Стало теплее

      Холодный ветер наконец-то стал приносить наслаждение, а не вызывать табун мурашек по коже. Темнота окутывает город гораздо позже, а на каждом шагу влюбленные парочки встречают закаты, держась за руки. Школьники с облегчением дописывают последние контрольные работы, а студенты проводят ночи напролёт, пытаясь подготовиться к зачётам, и слезно клянутся себе отчислиться в следующем году.              Повсюду уже царит запах шашлыков, каждый второй человек мечтает залезть в любой ближайший водоём и проводить там сутки напролёт. Теперь домой можно возвращаться позже или вовсе не возвращаться. Скоро наступит лето, все тёплые вещи убраны подальше в шкаф, а комары уже начинают терроризировать мирных жителей. Май радует тёплой погодой и приносит искренние улыбки.       Никто не хочет сидеть в душном университете, когда на улице светит солнце, а трава из окна аудитории кажется безумно мягкой, так и манит, мол, выходи и ложись. Мишель, конечно же, хочет поддаться соблазну и начинает глазами выискивать Лизу в длинном коридоре. Хотя знает, что та ей откажет, ведь: «Нельзя прогуливать, мы ведь пришли сюда получать знания» и бла-бла-бла. Мишель, честно говоря, вообще по барабану на эти знания. Единственное, что её сейчас волнует, — это потрясающая погода и некая Елизавета Андрющенко.       Найти в толпе Лизу было сложно, но не невозможно. Гаджиева подбегает к ней, хватает за руку и тянет в сторону выхода. Говорит, что всё объяснит потом и что это очень важно. Бежит к пожарному выходу и тащит следом мисс нет-я-не-уйду-даже-с-физкультуры.       Спустившись по лестнице, Мишель сразу же падает в такую мягкую траву. А в чужих глазах замечает немой вопрос, на который не горит желанием отвечать.       — Не смотри на меня так. Смотри лучше, какие облака красивые, — говорит и берёт инициативу в свои руки, роняя Лизу рядом с собой, — Время 9 утра, неужели ты хочешь просидеть весь день в душном здании?       Лиза, конечно, не хочет. Но зная Мишель, через пару часов они окажутся чёрт знает где (если хотя бы чёрт будет знать). И непонятно когда вернутся и вернутся ли вообще. Такая перспектива тоже её не особо радует. Хотя, может, пора дать себе возможность повеселиться?       Валяясь на траве, девушки вглядываются в облака, находят там всевозможных зверюшек и заливаются громким смехом. Проклиная сок одуванчиков, который красит руки, Мишель упорно плетëт венок. Перебирает все оскорбление и даже придумывает новые, пока пытается оттереть свои руки.       Лизу это глупое ребячество забавляет до безобразия. А ещё она начинает подозревать проблемы с памятью у Гаджиевой, ведь она сама сегодня хвасталась новыми влажными салфетками, которые пахнут конфетами.       Решив, что липкие руки — это неглобальная проблема, девушка навешивает венок, хватает возлюбленную под локоть и в сопровождении громких возмущений уводит в неизвестном направлении.

***

      Лиза переводит взгляд с велосипедов на Мишель и обратно на велосипеды. Всë, конечно, отлично, но эта самая Мишель не умеет на них кататься. Вообще. От слова совсем.       — Что ты смотришь на меня как на дурочку? Учи лучше кататься на этой штуке.       — Я смотрю на тебя как на дурочку, потому что ты и есть дурочка. С переулочка, — Андрющенко крутит пальцем у виска, хотя не то чтобы была удивлена, чего-то такого она и ожидала, но тренером явно не нанималась.       Мишель оказалась довольно способным учеником (хотя все преподаватели с этим явно бы поспорили) и уже через несколько минут каталась без особой угрозы для жизни. Правда, в жертву пришлось принести коленки, которые она уже умудрилась разбить, потому что асфальт оказался не очень-то дружелюбен и мягок. За что его, конечно, обложили матом на всех возможных языках и прокляли.       Еще полчаса катания туда-сюда и Гаджиева держалась более-менее уверенно. Даже научилась поворачивать, за что выпросила поцелуй и аплодисменты своей персоне.       — Смотри, я даже без рук могу! — кричит и растягивает губы в довольной улыбке.       — Как бы ты потом без рук не осталась, мастер-фломастер, — Лиза предупреждает, сама так в детстве делала, а потом руки еле разгибала после сильных ушибов.       Мишель хочет обернуться, чтобы показать язык и доказать свою правоту, но, кажется, велосипед решил с ней поспорить. Поэтому меньше чем через секунду она уже распласталась на земле рядом со своим оппонентом.       — Ты меня сглазила! — недовольно бурчит и хватается за локоть, которым проехалась по дороге.       Андрющенко беззлобно усмехается и уже бежит оказывать первую помощь пострадавшей. Под первой помощью подразумеваются сорванный подорожник и та самая влажная салфетка с запахом конфет. А, ну и подуть на ранку конечно. Прямо эдакий набор юного доктора.       — У кошечки боли, у собачки боли, у вермишельки не боли, — как мама-наседка у птенца.       — Ты кого тут вермишелью назвала, а? Сосиска хренова.       К постоянным ранениям у этого самого доширака Лиза уже давно привыкла. И даже перестала читать нотации. Правда, только после того, как однажды ей прилетело учебником ОБЖ по голове, который она подарила, беспокоясь за сохранность своей второй половинки. И к дурацким прозвищам Лиза уже тоже давным-давно привыкла.       Придя к выводу, что заражение крови никому не грозит, да и вообще до свадьбы всё это заживёт, обе девушки встают и решают всё-таки уехать с этого злосчастного места.       Крутя педали, Мишель командует догонять её и скрывается за углом какого-то здания. Андрющенко незамедлительно следует её примеру, запрыгивает на велосипед и набирает скорость.

***

      

      Грустные серые панельки медленно уменьшаются в численности и меняются на частные домики. А скоро и вовсе пропадают из вида и городские пейзажи заменяют просторные поля, которым нет ни конца ни края. Рядом сверкает вода, где-то вдалеке пасутся коровы, и всюду растут цветы.       Уже на траве Гаджиева спрыгивает с велосипеда и бросает его куда-то в сторону, будто мстит за разодранные коленки. И просто бежит куда-то вперед. Ветер раздувает волосы, а душа ликует. Вот она — свобода. На лице сияет улыбка, а глаза светятся ярче, чем когда-либо.       Эти самые глаза начинают выискивать самые-самые чудесные цветы. Срывает какие-то фиолетовые, совершенно ей неизвестные, но до ужаса красивые. Скидывает с себя уже замученный венок и продолжает разыскивать симпатичные растения, желательно без всякой живности на них.       Андрющенко в этот момент только аккуратно слезает со своего велосипеда и с глупой улыбкой на лице наблюдает. И решив уподобиться Гаджиевой, сама идёт собирать одуванчики, уж больно Мишель подходят цветочные украшения на голове.       — Бу! — Мишель подкрадывается со спины и хватает за плечи, а после крика следует звонкий смех и вытянутые руки с полевым букетом.       А у Лизы на лице несколько тысяч эмоций, которые невозможно перевести, но, кажется, кто-то был на грани смерти от сердечного приступа. Старость она штука такая. При взгляде на цветы по привычке закатывает глаза, но уже через секунду с благодарностью их принимает и сдаётся в плен такого заразительного смеха.              — Тут же речка рядом, давай доедем! — прыгает и хлопает в ладоши, как маленький ребёнок. Ну как ей можно отказать?       — Вода ещё холодная, купаться всё равно не полезем. Да и купальников у нас нет, — ну хоть кто-то в этой паре же должен быть ответственным и думать головой.       — И зачем нам купальники? Я будто не знаю, что у тебя под ним, — Мишель смеётся со своей же до ужаса глупой шутки. — А вода уже вовсе не холодная. Три грозы уже было, значит купаться можно. Конец мая уже, очнись!       Под напором Гаджиевой Лиза сдаётся, и возлюбленные возвращаются к своим двухколёсным коням и направляются в сторону реки. Параллельно Мишель хохочет с абсолютно несмешных анекдотов, которые сама же и рассказывает.       Речка оказалась недалеко, буквально 10 минут езды. Вода чистая, почти как море. Вот вам и курорт. Мишель моментально срывается с места, по дороге скидывает с себя кроссовки и забегает в воду. Зовёт Лизу к себе, уверяет, что вовсе не холодно. Лиза же относится к этому очень недоверчиво и аккуратно подходит к берегу.       — Что ты как девственница мнешься, вода классная, — зазывает как может. — Это в твоём Новосибирске было холодно, а тут тепло!       Гаджиева не выдерживает и просто тянет за руку. Обе падают и под громкий смех промокают насквозь. Вода и вправду оказалась не такая холодная, просто приятно освежает.       Казалось бы, взрослые девушки начинают плескаться водой, пытаются друг друга утопить и проверяют, кто дольше просидит под водой.       Обе такие беззаботные и по-детски счастливые хотят раствориться в этом моменте. Болтают обо всём на свете, тают в такой нежной любви и поцелуях.       У Мишель внутри пожар, она горит, а Лиза рядом с ней и сама зажигается. И обе знают, что пока они держатся за руки, никто из них не погаснет.

Вечное лето на берегу моря

Где-то наверное, но не у меня

Я окружён болью, но хотя бы с тобою

Хотя бы с тобою я — это я