Зона теней

Теневая зона застыла в вечных сумерках. Сложно найти в ней яркие, живые цвета - это удел иного, реального мира, но не этого, никак не этого. Все цвета сливаются в один - серый, и Саундвейв знает, что его броня медленно, но верно приобретает тот же цвет, сливается с фоном, окончательно приспосабливается к миру теней. Единственный плюс в его положении - голода он не испытывает. Тени, которой он теперь является, не нужна энергетическая подпитка, что бы она ни делала. Он не прикован к Немезиде, вопреки предположениям автоботов и примкнувшего к ним Нокаута, он может перемещаться по всему миру - теневая зона бесконечна так же, как и вселенная. Пока он держится рядом с автоботами. За долгие годы служения Мегатрону он привык к одиночеству, но сейчас даже он не желает оставаться один. Он привык и к собственной беспомощности - и просто наблюдает за автоботами. Шоквейва он тоже навещает несколько раз - но тот не слышит. А затем он наблюдает за тем, как Юникрон в теле Мегатрона, эта жуткая насмешка над великим лидером, пытается уничтожить Кибертрон. Видит его охоту на автоботов - и впервые неожиданно даже для себя желает алознаковым удачи: никто не должен погибать... так. Видит, как повергают Предакинга - пусть и в чужом теле, темный бог куда сильнее ящера, пусть даже и короля. Видит, как надвигаются на Шоквейва террорконы, ведомые лишь одним инстинктом: убивать. А он ничего не может сделать. Ничего! Саундвейв в бессильной ярости скрючивает тонкие пальцы, и эмоции его волнами раскатываются по теневой зоне, заставляя её краски темнеть. А затем кто-то обнимает его со спины, и над аудиодатчиком звучит тихий шепот: "Доверься мне - и мы вытащим его". Разве у него есть выбор? Саундвейв кивает, и в тот же момент корпус перестает подчиняться ему, а краски на несколько секунд становятся реальными - яркими, живыми. Террорконы неожиданно теряют к ученому интерес и устремляются прочь, оставляя его, и возвращается контроль над корпусом, и тускнеют краски реальности. Обманка. Он не вырвался в реальность. Он все еще в зоне теней. Ощущение объятий пропадает, и связист резко разворачивается, успевая зацепить взглядом тень - быструю, скрытную тень. "Кто ты?" - транслирует он на всех частотах, ни на что не надеясь. Но ответ приходит. "Я - тень. Не такая, как ты, не пришедшая из яркой реальности, а всегда жившая здесь, в этом измерении... и я ждала. О, как долго я ждала..." Из малозаметной трещины в поверхности Кибертрона ловко выбирается хрупкая, тонкая фемма с непропорционально огромными крыльями. Выцветшая, лишь чуть темнее окружающего мира, она практически незаметна, и Саундвейв с трудом отличает её от груды развалин, рядом с которой она замерла настороженно. "Чего ты ждала?" - Тебя, - фемма говорит вслух, жадно разглядывая чужую маску. - Не тебя. Такого, как ты, живого, пришедшего из реальности, а не активировавшегося здесь. "Зачем?" - Чтобы выйти отсюда, - просто отвечает фемма, поджимая крылья и усаживаясь на край трещины, из которой только выбралась. - Ты откроешь мне дорогу. "Поэтому ты помогла мне?" - Да. Твоя ярость... мы не испытываем таких сильных эмоций, она приманила меня. И, если уж я хочу просить у тебя о помощи, я должна была оказать помощь и тебе? "Что ты сделала?" - О, это просто. Твой корпус чужд этому миру. Если правильно подтолкнуть - ты можешь вырваться отсюда и сам, и я воспользовалась этим, - фемма говорит с удовольствием, гордясь собой. - Я просто выскочила в реальность и навесила на твоего друга метку того измерения. Для террорконов он просто перестал существовать, и это продлится еще с полбрийма-брийм. Не знаю, я не рассчитала точно... ваш мир яркий. Я не привыкла к нему. "Что ты хочешь от меня?" - Вытащи меня отсюда, - фемма становится серьезной. - Я могу выбросить тебя в реальность... и проскочить следом, зацепившись за тебя. Это может и не выйти... но пообещай, что, если окажешься в реальности, то откроешь мне выход отсюда, ты уже знаешь, как - два моста тебя сюда привели, они же выведут меня отсюда. Саундвейв размышляет недолго. Даже если она лжет - лучше погибнуть, чем продолжать такое существование. Без цели, без жизни, без реальности. "Согласен". Едва услышав ответ, фемма кидается вперед, одним прыжком оказавшись возле Саундвейва и вцепившись в того мертвой хваткой. Тот не успевает даже поднять манипулятор, чтобы оттолкнуть её - а затем к миру снова возвращаются краски. - Вспоминай! - кричит фемма.- Вспоминай то, что тебе дорого, что ты ценишь, что удержит тебя здесь! Вспоминай! И он вспоминает. Как пошел за Мегатроном. Как служил ему. Как все время стоял за его плечом незримой поддержкой... Краски не спешат тускнеть, а хватка феммы неожиданно ослабевает. - Не могу... не могу! - только поднявшийся на ноги Шоквейв оборачивается на слышный и в реальности крик... и не верит своей оптике. Саундвейв, вполне реальный и живой, стоит совсем неподалеку, а тонкая, полупрозрачная сикерша пытается удержать его манипулятор, хотя пальцы так и норовят разжаться. - Не получается! Пальцы соскальзывают, и фемма окончательно растворяется в воздухе. Только слышен затихающий крик: - Не забывай - ты обещал! После короткого разговора с предаконами - те не бросаются, помнят, кому они обязаны жизнью - они вдвоем возвращаются в лабораторию Шоквейва. Саундвейва слепят непривычно яркие после теневой зоны краски, но он не издает ни звука. Как и всегда, впрочем. Он не оглядывается: это не нужно ему, чтобы знать: за ними идет отчаянно надеющаяся сикерша, нервно ломающая пальцы. Саундвейв помнит, что он обещал, и собирается это обещание выполнить. Оборудование для открытия земных мостов у Шоквейва есть, и он без вопросов дает доступ к нему. Вопросы будут позднее. Сейчас же Саундвейв набирает координаты, и с задержкой в долю секунды загораются совсем рядом два космических моста. И сразу же из одного из них вываливается фемма со вздернутыми крыльями. Она и здесь не потеряла своей серой окраски - но в реальности даже серый кажется более ярким. Крылатая недоверчиво оглядывается и натыкается взглядом на Саундвейва. - Обещал, - воспроизводит он её голос, и она смеется, прикрывая лицевую руками. - И выполнил... выполнил, - она оседает на колени и поднимает на мехов взгляд. - Спасибо. Я в долгу у вас. - Как твое имя? - спрашивает доселе молчавший Шоквейв. Фемма чуть жутковато скалится. - Бездна.