Разбитые

— Что можно подарить двум городам на свадьбу? — они спокойно шли по улочке, обходя уже который магазин, в поисках отличного подарка. — Я бы Петру еды подарил. — взглянул в небо Рома. — Нет, ты не будешь дарить Ленинграду еду. Мы это уже обсуждали. — недовольно взглянула она на него. — А он бы оценил. — кивнул сам себе Морозов. — Мария бы не оценила. — как палкой в колеса. Рома поморщился. — Тогда может машину… — задумчиво проговорил он, а затем перевел на неё многозначительный взгляд. — например. — Да верну я тебе твою машину! — недовольно высказала она. — Вот увидишь! — А я всё ещё жду. — подтвердит Морозов. — Подарок, Рома. — перевела тему немка. — Я знаю, что им подарить. — резко высказал русский, заставляя обратить на себя внимание. — Янтарный ларец с украшениями. — Чего? — Алиса про себя отметила, что подарок достаточно хороший и на свадьбу само-то. — Почему? — Ленинградская янтарная комната, Ларец для Петра, а остальная бижутерия для Марии. — пожал он плечами. — И дорого, и красиво, и им подходит. — Тогда лучше заказать ручную работу? — задумчиво проговорила она. — Да, как раз до свадьбы и успеем. Конечно, подарок получился совместный, немного не так как планировали, но в целом, хороший выбор. На этом и решили. До свадьбы было ещё далеко, подготовка была основательной и долгой, ведь по мнению Петра, все должно было быть идеально. Рома знает, что он придирчивый, поэтому, не сомневается, что именно он занимается организацией. Да и, у Марии слишком много дел, чтобы так сильно заморачиваться по поводу свадьбы. Но в целом, он был очень рад за них, считай, полноценная семья, это же здорово. Кстати, про ещё одну семью. Он внимательно глянул на Алису, пока та шла чуть впереди о чем-то рассуждая в слух. Она как-то говорила, что одной из её целей является воссоединение семьи. Морозов её поддерживает в этом, хоть и понимает, какими трудами это ей удастся. Германн, с которым она не виделась уже долгое время, сумасшедший отец и отец, что бросил их в юном возрасте, просто выиграла джекпот. Собрать такую компашка не то что сложно, это невозможно по мнению русского, но девушка идеей горела, поэтому её все равно было не переубедить. И у него даже есть кое-что на этот счёт. Недавно он смог договориться на встречу с Германном. Она будет проходить в Париже и она будет неофициальная, по идее, это в общем небольшая дружеская встреча между Восточной и Западной Германией. Именно Рома уговорил отца на такое, а Хоффманн согласился, через какое-то время. Раздумывал он конечно очень долго, или отвечать не хотел, но это не важно. Роман поедет туда, как представитель. Хоть встреча и неофициальная, она между странами, так что без этого никак. Отец почему-то наотрез отказался от этой затеи ехать вместе с ним, хоть Рома опять же и не понимает почему, но решил в это не ввязываться, отец со своими тараканами пусть сам дружит. Алисе блондин тоже ничего не сказал, почему-то, закрадывалось сомнения насчёт Германна. Он долго прожил под протекторатом Оливера, возможно, он уже совсем другой, не такой, каким его запомнила сестра, поэтому, сначала русский решил удостовериться в Германне, а затем уже постараться наладить связь между ним и Алисой. --- Безумно яркое солнце для такого времени суток, или может, после стольких дней проведенных в этом месте, ему оно таким кажется. Высокие чугунные ворота прутьями стояли позади него, наконец-то позади. Это даже немного пугало, он привык к спокойному синему и белому цвету, к запертым комнатам и решеткам на окнах, он ко многому привык и со многим смирился, поэтому теперь стоял в коротком черном пальто, с чемоданом под руку, ожидая машины. — Рад тебя видеть. — когда иномарка подъехала, из неё вышел мужчина, что был очень и очень знакомым. Он практически не поменялся за эти годы. Брюнет, с карими глазами и сединой на висках. — Германн прислал за мной лично тебя? — неловко произнес немец. — Да, попросил забрать, чтобы ты не натворил дел. — кивнул ему Бернхард, скрещивая руки на груди. — Вот как. — неуверенно опустил голову Эрих. Понимал, почему сын так поступил. Германн уже давно ему все высказал, но тогда он просто отругал сына и злился на него, что тот отвернулся от отца, а сейчас понимает, что ему просто стыдно за то, что натворил Эрих. А стыдиться есть чего, на долгие века вперёд хватит этого стыда. Они отдалились с ним уже слишком давно, чтобы сейчас Германн радостно встречал его из психушки. — Как он…сейчас живёт? — замявшись с вопросом, обратился к столице Хоффманн, когда они сели в машину. Тот выдохнул, хотел бы сказать, что хорошо, даже отлично, вот только, беспокоила его одна деталь. — Неплохо. — кивнул город. — Оливер? — кажется, Эрих понял от чего мужчина так вздыхает. — Да. — кивнул он. — Насколько все плохо? — серьезно спросил бывшая страна, устремляя свой взгляд в даль. — Тебя не было больше двадцати лет. — обозначил Бернхард. Плохо, это чертовски плохо. — Я должен что-то сделать. — уверенно произнес Хоффманн. Ему ли не знать, что за чудовище Оливер, да он его сына просто проглотит целиком, если тот не будет очень осторожным, если уже не проглотил. Хотя, некоторым даже осторожность не помогает, все равно всех из-под земли достанет. Жуткий тип. — Тебе сейчас нужно думать о себе. — твердо произнес столица. — Германн часть моей жизни, кем бы я в его не был. — возразил Эрих. — Я не отказываюсь от окончательной терапии и от вины своей не отказываюсь, поэтому я должен постараться наладить отношения с сыном, он мне очень важен. — Бернхард внимательно оглядел его. — Ты изменился. — коротко произнес он. — Я надеюсь. — усмехнулся Хоффманн. — Я не хочу больше тонуть в этой ненависти, алкоголе и шлюхах. Все, хватит с меня, не хочу больше находится в таком состоянии. — он немного помолчал. — Мне страшно возвращаться к этому состоянию снова. — мужчина чуть удивился. Раньше фюрер не признавал, что ему плохо или больно, и уж тем более, страшно, а сейчас более менее спокойно сказал это, хоть и с задержкой. Видимо, и вправду поменялся. В машине ненадолго воцарилась тишина, пока Эрих не нарушил её. — Как думаешь, — тихо посмотрел он в окно, наблюдая, как мимо них пробегают деревья. — Савелий меня простит когда-нибудь…? — Не знаю. — покачал головой Бернхард. — Я давно не видел его и не знаю, как он живёт. — Надеюсь, он счастлив. — улыбнулся Хоффманн сам себе. Он и правда на это надеялся, всем своим сердцем. --- Во Франции было прекрасно, Рома бы хотел здесь задержаться в такую погоду, но дела не терпят отлагательств, может быть, потом как-нибудь погуляет здесь с разрешения Оливии. Он бы потратил намного больше времени, добираясь до назначенного места, благо, ему предоставили водителя. Интересно, почему местом встречи Германн выбрал именно Францию. Ох, если он так долго будет задерживаться на этих мыслях, то точно опоздает. На самом деле, в душе было некое волнение, если бы встреча касалась лично его, он бы не переживал, но эта встреча касается Алисы, поэтому, если что-то пойдет не так, ему будет достаточно сложно, по крайней мере, для Алисы точно обидно, она очень эмоциональная и местами даже вспыльчивая. Но было интересно, какой у неё брат. Быстро забежав в здание, он поправил воротник кофты и чуть повыше натянул перчатки, двинув плечами. Вроде одежда сидит хорошо, переживать не о чем, это просто встреча. — Добрый день. — Рома обернулся на незнакомы ему голос. — Приятно познакомится. — Роман Савельевич. — пожал ему руку Морозов. Он знал про Гилберта и его судьбу, но представлял его немного по другому, хотя, он был похож на Алису. Наверное, все немцы похожи друг на друга. — Очень приятно. Ваше имя? — Очень теплое приветствие и слишком уважительный тон. — хмыкнул немец, от чего русский внимательно его оглядел. — Гилберт. — Ожидали другого отношения к омеге? — пожал плечами Роман. — Можете не обращаться ко мне на «вы». — На самом деле, да. — кивнул пруссак. Признаться, парень его удивил. Он слышал о Роме только по рассказам Савелия, поэтому знал, что парень не знает, какого пола его отец, поэтому и уважительному отношению взяться неоткуда. Да и ходят вокруг него слухи разные, но такое поведение противоречило всем его представлениям. Очень приятный молодец человек. — Я мало знаю о вас русских, но вокруг вас ходит много баек. — Байки — это всего лишь сказки. Такой старой стране как вы известно, что верить в сказки равноценно смерти. — Гилберт улыбнулся такому приятному сравнению. — Надеюсь, ещё как-нибудь поболтаем. — кивнул русскому пруссак, подходя к двери. — Но тебе уже пора на встречу. — Признателен за сопровождение. — так же кивнул ему Рома, проходя вперёд. В большом светлом зале был столик за которым сидел Германн, Морозов сразу его приметил. И правда, они очень похожи с Алисой, по крайней мере внешне. У него было острое лицо, черные волосы, что были зачесаны назад и на бок, слегка выбиваясь, отличительные красные глаза. У парня был очень строгий прикид и прямоугольные очки на носу. — Добрый день. — подошёл поближе к нему Рома, тот обратил на него внимание, тут же встав со стула. — Рад нашей встрече. Роман Савельевич, я буду представлять точку Советского Союза в дружеских отношениях между Восточной и Западной Германией. — Добрый. — кивнул он. — Германн Хоффманн. — пожал ему руку. — Право, я ожидал увидеть свою сестру. — Не все сразу. — присел Морозов, по лицу видел, что немец не настроен на дружеский разговор и явно вынашивал совсем другие планы, что уже удручало. — Сначала нужно обозначить наши позиции, а затем уже… — Тогда я сразу обозначу свою. — перебил его Хоффманн, от чего Рома устало выдохнул. Тяжело с этими немцами. То грубят, то перебивают, может у них такое поведение в роду передается? Русский уже примерно представлял, что у него за позиция, и ему это не нравилось. — Мне нужно объединить Германию ради дальнейшего её развития, как центра Европы. Поэтому, я требую объединение восточной и Западной Германии под своим началом, как законного наследника. — Твоя сестра тоже наследник. — внимательно посмотрел на него Роман. — И без её согласия, ты не сможешь это сделать. — хотелось ещё добавить, что и без согласия Савелия и уж тем более Оливера, ему это просто не позволят, но блондин решил промолчать. — Для этого она и должна была приехать. — уверил его немец. — Она должна была приехать для дружеской встречи и налаживанию связи между двумя частями Германии, которые являются прямыми родственниками. — серьезно оглядел его Рома. — А не для подчинения западной культуре. — Да кем ты себя возомнил, вмешиваясь в наши отношения. — шикнул на него Германн. — На данный момент, прямым послом. — отклонился Рома даже не дрогнув. — Моя сестра просто предательница, что сбежала к врагу и теперь поддерживает его! — кажется, Морозов разозлил его, но это было как-то слишком просто. — Она не понимает, в каком месте оказалась и что вы все её обманываете! И тем более, она больна! — Однако, она имеет официальный статус правителя. — спокойно произнес Рома. — Ей манипулируют! — продолжал настаивать на своем немец. — Но она всё ещё правитель. — поправил его блондин. — И что бы ты не говорил, тебе придется мириться с этим и налаживать дружеские отношения, иначе это превратиться в конфликт. Ты хочешь войну с собственной сестрой? — Если это понадобиться, да. — твердо ответил парень, от чего Рома хмыкнул. Как много криков для простой управляемой фигуры. Оливер хорошо поработал и теперь, если он получит всю Германию как центр Европы, под его рукой будет вся европейская элита, которой можно будет дергать за ниточки. — Она всего лишь предательница, а не сестра, если не хочет лучшего для нашей страны. — Не бери на душу грех. — пожал плечами Морозов. Немца злило, что этот парень выглядит чертовски расслабленным. — Иначе объединение Германии может пройти и без тебя. Тут уж, как планы у людей повыше сложатся. — О чем ты? — неуверенно посмотрел на него Германн. — Не так важно. — кивнул Рома, встав из-за стола. — Я рассчитывал на дружескую встречу, а не на оскорбление другой стороны и уж тем более не на нарушение дозволенных границ. — он произнёс это достаточно холодно, от чего Хоффманн смутился. — Советую еще подумать, пока подобные заявления не выйдут в широкую плоскость. — направился на выход. - Но этом откланяюсь. Мда, что сказать Алисе по приезду домой? Может лучше ничего не говорить? --- — Ты какой-то слишком серьезный. — лукаво посмотрела на него Алиса. — Что, командировка не удалась? А вроде во Франции был. — Я встречался с Германном. — коротко проговорил Рома. Девушка застыла, от чего за столом воцарилась тишина. — Что? — неуверенно произнесла она. — Так твоя командировка…? — Да, я был представителем в дружеской беседе по вопросам между Заподной и Восточной частями Германии. — кивнул он. — Почему это ты, а не я?! — видно было, что она злится, однако Морозов ясно разглядел на что конкретно эта злость, на то, что Алисе не дали увидеться с братом. — Это не имеет значения. — покачал он головой. — Хорошо, что там оказался я, а не ты. — она раздражённо шикнула, стукнув по столу и немного посидев, все же решилась продолжить. — Что произошло? — серьезно спросила немка. — Он хочет объеденить Германию под своим началом и стать центром Европы. — продолжил Рома. — На этой встрече он ожидал тебя, чтобы убедить тебя согласиться. — В противном случае? — осторожно спросила она. — Он готов воевать с тобой, потому что если ты откажешь, ты предательница, что не поддерживает лучшее будущее для страны. — Морозов не стал ничего таить, все равно девушка бы это рано или поздно узнала. Она побледнела, опустив голову. — Я знаю, это… — Он же мой брат…почему он? — тихо произнесла она, а затем отчаянно взглянула на Рому. — Скажи, ты можешь видеть, это было его решение? — Он уверен, что это его решение. — кивнул ей Роман. — А на самом деле? — сжала она кулаки. — Не думаю, что это его решение. — отклонился Морозов. — Это всего лишь попытка оборвать все связи с семьёй изгоев. Он хотел одобрения и похвалы, а для этого нужно сбросить балласт. — Я…балласт? — прошептала она. В глазах что-то разбилось, от чего Рома внимательно посмотрел на неё. Может переборщил со своими доводами? Их стоило сказать чуть позже? — Твой отец тоже. — кивнул Рома. Ну раз уж начал, то договорит. — Я…мне нужно подумать. — растерянно встала из-за стола немка. Блондин проводил её спокойным взглядом, даже понимающим. Ей определенно нужно время, чтобы переварить это. --- — Хэй, как ты? — тихо постучал он в дверь её спальни, открывая. Девушка сидела на полу, спиной опираясь о стену, пряча лицо в коленках. Она ему не ответила. — Я принес какао…и плед. Вроде это нужно, чтобы избавить человека от дурных мыслей? Да? — Хоффманн удручённо посмотрела на него, лицо было заплаканное, но затем она лишь хмыкнула. — Ты всегда приходишь очень вовремя. — посмеялась, позволяя ему присесть рядом. — Спасибо, Ром. — Пожалуйста. — кивнул парень. — Не злись на него, он не хозяин своих мыслей. Наверняка ему тяжело жилось под постоянным гнетом ошибок отца. — А я причем? — чуть крепче сжала она кружку в руках. — Ты уехала в СССР и ничего не писала. — пожал он плечами. — Но это не по моей воле…? — неуверенно посмотрела она на него. — Это не важно, в любом случае, ему могли сказать все что угодно. — продолжил Рома. — Это ужасно. — покачала Алиса головой. — Он ненавидит меня. — А ты? — внимательно поглядел на неё русский. — Ты его ненавидишь? — девушка промолчала. — Нет, он мой брат. — коротко произнесла она. — Мне кажется, я понимаю, о чем ты говорил. — она горько улыбнулась. — Это больно, понимать, что тебя ненавидит собственный брат, но…он важен мне. И для меня главное именно это, то, что он мне важен. Я хочу помочь ему. И все. — Я рад за тебя. — поднял он голову к потолку. — Ненависть ни приведет к тому, чего ты хочешь. — Я не знаю, что приведет меня к тому, чего я хочу. — опустила она голову. — Не знаю, Ром… — они помолчали, а затем немка резко подняла голову. — Остановлюсь, умру. — произнесла она, смотря перед собой. Морозов внимательно её оглядел. Интересно было послушать, что она только что поняла. — Если я сейчас зациклюсь на этих мыслях, то погрязну в них на вечно и никогда ему не помогу. Я не знаю, что делать, значит — я узнаю. — она улыбнулась. — Спасибо, Ром. — Я ничего не сделал. — пожал он плечами. — Нет, это ты меня этому научил. Ты никогда не останавливаешься и идёшь всегда вперёд. — уверенно закивала она. — Изначально, я этим «слоганом» пытался таскать Петра по блокадному Ленинграду, потому что остановись ты там хоть на секунду, сдох бы от холода, голода или ещё чего-нибудь. — скептически проговорил он. — Я не знаю, как это перешло в такой смысл. — Ты до сих пор так и живёшь. — усмехнулась она. — Допустим. — кивнул Рома. — Я обязательно ещё увижусь с братом и верну нашу старую дружбу. — уверенно произнесла Алиса. — Обязательно.