Драконы

— У тебя есть внебрачный сын? — спросил Том, указывая на пятилетнего ребëнка, что повис на его ноге. Ребëнок в это время лишь с интересом рассматривал ну очень высокого человека, который так внезапно появился в доме дяди Севы. Снейп же уже пожалел о том, что оставил мелкого Поттера одного на эти два часа…       Северусу приходилось часто приглядывать за ребёнком Поттеров: те слишком часто любили уезжать и путешествовать по миру. Конечно же, в такие путешествия ты никак не можешь взять маленького ребëнка. С Блэком Гарри не оставляли после того, как два года назад Сириус потерял Гарри в доме на Гриммо. Регулусу тогда долго пришлось успокаивать брата и искать место, куда умудрился спрятаться трëхлетний ребëнок. С тех пор Лили доверяла своего сына только Северусу, в его ответственности она была уверена наверняка. И вот Гарри уже пять лет, и в очередной раз Поттеры благополучно скинули заботу о ребëнке на Северуса. Снейп не отдыхал от детей даже летом. Как бы его это не печалило и как бы он не ругался на Гарри, зельевар действительно любил мальчика и воспринимал его как младшего брата, за которым время от времени ему надо смотреть. И этот случай не отличался от остальных, только вот маленький Поттер в последнее время увлëкся рисованием, чем часто доставал Снейпа (ну, он уже привык). Ничего не предвещало беды ровно до того времени, как в отсутствие Северуса, к нему домой пришëл Тëмный Лорд, дракловый Тëмный Лорд, и Гарри сейчас прицепился к его ноге… — О, Мерлин всемогущий, — пробормотал, а после прокашлялся. — Милорд, рад вас видеть, — Том улыбнулся, ему льстило подобное обращение, напоминало о временах, когда он действительно был «Милордом», о временах, когда он ещë не ушëл в политику. — Северус, к чему все эти обращения? Я уже давно ни «Милорд», — Северус кивнул и наконец вновь обратил внимание на Гарри. — Гарри, не вежливо бросаться на людей, ты останешься сегодня без сладкого, — Поттер надул щëки и спрятался за ногой Реддла. — Дядя Сев, только посмотри, какой он высокий! — радостно воскликнул Гарри, Снейп тяжело вздохнул. У него скоро седые волосы от этого ребëнка появятся. — «Дядя Сев», значит, — усмехнулся «не Тëмный Лорд». — Забавный ребëнок. Сколько ему? Три? — Гарри сильнее сжал ногу Реддла, думая, что так причиняет ему дискомфорт. — Мне пять! — Гарри действительно был маловат для своего возраста, и ему очень не нравилось, когда кто-то заострял на этом внимание. — Очаровательно, — сказал Реддл, Северус вновь тяжело вздохнул и присел на корточки: пора было отдирать Поттера от Тома. — Всë, Гарри, взрослым надо поговорить наедине. Если ты сейчас пойдëшь в свою комнату, обещаю, что мы позже порисуем вместе, — Том вновь усмехнулся. Гарри на удивление отцепился. — Дядя Том тоже будет с нами? Я уже на нëм порисовал! — с гордостью сказал ребëнок и потянулся к руке Реддла, который в это время старался просто не смеяться. Пожалуй, он не ожидал наткнуться в доме Северуса на ребëнка, тем более на ребëнка, который, зная, кто он, спокойно решил порисовать на нëм своими фломастерами. Снейп поднял голову к руке Реддла, и, о Мерлин, на ней красовался анатомически неправильный, но весьма неплохой дракон. Северус опустил голову к светящемуся от счастья Гарри — тот явно был горд своей работой. — Простите, мистер Реддл, Гарри слишком сильно любит драконов, эти фломастеры легко смыть водой, — Северус был очень рад, что купил Поттеру именно такие маркеры. — В этом нет необходимости, я и так прождал тебя слишком долго, — Том взмахнул чистой рукой, и дракон тут же исчез. Гарри был явно этим не доволен. Снейп уже представлял, как ему придётся успокаивать ребëнка после разговора с (бывшим) Тëмным Лордом.

***

      Пожалуй, Северус запомнит тот день на всю жизнь: это ведь надо было так попасть! Зельевар боялся не столько за себя и за то, «почему Лорд вдруг решил прийти к нему домой лично?», а за то, что Гарри провëл с ним какое-то время. О, Мерлин, узнала бы об этом Лили, и от Снейпа и лужицы бы не осталось. Северусу до сих пор страшно думать о том, что бы случилось с младшим Поттером, если бы Тëмный Лорд не посчитал его забавным. Пожалуй, он точно не хотел об этом думать. И уж тем более он не предполагал, что такая ситуация когда-либо повторится, пусть Реддл и заглядывал периодически к нему за советом по зельям или, Мерлин, чтобы пожаловаться на неумех работающих в Министерстве, Гарри никогда больше не встречался с ним. До этого момента...       Поттеры опять доверили ему присматривать за Гарри. Пожалуй, с годами это становилось всë труднее и труднее. Нет, Северуса особо не волновала беспечность родителей, всë-таки они не так часто уезжали и оставляли на его попечение Гарри буквально на неделю-две. Но возникла проблема с тем, что младший Поттер растëт, а это значит, что вырастают потребности и желание унизить Снейпа (зельевар понимал, что Гарри делает это неосознанно, но всë же это задевало самолюбие Северуса). Гарри просто обожал рисовать или делать что-то руками. Посмотрев на концентрацию ребëнка, Снейп даже пытался научить Поттера парочке простых зелий, но концентрация Гарри распространялась только на бумагу и на всë, что с ней связано, и из-за этого Северусу приходилось рисовать и клеить очередного дракона вместе с Гарри. То, что у Поттера получалось идеально, не получалось у Снейпа от слова «совсем».       Поттер всегда смеялся в эти моменты над Северусом, и в один из таких моментов в дом Зельевара неожиданно заявился Реддл. Кажется, это был самый унизительный день за всю его жизнь. Мало того, что над ним смеялся десятилетний ребëнок, над ним теперь смеялся и его дракловый Лорд. Северус и не догадывался, что Реддл способен смеяться, но, видимо, даже Тëмного Лорда может рассмешить то, как Снейп умудрился приклеить свою руку к волосам. Северус уже проклинал того магла, что изобрëл секундный клей… — Северус! Неужели теперь у тебя будет новая причëска? Какой праздник для остальных в Хогвартсе, — всë не унимался Том смотря на обрезанные волосы Зельевара. Гарри беззаботно сидел рядом с ним и тоже потешался над Снейпом. Отличная компания получилась: Тëмный Лорд на пенсии и десятилетка. Что бы их могло объединить, кроме как любовь к издевательствам над невинным человеком? Пожалуй, до Северуса до сих пор не доходило, как Поттер мог так спокойно общаться с Реддлом и как при этом всëм Том ещë не пустил в ребëнка аваду, как бы сделал ещë лет пятнадцать тому назад…

***

      Хотя со временем Снейп понял, что стоило бояться не того, что Гарри каким-то невероятным образом смог расположить к себе Реддла, а ныне Министра Магии, а того, что Гарри попадëт в Хогвартс. Как же Северус был наивен, полагая, что всë обойдётся отлыниванием от занятий и рисованием в тетради вместо записывания конспектов. Нет, всë было намного хуже, ведь увидев в Хогвартсе пустые стены, Гарри разглядел в них для себя новые холсты. И всë было бы не так страшно, если б Поттер просто рисовал на стенах. Нет, он подружился с близнецами Уизли, и теперь его любимые драконы дышали огнëм на студентов, и ведь от них было почти не избавиться! Но Поттер был, кажется, полностью доволен своей работой и, несмотря на отработки и вечные вызовы к директору, всегда придумывал новые способы поселить на стенах нарисованных существ.       Снейп искренне не понимал, как ему справляться с этим неугомонным ребëнком, ведь на нëм лежала какая-никакая ответственность за проказливого художника, пусть тот и учился на Гриффиндоре. И, о Мерлин, как же Северус молился, чтобы эти семь лет прошли быстрее или хотя бы, чтобы Гарри увлëкся какими-нибудь безобидными зверюшками, забыв об огнедышащих драконах…

***

      Гарри тяжело вздохнул и отложил свежий выпуск «Ежедневного пророка», в очередной раз думая о том, что он никогда не исполнит детскую мечту. — Гарри, дружище, чего унываешь? Увидел расписание на год? Серьëзно, кто придумал так сильно нагружать семикурсников? — пробурчал Рон с набитым ртом. Девушка с кудрявыми волосами, сидящая рядом с ним, закатила глаза и тоже отложила газету, что читала до этого. — Опять Реддла сфотографировали достаточно нечëтко для Гарриных рисунков, — сказала Гермиона, уже зная причину грусти друга.       Гарри вновь взял газету. — Ну вы только посмотрите на это! Какое плохое качество! Как я смогу нарисовать идеальный портрет, если не вижу Реддла вживую? В пять лет у Поттера появилась заветная мечта — нарисовать идеальный портрет «дяди Тома», что так был похож на какого-нибудь дракона. Ради этого Гарри так упорно трудился, развивая свои навыки! И старался как можно больше проводить времени в доме Северуса: всë-таки только там Гарри и видел Реддла. Он всегда обещал себе сделать пару эскизов, но всегда забывался и вместо набросков мужчины рисовал драконов с красными глазами. В первый раз даже на самом Министре. Поттеру до сих пор стыдно за ту детскую выходку. — Поттер! — послышался уже привычный для остальных крик. Никто не обернулся на разъяренного зельевара, даже сам Гарри. — Друзья мои, мне пора. Видимо, Черныш вновь подпалил мантию Северуса. А я ведь просил его больше так не делать. Эх, Черныш слишком сильно любит чëрный, — Поттер быстро встал из-за стола. Ему пора бежать, и лучше не попадаться Северусу на глаза, пока он такой злой. Уж лучше идти к МакГонагалл с повинной, а ещë лучше, идти сразу к Дамблдору — всë равно его ждëт воспитательная беседа. Ну, может, он хотя бы сможет выпросить те фотографии молодого Реддла? Они вроде не были такими размытыми…

***

      Гарри всегда любил драконов. Уже к пяти годам он знал все породы и особенности каждой из них. Правда, когда он увидел его, обычных драконов ему стало мало. Поттер до сих пор помнил, как Реддл впервые появился перед ним в чëрном костюме с чëрными волосами и красно-красными глазами. Тогда Том казался невозможно высоким, хотя и сейчас Гарри так думает, но тогда это было особенно заметно. Почему-то Поттер сразу подумал, что Реддл — это дракон в обличии человека, и ведь спустя года оказался от части прав! Том действительно не особо и был человеком, но всё-таки змеи и драконы по сути родственники, ведь так?       И спустя годы Поттер не заметил как влюбился в Реддла, простых рисункой драконов стало не хватать. Том был слишком популярен, ведь был красив, силëн и умëн, да он Министр магии в конце-то концов! Гарри не хотелось становиться очередной «фанаточкой» Реддла, коих было уже много не только по всей стране, но и в Хогвартсе. И это раздражало Поттера, всë же, он первый увидел какой Том красивый и как сильно он похож на его любимых существ.        И Пусть даже Гарри и известно, что Реддл отнюдь не дракон, но для Поттера он останется таковым навсегда. Тем более на портретах Гарри никогда не было ни одной змеи, пусть Реддл и просил нарисовать рядом с ним хоть крохотную змейку, Поттер всегда оставался непреклонен, отказывая своей детской мечте, отказывая своему парню. Пожалуй, одних драконов ему стало действительно мало…