Ошейник на твоей шее

— Тогда мы договорились, мистер Куин? — Тим закинул одну ногу на другу, делая глоток бодрящего кофе.    — Естественно, мистер Уэйн, — кивнул Оливер, ставя свою подпись на одной бумаге.    — Мои люди сейчас же начнут составлять проект и макет здания.    — Очень хорошо, — Тим поставил пустой стакан на столик. — С вами приятно иметь дело, — он приподнял уголки губ, но взгляд его глаз оставался холоден.    — Мне тоже, мне тоже, — Оливер охотно пожал протянутую ему руку. — Как у тебя дела, парень? — он опустил официальный тон, наконец позволяя себе нормально пообщаться со знакомым лицом. — Как Готэм?    Оливер Куин, в узких кругах известный под именем Зеленая Стрела, прилетел три часа назад из Стар-Сити с Готэм для заключения партнерства с WE. Если Уэйны правили Готэмом, то Куин — Стар-Сити. Это уже не первая их сделка, но каждая из них была выгодна обоим бизнесменам. Это даже не первая сделка Оливера именно с Тимом — они сотрудничают последние семь, почти восемь лет. Олли уже в который раз поражается способностям этого паренька, которого он помнит еще ростом с пол метра, в красном боди и зеленых колготках. Эти воспоминания все еще радуют память.    — Все как всегда, Оливер, — Тим последовал примеру коллеги и перешел к неформальному общению. — Ничего не изменилось за эти шесть месяцев. Даже не знаю: к добру это или нет, — он усмехнулся.    — Ну, стабильность — это всегда хорошо, — Оливер сделал глоток кофе и поморщился — он так надеялся на хорошее вино. — А как старина Брюс? Все еще ворчит?    — Я не видел его еще, — Тим скрыл легкую неприязнь в голосе, продолжая улыбаться.    Оливер покачал головой, без лишних слов понимая, что это уже не первый раз того, что Брюс не встречает своего третьего сына после его долгой командировки или отпуска.    — А как Дина? Рой? — Тим спокойно перевел тему, упав на мягкую спинку кресла.    Оливер тут же оживился и принялся рассказывать последние новости: они с Диной планируют отправится в кругосветное путешествие и взять с собой Коннора; сам Коннор очень подрос — он на один-два года старше Дэмиана, — и что он делает большие успехи в стрельбе из лука; Рой с Лиан отдыхают на острове с Кори — Олли надеется, что у этих двоих — Роя и Кори — все будет хорошо, но это его маленький секрет. Тим кивал там, где нужно, и смеялся, когда ситуация была подобающая. Он правда был рад слышать, что у Дины и Роя все хорошо, но часть его мыслей была в совершенно другом пространстве. Он хотел, чтобы этот рабочий день поскорее закончился, потому что галстук душил, а гладко выглаженный пиджак темно-синего цвета вызывал желание разорвать его в клочья.    Только через сорок минут Олли отпустил парня со словами «Удачи, парниша» и пожал руку. Тим с улыбкой покачал головой — Оливер Куин тоже не изменился за восемь лет. Тэм уже ожидала своего босса в машине, которая должна довезти их до WE от одного из офисов Куина в Готэме.    — Все успешно? — чисто формально поинтересовалась она.    — Конечно, — ответил Тим, блаженно расстегивая пиджак.    — Завтра у тебя по плану посещение трех приютов фонда Марты Уэйн, а сегодня еще одна встреча. Так же послезавтра тебя приглашают на гала-концерт семья Картер — владельцы крупной сети алкогольных напитков в Готэме, — напомнила Тэм, читая что-то в своем планшете.    Тим в отчаянном жесте опустил голову, но не высказал недовольства. Он был рад навещать приюты — его душа сразу успокаивалась, когда он видел, что дети живут спокойно и ни в чем не нуждаются, но гала-концерты его утомляли. Он сыт ими по горло еще с детства. Тим поморщился, уже зная, какие вопросы ему будут задавать. Будь его воля, он бы с огромным удовольствием убрал бы все гала-концерты из своего расписания и на их место поставил бы проверку лаборатории WE; но он прекрасно понимал, что если не будет появляться на крупных мероприятиях, то люди буду задавать вопросы, а это подставит под удар всю семью Уэйнов, чего он допустить категорически не мог.    Когда они подъехали к зданию офиса, Тэм начала перечислять то, что Тиму нужно сделать до обеда. Но когда они поднялись на этаж, где находился кабинет генерального директора, то их ждали гости — сами Брюс и Дэмиан Уэйн, одни из самых известных фигур в Готэме, наследный принц и его приемник, как думает сам Дэмиан; пресса уверена, что бизнес семьи Уэйнов так и останется у Тима, потому что лучше него никто не справится с ним, по их мнению.    Брюс, как открылся лифт, оторвался от беседы с Люциусом и повернулся к Тиму, сияя своей слащавой, но немного глуповатой улыбкой, которую часто носил Брюси. Дэмиан лишь смерил пришедших холодным взглядом зеленых глаз и показательно отвернулся.    — Тимми! Сынок! — голос Брюса был непривычно громкий и звонкий, отчего Тим сначала даже не поверил, что перед ним его отец. — Как ты подрос, боже! — Брюс подошел к сыну и, на первый взгляд, внимательно его осмотрел, улыбнулся и протянул руку, но вместо рукопожатия крепко обнял, краем глаза смотря вокруг себя, чтобы работники их увидели.    Тим неловко похлопал Брюса по плечу и тихо попросил его отпустить, потому что он был уверен, что они глупо выглядят, обнимаясь по середине офиса.    — Даже не даешь своему старику проявить отцовские потребности, — напущено грустно произнес Брюс, но парня отпустил.    — Люциус, что-то случилось? — Тим обошел широкую фигуру Темного Рыцаря и подошел к мистеру Фоксу.    — Нет, это не срочно. Просто хотел сказать, что наши ученые ждут тебя после обеда в лаборатории. Они хотят тебе лично показать свои последние изобретения. И они ждут, что ты задержишься у них, — ответил Люциус, как бы намекая, что работники ждут, что Тим сам что-нибудь изобретет в их лаборатории.    Ни для кого не было секретом, что юный Дрейк был очень хорош в физике и химии и сам изобрел много чего для кампании. Этим он восхищал многих молодых и старых работников, которые стремились достичь его уровня, потому выкладывались на полную. И сама кампания стремилась заинтересовать молодых, только что вы пустившихся ученых, чтобы те могли реализовать свои идеи.    — Хорошо. Передай им, что приду, — Тим искренне радостно улыбнулся.    Он и сам любил лабораторию WE, потому что в ней было одно из самых лучших современных оборудований, а парень любил работать с механизмами. Поэтому, если время и расписание позволяло, в рабочее время сидел там.    Люциус кивнул, попрощался с Брюсом и Тэм и уехал на лифте на свой этаж. Тэм тоже откланялась, уйдя к себе за столик, но краем глаза следила за мистером Уэйном. Тим вежливо позволил Брюсу и Дэмиану пройти в свой кабинет и, закрыв дверь, присел за свой стол.    — И так, что случилось? — он сложил руки на подлокотниках.    Его гости присели напротив. Лицо Брюса приняло привычное каменное выражение, пока Дэмиан хмурился    — Как дела у кампании? — сразу спросил Брюс, отбросив формальности.    — Все идет хорошо. Число работников выросло, наша продукция самая качественная в Готэме, наши учены работают не покладая рук. Фонд Марты Уэйн очень быстро улучшает качество детских приютов и больниц. Скоро в Испании откроется новый филиал, а также кампания мистера Куина заключила с нами партнерство, — перечислил Тим, прикрыв глаза и внимательно смотря на знакомых людей.    Брюс одобряюще кивнул, пока его мозг анализировал все данные. Дэмиан скривил лицо в отвращении от напыщенной формальности в голосе Дрейка.    Настала довольно неловкая пауза. Брюс продолжал молчать, будто ждал, что Тим продолжит, а тот кидал взгляды на часы. Он хотел сейчас написать Алану и спросить, как у того дела, но делать это при Брюсе и Дэмиане категорически не собирался.    — Зачем вы пришли? — наконец спросил он, когда тишина стала давить на него.    — Проверить, не разгромил ли ты мою кампанию за эти три месяца, — едко ответил Дэмиан, скрестив руки на груди.    Этому парню хоть и будет осенью двадцать, но он все еще вел себя как нахальный, избалованный ребенок, которому все должны потакать, наедине со знакомыми. Тим видел его последний раз почти полгода назад, но Дэмиан, на его взгляд, вообще не поменялся и не менялся с девяти лет, как пришел в семью.    — Как дела в Сан-Франциско? — стальным голосом спросил Брюс.    — Последние две недели я был в Испании, — невзначай напомнил Тим. — Но по словам Кона, там все идет хорошо. Титаны и Юная Лига Справедливости хорошо за всем следит.    — Ага, эти некомпетентные недо-герои чудом сохраняют город в целости, — фыркнул тихо Дэмиан.    На сколько Тим знает, Робин покинул Титанов в семнадцать лет и целый год путешествовал по миру для самореализации. Удивительно, как Титаны смогли так долго терпеть его, с таким-то характером. Тим сдержал замечание, что многие из этих «недо-героев» куда опытнее и вежливее Робина в плане геройства. Видимо, его иммунитет к замечаниям Дэмиана ослабел за эти года, потому что Тим почувствовал, как дернулся его глаз.    — Ты выходил в патруль? — Брюс сощурил глаза, почти прожигая Тима.    — Вчера, да, — согласился парень. — Как я понял, всю мою территорию разделили между остальными? — его спокойный тон, которым он вел эту простую беседу, заставлял в душе поморщиться.    Красный Робин вернет себе свою территорию во что бы то ни стало.    — Появляйся ты чаще, был бы полезнее, — прокомментировал Дэмиан.    — Извини, но я последние года только и занят твоей кампанией, — Тим нахмурился, давая своей неприязни вырваться наружу совсем чуть-чуть.    — Через год тебя уже не будет на этом месте, не привыкай к нему, — по лицу Уэйна-младшего было видно, что скоро он начнет плеваться ядом.    Тим слышит эту фразу уже пятнадцать лет, она уже как мозоль на мозгу. Дэмиан только и кидается ей, хотя на деле вообще не интересуется кампанией, лишь делает важный видя, ходя по офису. Многие работники его не любят из-за характера и отношения к их работе, да что уж говорить — почти все директора больше отдают предпочтения Тиму, которого они так сильно недооценивают, чем заносчивому мальчишке, что родился с серебряной ложкой во рту.    Тим хотел закатить глаза, но его отвлек звук уведомления на телефоне. Это оказалось сообщение от Алана с вопрос «как дела?», с которого они каждый день начинают переписку. Хмурость сменилась легкой улыбкой. Тим быстро напечатал ответ и с чувством вины попросил написать чуть попозже, потому что сейчас ему крайне неудобно переписываться. Алан просто прислал смайлик, означающий «окей», и Тим убрал телефон. Брюс с прищуром проследил за его движением.    — Послезавтра я хочу устроить гала по поводу твоего возвращения, — предупредил он, видимо прочитав газету.    — Не получится — послезавтра меня пригласила семья Картеров, — Тим покачал головой.    — Тогда через три дня, — просто ответил мужчина.    — Хорошо, — Тим пожал плечами, после чего настала тишина.    Дэмиан буравил своими глазами фигуру Тима, будто пытаясь прожечь в нем дыру; Брюс не отставал, неотрывно смотря на сына, словно ждал продолжения диалога; а Тим с напряженными плечами смотрел на них в ответ. Вся его поза выдавала, как ему не нравятся такие пристальные взгляды. Только один раз он бросил взгляд на часы и понял, что через двадцать минут ему нужно уже ехать в дочернюю кампанию — Drake Industries, которую WE выкупила еще десять лет назад, когда погиб Джек Дрейк. DI производили лекарственные препараты всех типов и являлись одной из лучших кампаний на мировом рынке.    — Так зачем вы пришли? — наконец спросил Тим, когда тишина затянулась до неприличия. — Ты мог предупредить меня о гала и по телефону, — поддавшись вперед, он сложил руки в замок на столе. — О моем приезде писала только Вики Вейл, так что поводов для беспокойства образов Брюси и Тимоти нет.    Брюс сощурил глаза, как будто искал неправды и лжи в словах Тима.    — Отчеты я могу прислать тебе на почту, — продолжал Тим, — за год и за месяц. Приезжайте завтра на посещение приютов, дети хотят увидеть того, кто дал им крышу над головой, да и пресса будет рада вас видеть.    Брюс нахмурился. Что-то ему не нравилось в словах Тима, будто какая-то деталь была не так произнесена. Потому что последние шесть лет Тим и только Тим занимался кампанией, пока Брюс проводил время с семьей и занимался геройством. Он видел Тима и Красного Робина всего пару раз в год — по пальцам можно пересчитать, хотя в газетах и по телевизору — почти каждый день. Брюс знает, что его сын очень важная фигура в мире гражданских и в супер-геройском мире, потому старался его не беспокоить.    — Если же у вас более нет вопросов, мистер Уэйн, я прошу вас покинуть меня, потому что сейчас мне нужно уехать, — сказал Тим, когда ответа не последовало, и нарочно взглянул на часы.    — Выгоняешь нас из нашей же кампании, Дрейк? — угрюмо спросил Дэмиан, наклонившийся вперед, чтобы нависать над братом.    Тим его проигнорировал, как делал это много лет назад, и смотрел на Брюса. Тот еле видно поджал губы, словно что-то удерживало его на месте и не давало сказать ни слова. Может, это ледяные глаза его сына; может, его тон; а может странное чувство беспокойства внутри. Бэтмен все еще был Детективом, и сейчас он что-то подозревал, хотя ничего странного не было.    — Я жду отчеты, — только и скала он, поднимаясь. — Идем, Дэмиан.    Парень с возмущением посмотрел на отца, надеясь, что тот осадит замену, но Брюс лишь смерил сына взглядом, и Дэмиан, со сжатыми зубами, поднялся. Вдвоем они покинули кабинет, неслышно закрыв дверь.    Тим устало упал на спинку кресла, еще более ослабевая галстук. Дышать ему стало определенно легче, но теперь его мучала легкая головная боль. Он знал, что Уэйны придут в кампанию — все же, это их бизнес, — но он не думал, что так скоро. Вселенная не дает ему передышки. Пять минут парень сидел просто с закрытыми глазами, ни о чем не думая. Только еще одно уведомление его отвлекло. Это был Алан с вопросом «Все хорошо?». Тим поджал губы и ответил, что да, просто у него была встреча, а затем спросил, чем юноша планирует заниматься весь день.    «Да ничем, наверное. Сейчас пойду книгу дочитаю, мне там всего ничего осталось. Потом обед. Не забудь про него! И вечером хочу пойти на пробежку. Я видел кусочек парка. Там он есть?»    «Да, там Робинсон парк. Он большой, и внутри есть площадка с турниками. И рядом маленькая Италия. Прогуляйся — там очень красиво.»    «Тут есть маленькая Италия???» — последовал незамедлительный ответ. — «А Чайна-таун далеко находится?»    Тим тихо рассмеялся, представляя удивленное лицо парня.    «Чайна-таун находится в старом Готэме, а театр в среднем, поэтому довольно далеко идти пешком, если только на автобусе, но все равно. Чайна-тауном занимается Бэтгерл, но у нее через два дня выходной. Если получится, незаметно сделаем патруль там ;)»    «Как мышки!»    «Как мышки.» — согласился он.    Уже через пару минут Тимоти Дрейк прибыл в DI.

***

   Алан с нетерпением отложил телефон и с улыбкой выдохнул. Ночной патруль все не выходил из его мыслей. Мышцы уже не болели, но приятно ныли. Хочется, чтобы поскорее настал вечер: и отец вернется с работы, и патруль. Алан бы хотел, чтобы Тим провел ему дневную экскурсию по Готэму, они возьмут фотоаппараты, те, в которых есть пленки, и просто весь день гулять. Но Алан понимает, что Тимоти Дрейк не может позволить себе просто так гулять на улице, поэтому парень терпеливо дожидается, когда они уже покинут Готэм и отправятся, например, в Перу. Там горы красивые и пейзажи неотразимые.    Следующие два часа пролетели очень незаметно за чтением книги Билла Брайсона    «Краткая история почти всего на свете». Алан начал читать ее еще две недели назад, но из-за того, что он уделял больше времени прогулкам по Испании с Коном, Бартом, Кэсси и Тимом, процесс чтение немного затянулся. Книга была немаленькая, но очень его заняла. Ему осталось буквально десять глав до конца.    Эту книгу купил ему отец в феврале этого года, на день рождения мальчика. Зная любовь Алана к книгам подобного жанра, Тим очень надеялся, что подарок ему понравится. И он не прогадал: Алан был просто в восторге и чуть не задушил отца в объятьях. Тим, хоть и знает мальчика уже почти шесть лет, все еще удивляется, как легко заставить его сиять от такой простой вещицы, как книга или обычные фотографии, которые делал Тим еще в возрасте подростка. Но эта искренность и горящие глаза заставляли его душу трепетать.    Обед прошел совместно с просмотром сериала, который недавно начал Алан и который смотрел в перерывах между делами. Но так как сейчас ему не было особо что делать, парень развлекал себя как мог. Еще у отца была приставка и целая коробка с играми, так что время летело незаметно.    Пару раз по новостям показывали Тимоти Дрейка, что, либо заходил в здание WE, либо встречал кого-то важного на улице. Этот Тим и отец Алана были совершенно разными личностями: Тимоти Дрейк-Уэйн был холодный, рассудительный, с вечно прямой, как палка, спиной и обворожительной улыбкой; просто Тим был немного рассеянный, не стеснялся выражений, ходил согнутый в три погибели и мягко улыбался. Такой контраст очень удивлял и совсем немного пугал.    Барт присылал целую кучу фотографий и видео из Испании, где оставшаяся часть оригинальной Юной Справедливости сейчас следила за порядком и отдыхала. На многих фото ракурс был очень приближен, отчего лица Кона и Кэсси выглядели до нелепого смешно. Алан сохранял каждую такую картинку с хитрой ухмылкой, чтобы сделать в будущем стикеры-мемы. Барт особенно будет в восторге.    В пять вечера на улице еще было светло, даже для Готэма. И довольно тепло — даже ветерка нет. Потуже завязав волосы, Алан надел свою любимую толстовку с длинными рукавами, поверх нее темно-красную майку, на ногах были черные лосины, сверху шорты и простые бело-черные кроссовки. Включив музыку, парень вышел из квартиры, убрал ключи и телефон в поясную сумку, что была перекинута через плечо, и покинул здание. Людей было много — все спешили домой на ужин или к семье. Фонари уже во всю работали, а им помогали ярко горящие вывески на высоких зданиях. Алан купил себе бутылку воды и по навигатору направился в сторону парка. Не хотелось бы потеряться в самом криминальном городе Америки.    Робинсон парк был действительно огромным. Он был построен вокруг озера в центре, рядом с которым была небольшая рощица для прогулок. Сейчас там было много парочек и ребят с друзьями, что устроили пикники. Кто-то гулял с собаками. Алан дошел до площадки с турниками — они находились возле той самой рощицы. Парень спрятал бутылку с водой за стволом огромного дерева, рядом с которым вообще никого не было, и принялся неспешно наматывать круги вокруг площадки. Она тоже была не маленькая. Всюду бегали дети, громко смеясь, но их заглушала громкая музыка в наушниках, что позволяла сосредоточиться лишь на дороге перед собой. Про себя Алан считал, который круг он бегает, и невольно вспоминает свои самые первые тренировки с уже не юной Юной Справедливостью, но преимущественно, конечно, с Тимом, как с единственным человеком в команде. Алан как сейчас все это помнит, потому что Красный Робин тренировал его так, как делал до этого Бэтмена, но, как выражается сам Тим, в более лояльной форме. Алан даже не хочет думать, как проходит обычная тренировка с Летучей Мышью.    После десятого круга парень вернулся к дереву и сделал пару глотков воды. Это было так освежающе, что Алан от наслаждения чуть не упал. Он дал себе пару минут отдыха, чтобы не перенапрягать мышцы, и проверил уведомления. Только почти сотня сообщений в чате «Квадроцикл Тима», который создал когда-то давно Барт. Название было связано с событием из прошлого Юной Справедливости, когда Тим смог приручить инопланетный квадроцикл. С тех пор название никто не менял. Это было смешно и довольно мило. Сам Тим с довольной улыбкой вспоминает то время, особенно, когда он, Барт и Кон еще не были так дружны и грызлись по любому поводу.    Алан быстро сообщил отцу, что ушел на пробежку, и направился в сторону турников. Там уже занималось несколько ребят, преимущественно парней чуть старше самого Алана. Парень с кислой гримасой посмотрел на турник для подтягивания и с неохотой, подпрыгнув, ухватился за перекладину. Вот что-что, а подтягивания он не любил большего всего, хуже этого была только планка. Но так как Красный Кардинал использует тонфу, то тренировать руки было необходимо. Алан любил свое оружие, потому с горем пополам подтягивал свое тело, чтобы подбородок был выше перекладины. Считая, он параллельно сделал себе пометку, что стоит потренироваться завтра и после в пещере отца. Там и турники другие, да и Алан был уверен, что были специальные тренировочные андроиды.    Далее были лыжи, которые совсем не вызывали затруднений. Потом подъем туловища из положения лежа. На площадке был даже специальный тренажер для этого. Его спинка находилась под небольшим углом, а носками ног нужно цепляться за специальную перекладинку с обратной стороны от спинки. Именно такой тренажер позволял качать и ноги, и пресс. Приседания, бег на месте, отжимания — целых два часа пролетели со скоростью Флэша. Алан тыльной стороной ладони вытер лоб и удивленно взглянул на время. Было одно уведомление от отца о том, что он закончит через час и что они смогут отправиться в патруль. Переведя чуть спертое дыхание, Алан выкинул пустую бутылку и на ватных ногах направился к выходу из парка. Часа ему хватит, чтобы с лихвой отдохнуть от такой тренировки.    Людей уже было значительно меньше, но кто-то еще гулял. Небо немного потемнело, но солнце еще не до конца скрылось за горизонтом, даря городу свои последние лучи. Алан успел зайти в магазин и взял себе и отцу по пачке чипсов и, идя в такт музыке, двигался к театру. Но когда он уже подходил к задней двери даже через наушники смог расслышать чей-то крик о помощи. Ни секунду не обдумав, парень буквально ринулся в соседний переулок, откуда доносился крик. Это оказалась молодая девушка, лет двадцати шести, прилично одетая. Ее к стене соседнего жилого дома прижал какой-то мужик, крутя в одной руке нож, а в другой держа сумку девушку. У той уже слезы размыли весь макияж и крупно дрожали руки. Алана мгновенно охватила ярость, и он с разбегу зарядил свой кулак в небритое лицо мужчины. Тот даже не успел среагировать, как оказался на грязном асфальте. Нож Алан от пнул в сторону и напоследок нанес удар по ребрам маньяка. Мужчина дернулся, стоная от боли. Алан хотел бы его добить, выбив пару зубов, но тихий писк сзади остудил его пыл. Девушка держалась за стену, боясь упасть, и с ужасом смотрела на маньяка.    — Это, кажется, ваше? — Алан прокашлялся и поднял сумку девушку. Он стер с нее следы пыли и отдал вещицу.    Девушка остолбенело смотрела на него, не зная, что сказать. Парень неловко поджал губы и еще раз указал на сумку.    — Спасибо, — дрожащим голосом сказала девушка, прижимая к себе сумку.    Алан покачал головой.    — Идите домой и выпейте чаю. Это поможет, — посоветовал он.    Девушка растерянно кивнула и, держась за стену, начала удаляться из переулка. Алан подождал, когда она скроется за поворотом, и повернулся к мужчине-маньяку, но тот под шумок успел сбежать. Алан цыкнул, выругавшись себе под нос, и тоже покинул переулок.    Быстрый душ и кружка чая окончательно успокоили его.