Окно

Поздний зимний вечер. Хотя правильнее будет сказать, что уже наступила ночь, но сейчас это не столь важно. За окном идёт снег. Крупные белые хлопья разнообразных причудливых форм кружат в плавном танце, неспешно опускаясь на бренную землю, тем самым ещё больше увеличивая сугробы, что и так завалили улицы Самары. Температура за окном примерно минус двадцать или около того, но и это не столь важно. Подобная холодрыга ничуть не смущает молодого человека, стоящего у открытого на растопашку окна. Сигарета в его руках давно истлела, в очередной раз обжигая длинные тонкие пальцы. Пимп всегда любил курить у раскрытого окна в любое время суток и любое время года, при любой погоде и в любом состоянии. А ещё он любил порой высунуться из окна едва ли не полностью и подолгу глядеть вниз, прикидывая расстояние до земли и примерное время падения. Бывало, что неравнодушные и перепуганные люди, увидев его вызывали МЧС, дабы спасти «бедного парнишку от совершения глупости», а потом Стасу приходилось подолгу объясняться, что он вовсе не какой-то там ёбаный суицидник, который романтизирует смерть. Просто он самый обыкновенный парень, просто со своими тараканами в голове. Только Конченкова вымораживало до трясучки то, что ему почему-то никто не верил. Все как один говорили, что он несёт полный бред и пора бы сходить к врачу, а не пугать несчастных прохожих. Стас всегда был себе на уме, можно сказать немного отличался от остальных. Он понял это ещё с раннего детства, но не стал притворяться частью серой массы, просто был самим собой. Его друзья, те что самые близкие в его жизни люди, те, что прошли с ним огонь и воду, улицы и дворовые драки плечом к плечу, всегда готовы поддержать своего братишку, даже если совсем не понимают его закидонов и не могут дать объяснение некоторым его действиям. Не смотря на это всё они до сих пор рядом, они его настоящие друзья, но при этом они достаточно быстро бросили затею узнать то, что творится в его башке, добро посмеиваясь и говоря незнающим, что Стас просто всегда на своей волне и не стоит заморачиваться. Но... Всегда, везде и во всём есть какое-то ебучее «НО»! Вот только порой оно вовсе не ебучее, а просто ахуенное, как Стас узнал на своём опыте. Это самое «НО» может быть крохотным и незначительным, а может быть настолько невьебенно огромным и способным перевернуть всю жизнь вверх дном, что ты ты даже охереть от этого не успеешь! Конченков пока не решил какое «НО» именно у него... Хотя наверное нет, всё таки определился, причём ещё очень давно. Игорь... Игорь, мать его, Лавров! Отнюдь не маленькое во всех смыслах «НО»! От мыслей об этом упрямом, целеустремлённом и просто ахуенном человеке, губы у Стаса сами растягиваются в улыбке. Босс тоже любил курить у окна, вот только в отличии от неугомонного Сутенёра, что так и норовит высунуться наружу подышать, он предпочитал немного приоткрыть форточку и любоваться видом из-за стекла и не важно, что окно выходит на ближайшую помойку, где можно застать что-нибудь интересное или даже неожиданное. Как говорится: во всём ищи свои плюсы, можно хотя бы посмотреть на драку бомжей и поржать, а может даже ставки сделать. Но так было раньше, а сейчас Игорь тоже предпочитает курить у открытого окна, предварительно замотавшись в громадный, как и он сам, плед. Величайший был единственным человеком, который до сих пор пытался хоть в какой-то мере понять Стаса. Пытается и по сей день с момента их знакомства... И в отличие от всех остальных он в этом преуспевает как никто другой,. порой тем самым озадачивая самого Пимпа. В самом начале Конченкова это порядком озадачивало, он терялся в догадках о том, на кой черт тому это сдалось. На этот вопрос никто не мог дать ответа, даже сам Лавров. Как-то раз, очень очень давно, он признался что просто ничего не может с собой поделать и это происходит само собой. И вновь от мыслей об этой шпале, которая в случае чего может и вьебать хорошенечко, но предпочитает решать проблемы дипломатией, с едва не синих губ сорвался непроизвольный смешок. Парень склонил голову на бок и наклонился чуть вперёд, глядя на обледеневший асфальт. Седьмой этаж... Там, внизу, не было ни души, в такую холодрыгу все попрятались по своим домам. Во дворе стояла полная тишина. А потом послышался тихий мат, в ночной тишине его было хорошо слышно, хоть и не разборчиво. Спрашивается, кому вообще приспичило морозить свою жопу ночью на холоде? Конечно же тому самому «НО» в жизни Стаса. Игорь возвращается со съёмок. Босс наверняка до безумия уставший и голодный, и ему сейчас вообще нахуй ничего не надо, но вопреки этому в его руках можно разглядеть пакет. Небольшая маечка полная продуктов из ближайшего круглосуточного ларька, где цены завышены до непозволения по пидорски. Лавров слишком много знает о закидонах Стаса, помнит, что если сам ушёл с утра на съёмки, то сутенёр вряд-ли вообще высунется по доброй воле на улицу, даже если желудок будет подавать сигналы SOS. Уже почти у подъезда Игорь задирает голову вверх, чуть левее козырька и они встречаются взглядами. Ночную тишину вновь прорезает уже более громкая ругань и тихий задыхающийся смех. Величайший спешит в подъезд в то время как его напарник спешит закрыть окно, Игорь вновь будет ещё полчаса пиздеть на него за то, что он устроил в доме «Ледниковый период». И возможно будет даже самую малость прав. Только сейчас Пимп понимает, что его кожа занемела, а синеватые пальцы с трудом слушаются хозяина. Знакомые, но уже позабытые ощущение. Игорь обычно не позволяет ему так долго торчать у раскрытого окна, а если и дозволяет, то только укутав его в свой плед и прижав к своему горячему телу. Чёртов Лавров слишком горячий, во всех смыслах этого слова. Не проходит и пары минут как Конченков слышит звук ключа вставленного в замочную скважину и последующий щелчок после поворота. Игорь наконец дома. Раскарневшееся от холода щеки и нос кажутся такими нелепыми, но в то же время родными. Не хватает белой бороды Деда Мороза вот честно слово!. Сразу вспоминаются времена когда они ещё учась в универе, могли собраться с пацанами тусить возле теплотрасс. Ещё тогда Сутенёра привлёк этот потрясающий человек, тем, что заинтересовался им самим. Кто же знал, что эти двое через несколько лет станут настолько близки и будут с превеликим удовольствием делиться своими головными тараканами? Пожалуй только Дима. Шутник ёбаный, дошутился! Не успел Лавров скинуть с себя заснеженную куртку, как уже морщится от кружащего вокруг холода. А Стасу хоть бы хны. Вон, стоит в одних трусах прислонившись костлявым плечом к дверному косяку и следит неотрывно, подобно удаву на охоте. Лыбится до невозможного довольно, не прикрывая свой слегка вздёрнутый клык, а в карих глазах смешинка и безграничное тепло. И Игорь просто не может не ответить. Губы сами растягиваются в широкой и счастливой улыбке, глаза дарят ответный тёплый огонь, не смотря на свой холодный цвет. – Глист хладнокровный! – наигранное возмущение такое родное и теплое, что Стас согревает лишь от этого. Сейчас Босс скинет с себя зимние кроссы, дабы не марать пол, и заключит Пимпа в обжигающие объятья, что сравнимы пожалуй с хваткой медведя. Такие моменты ещё одна причина по которой он готов подолгу морозить свою задницу у раскрытого окна в любое время года, суток, при любой погоде и в любом состоянии, в независимости от своих головных тараканов. Знает, что Игорь всегда будет рядом, не позволяя окоченеть на смерть, а в случае чего отогреет.