Пожалуйста, капитан...

Эрен бредил. Эрен метался по повозке, на которую его погрузили после того, как вытащили из пасти Женской особи, скреб по дощатому полу ногтями, раздирая нежные подушечки пальцев, что-то невнятно стонал сквозь зубы и горел в лихорадке. Микаса обеспокоенно склонилась над ним, прикладывая руку к раскаленному лбу и поджимая губы. Ехавший позади Леви слегка прищурился, поймав ее взгляд, однако воздержался от слов. В отличие от новобранцев, он понимал, что сейчас происходит в воспаленном сознании вырванного из зубов смерти Эрена, пожалуй, понимал слишком хорошо, как и то, что пережить это нужно самому. Пережить или сломаться, но почему-то Аккерман был уверен — этот сопляк справится. Не был он похож на того, кто сломается после того, как побывал во рту какого-то титана. Такой привычный отдаленный звук идущего гигантского тела и легкая вибрация земли отвлекли его от мыслей об этом странном Йегере, и он обернулся. Титан шагал неспешно, будто играясь, а у ног его неслись две лошади, и Леви разглядел перекошенные от страха лица солдат. — Черт, — ругнулся он себе под нос, разворачивая лошадь. — Всем оставаться в строю и продолжать двигаться к стене Роза! Я разберусь. Леви спешился, активируя УПМ и уносясь к титану, и в этот же момент Эрен, всхлипнув как-то особенно пронзительно, раскрыл глаза. Микаса, до этого напряженно следящая за тем, как капитан маневрирует за спину титана, ловко уклоняясь от его рук и приказывая что-то скачущим впереди солдатам, тут же перевела взгляд на Эрена. — Эрен, ты очнулся! Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Хочешь воды? — Йегер не ответил, слабо приподнимаясь на локтях и следя расфокусированным взглядом за битвой, разворачивающейся у них под носом. — Эрен?.. Титан внезапно развернулся, а капитана, не ожидавшего подобной прыти от гиганта, на автомате протащило несколько метров за трос, и Эрен стиснул кулаки, поглощенный внезапным страхом. А что, если капитан тоже умрет? Что, если он покинет его, Эрена, точно так же, как покинул его весь отряд специального назначения? Нет, так нельзя, он должен… Должен помочь, должен спасти капитана во что бы то ни стало! Йегер начал выбираться из-под одеяла, которым его укрыли, но запутался в складках и повалился плашмя на пол, застонав от боли в перемотанной бинтами голове. Микаса тут же подскочила со своего места, хватая его и пытаясь усадить. — Эрен, тебе нельзя подниматься! Травма головы слишком серьезная, чтобы так вскакивать с места! — Капитан… Должен помочь капитану Леви… — прошептал Эрен, отвлекаясь-таки от боя, к которому подключился еще один, неизвестно откуда взявшийся титан. Теперь Аккерман сновал между ними, пытаясь сделать так, чтобы ни один из них не достал скачущих между их ногами двух солдат. — Да что будет с этим капитаном! — повысила голос Микаса, надавливая на плечи Эрена и пытаясь его уложить. — Посмотри сам, он же уже разделался с титанами! А теперь, пожалуйста, ляг… Леви, действительно, только что перерубил шею второму титану и теперь что-то орал провинившимся солдатам, которые опустили головы, признавая их ошибку. Наконец, успокоившись, он вернулся к своей лошади, а затем повернулся к повозке, на которой ехал Эрен. — О, очнулся. Надо же, я думал, это займет куда больше времени, учитывая твои трав… Что ты делаешь? — Эрен! — вскричала Микаса, пытаясь поймать за руку внезапно подскочившего Йегера, но ее пальцы схватили только воздух. Эрен, пошатываясь, выпал из повозки прямо в протянутые в последний момент руки Аккермана, и изо всех сил прижался к его груди, громко дыша и всхлипывая. Леви замер, не в силах двигаться или дышать. Мальчишка… Так близко… — Капитан!!! Капитан, Вы живы, капитан Леви, я так испугался, что и Вы, Вы тоже меня покинете, как Петра, как Гюнтер, как… Капитан… Пожалуйста, капитан! — захлебывался словами Эрен, плача от облегчения, и только крепче сжимал в слабых кулаках форменную куртку Аккермана. У Леви не осталось слов. Он смотрел на Эрена, и его пальцы подрагивали. Этот мальчишка, что он себе позволяет!.. Прижиматься так к старшему по званию на глазах у всего разведкорпуса… Непростительный позор! Он обвел взглядом обалдевших солдат, особо останавливаясь на раскрытых в шоке голубых глазах Арлерта и поджатых губах недовольной Аккерман. Опустил глаза на все еще трясущегося в истерике Эрена, вздохнул, и, наконец, спустя, что казалось вечностью, секунду колебания, Леви прижал его к себе крепче, кладя ладонь на забинтованный затылок. — Угомонись, со мной все в порядке, как и всегда. — И, чуть помедлив, с какой-то теплотой в глазах добавил: — Сопляк.