил в неё наполненный шариками, мешочек. — Ммм… Что же это за игра такая? — вдумчиво нахмурив брови и рассмотрев мешочек со всех сторон, спросил самого себя, блондин. Синеглазого в этот момент, не особо интересовал мешочек. Он с любопытством рассматривал расставленные декорации, напоминающие узкие улочки неизвестного города. Под ногами лежал рассыпающийся песок, от чего шагов слышно не было. Держа любовь всей своей жизни за руку своей вспотевшей от страха, рукой, рыжий довёл его к одному из картонных домиков и остановившись, услышал, как дверь захлопнулась. Все игроки рассосались по огромной локации, и каждый нашёл для себя местечко, в котором можно было уединиться со своим партнёром. — Здесь.Так много места. Слишком много для какой-то простой игры в шарики. — раскрыв мешочек, Альбедо достал один шарик и начал крутить его перед своим лицом, внимательно осматривая и выискивая подвох в нём. — Броооось. — махнул рукой Тарталья и вновь добродушно улыбнулся —…Они просто хорошо постарались для этой игры. — Меня это нисколько не успокаивает, Аякс. — кинув странный шарик в мешочек с такими же шариками, парень встряхнул его и опустив вниз, выпрямился перед возлюбленным и посмотрел ему в глаза, от чего его сердце забилось ещё сильнее. —.ч-чего ты так смотришь? — Ты такой милый, когда напуганный. — Тарталья выдал очень неуместную фразу и вероятнее всего, задел бы ею и без того встревоженного Альбедо, но оба не успели опомниться, как раздался уже давно знакомый голос, объявляющий правила игры. Подняв голову наверх, парни внимательно слушали правила. Оба игрока берут в руку несколько камней, сжимают ее, а затем протягивают вперед. Игрок, которому принадлежит право хода, должен угадать четное или нечетное количество камней лежит в руке второго игрока. Если он угадывает, то забирает у второго игрока столько камней, сколько держит сам. И наоборот — если не угадывает, отдает столько камней, сколько в руке у второго. Победит тот, у кого по итогу окажется двадцать камней. Сопоставив все факторы, лицо Альбедо мгновенно побледнело и под звуки тикающих, висящих на стене, часов, он посмотрел на возлюбленного стеклянными глазами. — Кто-то из нас должен победить… — ходя перед любимым туда-сюда, предполагал парень —…а кто-то. — Да… — моментально выдал из своих уст ошарашенный, втоптанный в землю блондин, тело которого моментально обмякло от осознания того, что происходит. Атмосфера наполнилась криками людей, сочетающимися с громкими выстрелами. Счётчик игроков постепенно уменьшался, цифры стремительно сменялись. Дыхание Тартальи перехватило и осознав, что происходит, он схватил своими сильными, дрожащими руками мягкое тело возлюбленного и встряхивая его, стал горланить дребезжащим голосом. — Мы не можем играть друг против друга! Альбедо, я никогда-… — У нас нет выбора, лисёнок. — медленно подняв бледное лицо, парень взглянул на возлюбленного, который продолжал очень сильно трястись —.у нас нет другой па-. — НЕТ! Я НЕ СМОГУ ИГРАТЬ С ТОБОЙ. НУЖНО ПОИСКАТЬ КОГО-ТО ДРУГОГО! — к синим, бездонным глазам подступили кристально чистые гранулы слёз, которые потекли вниз по дрожащей физиономии Чайлда. В парне виднелось явное несогласие с происходящим и он не мог поверить в то, что ребятам придётся играть друг против друга. Сердце изливалось кровью, а тело начало очень трясти от волнения и беспокойства за дальнейшую судьбу любимого. Альбедо видел это, наблюдал за поведением встревоженного рыжего парня и глубоко вздыхая, рассматривал все варианты того, как можно одурачить синеглазого, чтобы тот позволил ему проиграть. Пока блондин, словно вкопанный в землю, стоял и таращился на мешочек с шариками, Чайлд побежал по улочкам, переступая через лужи бордовой крови и трупы уже проигравших игроков. — НЕТ! НЕТ. МЫ ВЫИГРАЕМ. Я НЕ ОТДАМ ЕГО. — ревел рыжий, бегая по локации и стирая рукавами струящиеся слёзы. В крике Чайлда было столько боли, агрессии и ненависти к месту, в котором он находился. С глубокими, нервными вздохами, он плёлся по песочным дорожкам, выискивая человека, с которым он смог бы сыграть, чтобы не потерять возлюбленного, но подняв свой расплывчатый взор на табло, он увидел число. Девять. Это означало одно — осталась только их пара. К горлу молодого человека подкатился ком, который он выплеснул вместе с истеричным криком, который был слышен даже в стороне, в которой находился блондин. — НЕТ. НЕТ. НЕТ. НЕТ… — пулей рванув обратно к возлюбленному, он продолжал истерично выть и кричать от невыносимой боли. По этим крикам, Альбедо понял, что он возвращается и подняв на любимого такой же взгляд, наполненный слезами, он тяжело выдохнул и посмотрел на своего мальчика в последний раз. Рыжий схватил блондина за плечи и сжимая его, продолжил громко говорить. — МЫ НЕ БУДЕМ В ЭТО ИГРАТЬ. НЕ БУДЕМ… — в сей же миг, блондин поднял обе, ледяные руки к горящим щекам Аякса и очень нежно гладя их, ответил. — Чайлд… Успокойся немного, прошу. Я же здесь. Чего ты кричишь? Голубоглазый ломался изнутри, крошился на атомы от осознания того, что будет происходить дальше, но изо всех сил он хотел подготовить рыжего к финалу этой игры. Парня нисколько не успокаивала речь возлюбленного. Напротив, его голос лишь разжигал в нём ещё больший страх и адскую ненависть к тому, что они в принципе участвуют в этой игре. Раскрыв свои дрожащие губы и глядя на спокойное лицо возлюбленного, он начал быстро молвить. — ТАМ ТРУПЫ, АЛЬБЕДО. МНОГО ТРУПОВ….Я-Я ВИДЕЛ.ТАМ… Прикрыв глаза, отчаянный блондин притянул к себе трясущегося Чайлда и очень нежно поцеловал в лобик, дабы утихомирить его пыл, но от этого действия он заревел ещё сильнее и разрывая дрожащими руками его плечи, опустил голову вниз. Альбедо изо всех сил старался демонстрировать свою уравновешенность и стрессоустойчивость, потому его выражение лица оставалось спокойным. Но при этом, глаза всё выдавали и в них читалось, что блондин не хочет расставаться со своим любимым, рыжим лисёнком. — Мы проходили с тобой через многое. — НЕТ… — криком перебил Чайлд, ревя прямо в лицо Альбедо. — …и через это пройдём. — АЛЬБЕДО НЕТ. Между парой образовалось некое напряжение, потому как обоим нужно было сделать непростой выбор. — Если нужно выбрать из двух зол — я бы предпочёл вообще не выбирать — тихо молвил Альбедо — .но здесь, очевидно, так нельзя, лисёнок. — Прошу, хватит…хватит говорить это. — отчаянно лепетал рыжик, глаза которого уже стали очень красные. Обоим стало понятно, кто выбывает из игры. Похоже, это было очевидно с самого начала, поскольку Альбедо никогда бы не позволил возлюбленному умереть. И потому, он пожертвует собой для того, чтобы его счастье. Его опора. Его любовь. Жила. Почувствовав, как дрожащие в коленях ноги теряют свою устойчивость, бьющийся в истерике Чайлд повалился на песок, марая в нём свой костюм и притягивая за собой блондина, который осторожно присел к нему и продолжил держать его голову в своих ладонях. Не упуская возможности, он любовался внешним видом парня, рассматривал бегающим взглядом любимые веснушки, которые он любил считать, пока тот спит, шелковистыми прядями рыжих волос, которые любил шутливо заплетать в пальмочку и заплаканные глаза. Глаза Тартальи он любил особой, искренней любовью. Парень частенько говорил ему, как его завораживает этот лазуритовый, приятный оттенок. Альбедо любил нырять в его глаза, погружаться с головой, а Чайлд от этого лишь сильнее краснел и старался отвести взор куда-то в сторону. В этот раз, пара неотрывно смотрела друг на друга и хваталась, не желая отпускать и расставаться. Дрожащий Аякс глядел на смирившегося блондина и не понимал, почему он так держится и не истерит. Неужели он даже сейчас старается сдержать свои чувства и эмоции? Хотя ситуация позволяет сделать это. Блондин смотрел на своё счастье и прокручивал в своей голове те самые приятные моменты, которые вывели его на искренние чувства, от чего он, попытавшись натянуть улыбку, заревел и вжал в свою грудь сидящего на корточках, Чайлда. — Помнишь как мы с тобой первый раз приехали в наш общий дом? — колеблющимся, хриплым голосом спросил Альбедо От заданного вопроса, парень вновь закричал «Нет» и вжимаясь в любимого, лил крокодильи слёзы. — Ты.был тогда таким счастливым. Прыгал с этажа на этаж и верещал, как тебе нравится. — пока кричащий Тарталья был упёрты в грудь возлюбленного, голубоглазый коснулся пальцами мягких, пахучих волос рыжика и начал невесомо гладить их, дабы отвлечь от своих же действий. Временно замолкнув и поджав губы, Альбедо протянул мешочек к кармашку на джемпере синеглазого и тихонько закинув его, продолжил занимать кричащего парня своим монологом. Казалось, что он говорит на одном дыхании. Речь постепенно становилась тише, словно символизируя угасающую жизнь парня. — Я помню, как мы первый раз поцеловались.Это было так.необычно? Ты подарил мне столько приятных моментов. — глубоко вздыхая, тот немного скривился из-за боли, которую почувствовал от крепких объятий. — ХВАТИТ. ЭТО. ГОВОРИТЬ. ПРЕКРАТИ. ХВАТИТ ДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО МЫ ПРОЩАЕМСЯ. — подняв залитое слезами, лицо, синеглазый посмотрел на сидящего в объятиях Альбедо и очень учащённо вздыхая, он услышал то, чего не хотел слышать. — Л-лисёнок… Ты победил. На сказанную Альбедо, фразу, отозвались управляющие игрой и подойдя к паре с пистолетом, посмотрели на обоих участников. — ЧТО? ЧТО ЗА ХУЙНЮ ТЫ НЕСЁШЬ? НЕТ. Рывком, взбешённый произошедшим Тарталья оттолкнул возлюбленного в сторону, ударяя об картонный домик и подорвавшись с места, тот накинулся с кулаками на одного из кураторов. Безусловно, одного удалось сильно ударить и временно отключить, но следом за ним подбежали ещё двое и схватив победителя за обе руки, те держали его как могли. Приподнявшись на ватных ногах, блондин неспешно подошёл к мужчине, направляющему на него пистолет и с быстрыми, тяжёлыми вздохами, подставил свою голову под дуло. К этому моменту, он уже смирился с происходящим и единственным, что терзало его душу — был Чайлд, чьи слезливые крики были слышны за пределами помещения. Дёргая руками и толкаясь подошвой о песок, рыжий с голосистыми криками старался до стоящего к нему боком, блондина. — НЕТ. НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ. НЕТ. ПУСТИТЕ. СУКА, АЛЬБЕДО. НЕТ. — кричал Чайлд, бьясь в сильнейшей истерике и горланя от адской душевной боли. Соли на рану подсыпало спокойное, на первый взгляд, состояние голубоглазого. Он изо всех сил старался держаться, чтобы не беспокоить рыжего ещё сильнее, потому перед тем, как закончить игру, он начал молвить. — Лисёнок, я очень тебя люблю. — ХВАТИТ. НЕТ. ПРЕКРАТИ ЭТО ДЕЛАТЬ. — рвался Чайлд, рыдая и смотря в глаза дрожащего Альбедо. — Мы всегда будем вместе. Обещаю. Я рядом. — тёплым, мягким голосом молвил голубоглазый, из очей которого хлынули слёзы. Толкаясь ногами и пытаясь сделать хоть шаг, парень кричал и не понимал, как он может вырулить ситуацию. Его сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по организму и делая его очень горячим. — ХВАТИТ. ХВАТИТ. ХВАТИТ… — драл глотку Чайлд. Завершая свой монолог, Альбедо на прощание улыбнулся Тарталье. Эта улыбка была та самая. Тёплая, с которой он встречал его с работы. С которой он ел приготовленную им еду. С которой он игрался с собакой и обнимался с рыжим. Дрожащая улыбка растянулась по лицу, глаза выдавили из себя слёзы и те скатились по покрасневшим щекам. На выдохе, парень ткнулся виском в дуло пистолета и глядя на любимого, промолвил. — Только прошу тебя, живи. Выстрел. Перед ошарашенным взглядом Тартальи падает тело, ранее стоящее на ногах и улыбающееся искренней, доброй улыбкой. Выпустив рыжего из своих оков, кураторы отпустили его к бездыханному телу, лежащему в собственной луже крови. Упав на песок, синеглазый ударился головой об него и ткнувшись макушкой в ногу Альбедо, тот не дыша, лежал в ступоре рядом с трупом, заливающимся кровью. К побледневшему лицу парня подлилась кровь, стекающая с головы убитого парня и ощутив, как сердце замедляется от увиденного, он приподнялся на ватных руках. Подполз, забрал на руки бездыханное, окровавленное тело и сжимая в своих тисках, заревел. Прижавшись щекой к кровоточащей голове блондина, тот в последний раз развязал собранные в косички волосы и оставив резинку на своей руке, поцеловал его в макушку. Умер не только Альбедо. Умерли оба.