Обещаю

Нил бежал весь вечер, ни на минуту не прекращая думать об Эндрю и остальных лисах, всю ночь, засыпая прямо на бегу, но всё так же повторяя его фразы. Наступало утро, полное отчаяния и страха. Небо озаряло утреннее солнце, распылявшое свои первые слабые лучи по всему небосводу. Неописуемая красота для человека, не бежавшего ото всех, кто мог узнать его хотя бы чуточку ближе, не оставившего там, очень далеко, частичку себя, частичку Нила Джостена. Хотя нет, не так. Там он оставил, похоронил заживо эту версию себя. Попросту говоря, Нила Джостена больше нет, он оставил о себе лишь воспоминания, там… далеко, в университете Пальметто. Он был уверен в том, что отныне Нила Джостена будут помнить лишь как незадачливого игрока в экси, трусливо сбежавшего от самого себя. И не только от себя. Губы кривились в болезненной ухмылке. Беглец на протяжение всего времени уже вне университета думал: Кем же он будет теперь? Куда снова податься? И увидит он хоть ещё раз в жизни, на секунду, Эндрю? Лисов? Найдут ли его? Джостен не мог найти ни единого ответа, зато прекрасно понимал, что там где он окажется он снова будет никем. Человеком, который больше не выдаст ничего, ни капли какой-либо полуправды, не привяжется ни к кому, ни единой живой душе в окружении. Лишь холод, мрак и ложь будет верными друзьями и союзниками. Иначе — никак. Нил уже не мог бежать, лёгкие, будто заполненные пыльным воздухом трассы, почти не функционировали, ноги были стёрты в кровь, всё больше и больше он терял самообладание. Нил не выдержал. В голове закипала кровь, прожигающая череп, и дико дрожащие руки приобретали почти белый оттенок, столь больной, будто-бы парень уже заведомо был мертвецом. Джостен поймал первую попавшуюся машину, узнав, что водитель направляется в Денвер, решил что там он поймает следующую попутку, чтобы затем двинуться куда угодно. Главное, как можно дальше. Водитель охотно взял попутчика и они направились вперёд, по трассе по движению ветра и воли судьбы. Нил глядел в окно с пассажирского места, чувствуя, что в груди что-то раздувается, готовое вот-вот лопнуть. Возможно, это последние надежды, таящие в лучах угасающего солнца. Теперь навсегда. Нил знал, Денвер это небольшой, но комфортный город в Северной Королине, по дороге до которого он решит, где он теперь будет жить и под каким именем. Ветер, скорость, меняющиеся пейзажи за окном создавали особую атмосферу. Впридачу к этой молчаливой идиллии, возникшей между неравнодушным, но молчаливым водителем, в машине играла песня. Она была незнакома Джостену, но парень с готовностью растворялся в ней, вслушиваясь, с болью внутри проживая практически каждую строчку. У меня на тебя есть особые планы Будем вместе лечить душевные раны У меня ведь тебя никого нету ближе Опускаемся, но вместе ниже, ниже, ниже Через тысячи холодных дней Мы с тобой прорвемся, слышишь Просто посмотри в мои глаза И ты в них все увидишь Спустя какое-то время поездки тревога внутри возросла, гнетущее чувство потери окутало Нила, но он не понимал почему оно возникло. «Уж точно не к Миньярду» — но в мыслях проскользнула пугающая неуверенность. В голове Нила встряла мысль о его записке на столе, предназначавшейся лишь его психованному, Эндрю Джозефу Миньярду. В голову против воли лезли разные мысли от которых пробирало до дрожи во всём теле, мысли о том что сейчас с Лисами, невероятными людьми, которых он столь плохо узнал, но словно бы успел полюбить где-то глубоко внутри. Как там тренер, хмурым и строгий, Эбби, заботливая и чуткая? Но было то, что мучило его больше всего: Как Эндрю? Как там он сейчас, человек, к которому он не имел права хоть что-то ощутить? Что стало с его запиской? И хоть чуть-чуть, сука, хоть каплю, почувствовал ли Эндрю разочарование, потерю? Знал бы Джостен насколько его Эндрю в ярости, насколько он подавляет чувство страха и тревоги за своего беглеца. Из этих терзаний душевных Нила вывел водитель авто, в котором он ехал: — Эй, мы уже скоро подъедем, тебя куда-то в определенное место подвезти? –Да выкинь меня где-нибудь, где удобно, не напрягайся. — Нет, так дело не пойдет. Давай я довезу тебя, скитаться по городу, который не знаешь, как-то не очень, — сделал паузу водитель, — я предполагаю в этом городе ты первый раз? — Да. — Значит так, довезу тебя до центрального парка, там рядом и гостиницы, если что вдруг, и кафе, есть и выезд на шоссе, автовокзал, всё что тебе, я думаю, нужно, договорились? Джостен отделался простым кивком, устремив свой потерянный взгляд в окно. Хороший этот человек. Жаль, в его жизни подобные никогда не задерживаются. *** Утро наступило для Лисов рано и очень тяжело. Солнце пробивалось сквозь задвинутые шторы, пытаясь озарить комнату светом. Но настроение команды была полной противоположностью, ведь вчера на них слишком много навалилось. Ваймак сделал рассылку всем, настояв на утреннем собрании, поэтому уже в восемь все сидели в комнате отдыха. Вид у Лисов был потерянный, измученный, вид, который отражал всё то, что им пришлось принять и понять. На лице у всех было написано, что ночь не задалась ни у кого, ведь у команды были бледные и болезненные лица с сине-фиолетовыми кругами под глазами. Это означало, что сон был их вовсе не главной задачей в эту ночь. И неудивительно, исключением во внешнем виде стал Миньярд. Он выглядел больше не устало физически, а лишь истощено морально. Гробовую тишину разбил тренер Ваймак с заметной дрожью в голосе: — Чтож, скажу вам честно, выглядите вы паршиво. — Прям удивили! — огрызнулся Метт в сторону тренера. — Да-да, настроение у вас тоже паршивое, — вымолвил Ваймак, и затем сразу же бросил взгляд на убитое выражение лица Эндрю, — О, Миньярд, как ты? Отстранённый и холодный Эндрю, находившийся по ощущениям очень далеко отсюда, что мало кого удивляло, бросил взгляд, который медленно наполнялся кровь и яростью: — К чему этот вопрос, тренер? Давайте к делу. — Ух, ну ладно, — отвлёкся Ваймак, сразу вернувшись к мысли. — Новости не очень: сезон только начался, мы потеряли двух нападающих, и теперь у нас недобор, — сделав снова паузу, с тревогой продолжил, — КРЭ в скором времени отстранят нас от соревнований, так как до следующего матча мы не в состоянии найти нападающего и обучить его. Комната была наполнена смертной тишиной, разъедающей сердца Лисов в клочья. Это затянулось настолько долго, что терпение Эндрю вышло. — Подождите, тренер, вы вышли на след Джостена? Хоть что-то смогли найти? — на повышенном тоне сказал Миньярд, встав с дивана и подойдя к тренеру, — Ах, как я мог не понять, да вы даже не пытались? Или же «извините, я ничего не смог сделать? — Эндрю, успокойся! — Да вы что я полон спокойствия, держу себя в руках! Эндрю отвёл взгляд от тренера, смотря в окно, выпустил весь воздух из лёгких, ощущающийся густой тяжёлой массой, и, снова приблизившись к Ваймаку, перевел на него взгляд. — Ну раз так, я думаю мне здесь больше нечего делать, соревнований не будет, беглеца искать вы не сильно хотите, ничего страшно, я всё сам решу, а теперь я удаляюсь, — проговорил с ухмылкой на лице Миньярд, подойдя к двери, развернулся и сказал монстрам, — Я вас жду на парковке, бай-бай. В комнате словно бы стояла завеса из злобы и ярости, передавшихся всем присутствующим здесь. Недовольства, негодования, претензии, разочарования и боль хлынули из Лисов волной. — Вы чего, не вешайте нос, если бы у нас всё гладко было, мы не были бы Лисами! — с возникшей в голосе уверенностью сказал Ваймак. Настроение в комнате лишь на долю секунды улучшилось. Лисы переглянулись и даже улыбнулись друг другу, все, кроме Элисон, ей было не до этого. Молодой потрясенный девушке дело не было до слов Ваймака, всё что здесь происходило, резало ножом по её сердцу, изнывавшемуся от боли потери. — Думаю сказать мне вам больше нечего, — промолвил Ваймак, — А, точно, данная ситуация не повод прекращения тренировок, скорее всего просто в меньшем объеме, скажу расписание чуть позже. В ответ на слова тренера Лисы отделались кивком. Ваймак продолжил. — Ну вот и прекрасно, а теперь все на выход, в «Лисью башню» и на пары! Лисы неспеша двинулись к выходу в молчании. Разговоры были сейчас лишними и ненужными. Монстры шли по парковке и направлялись к машине Эндрю. Их общее настроение не выражало ничего хорошо. Ники выглядел подавленно, его глаза были наполнены разочарованием и болью. Взгляды Кевина и Аарона были полны холода и бесчувствия. Около машины стоял Миньярд. В зубах Эндрю держал тлеющую сигарету, забывая затягиваться, а в руках куча бумаг, веющих какой то неизвестностью и потерянностью. Монстры подошли и расселись без особых проблем. Эндрю тоже сел, потушив окурок об асфальт, и, заведя машину, тронулся с парковки. На протяжении поездки Эндрю перебирал бумаги. Это были различные карты, записи и чеки из папки Джостена и его личное дело, которые Миньярд не самым честным образом, определено, забрал у тренера. Заметив то, что в руках у Эндрю, Ники выпучил глаза и решил открыть рот, чтобы задать вопрос. — Эндрю… Зачем тебе это, зачем ты это всё делаешь? — Не задавай вопросы на которые всё равно не получишь ответов, — с напряжением в голосе сказал Миньярд. — Да что, чёрт возьми, с тобой происходит? — не выдержав, выкрикнул Кевин, не сводя глаз с Эндрю. Монстры с небольшим интересом прислушались к разговору. Он в свою очередь даже не кинул взгляд на Кевина, да и отвечать тоже не собирался, — Да, кстати, где твой пузырек с таблетками и когда ты последний раз их принимал? — Таблеток больше нет и не будет, — жестко ответил Миньярд, закатив глаза, усмехнулся и все же посмотрел прямо на Кевина, — Последнюю таблетку я принимал в ночь пропажи Джостена, Кевин, нет, — закрыв рот Дей ладонью, продолжил, — Не смей со мной спорить, я не испытываю ломку, я живой человек, а не псих, который жить не может без дозы этой хуйни! Дей был шокирован, но в то же время и подавлен. Остаток времени монстры ехали в полном молчании. *** Нил обошёл весь небольшой центр городка Денвер. Но он думал только о том, что когда он выходил из машины сказал водителю: — Спасибо вам, но можете мне оказать ещё одну услугу, — сделал паузу Джостен, — возьмите это, прошу. — Что? Зачем мне это? — Послушаешь, вы не знаете кто я, но если к вам придет человек и представится Эндрю Джозеф Миньярд, отдайте эту записку ему, — сказал Нил и быстро ушел, не оборачиваясь. Водитель еще с минуту смотрел в сторону странного парня, чья судьба, похоже, не была простой. Он не был равнодушен к чужим бедам, и поэтому убрал записку в нагрудный карман своей рубашки. Нил же выкинул этот разговор из головы. Его целью было сделать новые документы и направиться как можно дальше, но перед этим ещё было важно поменять внешность. В ближайших магазинах Нил смог приобрести и краску для волос, и несколько комплектов линз. Он подумал что на этот раз его глаза будет зелёные, словно густой дремучий лес полный напастей, а волосы черные, как мрак, окружавший его повсюду. Плюсом черных волос несомненно служило то, что краску можно было наносить без предварительного осветления. Черный цвет был универсален. Выйдя из магазина, Джостен встрепенулся. Беглецу показалось, что он видел Рико и тренера Воронов. Нил списал это на подсознание, фантазию, просто напросто галлюцинацию, отражавшую его страх. Промелькнувшие в толпе знакомые лица никак не могли быть здесь на самом деле. Нил пошёл в паспортный стол, сделал вдох выдох и вошёл. У него были и связи, и деньги для новой личности, поддельных документов. Главное, чтобы привычную схему удалось провернуть и здесь. Вышел из этого места уже Нил Джостен, а Кел Пауэр, человек, незнакомый никому. Снова никто. Достаточно распространено и примитивно, не привлекает внимание, и это главное. С этой секунды Кел — новая личность, но внутри сердце всё ещё верило, болезненно сжимаясь от глупого желания еще хоть минуты побыть Нилом Джостеном рядом с Лисами и Эндрю. Теперь этому не бывать думал Кел, и очень зря…