Fugitives

***

       Привязанность — худшее, что может случиться в жизни любого. Особенно после долгого одиночества и противоречивых мыслей о ненависти ко всему существующему и бессмысленной социопатии. Глупое состояние, заставляет ощущать потребность в людях, в недостижимой любви. Чувства, которые раньше казались чем-то заоблачным и непостижимым, теперь выплескивали через край. Люди — это всего лишь проблема, препятствие, помеха, от которой необходимо избавиться как можно быстрее, дабы не утонуть в волне безумного эмоционального голода.

***

Тея многозначительно смотрит на компанию ребят, а затем резво выходит из комнаты. Элисон рассказала все о том, как Эндрю увез Мэтта в Колумбию, и о том как помог Аарону. Разные эмоции терзали ее изнутри, но хуже всего было глухое чувство в груди. Оно сдавливало, сковывало, заставляло бежать, думать и надеяться. Страх охватил ее. Обретенные знакомые радовались за нее, интересовались жизнью и беспокоились. Тея наконец поняла, теперь риск потери слишком велик. Чего стоили только объятья Элисон, которая сжимала ее до хруста костей, перепугавшись. Дело с отцом необходимо довести до конца, но как? С ножами в одиночку далеко не уедешь, а его выход из тюрьмы назначалсяуже на первую половину следующего года.       Девушка буквально выбегает из общежития, ей нужно побыть одной и придумать план на ближайшую жизнь.       Тея смотрит под ноги, вдыхая свежий воздух. Руки, находящиеся в кармане толстовки, привычно повторяют одни и те же действия, снова открывая и закрывая нож. Она сворачивает в кофейню, заказывает большой латте. Бариста странно улыбаясь, отдает заказ и подмигивает. Всему виной нарисованное сердечко, скрывающееся под крышкой. Девушка натягивает капюшон, прячась от холодного ветра и с равнодушным лицом размешивает молочный напиток. Ночной город прекрасен, прекрасен также как утренний рассвет или кружка крепкого кофе. Казалось бы ничего не может помешать господствующей пустоте внутри. Казалось бы. — Эй, эй. Погоди красавица. Куда же ты торопишься. — Она ускоряет шаг, ещё больше прячась в капюшон. — Эй, мы не договорили. — несколько незнакомых парней, ранее двигающихся вперед, свернули за Теей. Мужчина, останавливая, схватил ее за локоть. Кожу обожгло неприятный прикосновением. Она уверена, что отец снова отыгрывается на ней, заставляя «приятно» ностальгировать по не такому уж и далекому детству. — Уберите свои руки, — Но они настойчиво окружают ее, преграждая путь. Тогда Тея быстро открывает крышку с горячим напитком и опрокидывает его на одного из них. — Я сказала убрать руки. — Вот сучка малолетняя. — Выбирай выражения, — успевает сказать она, как мозг снова неожиданно начинает воспроизводить странные картины, как обычно вовремя. Галлюцинации часто настигали ее в самые неподходящие моменты, а после смерти Стеф, стали почти неуправляемыми. Возникали они, то ли от переизбытка подавленных ранее эмоций, то ли от пропуска лекарств. А может быть, всего лишь нестабильная психика решила размыть рамки бытия сильнее, чем обычно. Прошлое приятной пеленой накатывает на нее, старательно пытаясь оградить от настоящего. Иногда это заставляет задуматься, а может все не так и плохо?       Тея свесив ноги, сидит на краю рамы, окна их дома выходят на противоположную улицу, из-за чего виднеется соседний дворик. Небольшой, но уютный домишко, с красивой верандой. Соседка приглашала их в гости на свое новоселье. После этого момента девушка часто наблюдала как соседские дети, шумя, играют в догонялки. Хмурый мальчик, лет 15 случайно заметил наблюдающую Тею и теперь недобро поглядывал на нее. Смеясь, она подмигивает ему и все также продолжает кивать в такт музыке, тихо напевая до боли знакомые слова любимой песни: — Spread your love like a fever… And don't you ever come down. Теплый июньский ветерок приятно обдувает ее лицо и кажется она забыла обо всем, попала в чудесную сказку, где нет ничего, кроме единорогов и сладкой ваты. Дверь скрипит, Тея и не собирается оборачиваться. Стефани, с двумя огромными кружками чая, располагается рядом. — Джон снова это сделал? — спрашивает Стеф, следя за опустошенным взглядом младшей сестры, та кивает. — Мгм. — она шмыгает, — Я врезала ему в нос, но этот индивидуум позвал отца. Я больше не намерена это терпеть, никогда. — И что же ты собираешься делать? — сестра наклоняется в сторону, поворачивая голову и задумчиво хмыкает. — Сейчас? — Тея задумчиво поправляет свои непослушные волосы и осторожно забирает кружку, — Придумывать пошаговый план убийства, — девушка смеётся. Пожимая плечами, разворачивается.       Мозг резко нормализует свою работу, так и не дав толком взглянуть на сестру. Ее конечности беспомощно волочатся по земле, а парни, крепко схватив за толстовку, тащат в неизвестном направлении. — Никогда? — Снова проносится где-то запредельно далеко и казалось бы, усталость исчезает. Ноги беспомощно упираются в асфальт. Рядом стоящий парень, явно уже не ожидавший ответных действий и надеющийся на техническую победу, отшатнулся, предоставив возможность действовать. Тея пользуется моментом, освобождаясь от цепкой хватки, отступает и тянется к ножу. Она не сможет, она не справится и она определенно это знает. Улица пуста и шансы на победу равны нулю, но Тея будет последней идиоткой если сдастся снова, даже не попробуя. Лучше она умрет от смертельного удара, чем поддастся на волю этим парням. Кривая улыбка вмиг окрасила ее лице, хриплый смех разнесся по пустым улочкам. — Никогда. — Уже громче произносит сама Тея с щелчком раскладывает нож. Пытаясь прицелиться, девушка щурится, а затем переходя в неожиданное наступление, вгоняет холодное оружие в бедро одному из громил. Кровь, алым фонтаном хлещет из его ноги и Тея прокручивая, вынимает нож. Неожиданно по голове прилетает чем то тяжелым, но она не теряет равновесие, с трудом стоя на ватных ногах. Черный силуэт приближается. Противный смех доносится отовсюду и становится тошно. Воздух не поступает в легкие, глаза слезятся и Тея закашливается от неприятного жжения в груди. Тонкая струйка крови стекает из носа, попадая на губы. — Ты не справилась. Снова. Сейчас ты там, где тебе самое место. В самом низу, на грязном асфальте. Не — у — дач — ни — ца. — эхом разносится и хочется вырвать уши, только бы ничего не слышать. — Такая же, как и твоя мать, — она падает на землю, в кровь обдирая колени. Голоса в голове становятся громче. Руки судорожно зажимают уши, лишь бы ничего не слышать, лишь бы ничего не чувствовать, лишь бы не умереть. Хочется кричать и биться в беспорядочных конвульсиях, но крик комом стоит в горле, а взгляд устремляется в небо, пытаясь абстрагироваться.

      ***

       Яркий свет слепит глаза и Тея жмуриться. Спина затекла от неудобного сидячего положения, девушка выпрямляется. От резкой смены положения, голова начинает кружится. Она поворачивает голову и застывает. Джон, стоит напротив нее, властно сложив руки на груди, пытаясь показать свое превосходство. — Вот мы и встретились. — едва успевает договорить он, как Тея дергается вперед, руки связаны. — Ты. — она покачивается на стуле, пытаясь освободиться. — Хочешь вернуться в прошлое и поностальгировать? Я могу сломать тебе нос еще раз, для полного, так сказать, погружения. –Темноволосая дёргает плечами. — К сожалению, нет. Говорят ты теперь в команде отбросов. Пытаешься заглушить одиночество, милая Теодора? — Понимаешь, Джон. — Тея меняется в лице, прикусывая губу. — Одиночестве вовсе не тяготит меня. Я ведь не ты. — нож прижимается к горлу и она сдавленно смеется. — Ты ведь для этого и пляшешь под дудку моего идиота папаши. Верно? — Мелкая, грязная девчонка. Я ведь могу убить тебя. — Джон, скрипя зубами, скалится. — Не смеши меня. Марио не велел тебе этого, и мы оба это прекрасно знаем. — Времена меняются. Ты не можешь знать это наверняка. — петляет он, проводя холодным металлом по ее шее. — Ты сосунок. — прямо подводит Тея и чувствует, как плечи Джона напрягаются. — Подлизываешь все, а когда он чуть дернет поводок, бежишь сломя голову. Это ты глушишь одиночество, а я не собачка. Я люблю свободу, Джон, свободу. А ты нет. Свобода в любом случае лучше поводка. — Десятки глаз ежедневно наблюдают за тобой. Разве это свобода? — он усаживается на противоположное кресло. — Я скорее умру, чем буду принадлежать ему. Ты настолько глуп, что не понимаешь сути. Эта наша с ним война, уйди с дороги или попадешь под горячую руку и не обязательно под мою. — она не успевает договорить, как дверь опирается и из-за угла выпрыгивает маленькая девочка. — Папа, папочка. — Тея заводится смехом и та хватает Джона за руку. — Давай поиграем, пап. Ну паааап. — противно тянет она. — Он уберет и ее, если ты не угодишь. — Узел на руках наконец поддается и девушка встаёт. — Не повезло тебе с отцом, малышка. — Никто не противится ее действиям и она неспешно ищет выход, петляя по зданию. В общежитие она возвращается когда Элисон уже тихо посапывает на втором этаже.

      ***

      Тренировки Лисов были не столь изнуряющими как тренировки Воронов, но сил уходило не мало. Начало учебного года приближалось, значит близилась и игра против неких Шакалов. Ещё неделя и свободного времени станет гораздо меньше. — Тебя подвезти? — интересуется Дэн. Отношения с капитаном складывались не лучшим образом, но та усердно шла на контакт. — Если у Мэтта хватит места. — Кивает Тея, натягивая толстовку.Разместившись в машине, темноволосая общалась с Элисон. Вернее, говорила Рейнольдс, Тея лишь кивала, иногда вставляя свои пять копеек. — Нам обязательно нужно собраться, девочки и устроить что — то типо девичника. — Предлагает Элли и все уже обсуждают предстоящее веселье. — Ты за, Тея? — спрашивает Рене, когда обсуждение чуть утехает. — Да, да. Отличная идея. Я согласна.       По приезде в общежитие, старшекурсники разошлись, а она быстро положив рюкзак и захватив плеер, уже бежит по лестнице, поднимаясь на крышу общежития. Она случайно нашла это место, когда исследовала стены своего нового места проживания. Дергая ручку, замок легко поддается и девушка движется вперед. Тея садится, свешивая ноги с края, вынимает сигарету. Мрачные грозовые тучи заполонили небо. Мелкие капли дождя давали знать о предстоящем ненастье. Дверь вновь скрипит, и она оборачивается, находясь в будоражащей близости от пропасти. Эндрю, сунув руки в карман и поежившись от пронизывающего ветра, кинул на Тею презрительный взгляд. — Не знала что это только твое место. — скривив губы, она словно предугадала его мысли. Девушка протягивает с трудом зажженную сигарету. — Еще одно неожиданное пожертвования с твоей стороны. — усмехается он, усаживаясь на другой край крыши.       Под пронзительный взгляд Миньярда, Тея глубоко затягивается, а затем закашлявшись, выдыхает облако едкого дыма. Она смотрит вверх, будто желая увидеть нечто удивительное в непримечательном сером небе. Большие капли проливного дождя стекают по ее лицу, попадая на волосы, а девушка не обращает на это внимания. Отдавшись своим мыслям, она криво улыбается. Запускает руки в свои волосы, а затем натягивая, опускает голову. Прошло несколько минут прежде чем Тея перевела взгляд на него. Ее зелено-серые глаза заполнились прозрачной пеленой, зрачки чуть расширились. Она по-птичьи склоняет голову на бок.