Тринадцать

      Несмотря на раннее субботнее утро, Анабель проснулась рано. Первая учебная неделя прошла быстро. Она была всего лишь на пятом курсе, и поскольку в Шармбатоне, как и в Дурмстранге, учились восемь лет, то до экзаменов было еще очень не скоро, поэтому Анабель не хотела так сразу окунаться в учебу, тем более, что погода на улице была прекрасной.       Симона сопела на соседней кровати, раскинувшись по ней звездочкой. Анабель усмехнулась, поправляя подруге одеяло. Симона всегда любила поспать.       Тихо надев на себя сарафан (в выходные им разрешалось ходить по школе без формы) и взяв один из своих любимых романов, Анабель направилась во двор их школы, к фонтану.       Она не ошиблась в своем выборе. Тишину нарушало разве что пение птиц. Едва вставшее солнце не пекло, а приятно ласкало кожу своими лучами, шум воды успокаивал.       Посидев с закрытыми глазами и насладившись моментом, Анабель села на лавочку в теньке под деревом, которое давало легкий ветерок, развивая ее распущенные волосы, а сама она углубилась в чтение.       — Вот ты где, — спустя несколько часов к ней подсела Симона, протягивая ей тарелочку с греческим салатом. — Я удивилась, когда тебя не обеде не увидела.       — Что? — Анабель огляделась по сторонам, замечая, что двор уже полон учеников, которые загорали прямо на траве, кто-то из команд по квиддичу перекидовал друг другу квоффл прямо на земле, самые ответственные приступили к домашнему заданию или как она просто что-то читали. — Сколько сейчас времени?       — Ты, когда читаешь про своих маглов, вообще про время забываешь, — закатила глаза Симона. — Обед закончился, вот я и стащила это для тебя.       Анабель благодарно посмотрела на Симону, откладывая книгу на лавочку и приступая к салату. Она и не заметила, как проголодалась. Действительно, чтение магловской классики ее увлекало.       — Почему тебе вообще все это интересно? — скривилась Симона, вертя в руках книгу и тупо смотря на неподвижную обложку. — Ты из самой уважаемой чистокровной семьи Франции, а интересуешься какой-то чушью, недостойной истинной леди.       — Это не чушь! — начала отстаивать свои интересы Анабель. — Да и маглы не настолько отличаются от нас, скорее наоборот, двинулись за это время вперед куда больше, чем чистокровные.       — Да ну, — не поверила ей Симона, которая тоже принадлежала чистокровной семье, вот только уважение свое они потеряли, так как у ее отца была какая-то интрижка в прошлом, но Анабель это было не интересно, с Симоной она дружила потому, что им вместе было весело и интересно. — Ты мне так никогда и не рассказывала, с чего тебя так увлекли маглы и где ты их видела, меня до школы с ними не знакомили.       Анабель никогда не отвечала на этот вопрос, даже близкой подруге. Это было слишком личное, почти интимное для нее. Свою любовь к маглам она хотела оставить только для себя, хотя никогда ни от кого не скрывала свое увлечение их культурой, не стыдилась своего интереса.       — Ну неужели тебе не интересно знать, как живут люди, так похожие на нас, но при этом совсем другие? — искренне не понимала Анабель.       — Чем они так на нас похожи? — скривилась Симона. — По-моему, ничего общего, мне кажется, что обычного магла от волшебника можно даже по внешности отличить.       — Только ты не берешь во внимание тот факт, что волшебники на деле очень многое подчерпнули именно из магловских технологий, — в который раз принялась объяснять очевидное Анабель, но не находя отклика у подруги. — Да и у них тоже есть похожие традиции на чистокровные, правда главная осталась почти пережитком прошлого, но все равно встречается.       Симона лишь покачала головой, но Анабель не собиралась сдаваться.       — Это — одна из моих любимых книг, — Анабель отставила от себя пустую тарелку из-под салата и вновь взялась за книгу. — Маргарита Дюрас. Одна из лучших французских писательниц. А это одно из лучших ее произведений — «Любовник».       — Оу, — глаза Симоны загорелись. — Так вот что тебя тянет в магловской культуре, запретный плод сладок?       — Да иди ты, — покраснела Анабель, толкая подругу локтем.       Скорее наоборот, она смущалась таких вещей. В отличие от многих своих однокурсниц она и правда выглядела на пятнадцать лет. Мать ее всегда отчитывала, что в ней нет привычки к чистокровному шарму.       — На самом деле роман очень серьезный и печальный, учитывая тот факт, что он даже автобиографичен, — стала серьезной Анабель. — Я перечитываю его уже третий раз и всегда нахожу что-то новое и близкое для себя.       — О чем же он? — вряд ли Симона искренне заинтересовалась и в целом способна оценить литературу, но Анабель не могла не попробовать.       — Действие происходит во французском колониальном Вьетнаме и рассказывается с точки зрения анонимной пятнадцатилетней девочки, которая связывается с гораздо более старшим китайским бизнесменом, — начала рассказывать краткую суть работы Анабель. — Главная героиня — дочь одинокой матери, которая одержима деньгами, статусом и своим положением в обществе. Она использует свою дочь для интересов своего бизнеса.       — И в ком ты себя там нашла? — скептически спросила Симона. — Неужели в этой девочке?       — А что, не так? — подняла бровь Анабель. — Мне тоже пятнадцать. Да, у меня полная семья, но сути это не меняет, что отец, что мать хотят продать меня заграницу какому-то чистокровному роду, чтобы я родила и им, и оставила наш род тоже. Ну и да, куда без бизнеса, не просто так любого же выберут.       В целом, Анабель понимала и принимала правила игры, понимала, что обе стороны получают, но сам факт того, что по сути девочек продают в другие семьи ей был неприятен, было неприятно, как это устроено и подается в обществе. Она хотела тоже выйти замуж, ходить на чистокровные приемы, жить в достатке, развивать родовую магию. Но все же любовь была важной составляющей брака для нее, родители любили друг друга, поэтому она тоже хотела бы влюбиться в своего жениха, а может даже и выбрать, хотя бы посмотреть на парочку претендентов внешне и буквально пару часов с ними пообщаться, чтобы понимать, кто тебе подходит, а кто совсем нет.       — Ты знаешь, кого тебе выберут? — затронула снова одну из запретных тем Симона, но сейчас Анабель была готова порассуждать.       — Не знаю, но папа говорит, что это точно будет иностранец, — пожала плечами Анабель. — До семнадцати мне еще два года, время есть.       — Китайца тебе найдут, — засмеялась Симона.       А вот ей было не смешно. Анабель боялась, что если и правда подвернется выгодный вариант, то отец может перенести помолвку и раньше ее совершеннолетия, ведь у них тоже были проблемы в семье, только в отличие от семьи Симоны, никто об этом не знал. Оставалось надеяться, что ей понравится жених.       — Очень смешно, — закатила глаза Анабель.       — Слушай, а давай составим список потенциальных претендентов, — загорелась идеей Симона. — В целом в каждой стране списки чистокровных известны, да и кто их наследники, их возраст, все же не думаю, что тебя реально выдадут за какого-то старика.       — Я не хочу этого знать, — нахмурилась Анабель. — Вообще не хочу пока об этом думать. А если мы составим список, то я буду смотреть на него, думать. Что, если сочту интересным и выгодным одного, привыкну к этой мысли, а потом окажется совсем другой?       Но Симона была непреклонна, поэтому к вечеру у них был уже список из тринадцати претендентов: 1. Григоров 2. Димитров 3. Крам 4. Диас 5. Соуза 6. Абара 7. Такахаси 8. Ито 9. Трэверс 10. Васнецов 11. Розье 12. Эйвери 13. Малфой