Ошейник на твоей шее

После очередного собрания советников Лиги, где Тим снова отчитал их как малых детей, настал обед, на котором, к слову, не присутствовала Талия — она занималась делами в окрестностях Нанда-Парбата. Было немного странно и неловко сидеть и обедать с Ра’сом, который, к слову, чувствовал себя комфортно. Ну, он хотя бы не начинал заводить вежливые беседы, которыми Тим был сыт по горло.    Чего Тим не хотел, так это тренировки с Дэвидом Кейном. Безусловно, он был сильным бойцом и стратегом, но он так же был одним из немногих людей, которого Тим ненавидел всем своим сердцем и душой. Тиму хотелось в десятикратном разе отомстить Дэвиду за то, что тот сделал с Касс; за то, что превратил ее буквально в живое оружие. Каждый раз вспоминая об этом, руки сами собой сжимались в кулаки до побеления костяшек. Сегодня, наконец, Тим сможет сразиться с ним и выместить свой гнев хотя бы в ударах.    Ра’с, безусловно, знал об отношении Тима к Дэвиду. Может, именно поэтому он вы-брал Кейна; может, просто ради забавы — Тим не хотел даже думать об этом. Пусть Ра’с забавлялся, пока мог.    Пока Тим обедал, Ияд обычно стоял возле дверей в его покои и следил, чтобы никто не входил в них. Но сегодня — только сегодня — он покинул свой пост. Его сердце бешено билось в груди из-за адреналина в крови совсем небольшой паники. Кажется, он всего второй или третий раз в жизни так боялся, хотя ему нужно было сделать пустяковое дело — принести в комнату наследника — или… неважно. Принести в комнату Тимоти зарядное устройство со странным названием, но Ияд по описанию понял, какие ему надо. Ими во дворце особо не пользовались, так что они хранились в одной из множества кладовок, как ненужные материалы. Ияд не знал, зачем Тимоти нужна была зарядка, но, вероятно, для какого-то устройства.    Кладовки никто не сторожил, потому что они не были особо важны. Порывшись в коробках и на полках, Ияд все-таки находит нужную зарядку — ну, или он так надеется, ибо он впервые видит эту штуку. Вздохнув, он спрятал зарядку во внутренний карман своих одежд. Он тихо покинул кладовую комнату и быстро вернулся к покоям Тимоти. Вокруг, как всегда, никого не было — в этом крыле никто не ходил просто так, даже простые стражи, так что Ияд был максимально осторожен. Он на секунду прошмыгнул в покои и сунул зарядку под подушку, как говорил ему сделать Тимоти.    Уже после обеда, идя в свою комнату, Тим едва заметно кивнул Ияду, а тот лишь повел плечами. Тим благополучно поставил свое устройство связи на зарядку — удивительно, но в комнате была розетка, намеренная или нет — неважно. Тиму все еще нужно было связываться с Готэмом. Через пару минут устройство включилось. Там было одно непрочитанное сообщение.    Алан кратко объяснил план, который ни составили для спасения Тима, а в конце был вопрос: «Где нам тебя искать?» Тим задумчиво перечитал план. Он не знал, что в трон-ном зале был запасной выход, но теперь появился еще маленький нюанс. Теперь понят-но, как Ра'с покинул дворец, когда Тим сражался с Советом пауков. Весьма удобно, надо сказать. И Тим почти на сто процентов уверен, что такой же тайный ход был в кабинете Ра’са.    Тим усмехнулся, отправив короткое зашифрованное: «Кабинет демона.»

***

   Дэвид Кейн уже был в тренировочном зале, когда туда вошел Тим. Он бинтовал свои кулаки и смерил Дрейка недовольным взглядом. Очевидно, ему тоже не пришлась по душе мысль, что он будет тренировать сына Бэтмена. Хоть что-то у них с Тимом было общее. Эта мысль даже чуть развеселила.    Тим усмехнулся и принялся неспеша растягивать свои мышцы, чтобы не повредить их во время спарринга. В комнате царила немного напряженная тишина, которую никто не спешил нарушать. Дэвид выглядел хмуро, думая о чем-то своем. Через пару минут они встали в центре зала друг напротив друга. Итак, спарринг будет на кулаках. На лице Кейна было спокойствие. Он поманил Тима пальцами, как бы говоря, чтобы он начал первым. Тим не сдержал тихого смешка, чуть наклонив корпус вперед.    Тим не спешил вкладывать все свою силу в первый удар. Нужно было немного разгореться перед настоящей дракой. Он нанес горизонтальный удар ногой, который Дэвид спокойно парировал, заставив Тима сделать шаг в сторону, и нанес ответный удар, такой же твердый, но не особо сильный. Движения были размеренные, сдержанные. Все проходило в тишине, не считая звуков столкновения конечностей с полом и друг с другом.    Постепенно атмосфера накалялась. Первым начал наносить тяжелые удары Дэвид. Плечо, голень, ребра — попадал по всему, до чего дотягивался. Тим уворачивался от большинства ударов, попутно нанося ответные. Он заметил, что, хоть Дэвид и не скупил-ся на удары, все же не использовал всю свою силу. Это Ра’c приказал не наносить тяжкого вреда Тиму? Потому что сам Тим не верил, что Дэвид бы сдерживался из личных принципов. Не забываем, кем был Дрейк — сын летучей мыши, тот, кто спас Кассандру из лап ее отца. Тим уже ожидал гнева Кейна.    И Тим не зря готовился — уже через десять минут Дэвид начал менее контролировать свои удары. Это произошла в момент, когда он, перехватив кулак Тима, опрокинул его на пол с глухим стуком. Тим чуть поморщился от тупой боли в спине и едва успел откатить-ся в сторону от нисходящего удара ногой. Он поднялся и пригнулся от моментального горизонтального удара рукой. Для своих габаритов Дэвид был быстрым.    Тим в ответ ощутимо удрали его по ребрам ладонью, отчего Кейн поморщился. Этой заминки хватило, чтобы Тим нанес еще один удар. Он взял инициативу на себя, начиная так же резко наносить удары, тем самым заставляя Дэвида защищаться и парировать удары. Кейну, очевидно, не понравилось то, что Дрейк заставлял его отходить. В один момент ход спарринга резко переменился. Дэвид неожиданно начал прессить Тима, пытаясь нанести удары по нервным узлам в конечностях. Тим понял это по первому удары, который почти попал по его шее. Именно Дэвид научил Касс этой технике — тому, как за пару секунд полностью обездвижить противника.    Тим поморщился, вынужденный уйти в защиту. Он чуть напрягся, быстро и ловко уворачиваясь от прямых ударов Дэвида. «Нельзя было позволить ему попасть по какой-либо части тела» — повторял мысленно Тим. Он парировал атаки Дэвида или же перехватывал его руки и наносил ответный удар.    У Тима была разбита губа, у Дэвида шла кровь из носа, и это не считая мелкие ссади-ны и синяки. В какой-то момент удары стали размашистыми и более резкими. Дэвид уже менее сдерживал свои силы, не скупясь буквально кидать Тима на пол. Дрейк, в свою очередь, не уступал, используя все свои знания ведения боя. Его голубые глаза тихо горели от внутренней злости, которая придавала немало сил. Тим вспоминал первую встречу с Касс, которая не могла никому доверять, которая считала себя оружием, а не простым человеком — и все это заставляло Тима бить все сильнее и сильнее, пока была возможность хоть как-то, но отомстить Дэвиду.    В какой-то момент Тим смог пробить защиту Кейна и ударить ногой прямо в живот, отчего мужчина ощутимо поморщился и на сделал небольшой шаг назад. Этой заминки хватило, чтобы Тим успел сделать подсечку и к этому добавил нисходящий удар ступней. Дэвид тихо зашипел, чувствуя, как удар пришелся на внутренние органы. Стоя над ним, Дрейк пытался отдышаться. Всю кожу покрыл неприятный слой пота, губу немного саднило, и Тим рефлекторно провел по ней языком, тут же морщась. Дэвид больше не вставал для продолжения спарринга. Этот факт доставил Тиму то удовлетворение, которого не хватало в душе. Он даже не заметил, как на губах растянулась довольная усмешка.    — Это за Касс, — хрипло сказал он, смотря в глаза Кейну, а после развернулся и тихо вышел из зала. Ияд, стоящий снаружи возле дверей, быстро пробежался по нему глазами, не упустив довольное выражение лица, но вопросов задавать не стал.    До самого ужина у Тима было непривычно хорошее настроение, что заметили все во дворце.    — Тимоти, случилось что-то хорошее? — уже сидя за столом вечером спросил Ра’с. Скорее всего, он уже знал ответ на этот вопрос, но хотело услышать его от самого Дрейка.    — Никогда не думал, что месть может быть такой сладкой, — хмыкнул Тим, легко улыбаясь и делая глоток воды — он все еще отказывался от вина.    Сидящая напротив Талия сразу вспоминал встречу с Кейном этим днем, когда тот шел в лазарет. Она в который раз напомнила себе, что внешность Тимоти очень обманчива, и под милым личиком скрывается боец и детектив.    — Неожиданно услышать от тебя такое, Тимоти, — лукаво говорит Ра’с, усмехнувшись. Его зеленые глаза насмешливо и явно довольно смотря на Дрейка, который лишь пожимает плечами.

***

   Этим вечером Ра’с предлагает Тимоти сыграть в го — настольная игра, где главная цель — захватить как можно больше территории и как можно больше камней противни-ка. В этот раз Тиму выпали белые фишки, но по правилам первыми ходят черные камни.    — Тимоти, какое твое самое счастливое воспоминание? — неожиданно спрашивает Ра’с, делая глоток чая.    — С чего интерес? — Тим чуть прищурил глаза, начиная медленно делать «крепость» из фишек.    — Просто интерес, — Ра’с слабо улыбнулся. — У меня, например, — он поставил свои фишки, — это первая встреча с Мелисандой.    — Твоя жена? — Тим выгнул бровь, впервые слыша это имя. Оно ни разу не упоминалось в базе данных бэткомпьютера.    — Верно, — аль Гул хмыкнул, даже не удивившись, что Тимоти так быстро понял. — Мы познакомились после Второй Мировой войны, ее отец был одним из военачальников. Мы поженились тайно, — он улыбнулся, предаваясь ностальгии. Тим внимательно его слушал. — Тогда мне уже было больше сотни лет, но я впервые ощутил такое сильное чувство как любовь.    — Звучит романтично, — Тим тихо усмехнулся.    — Может, и так, — Ра’с не стал отрицать. — Мелисанда была живой и яркой лично-стью. Мне казалось, она не знала, что такое горе и печаль. Даже узнав, кто я такой, она не отвернулась, — в его улыбке проскользнула толика грусти. — Так что я безмерно рад, что встретил ее тогда, — он не стал вдаваться в подробности, хотя его зеленые глаза, обычно выражающие холодный расчет, потеплели.    Тим задумчиво смотрел на доску с камнями. Честно говоря, он не ожидал, что сего-дняшний вечер будет на такие душевные темы. У них с Ра'сом было негласное правило — правда на правду. Тим, конечно, мог и не делиться своими воспоминаниями, но слова Ра’са о его жене — то, как они были сказаны, — невольно заставили Тима вспомнить одно из своих самых сокровенных воспоминаний. На самом деле таких воспоминаний было много, но только одно стояло выше их всех.    — Да… — Тим медленно кивнул. — У меня есть самое счастливое воспоминание.

***

   Это произошло через три года, после встречи Тима и Алана. Красный Кардинал становился более самостоятельным, более опытным как линчеватель, и Тим не мог не гордится им, но вместе с тем испытывал иррациональный страх. Часто он задавался вопросом: чувствовал ли Брюс то же самое по отношению к каждому Робину? Гордился за их успехи и одновременно с этим страх за их жизни? Если это так, то Тим будет сожалеть обо всех своих выходках в подростковом возрасте.    За эти три года произошло много всего, что всего и не перечислить. Так, Тим вместе с Юной Справедливость посетил несколько стран и для отдыха, и по работе. Как-никак, Тим все еще был Генеральным директором WE. Тим даже не заметил, как время от времени стал ездить на раскопки. Сначала просто потому, что давние знакомые его родителей узнавали его и интересовались его жизнью. Затем так совпало, что отель в следующей стране находился недалеко от места раскопок, а когда вся Юная Справедливость проходила мимо Барт успел миллион раз указать на место раскопок.    Итак, волей-неволей, Тим сначала посетил раскопки в качестве наблюдателя; потом, через три страны, его уже пригласили попробовать, заметив его внимательный взгляд. Поначалу Тим отказывался, вспоминая своих родителей, но вскоре интерес перевесил стену воспоминаний, и Дрейк все-таки взял в руки кисточку и лопатку. Коннер, Барт, Кэсси и Алан издалека наблюдали за ним, переглядываясь с улыбками, потому что Тим выглядел искренне заинтересованным.    Теперь при каждой поездке в другие страны Тим обязательно ходил на ближайшие раскопки. Его не волновало то, что он с большой вероятностью ничего не найдет, ему был важен сам процесс: тишина, спокойствие, дух истории. К нему часто присоединялись ребята, хотя тот же Барт не мог долго сидеть на одном месте и быстро бросал это дело; а Коннер, при всем его желании поддержать Тима, не испытывал того же интереса, а через силу не хотел сидеть — знал, что Тим этого точно не оценит. Лишь Кэсси и Алан имели достаточно терпения для такой «нудной» работы и могли без проблем просидеть с Тимом пару часов. Коннер и Барт в это время как обычно веселились и развлекали их. Так что такие моменты проходили хорошо для всей команды.    За эти три года Алан невероятно сблизился со всей Юной Справедливостью. Они стали для него настоящей семьей, которой у него до этого, если говорить начистоту, не было. И хоть он их всех одинаково уважал, но воспринимал по-разному: Коннер и Барт походи-ли на старших братьев, Кэсси — либо старшая сестра, либо та самая тетя, которая всегда может поддержать советом, но вот Тим… Тим стоял выше всех, хоть Алан и пытался этого не показывать, чтобы не обидеть остальных, но все итак это понимали. Для Алана Тим Дрейк, Красный Робин, был авторитетом среди авторитетов; был тем, на кого хотелось равняться. В карих глазах ребенка буквально горело восхищение, которое он пытался ярко не показывать. И видя это, Тим невольно вспоминал себя, когда он точно так же смотрел на Дика, на Брюса, на Джейсона, будучи ровесником Алана. Это и смущало, и радовало, и даже немного пугало. Теперь Тим понимал, как выглядел перед Диком и Джейсоном, когда те были еще Робинами.    И если Алан был неформален с Кэсси, с Коннером и Бартом, спокойно называя их по именам или прозвищам, то Тима он называл «мистер Дрейк». Тим, кажется, миллион раз говорил ему, что не обязательно быть таким формальным, но Алан лишь извинялся и виновато улыбался. Как бы он ни хотел, но не мог назвать Тима просто «Тим» даже в мыслях. Отчего-то это казалось неправильным.    — Я не понимаю, почему только со мной он такой формальный, — задумчиво говорил Тим, делясь мыслями с Коннером. — Ну то есть… у нас идет нормальное общение, но я все равно «мистер Дрейк», — он вздохнул, опустив плечи.    — Когда ты стал называть Бэтмена просто «Брюс»? — резонно спросил Коннер, по-хлопав друга по плечу. Тим лишь поморщился.    — Но моя ситуация с Брюсом и моя ситуация с Аланом — две разные вещи, — напоминает Дрейк и поджимает губы. Признаться, он даже не знал, что делать в такой ситуации, ибо даже после разговора с Аланом ничего н поменялось. В какой-то степени Тима это задевало.    Коннер, очевидно, заметил его потухший взгляд.    — Тим, — позвал он, — Алан просто уважает тебя так сильно, что не может общаться с тобой формально. Не обижайся на него, — он потрепал его по плечу. — Он все еще ребенок, а ты — его законный опекун, думаю, это одна из причин, почему он держит эту небольшую стену. Ему просто нужно привыкнуть, — он мягко улыбнулся. — Ты ведь тоже не сразу стал называть Грейсона Диком, так?    Тим не мог отрицать его слова. И хоть рационально он понимал все причины такого поведения Алана, но с сердцем ничего не мог поделать. Он вздохнул и потер лицо.    — Спасибо, Супербой, — так же мягко сказал он, взглянув на Коннера.    — Не стоит, Робин, — поддержал Кент.    — Ты прав, — Тим кивнул сам себе. — Наверное, я слишком тороплю события.    По крайней мере, так успокаивал себя Тим.    После этого диалога прошло некоторое время. Вся Юная Справедливость была в Сан-Франциско после поездки в Китай. Тим и Алан находились в небольшой мастерской-тренировочной под штаб-квартирой ЮС, занимаясь мотоциклами — нужно было заменить пару деталей и установить новые, более усовершенствованные датчики. Любимый дукати Тима все еще был в Готэме, и он никак не мог решиться забрать его. Он мог легко и просто это сделать, но что-то внутри не позволяло ему этого сделать. Алан с энтузиазмом копался во внутреннем мире своего мотоцикла, который был для важен так же сильно, как и костюм. Благодаря своему складу ума он хорошо понимал технические науки, что позволяло быть хорошим механиком и хакером; тем не менее Алан так же хорошо разбирался в некоторых гуманитарных науках — история, география и культура. Он не раз упоминал, что когда-нибудь хотел бы побывать на Темискире, чтобы собственными глазами увидеть архитектуру Древней Греции и Древнего Рима.    — Как дела? — поинтересовался Тим, взяв полотенце, чтобы вытереть руки от масла.    — Все супер, почти закончил, — отозвался парень, лежа под мотоциклом. — Тут надо заменить пару болтов, и дело сделано.    Тим хмыкнул, наблюдая за ним. Со своим мотоциклом он уже закончил.    Через пару минут Алан вылез из-под мотоцикла. Его волосы, до того собранные в низкий хвостик, растрепались; на щеке была капля масла. Тим протянул ему полотенце.    — Ты хорошо постарался.    — Спасибо, пап, — ответил Алан, взяв полотенце.    Они оба замерли. Повисла гробовая тишина. Тим пораженно смотрел на Алана, который пытался понять, что он только что сказал. Тиму на секунду показалось, что у него появились проблемы со слухом, но «мистер Дрейк» и «пап» звучат совершенно по-разному.    В голове Алана крутился ураган мыслей. Что ему сейчас сказать после такого? Оправдание? Извинения? Что вообще говорят в такой ситуации???    У Тима ситуация была не лучше. В его голове было пусто — настолько его ошеломило происходящее. Его разрывали не мысли, а эмоции. С одной стороны, он в настоящем шоке, с другой — что-то внутри трепетало, с еще одной — он растерян. Он пытался вспомнить, как вел себя Брюс, когда он сам впервые назвал его папой, но, наверное, Брюс был не самым лучшим примером в такой ситуации.    — Всегда… пожалуйста? — максимально неуверенно ответил Тим, стараясь сохранять спокойствие, но сердце бешено стучало в груди.    Алан нервно кивнул и принялся оттирать с лица масло. От собственной неловкости он покраснел и отвернулся. В мыслях крутились ругательства на китайском — единствен-ное, что выучил Алан из поездки туда.

***

   — Родительское счастье, — понимающе кивает Ра’с, загоняя фишки Тима в свою соб-ственную клетку. — Удивлен, что ты так рано познал его, да и еще и первым из отпрысков Брюса, — он хмыкнул.    Тим дернул бровью, рассматривая поле с фишками. Сейчас, в игре, он был в невыгод-ном положении.    — Пока я здесь, даже не думай втягивать Алана, — с прищуром сказал он, с характер-ным стуком положив фишку на доску.    — Пока ты здесь, я держу свое слово, — зеленые глаза аль Гула опасно блеснули.    Фишки Тима были загнаны в ловушку. Ра’с победил в этой партии.