Мелодия, связавшая судьбы

      После непростой миссии по спасению Феликса, с которым, кстати, друзей Эдриана так и не познакомили, ведь парень вернулся на родину в Англию, в Париже стало чуть-чуть поспокойней. Бражник будто ушёл в тень, позволив молодым героям взять перерыв, занявшись налаживанием своей личной жизни.

Школа. Перемена

— Алекс…? — удивилась Хлоя, с которой та весело разговаривала. Певица пристально смотрела на понурого Агреста, витая где-то в своих мыслях. — Хлоя, прости, я ненадолго отойду, — быстро кивнув ей в знак извинения, девушка спешным шагом направилась за блондином, понимая, что у того вновь что-то случилось дома. Её терзали мысли о том, что сказанные на крыше слова произвели слишком плачевный эффект, погрузив Эдриана в неутолимую грусть. Возможно он даже сам отыскал подтверждения её громкой теории, однако девушка не могла спросить напрямую. Её тайна личности была слишком важна, чтобы так ей пренебрегать. — Что это с Алекс…? — спросила Аля, заметив выбежавшую вслед за Эдрианом подругу. Сидящая рядом Маринетт лишь пожала плечами, про себя подумав, что те уж слишком близки. В душе начало разгораться неприятное чувство ревности но девушка умело его потушила, напомнив себе о том, насколько же сильно Алекс дорожит Лукой. — Эдриан… Эдриан! — фыркнула Квинс, схватив задумавшегося парня за руку. Тот испуганно на неё посмотрел, позволяя удостовериться в тяжких мыслях. — Идём, — вздохнула девушка, утащив растерянного друга в класс музыки, что находился неподалёку. — М? — оживился проходящий мимо Лука, заметивший эту странную картину. «Неужели с Эдрианом что-то случилось?» — подумал Куффен, даже не дав мысли об измене зародиться в его голове. Ведь он знал, если Алекс и предпочтёт ему другого, честно скажет об этом в лицо, а не прибегнет к столь глупому обману. Зайдя в класс парочка удостоверилась, что здесь никого нет, и они могут поговорить с глазу на глаз. — Ну, что случилось? — спросила Квинс, заглядывая в грустные зелёные глаза. — Я же вижу, что что-то не так. Эдриан молчал, будто собираясь с мыслями. — Эд… Если ты не скажешь, я не смогу тебе помочь. — Эд…? — тот тихо посмеялся, сам не заметив, как на лице воцарилась забавная улыбка. — Ну, у нас почти у всех есть сокращённые имена: Ал, Лу, Мари, Лика… Подумала, что и тебе оно не помешает. Он посмеялся, покачав светлой головой. — Хех, мне даже нравится… Алекс взяла стул, развернула его спинкой вперёд и опустилась напротив друга, что умостился на парте, заглядывая в его светлеющие добротой глаза. — Ну, так что стряслось, принц ты наш ненаглядный? Тот посмурнел, но уже охотней заговорил, зная, что Алекс не отстанет, да и ему будет полезно с кем-то разделить эту ношу. — Натали, похоже, серьёзно заболела… — Что сказала мама? — нахмурилась Алекс, немного задетая тем, что мама ей не рассказала столь важную новость. — Проблемы с опорно-двигательной системой… У неё отмирают стволовые ткани, что приводит к малоподвижности и всевозможным другим нарушениям. Сейчас Натали практически не может самостоятельно подняться с кровати. С каждым словом он говорил всё растерянней, а в самом конце его голос дрогнул, выдав ту боль, что копилась в сердце всё это время. Алекс понимала, как ему больно, однако вынуждала себя сохранять спокойствие, дабы помочь другу. Запаникуй она также, как и он, ничем бы ему не помогла, лишь только бы породила больше сомнений. — Чем вызвано заболевание? — Не знаю… — ответил понурый Агрест, не поднимая глаз. — Госпожа Милиана провела довольно много анализов, но так ничего и не нашла. — Патология? — Не знаю… — Что говорит твой отец? — поинтересовалась Алекс, нехотя накладывая новую информацию на старые знания, всё ещё подозревая парочку в нечестивости. — Что это он виноват… Загрузил Натали до такой степени, что та заболела… А сейчас практически каждый день дежурит у её кровати. Алекс молчала, задумчиво смотря куда-то вдаль, в то время как понурый Эдриан боролся с желание горько расплакаться. Он должен был выдержать и эту ненасть, как должно любому герою, но всё же он всё ещё был нежным подростком, с впечатлительной нервной системой. — Уверена, господин Габриэль не позволит случиться худшему. Но Эдриан не ответил, путаясь в двояких мыслях. После недавних слов Волка он действительно начал подозревать отца в чём-то секретном: история с книгой, заседания в кабинете, куда он никого кроме Натали не пускает, подозрительные стечения обстоятельств, когда аккуманизировались близкие Эдриану люди. Единственное что останавливало Агреста от осознания истины — превращения самого Габриэля и попытки злодея убить его. Всё же он не мог поверить, что Бражник может пойти на такой шаг, поставив свою безопасность под угрозу. Да и как он мог аккуманизировать самого себя, при этом не теряя контроль над жертвой? — Кстати, Нино обмолвился, что к тебе приезжал двоюродный брат… — А, ты про Феликса… — Вроде его звали именно так. — Ты прости за тот случай… Не знаю, что на него нашло. — Брось, я сразу поняла, что что-то не так. Ты ведь не мог сказать нам что-то подобное. Эдриан наконец-то улыбнулся, почувствовав приятное тепло на душе. — Ал… — прошептал он, не поднимая глаз. — М? — Я так рад, что у меня наконец-то появились друзья, на которых я могу положиться. Я даже представить не мог, как ценно иметь столь близких людей. Девушка молчала, однако не могла сдержать улыбки, самовольно воцарившейся на лице. — Понимаю. Сама лишь недавно поняла, как же мне повезло с вами. — Хех, мы с тобой и правда очень похожи, Алекс. Судя по голосу, ему становилось всё лучше и лучше, что безмерно радовало Квинс. — Есть такое, — хохотнула девушка, расслабленно облокотившись о заведённые назад руки, смотря куда-то в потолок. — А ведь я всегда мечтала о старшем брате, что будет меня защищать. — Правда? — удивился оживившийся Агрест, не скрывая задорной улыбки. Грусть его наконец отпустила, уступив место любопытству и озорству. — Ага, мама не даст соврать, — хихикнула Квинс, прикрывая глаза. — В детстве я её замучила просьбами завести брата. И хоть она пыталась объяснить, что подобное практически невозможно, я продолжала канючить. — Бедная госпожа Милиана. — Да ладно сразу бедная, — наигранно фыркнула Алекс, состроив бровки домиком. — Она радоваться должна, что у неё появилось такое вот «солнышко». Эдриан громко расхохотался, держась за живот. Завидев его реакцию, Алекс наконец смогла расслабиться, поняв, что друг вернул себе привычную уверенность и веселость. — А я всегда мечтал о младшей сестре, — протянул улыбающийся блондин, глянув на подругу. — Думал, как бы классно было бы наряжать её, заплетать волосы и играть в куклы, слышать громкий смех и укрывать её шалости от родителей. — Уверена, ты бы был хорошим старшим братом, — с нежной улыбкой призналась Алекс, заглядывая в посветлевшие зелёные глаза. — А ты прекрасной младшей сестрой. Они засмеялись, даже не замечая присутствия постороннего человека, что за ними нехотя наблюдает. — Маринетт? — насторожился подошедший к классу Лука, распереживавшись за друга. Стоящая у дверей класса девушка, пытающаяся разглядеть что-то в небольшую щель, аж подпрыгнула на месте, тихо вскрикнув. — Лука? Ч-что ты тут делаешь? — Пришёл проведать Эдриана… Мне показалось, что сегодня он какой-то растерянный. — А, вот оно как… Ты, как обычно, очень внимателен к окружающим, — она попыталась соскочить с темы, дабы отвести от своего подозрительного поведения внимание, но с Лукой подобные фокусы не проходили. — Как я понимаю, ты здесь за тем же? — Я-я… Ну… Я… — Маринетт, если тебя что-то беспокоит — скажи, — уверенным, даже настойчивым тоном сказал Куффен, смотря в растерянные голубые глаза. Чен замялась, потупив взгляд в пол, словно провинившийся ребёнок, позволив Луке понять, что мысли у неё пробежали весьма недобрые. — Я… Просто захотела узнать, о чём они вдвоём будут говорить… — честно высказалась та, не поднимая на Луку глаз. — Подумала, что Алекс слишком уж близка с Эдрианом? — без тени стеснения произнёс музыкант, встревожив этим подругу. — Лука, я не имела ничего такого в виду…! — Я не сомневаюсь в верности Алекс, — уверенно произнёс Лука, заставив Маринетт ещё сильней сожалеть о содеянном. — Но… Как ты себя в этом убеждаешь…? — спросила занервничавшая кутюрье, вновь опуская взгляд. — А мне и не приходится, — улыбнулся Лука, пожав плечами. — Ведь я знаю, что мне она позволяет куда больше, чем кому-либо из вас. Ну и некогда доверенные секреты помогают побороть редкие порывы ревности. — Так ты всё же ревнуешь её? — всполошилась Дюпен-Чен, представляя отношения парочки совсем иным. Можно сказать идеальными. — Алекс входит в ту касту людей, что практически постоянно находятся в центре внимания. Само собой я нехотя ревную её к людям, к которым она проявляет особую симпатию, но, как и говорил, мне хватает уверенности на то, чтобы понять, что никто кроме меня ей больше не нужен. Повисла тишина. Давящая. Заставляющая задаться очень неприятными вопросами. Маринетт буквально разрывала себя по кусочкам, пытаясь понять, а хватает ли ей уверенности? Где её взять? И как преодолеть эту невзгоду? Девушка с каждой секундой осознавала, что всё это время вела себя настолько мелочно и глупо. Ревновала Эдриана к каждой встречной, при этом даже не думая заявить ему о своих чувствах, поступая тем самым ужасно нагло. Даже Хлоя, что некогда имела привычку врать об их с Эдрианом отношениях, на фоне неё смотрела куда более незначительной и в какой-то мере даже правильной, ведь открыто проявляла к парню чувства. Да, пусть она не давала ему выбора, но при этом ни к чему и не обязывала, оставляя всю активность лишь на своей стороне, не требуя ответа. А после её «перемены» Буржуа и вовсе прекратила подобные игры, ступив на новую ступеньку жизни. И вот она — Маринетт Дюпен Чен, что всё топчется на одном месте, не способная быть честно даже сама с собой. Ну не глупость ли? — Лука… Я… Я такой отвратительный человек… — на глазах наворачивались слёзы, которые та пыталась всячески сдержать, да не могла, готовая разреветься прямо в коридоре. — Ты не отвратительный человек, — ответил вдумчивый голос, после чего на голову девушки опустилась худощавая рука. — Просто ты сама не понимаешь, чего хочешь. Подняв на друга заплаканный взгляд, Маринетт не могла понять, почему услышала именно это. Она была готова к осуждению, порицанию, сочувствию и даже отрицанию, но никак не к этому. Она ведь прекрасно понимала, чего хочет: защитить город и стать девушкой Эдриана. Но… Вдруг то были лишь некие мечты. Странные грёзы, навеянные обществом, а может и каким-то пакостным нутром? Чего же на самом деле она хочет? К чему стремиться? Чего желает? — Будь смелей в своих желаниях, Маринетт, и, поверь, ты добьёшься своего, — сказав это, Лука направился к классу, понимая, что сделал то, что должен был. — Лука…

Пару дней спустя. Дом Маринетт

— Маринетт, ты в последнее время сама не своя, — фырчала Тикки, витая вокруг девушки, словно надоедливая букашка. — Неужели это из-за слов Луки? Лежащая на кровати Чен, прикрывающая рукой лицо, лишь тихо мычала, не обращая внимание на шаловливых квами. Её распирало от презрения к себе. От ненависти к тому, как себя вела с остальными, а в особенности с Лукой и Эдрианом. Раньше ей бы даже в голову не пришла мысль о том, что своей неуверенностью она делает кому-то невероятно больно, но сейчас, увидев всё в иной перспективе, будто заново родилась. Ей хотелось исчезнуть, скрыться ото всех в плотной оболочке и больше никогда не появляться на свет, но она взяла на себя слишком много, чтобы так нагло оставить мир. — Тикки, я такая дура… Но малышка не смогла ответить, вместе с остальными поспешив спрятаться в игрушечный домик, служащий им кровом. — Дорогая, — раздался внизу добродушный голос миссис Дюпен-Чен, заставив дочку привстать на кровати. — К тебе тут пришли…! — А? В это же мгновение из приоткрывшегося люка показалась улыбающаяся голова Алекс, немного напугавшая Маринетт. — Приветики, — хохотнула та, вольно войдя в чужую спальню. — А я в гости. — А-алекс…? — Маринетт соскочила с кровати, метнувшись к подруге, боясь, что та увидит кого-то из малышей. — К-какими судьбами? Та даже глазом не повела, когда-то самолично доверив Чен шкатулку Чудес, ни о чём не жалея. — Мне нельзя навестить близкую подругу? — Можно, просто… — Расслабься, я ведь не злодейка какая-нибудь? — она громко хохотнула, присев на софу. — Не говори глупостей… — Маринетт, в свойственной себе манере, замельтешила, бегая из угла в угол, создавая видимость работы. И любого другого человека это бы быстро начало раздражать, но Алекс уже настолько преисполнилась этим человеком, что осталась удивительно спокойна. — Так ты просто решила заглянуть? — Мама попросила сделать заказ на день медика, ну и госпожа Чен любезно предложила заглянуть к тебе. Как видишь, отказывать я не стала. В кой-то веки на лице Маринетт расцвела благодарная улыбка, способствующая поднятию настроения. — Ну что, опять тут по Эдриану убивалась? — Алекс оглядела комнату, задержав взгляд на знаменитой заставке компьютера, что походила на коллаж душевно-больного человека. — Я… — она опустила глаза, даже не пытаясь как-то защититься. — Алекс… Я правда эгоистка? Будто провинившийся ребёнок, она стояла перед нахмурившейся Квинс, не зная куда себя девать. Хотелось расплакаться, да слёзы будто иссякли. Оставалось лишь молча стоять, надеясь на поддержку и страшась очередного выговора. — Лука явно переборщил с советами, — вздохнула Алекс, поднявшись с софы. Маринетт резко подняла взгляд, не думая, что та знала про её присутствие рядом с музыкальным классом. — Алекс ты…? — Я знала, что ты была там, — спокойно ответила брюнетка, обняв подругу, надеясь её этим хоть немного успокоить. — Удивилась, если бы ты не пришла. — Но Ал… — прошептала Маринетт, укладывая голову у неё на плече. — Разве ты меня не ненавидишь? — Что ты опять себе там успела напридумывать? — нахмурилась певица, не скупясь на фырканья и вздохи. — Какая же всё-таки у тебя безбожно бурная фантазия, Мари. Это пугает. — Но я серьёзно! — насупилась Чен, оторвавшись от той, дабы заглянуть в синие глаза. — Ведь если бы я не трусила и сразу призналась Эдриану, то вы бы с Лукой сошлись куда раньше…! Я всё только порчу… Ей тут же прилетел болезненный удар головой по лбу, заставив в голубых глазах просиять нескольким ярким звёздочкам. — Ой… Сириус… — протянула Маринетт, указывая куда-то в воздух. Алекс, подхватив её под руки, усадила на софу, проверяя, чтобы та не слишком сильно ранилась. — Ал… Ну зачем же головой…? — простонала Маринетт, более менее придя в себя. — Мудрость передаю, — вздохнула та, протягивая ей стакан с водой. — Да и если тебе хорошенько по башке не дать, не поймёшь. Вы с Хлоей в этом плане весьма похожи. От сравнения с Буржуа Маринетт стало смешно, однако стоило ей тихо посмеяться, тут же раззадорилась мигрень. — Ой-ой-ой… — Иди сюда, — она присела рядом, укрывая краснеющий лоб ладонью. — Алекс… — протянула та, широко раскрыв глаза. — У тебя такие холодные руки… — Правда? Вот свезло, — хохотнула она, продолжая делать импровизированный компресс. Они притихли, думая каждая о чём-то своём, даже не подозревая, что мыслят в схожем ключе. — Мари… — тихо протянула Алекс, отрывая всё ещё холодные ладонь от поутихшего лба. — Д-да…? — Знаешь, на моей родине есть фраза: «История не знает сослагательного наклонения». Заслышав плохо знакомые слова, звучащие весьма заумно, Чен покривила лицом, давая понять, что ей требуется объяснение. — Она означает, что нет смысла гадать о том, что уже произошло. Сделанного не воротишь, ведь мы не обладаем способностью отматывать время назад. «Ну… Лука, к примеру, может… Или Аликс… Их силы ведь могут повелевать временем…» — подумала Маринетт, но осталась безмолвной. — Поэтому не ругай себя почём зря. Мы не всеведающие, далёкие от идеала крохотные людишки на огромной планете. Не мудрено, что каждый из нас совершает ошибки, причиняет кому-то вред, специально или же нет, но главное — продолжать жить, не зацикливаясь на каком-то определённом моменте. Маринетт молча слушала подругу, преисполняясь её мудростью и спокойствием, далёком от привычного поведения Чен. Будто зеркало, она пыталась походить на неё: всю такую уверенную, сильную и смелую, забывая, что имеет все эти качества, однако открывает их миру лишь надев маску. В это же время, Алекс скрывая за маской ту амазонку, которую все так уважают, становится опасной тёмной лошадкой, скрывающейся во тьме. Той, которую никто не знает, но так желает узнать. Той, о которой ходит неимоверное количество самых разнообразных слухов. Той, что позволяет своей тьме выйти наружу, но играть во благо, а не ради хаоса. В личине Волка Алекс не стремилась к тому прекрасному образу, что показала обществу. Нет. В мире героев она была вольна делать куда больше, чем дозволено в обычном мире. Скорее всего эта черта объединяла их с Эдрианом, ведь тот, под личиной Кота, позволяя сбросить груз ответственности, отворив все замки тяжёлых ставней. Однако, несмотря на скрытность, ребята имели куда больше общего, чем думали. И осведомлённость Алекс о личностях друзей, помогала избежать огромных конфликтов. Будь всё иначе, кто-то из них давно бы перешёл на сторону тьмы, погрузив небосклон в вечную тьму. — И всё же… Я причинила тебе боль, — с грустью в голосе прошептала Маринетт, обнимая подругу, словно брошенный котёнок. — И мне так стыдно… Алекс, словно заботливая мама, начала поглаживать ту по голове, нежно улыбаясь. — Уверена, мои близкие отношения с Эдрианом тоже не отозвались у тебя в сердце приятными чувствами. Та замялась, нехотя сжав кулак от волнения. — Прости… — Не извиняйся, я всё понимаю. Однако, ему нужна была помощь, и я не могла оставаться в стороне. — А я даже не попыталась что-то сделать… — Тебе всё же нужно ему признаться, Мари, — Алекс вздохнула, взглянув на сгорбившуюся подругу, которой явно претила эта новость. — Как бы страшно это не казалось. — Но… Что, если он мне откажет? Я даже не знаю, что со мной будет… — И опять ты ставишь свои интересы выше остальных, — вздохнула Квинс, покачав головой. — Поверь, Маринетт, он будет круглым идиотом, если откажет тебе. Всё же вы ещё та парочка, которой никто иной не подойдёт. — Ты правда так думаешь? — всполошилась Чен, аж выпрямившись, точно суслик. — Не я одна… Впрочем, не столь важно. Та зарумянилась, словно вкусный пирожочек, еле сдерживая тихий писк. — Но… Как мне ему признаться? Как подгадать время? У него ведь такое плотное расписание! — она вскочила на ноги, начав расхаживать по комнате туда сюда, ероша волосы. Алекс несколько минут наблюдала за этими потугами, выслушивая самые бредовые планы по выуживанию Агреста, после чего молча достала телефон, набрала нужный номер и приложила аппарат к уху, точно бизнес-вумен. Пара гудков и знакомый щелчок: — Натали Санкер, слушаю. — Натали, здравствуйте, простите, что отвлекаю вас, — бесстрашно говорила Алекс, с лёгкой улыбочкой поглядывая на паникующую Маринетт. Заслышав знакомое имя, она бросилась к ногам Квинс, надеясь её остановить, но было уже поздно, помощница Габриэля взяла трубку. — Але-екс… Что ты творишь…? — шипела та, но подруга даже не думала слушать. — Алекс? Что-то случилось? Если хочешь узнать где сейчас леди Квинс, то она недавно покинула особняк. — Благодарю за беспокойство, но сейчас я звоню по иному вопросу. Госпожа Натали, мне бы хотелось попросить у вас об одной услуге. Судя по сдержанному молчанию, Санкер думала, будучи всё же куда более хладнокровной женщиной, чем, скажем, миссис Чен. — Для начала я бы хотела выслушать просьбу. — Конечно. Видите ли, завтра мы с ребятами хотели задержаться после школы, дабы обсудить общий проект ко дню рождения Академии. А если мне не изменяет память, завтра у Эдриана китайский, и он не сможет остаться… — Как я понимаю, ты хочешь, чтобы я передвинула урок, дабы Эдриан смог недолго провести время с друзьями. — Вы как обычно невероятно догадливы. Понимаю, образование Эдриана стоит для вас на первом месте, однако в последние дни он выглядит весьма подавленным, и я подумала, что было бы неплохо, проведи он с нами чуть больше времени. Уверена, ему это пойдёт лишь на пользу. Санкер вновь смолкла, видимо взвешивая все «за» и «против». — Что ж… В твоих словах есть зерно истины, Алекс. Я поговорю с месье Агрестом, однако обещать ничего не могу. Последнее слово всё равно за ним. — Я буду премного благодарна даже за это, — промурлыкала Алекс, поспешно завершив звонок, упомянув о том, что не хочет понапрасну тратить время Натали, на последок попросив её больше отдыхать, чтобы скорее прийти в чувства. — Вуаля! Алекс довольно улыбалась, зная, что если Натали не дала ей отворот-поворот, значит вероятность осуществления плана весьма высока. — Не благодари. — Алекс…! — зарычала испуганная Маринетт, хватая ту за плечи. — Ты что сделала?! — Ты разве не слышала? Договорилась о вашей завтрашней встрече… — Именно! Завтра?! Уже завтра?! — А ты хотела в следующей году? — фыркнула северянка, состроив бровки домиком. — Уж прости, но ни я, ни тем более Эдриан так долго ждать не будем. — Да как я вообще признаюсь?! Я столько времени не могла, а тут у меня просто нет выбора! — Ну, ты, конечно, можешь как обычно сбежать… Но учти, лучше возможности ты не найдёшь. — Тогда ты мне поможешь! — фыркнула Маринетт, наконец приобретя свойственный Леди Баг боевой взгляд. — Да без проблем, — хмыкнула Квинс, шалостливо улыбаясь.