Завтра будет лучше...

      Чимин всегда любил немного погрустить ночью. Ведь такое волшебное время и почему бы не впасть в философию. И хоть день и был вроде самый обычный, похож на кучу таких же, но будто именно сегодня что-то изменилось. И сидит он уже час и смотрит в окно на 43 этаже элитной высотки в Нью Йорке. И кажется, о чём ещё ему мечтать. У него же есть всё. Деньги, успех, любовь. А чего-то будто нет. Когда-то давно, в те времена, которые он не хотел бы вспоминать, он бросил всё там и поехал с Намджуном, в далёкую тогда страну. Там, в далёком месте, когда-то называемом домом, его никто не ждёт. И грустно порой так, что дышать невозможно. Но каждый раз, когда он вдруг застывает и думает об этом, каждый раз появляется Намджун, как солнце и разгоняет эти мрачные тучи в его душе. А сейчас… Сейчас он уже час пытается дозвониться, а там в трубке всё повторяют, что телефон недоступен. И в голове куча разных мыслей, вдруг что-то случилось? Руки начинают подрагивать. Для полной картины не хватает только дождя, но небо как назло и без облачка. Снова берет телефон в руки, набирая давно выученный номер наизусть, и снова абонент недоступен. От злости и волнения телефон летит на пол. Чимин лишь сильнее кутается в плед, будто прячась от всего мира и прокручивает в голове сегодняшний день. Утро начиналось совсем как обычно, такой же горький кофе, сладкая и так им любимая улыбка Намджуна, с его прекрасными ямочками на щеках, яркое солнце, лучи которого так нагло мешали спать, а сейчас крадутся по их кухне. Идиллия. Он как обычно проводил его на работу, поцеловал на прощание, и сам уехал на работу, в агентстве всё было готово к съёмкам и ждали только его. Да и в течение рабочего дня они часто присылали друг другу сообщения. И после 12 часов непрерывной работы, когда Чимин наконец то отправил Намджуну сообщение, что он освободился и едет домой, тот сообщил, что задержится ненадолго, но прошло уже слишком много времени с его «ненадолго» В какой-то момент Чимин, правда осознает, что довёл себя. Что всё, что долгое время держал в себе выйдет ему боком именно сегодня. Руки холодные как лёд, его знобит, и дышать тяжело, сердце бьётся быстро будто он бежал пару километров. Он понимает, что слишком близок к панической атаке. И ему становится ещё страшнее, они так долго боролись с ними, так долго боролись с тем, чтобы он мог спокойно разговаривать с посторонними людьми, чтобы не пугался резких движений. Намджун был рядом, держал его за руку и говорил что-то, что Чимин даже не вспомнит, но голос его всегда обволакивал и успокаивал. Он и сейчас пытается представить, что вот Намджун рядом, что держит его за руку и они вместе дышат под счёт. Чимин только сильнее зажмуривает глаза, но как назло память кидает только плохое. Вот он маленький и мама кричит на него, за что-то, что он не помнит. Вот спустя время, она бьёт его. А дальше отец. Его голос звенит в ушах. А вот тот день, когда он пришёл вместе с Намджуном, как со своей парой, он правда хочет забыть… Он очень хочет забыть, но не может. Даже спустя столько месяцев после, не может. Уши закладывает и он ничего не слышит, только тонет и тонет. Он уже и не понимает, где реальность, а где его старые воспоминания. Дышит слишком часто и поверхностно, слезы из глаз, и смотрит будто сквозь. Он не видит и не слышит, когда Намджун возвращается домой, не слышит, когда тот извиняется, что задержался, не слышит волнение в его голосе, когда он зовёт его. И только когда такие родные руки опускаются на его щеки, поворачивают к себе и заставляют смотреть, он немного приходит в себя. Намджун кажется очень напуган, и пусть они давно научились справляться, но всё ещё сложно, всё ещё страшно видеть как человек, которого ты любишь так ломается. А Чимин ломается, снова и снова. Он хватается за его руки, он шепчет что-то, что сложно понять. А Намджун всё просит, повторяет и заставляет дышать, смотреть на него и дышать. И это помогает, не сразу, но помогает. И всё ещё тресет, и всё ещё страшно, но когда он рядом, Чимин живёт, он знает, что не один и никогда не будет один. И его отпускает, постепенно дыхание становится ровным, руки теплеют и его не трясет. Он немного шмыгает носом, но он снова с ним. Намджун лишь прижимает его к себе и тихим голосом шепчет -Я здесь. Чувствуешь, я здесь. Это я. Реальный и живой. Всё хорошо, я рядом. Всё закончилось, это только в твоей голове. Всё прошло… Всё прошло… И Чимин ему верит, лишь сильнее обнимает и больше не плачет. Сколько бы он не лечился, скольких бы специалистов не посетил, оно возвращается снова и снова. И пусть сейчас спустя время, всё происходит реже, но они надеются, что однажды это пройдёт. Чимин наконец успокаивается полностью, отпускает объятия и просто берет Намджуна за руку. Ему нужно его чувствовать. -Я звонил тебе, но ты не отвечал. И волнение оно как-то само, а потом я не смог и всё вот снова. Мне жаль… Я. Я знаю, тебе сложно так жить. Я просто. Всё было хорошо. Съёмки были успешными, но оно снова. Прости.- тихо шепчет Чимин. Ему правда стыдно перед Намджуном. -Никогда. Слышишь, никогда не проси прощения за то, что ты чувствуешь. Это всё не ты. Это твоя болезнь. Она заставляет тебя страдать, она убивает тебя. А мы вместе пытаемся её победить. Я просто испугался, ведь такого давно не было. Но всё хорошо, я рядом с тобой. Теперь всё хорошо. — Намджун вновь обнимает Чимина. Гладит его рукой по спине и немного закрывает глаза, слушая его дыхание. И пусть Чимин больше не плачет и дышит ровно, они оба знают, что однажды им придётся пройти это снова и ещё много раз. Но это пройдёт, Чимин начнёт дышать спокойно, Намджун перестанет вздрагивать и прислушиваться к спящему, это пройдёт однажды. Они есть друг у друга, есть их любовь проверенная временем и испытаниями судьбы. Есть вчера, сегодня и завтра. И они оба знают, что завтра будет лучше…