***
Адриан боялся, что он не сможет заниматься с друзьями, но они все учились в выпускном классе, и, понимая важность этого года и признавая приоритет перед обучением, Габриэль Агрест разрешил сократить сыну рабочие часы. Теперь Адриан имел возможность больше времени проводить в компании Нино, Альи и ее лучшей подруги. Когда ребята собирались в библиотеке, парень, который не имел возможности наблюдать за Маринетт во время занятий, украдкой изучал девушку. Чуть вздернутый аккуратный носик, плавная линия губ, то, как она хмурит бровки, сосредотачиваясь на сражении с задачников по физике – все это казалось ему очень милым и каким-то родным. С ней было легко говорить, легко смеяться, легко молчать. Это его и радовало, и смущало. Нет, он любит Леди Баг, бесспорно, но почему-то когда рядом была Маринетт, ему становилось теплее. Почти также тепло, как с его Леди. Маринетт изменилась. По прошлому году он помнил ее достаточно робкой, когда дело касалось ее самой, но самоотверженной и, временами, даже решительной, доброй, неуклюжей, немного странной.. Они были хорошими друзьями и ему казалось, что он знает о ней если не все, то многое. Теперь же она открывалась ему другой: она была интересной, общительной, смешливой; раньше она казалась ему симпатичной, сейчас же он видел, насколько она красива, эта красота будто светом пробивалась изнутри, хотелось смотреть на нее, не отрывая глаз. Про себя он называл ее Принцессой. Почти сразу он с неудовольствием заметил, что на ее свет привлекает не только его. Рыжая макушка Натаниэля почти всегда маячила где-то поблизости от девушки, несколько «мотыльков» из других групп коллежа и лицея, стремились к ее теплу. Это раздражало. Что-то царапало внутри, когда к ней подлетал очередной «мотылек». Нино бы сказал, что это ревность, а потому Адриан счёл за лучшее его не спрашивать.***
- Бро, сегодня всем классом идем в кино! – Нино спешил вывалить на друга всю информацию, пока они шли к кабинету. – Это как прелюдия к проекту по истории, миленько, правда? Фильм про Бонапарта, но вроде как для проекта можно будет взять и смежные темы. Но это потом, кино вместо урока, круто, правда? - Круто! – не мог не согласиться Андриан. Его мозг уже планировал, что он сядет рядом с Маринетт, надо не забыть взять один попкорн на двоих, (интересно, она любит сладкий или соленый?), и что их руки могут случайно встретиться в узком стаканчике.. А если на вздрогнет от громкого звука, уместно ли будет взять ее за руку в успокаивающем жесте? Адриана обломали. Жестокая судьба, в лице мадам Бюстье, остановила его у входа в зал и напомнила, чтобы он потом подошел к ней взять задание за пропущенный ранее урок. 30 секунд! Какие-то жалкие 30 секунд! И вот уже рядом с Маринетт усаживается Натаниэль, Хлоя указывает на место рядом собой («Адрикинс, я здесь!»), а Нино машет Андриану со следующего ряда, - «Сюда, бро!» И Андриан идет к Нино, стараясь убедить себя в первую очередь, что его все-все устраивает. Фильм и правда был интересным. Наверно. По крайней мере, батальные сцены и костюмы были выше похвал. Более полное впечатление о киноленте Адриан составить не мог, даже если бы очень сильно захотел: в то время как на экране разыгрывались сражения и плелись интриги, в зале кипели собственные страсти. Адриан неусыпно следил за сражением Маринетт и Натаниэля, не подозревая, что сам тоже является интереснейшим объектом наблюдения для Альи и Нино. Вот Натаниэль жестом фокусника (и когда он только успел его купить?!) предлагает Маринетт попкорн, она прислушивается, вроде как благодарит и снова смотрит на экран, не притрагиваясь к угощению. Вот Натаниэль якобы зевает и потягивается, поднимая руки вверх (вот ведь Бражник недоделанный!), а девушка поворачивается к сидевшей рядом Рози и удивительно вовремя наклоняется к ней, не давая шанса руке Натаниэля приземлиться на ее плечо. Кот внутри парня довольно фыркает. Адриан с неожиданным для себя негодованием (да дай ты уже девушке фильм посмотреть!) видит, как ладонь Натаниэля легкими перебежками подкрадывается к руке Маринетт, не замечая, что его руки, как-то сами собой начинают сжиматься в кулаки, но тут же расслабляются, стоит подруге убрать ладошку с подлокотника на колени.. В общем, фильм ему посмотреть так и не удалось, акуму не подцепил и на том спасибо. Маринетт и Алья, попрощавшись с друзьями, удалялись в сторону дома Сезар, а Адриан даже не заметил, что все еще смотрит им вслед. - Бро, палишься! -Что? – Андриан удивленно посмотрел на друга, стоявшего рядом. - Я говорю – палишься! - Нино, я тебя не понимаю. - Бро, если ты так и будешь на нее пялиться, все поймут, что ты запал на Маринетт. - Что? - Андриан неверяще посмотрел на товарища. -Нино, ты чего? Я не запал на Маринетт. - Ага. – хмыкнул Нино, вкладывая в этот звук весь свой сарказм, на который был способен. - Нет, Нино, ты ошибаешься. Она, конечно, совершенно чудесная, и милая, и добрая, и красивая.. - Но ты совершенно точно-точно не нее запал? – усмехаясь, закончил за него Нино. -Нет, я не запал на Маринетт. Нет. Да нет, ну дурь ведь. Я не запал на Маринетт. Я не запал на Маринетт.. Парень повторял это как мантру, потом обхватил голову руками, плюхнулся на ступени крыльца и поднял на друга жалобный взгляд -Нино, что же мне теперь делать? -Ну, это уж ты сам решай, – засмеялся Нино, и, посерьезнев, добавил, – Но, чтобы ты там не решил, учти, что если вдруг что, Алья тебе яйца отрежет, и не посмотрит, что друг. Да и мне, за компанию. Понял? -Угу.. -Ну вот и отлично. Пошли уже, Ромео. Адриан не сомневался, что любит ЛедиБаг. Она была такой необычной, смелой, доброй, самой-самой лучшей, и все ее слова, все ее страхи и слабости ничуть этого не умаляли. Она представлялась ему звездой: такая же яркая и недостижимая. Когда он видел ее – дыхание перехватывало, он не видел никого, кроме нее, не думал ни о чем и ни о ком, корме как о ней. Её прикосновения проходили по коже электрическими разрядами. Ночью он грезил о Леди Баг, а утром.. Утром он просыпался с мыслями о Маринетт. Сам не мог понять, почему, и как так получилось, но Маринетт одним своим присутствием, словно солнышко, его согревала, ему хотелось быть с ней рядом и наслаждаться этим теплом и таять от мурашек, табуном проносящимся по нему каждый раз, когда она его касалась. Кот внутри парня не находил в этом ничего непротиворечивого: он обожал гулять по ночам с Леди Баг и любил подремать в тепле Маринетт, но вот Адриан буквально не знал, куда себя девать. Его разрывало надвое и, промучившись так месяца два, он мудро решил не предпринимать вообще ничего, оставить все как есть и будь что будет!***
В библиотеке было жарко. Маринетт сняла жакет, оставаясь в светлой блузе. Легкая, теплого оттенка, с вырезом-лодочкой, она ей очень шла. Маринетт вдохновенно выводила цифры, предчувствуя скорое решение задачи и убрав распущенные волосы с плеча, чтобы не мешали. Она так увлеклась, что не сразу услышала вопрос. -Ммм - перевела она вопрошающий взгляд голубых глаз на Адриана. На мгновение он забыл, что именно хотел спросить. «Так не бывает, это, наверно, какой то гипноз или около того, ну не может простой взгляд так влиять на человека!» -Ээм.. Я просто сказал, что не замечал раньше у тебя этого шрама, - стоявший за ее спиной Адриан неловко помахал рукой, указывая на шею. Температура в библиотеке понизилась сразу на несколько градусов. Она повела плечом и как можно более равнодушно заметила: -Да, неудачное падение года 2 или 3 назад. Я часто падаю. -Наверно, было дико больно.. – «МА-ЛА-ДЕЦ. Каждая девушка прям мечтает вспомнить самые неприятные моменты своей жизни. Ты идиот, Адриан». Она пожала плечами и вернулась к уравнению. Когда через 2 минуты он осмелился поднять на нее взгляд, она уже была в жакете. Больше ту блузку она не надевала. Но Адриан успел его увидеть. Тонкий белый шрамик. Почти в том же самом месте, что и у его Леди. <i>Ее отбрасывает в сторону, она неловко приподнимается, держится за шею и он с ужасом замечает, что ее волосы слиплись, а шея вся блестит от потеков крови. -Ты ранена! -Со мной все будет хорошо! Не отвлекайся, прыгай! И он опять ей верит и ненавидяще идёт на врага, посмевшего навредить его Леди. Чудесное исцеление залечило рану не до конца. Она лежит спиной к нему, убрав волосы на лицо, и потемневшая кровь придает им жуткий красноватый оттенок. Тикки с виноватой интонацией что-то объясняет про силы камней и их накопление, про серьезность повреждений, но он не слушает. Трясущимися руками он обрабатывает рану на ее шее, чувствуя как девушка вздрагивает от боли при каждом его прикосновении; он старается не смотреть на рваные края и не слышать ее слез. Она скрывает, что плачет, и он не хочет ее расстраивать ещё больше. Он злится на себя, на Бражника и всех его акум скопом, потому что его Леди плачет. ВЕДЬ У КРАСИВЫХ ДЕВУШЕК НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ШРАМОВ Это важно для нее. И потому он сидит рядом и шепчет ей на ушко что она самая–самая-самая прекрасная на всем белом свете, и что этот маленький шрамик (который тогда выглядел как след от меча) не будет заметен, и что только он, ее Кот, будет знать, что у нее есть этот чудесный шрамик в виде звездочки.. Только он будет знать, но никому не скажет, потому что это их мааленький секрет.. -Глупый Кот, – улыбаясь, вздыхает она. И добавляет почти неслышно, -Спасибо.. Он слышит. Он ее чувствует. Он рядом. В больнице рану зашьют. Там девушка будет беззащитно улыбаться, сетуя на свою неуклюжесть, а дома снова будет плакать и глотать обезболивающие; а Адриан той ночью просто не сумеет сомкнуть глаз от ужаса внезапного понимания, как близко от края она была, раз чудесное исцеление не сумело излечить ее полностью..
***
Алья с Нино увлеченно наблюдали за парой «мывсеголишьдрузья» Маринетт и Адриана. Объект был очень интересен хотя бы потому что 1) они были их друзьями 2) их поведение и отношение друг к другу разительно отличалась в зависимости от того, сознают они присутствие друг друга или нет, что было занимательным и необычным само по себе. Сначала Алья не видела, но затем начала подмечать странности. Вот Адриан, у которого формулы разве что в глазах не отражались, обводит взглядом стол, а Маринетт уже протягивает ему бутылку с водой, при этом вообще не отвлекаясь от конспекта. Девушка чуть ежится от ветерка и парень накидывает ей на плечи свой пиджак (вообще без эмоций!), но оба слегка смущаются, когда приходит время собираться домой, а они обнаруживают пиджак Адриана на Маринетт. Занятые своими мыслями они находились в полной гармонии друг с другом. Каждое неосознанное их движение предугадывало желания другого, они двигались так синхронно, так совпадающе, что Алья иногда не верила, что они это не репетировали заранее. Он подает ей руку, помогая встать, она принимает так, как будто делали это всю жизнь и ни один не краснеет, хотя стоит им выплыть из подсознания, так вот вам и румянец и нервный смешок. Разойтись с подносами в столовой – проблема, особенно с неуклюжестью Маринетт, но если они увлечены разговором, то не будет ни одного ненужного движения, они снова будут двигаться вокруг друг друга с грацией танцоров. Алья пыталась расспросить Маринетт, но наткнулась на откровенно непонимающий взгляд. -Адриан Агрест? Нет, Алья, нет. Я, конечно, не образец ума и предусмотрительности, но даже я не собираюсь наступать на одни и те же грабли дважды. -А если на разные? – съехидничала подруга. -Нуу, тогда я ещё подумаю! – смеется Маринетт. -Но он ведь тебе нравится? -Нравится. Он почти всем нравится, даже ты не можешь не признать его привлекательности. Да, в этом году мне с ним гораздо легче общаться, я уже не зациклена на нем, да и он изменился, стал более раскованным, не таким правильным, что ли.. Но это ничего не значит. Маринетт не хотела признаваться самой себе, что слукавила в том разговоре. Адриан, такой, каким он был с ней сейчас, ей нравился куда как сильнее, чем она сказала подруге. Более смешливый, не такой правильный и идеальный, каким она рисовала его себе раньше, он привлекал ее еще и тем, что иногда до боли напоминал ей Кота Нуара. Летом она очень скучала по напарнику. Она ждала его, но никогда бы ему в этом не призналась, иначе его бы его самодовольство могло бы достигнуть поистине планетарных масштабов. Рена Руж прикрывала ее в летние месяцы, она была хороша, безусловно, но ЛедиБаг без Кота чувствовала себя какой то слабой, неполноценной. Она знала, что он очень много для нее значит, но, оказывается, даже не предполагала, насколько.-Глупый Кот! – Леди Баг приближалась, угрожающе размахивая йо-йо. -Миледи.. -Я уже, - она остановилась, что-то быстро пересчитала, загибая пальцы, – 3 года как Миледи! – рыкнула девушка, продолжая наступление. -Какая акума тебя в.. под хвост ужалила, я тебя прямым текстом сказала – ждать меня тут! -Леди, тебе нужна была помощь. Я не понимаю, что случилось-то? - Кот растерянно прижал ушки и посмотрел на Ледибаг. Как ему, при всей их разнице в росте, удавалось смотреть на неё снизу вверх, она решительно не понимала, но этот взгляд на нее всегда действовал и он этим беззастенчиво пользовался. Вот и сейчас зеленые глазища выжидательно смотрели на нее и она осеклась. А действительно, что это с ней? Почему она так психанула, когда он полез в самое пекло? -Да, ты прав. Что-то я перенервничала сегодня. Прости, Котик. Леди Баг стремительно ретировалась с крыши, оставив напарника недоуменно смотреть ей вслед. А сама Маринетт, с горящими щеками летела домой, признавая для себя очевидное: эта наглая морда таки процарапала себе путь к ее сердцу, и если он это узнает, то одними каламбурами и подколками он точно не ограничится. Вот и что ей делать? Ответ на этот животрепещущий вопрос дала ей Тикки: успокоиться и делать уроки. Все таки экзамены скоро. А о всяких Котах можно будет подумать чуть позднее. Едва ли не впервые Маринетт послушалась дельного совета и попыталась сосредоточиться на учебе. Но и там ее поджидали зеленые глаза в обрамлении светлых пушистых ресниц..