Позвони и скажи, что любишь меня

      Прошла неделя, и каждый вечер Вау звонил ему, как только Феликс начинал работать, заменяя его старого завсегдатая. И сначала это были только сексуальные, тяжелые стоны и приглушенные желания прикоснуться по-настоящему, однако вчера Феликс не смог уснуть, ибо они с Вау разговаривали всю ночь. Он расспрашивал Вау о его личности, по странной причине он хотел поближе познакомиться со своим новым постоянным клиентом. И он не должен этого делать, правда не должен. Нельзя. Но он ничего не может с этим поделать, поэтому очень рад снова услышать голосом любимого клиента этим вечером. “Я с нетерпением ждал звонка весь день, ты даже не представляешь!” - восклицает он, как только отвечает на звонок в 8.02 вечера. “О, правда, детка? Хорошо. Я тоже. Я не мог дозвониться до тебя больше недели. У тебя был отпуск, дорогой? Кстати, сопляк, для тебя я сэр.” У Феликса мгновенно застывает кровь. Это его старый постоянный клиент, который успел позвонить до Вау. “Ох..сэр, я...мне очень жаль. Я..э-э..да..у меня был отпуск, у меня не было времени, чтобы..сказать вам..Я прошу прощения, сэр. - Феликс заикается, по его щеке катится слеза. Он совершенно забыл, каково это - разговаривать с кем-то, кроме Вау. Он расстроен, ему не хотелось снова становиться чьей-то игрушкой. Но больше всего он напуган, потому что последние месяцы словесных оскорблений врезались так глубоко, что почти невозможно выбраться из того пространства в голове, в которое он вынужден погружаться, когда разговаривает с другими клиентами. “Хороший мальчик. А теперь не встанешь ли ты передо мной на колени? Я должен наказать тебя за то, что ты оставил меня одного, не сказав ни слова. Помни, чей ты.” Феликс тихо всхлипывает. “Да, сэр. Я...я стою на коленях.”-он икает. “Не плачь, шлюха. Я тот, кем обычно не пренебрегают.” “Мои извинения, сэр”. “Мне придется дать тебе пощечину два раза. Во-первых, за то, что не сказал мне, что ты собирался взять отпуск. А во-вторых, за то, что ты плачешь так, как будто у тебя была на это чертова причина.” “Да, сэр”. Феликс склоняет голову. Он физически не может почувствовать абстрактную пощечину, но эмоции причиняют боль сильнее, чем любое физическое насилие. “Хм, детка?” “Я сожалею, что проявил к вам неуважение. Этого больше не повторится. Могу ли я теперь доставить вам удовольствие, сэр?” “Посмотри на себя, детка. Такой послушный. Это все, на что ты годишься. Теперь позволь мне поступить с тобой так, как я хочу.” “Да, сэр. Я весь ваш, пожалуйста.” Когда телефонный звонок заканчивается, Феликс немедленно отключается, не заботясь о том, что у него еще осталось около часа работы. Он отбрасывает свой личный телефон, когда появляется уведомление о зачислении платежа. Ликс чувствует себя грязным, оскорбленным и настолько переполненным стыдом, что едва может дышать. Он не может сейчас ни с кем разговаривать. Даже с Вау. Ему стыдно за то, что он был настолько слаб перед грубым голосом из динамика. Может быть, Вау будет волноваться, но Феликсу сейчас вовсе не до этого. Он смывает остатки макияжа, которые остались после слез и ложится в постель, плача до тех пор, пока не проваливается в сон.

***

      Джисон бросает на него настороженный взгляд, когда Феликс входит в класс после того, как опоздал на пятнадцать минут. Такое чувство, что все пялятся, и Феликс прижимает свой ноутбук к груди, с желанием стать очень-очень маленьким и скрыться из виду. “Черт, Ликси. Как у тебя дела?” - спрашивает Джисон, как только Феликс садится рядом с ним. Их взгляды встречаются, и Феликс начинает беззвучно плакать. Джисон немедленно заключает его в крепкие, теплые объятия. “Давай убираться отсюда, потом спросим у студентов пропущенный материал” - говорит Хан, торопливо выходя из класса вместе с другом. Когда они добираются до комнат отдыха, которые есть в кампусе школы, Джисон усаживает заплаканного Ликса на диван, прежде чем сбегать за водой. Затем он устраивается рядом с ним, положив руку ему на бедро. “Расскажи мне всё, пожалуйста”. “Я...я не могу...не могу...” - шипит Феликс, его лицо горит от стыда. “Я твой лучший друг. Я не могу сидеть сложа руки, пока ты выглядишь так, словно тебя кто-то изнасиловал!” “Почему ты говоришь именно про изнасилование?” - спрашивает Феликс самым тихим голосом, какой у него есть. Каковы шансы, что Джисон скажет то, что ближе всего к тому, что Феликс только что пережил прошлой ночью? “Ты сейчас серьезно? Кто-то действительно изнасиловал тебя?” - Джисон кричит, он выглядит безумным. На секунду Феликс задумывается о том, чтобы признать, что это было словесное изнасилование, но он не может рисковать потерей Вау. Или даже если Вау никогда больше не захочет с ним разговаривать только потому, что Феликс бросил его прошлой ночью, он не может рисковать потерей других клиентов, которые платят ему деньги, которые ему понадобятся в будущем. Потому что если он расскажет Джисону, у него больше никогда не будет клиентов и подобных разговоров, это точно. Хан никогда бы не позволил, чтобы ему снова причинили такую боль, и сразу бы предотвратил всё. “Не полностью”- он наполовину лжет, и Джисон снова обнимает его и успокаивает. “Мы достанем этого мудака.” “Нет, пожалуйста. Я просто хочу забыть об этом и двигаться дальше.” “Но...” “Сон, пожалуйста. Я просто...я не могу думать об этом сейчас. У меня итак слишком много забот. Просто будь рядом со мной, хорошо?” - Феликс умоляет, слезы все еще катятся по его лицу. Джисон выглядит так, будто собирается запротестовать, но затем его взгляд смягчается. "Ладно. Хорошо. Я здесь ради тебя. Но просто чтобы ты знал, я этого так просто не оставлю. Я докопаюсь до всей инфы и расскажу все тебе, то, чего ты, может быть, ещё не знал.” Феликс кивает. По крайней мере, на этот раз он избежал серьезного разговора в подробностях, и на данный момент этого достаточно. “Я хочу шоколадку.” - он надувает губы, пытаясь сдержать остатки слёз. “Тогда мы купим шоколадку. По крайней мере, пять батончиков. Как раз под размер.”- Джисон протягивает руку и тащит его за собой в школьную столовую.

***

      Феликс лежит в постели, его руки дрожат. 7.57 вечера. Он понятия не имеет, что будет делать, если его старый постоянный клиент позвонит снова. 7.58 вечера. Что, если Вау не позвонит? 7.59 вечера. Когда-нибудь снова? 8.00 вечера. Телефон вибрирует. Феликс задерживает дыхание, пока нажимает на зеленую кнопку. “Зд-здра-а-вст-вуйте?” - заикаясь, выговаривает он. “Санни! Я скучал по тебе.” - Вау говорит с теплым смешком.-“Возможно, больше, чем мне следовало бы.” Прерывистый вздох срывается с губ Феликса. Он позвонил снова. Он, блять, снова позвонил. “Кажется, что прошла вечность после последнего звонка..”, - очень тихо шепчет Феликс. Его сердце сжимается в груди. “Это действительно так.” “Как прошел твой день, Вау?” - спрашивает он, стараясь, чтобы его эмоционально больной тон не был услышан. Феликс должен говорить уверенно, потому что голос Вау звучит именно так. “Всё было здорово.” Несколько секунд тишины. “Как ты думаешь, мы можем отказаться от формальности? Я знаю, это может быть слишком рано, но я чувствую себя так близко к тебе и...”- спрашивает Вау немного дрожащим голосом.-“...то, что я вчера не услышал твоего голоса, оставило меня наедине с моими мыслями. И я действительно хотел бы узнать тебя получше. Пожалуйста?” “Да-да, пожалуйста. Я бы... это было бы честью для меня”, - отвечает он дрожащим голосом. “Итак, сколько тебе лет?” “В сентябре мне исполняется восемнадцать. А тебе?” Он слышит, как Вау втягивает воздух. “Ты... что... как тебе это позволено... кто, черт возьми, тебя нанял... разве это не незаконно?” - Вау громко ругается. ”Ах, на самом деле все хорошо..." “Ты ребенок, Санни! Я... я не знаю, что сказать. Я чувствую, что...мне так жаль. Я должен повесить трубку...” “Пожалуйста, нет! Не оставляй меня. Я чувствую, что ты не такой, как все. Пожалуйста, Вау, останься. Просто поговори со мной. Пожалуйста! Не... не заставляй меня снова разговаривать с другими клиентами!” - умоляет Феликс, а слезы уже льются по его щекам. Ему почти удалось забыть о вчерашнем телефонном звонке, но Вау, сказав, что он должен повесить трубку, заставляет его вспоминать обо всём. Он должен рассказать всё Вау. Мужчина молчит, ожидая. “Вчера, когда я эм..ответил на первый звонок, я..э-э..я думал, что это будешь ты.” - начинает Феликс, его голос хрипит и обрывается.-“Но это... это было не так. Это был мой старый завсегдатай. И я...он...я...” “Санни, скажи мне, пожалуйста, что случилось? Что он сделал?”- голос Вау звучит обеспокоенно. “Он сделал мне... мы...я такой неудачник. Я...я сдался. Я был очень напуган. Я ничего не мог с этим поделать. Мне так стыдно. И после...после этого я повесил трубку. После этого я больше не мог разговаривать. Я так...извиняюсь за то, что был таким жалким сопляком, Вау..” “Блять, я убью его. Как он посмел? Я...я даже не знаю, что сказать. Черт, я...”- Вау звучит разъяренно, его дыхание прерывистое и потрескивающее в динамиках.- “Санни, я хочу тебе помочь. Как я могу это сделать?” “Просто ра-разговаривай со мной каждую н-ночь. Не давай ему возможности позвонить. Тебе даже не нужно...платить мне. Просто, пожалуйста, останься...останься со мной.” “Всё что угодно для тебя.” “Ты можешь р-рассказать мне о своем дне? Чт-чтобы помочь мне отвлечься от мыслей о нем.” - Феликс плачет, утопая в своем страхе. И Вау говорит, говорит, говорит. Его голос успокаивает Феликса, его веки закрываются, и его всё больше клонит в сон.

***

      “Санни? Ты не спишь?” Феликс садится, несколько секунд пребывая в легком замешательстве. Откуда исходит этот голос? “Санни?” Он смотрит вниз на свою кровать, и там лежит его рабочий телефон. И он вспомнил. Точно. Вау. Ликс быстро поднимает устройство, прижимая его к уху. “Я проснулся, Вау. Спасибо тебе.” “Ты хорошо спал?” “Очень. Я даже не знаю, как отблагодарить тебя за заботу обо мне..” “Ты не обязан, мне это доставляет лишь удовольствие. Ты хочешь, чтобы я отключился?” “Нет. Пожалуйста, останься. Обними меня.” “Я хочу. Я действительно хочу. Поцелуй?” “Целую.” И они молча лежат, Феликс прислушивается к ровному дыханию Вау и его это правда успокаивает. “Могу я прикоснуться к тебе?” - спрашивает Феликс через несколько минут. “Если ты чувствуешь себя комфортно. Я..я действительно не хочу..знаешь..причинять тебе боль.” “Ты единственный, кто не может”. И Феликс, наконец, забывает прошлую ночь, позволяя Вау заботиться о нем, лелея его и вместе спускаясь по спирали в кроличью нору удовольствия.

***

      Выпускной кажется безумием. Он не может поверить, что у него действительно получилось. Вся его тяжелая работа за последние месяцы окупилась, и он может с гордостью уйти с достойными оценками, готовый стать танцором. Весь день прошел как в тумане, и то, что он напился до беспамятства несколько часов назад, не помогло прояснить его затуманенный разум. Он на коленях у Джисона, цепляется за него, как влюбленный щенок. “Сон, ты же знаешь, что я люблю тебя, верно?” - бормочет он, утыкаясь носом в шею своего лучшего друга. “Я тоже тебя люблю, но я думаю, что это был последний напиток для тебя, лучик!” - он отвечает и делает последний глоток из бокала Феликса. “Эй, это было мое!” “А теперь это мое!”- Джисон сияет и целует его в нос. “Как дела у Минхо? Ты хоть пытаешься его добиться?” - Феликс внезапно вспоминает, как Джисон говорил что-то о том, чтобы получить что-то от Минхо на выпускной вечеринке, которую устроили несколько студентов. И эта ночь - сегодня вечером. В глазах Джисона появляется дьявольский блеск. “Сегодня вечером всё будет. Он часами раздевал меня своими глазами, и я не могу дождаться, когда это станет реальностью. Но я не уверен, когда мне следует напасть на него..” “Как насчет...”-Феликс делает вид, что думает, поглаживая несуществующую бороду.-“Прямо сейчас!” И он быстро встает, увлекая Джисона за собой. Затем он разворачивается и сильно подталкивает Джисона к тому месту, где сидит Минхо, держа в руках чашку бог знает какого по счету ликера. “Ликси!” - Джисон громко хрипит, но подчиняется. Феликс наблюдает, как он неторопливо подходит к Минхо и соблазнительно садится ему на колени. Затем он наклоняется вперед, чтобы прошептать что-то на ухо старшему, заслужив его хитрую ухмылку, прежде чем Минхо обвивает рукой шею Джисона и практически пожирает его глазами. Феликс громко визжит, подбадривая его. Долг лучшего друга, к слову. Пьяный, он как-то подходит к двери. Пора идти домой. И что? У него сегодня нет смены, так что он не будет разговаривать с Вау. Внезапное осознание того, что он не разделит эту ночь с кем-то настолько важным для него, заставляет его чуть ли не упасть. Однако прежде чем Ликс падает на пол, его подхватывают чьи-то объятия. “Привет, пьяница! Ты идешь домой?” Парень, смотрящий на него, невероятно великолепен. У него пронзительные голубые глаза, возможно, линзы, но кого это волнует, и острая улыбка. “Да, и не с...” он бросает на мужчину еще один взгляд.-“тобой. Кем бы ты ни был.” “Не волнуйся, я здесь не для того, чтобы забрать тебя. Я просто подумал, что ты выглядишь слишком пьяным и нуждаешься в некоторой помощи. Позволишь мне вызвать тебе такси?” Феликс бросает на незнакомца подозрительный взгляд. “Всего лишь такси? Никаких скрытых мотивов?” “Я клянусь”, - уверяет мужчина. Затем он резко поднимает Феликса в положение стоя. “Со Чанбин, а ты?” “Феликс Ли. Ты тоже сегодня окончил школу?” Чанбин заливисто смеется, в уголках его глаз появляются морщинки. “Я действительно выгляжу так молодо? Нет, я здесь как плюс один к одному из двух моих друзей, которе пришли на эту вечеринку. Но его уже заняли на диване.” Чанбин жестом указывает на диван. Более конкретно по отношению к Джисону и Минхо. “Мой лучший друг, божечки.. Им нужно в другую комнату.” “Это твой лучший друг? Что ж, ты можешь сказать ему завтра, что Минхо болтал о нем месяцами. Он влюблен в него больше всех на свете”. “Ты серьезно? Скажи Минхо, что у меня уши вот-вот отвалятся, потому что Джисон не затыкается из-за него.” Они смотрят друг на друга, и Феликс не может сдержать истерического смеха, который вырывается из него, алкоголь делает все в сто раз смешнее. “Хочешь сходить за мороженым? Я знаю место, которое еще не закрылось.”- предлагает Чанбин.-“Не как свидание, очевидно. Просто два кента, наслаждающиеся мороженым, но не в пяти футах друг от друга, потому что здесь нет такой большой скамейки.” Феликс взволнованно взвизгивает при упоминании мороженого и кивает, размазывая подводку для глаз и вытирая счастливую слезу с щеки. Затем он надевает куртку и следует за Чанбином, дабы насладиться теплым вечером. “Можно мне прокатиться на спине поросенка?” “Если ты ждёшь, что я скажу "да", то ты абсолютно ошибаешься.” - Чанбин невозмутим, и Феликс останавливается как вкопанный. -“Я скажу "да"!” Феликс визжит и запрыгивает Чанбину на спину, не заботясь о том, что они совсем не знакомы. “Это намного сложнее, чем кажется!” - Чанбин жалуется после трех шагов, изображая усталость.-“Ты и мой лучший друг, тот, кто за словом в карман не полезет. Чанни чертовски силен, и у него самое доброе сердце на свете, так что, если ты попросишь его, он никогда не сможет тебе отказать. И, если что, ты не слышал этого от меня, но ты полностью в его вкусе.” «Правда?»-Феликс краснеет. “Правда. Я обязан познакомить вас двоих.” Феликс собирается согласиться, но затем в его голове всплывает созданный им образ Вау, и он сразу же жалеет, что вообще допустил эту мысль. Он не знает, почему ему кажется, что его обманули. Они еще даже не встречались! “Это звучит...э-э-э...мило. Но я вроде как уже кое с кем встречаюсь.” - он признает, что ирония этой лжи заставляет его почти смеяться. Жалкий. Возможности того, что он и Вау действительно встретятся, по сути, не существует, почему он упускает шанс на настоящие отношения ради кого-то, кто, возможно, даже не настоящий..