Strawberry boy.

Феликс слишком сильно любил клубнику. Любой десерт со вкусом клубники? Да. Любой напиток со вкусом клубники? Определённо. Одежда в розовой гамме? Только она. Он был помешан на этой ягоде. А Хёнджин был помешан на нём. Вообще, геем он себя никогда не считал, но когда увидел своего одногруппника, передумал, поперхнувшись слюной. Клубничка. Так прозвал Джинни Ликса. Друзьями они не были, просто учились вместе, но ни один из них и не старался сблизиться. Феликс каждый раз брезгливо морщился, смотря на Хёнджина, и проходил мимо, плавно виляя своими бёдрами в розовых облегающих джинсах, а Хёнджин пожирал глазами его задницу, выплёвывая ему вслед очередной подкол. – Я его обязательно трахну, – облизнув свои сухие губы, сказал Джинни. – Мечтай, он никому не даёт. В прошлом году вообще прошёл слух о том, что он натурал, – крутя ручку в пальцах, ответил Чанбин. – Как можно быть натуралом с такой шикарной задницей. Он станет моим. Запомни эти слова, – парень мечтально закатил глаза и прошёлся рукой по волосам, зачёсывая их назад.

***

Как же они познакомились? А дело было так. Хёнджин переехал из окраины страны прямо в центр Сеула, поступил в университет своего интернет-друга Чанбина, договорившись принять его сразу на второй курс, чтобы не терять год, который он проучился в прошлом универе, и в первый же день учёбы наткнулся на красноволосого парня, который затуманил не только его верхнюю голову. – Ебать, Бинни, а это что за клубничка? – облизнув свои губы, прохрипел Джинни. – А ты у нас что, в геи заделался, – с издёвкой прошептал Чанбин. – Иди в жопу, – обиженно буркнул высокий, но глаз с красной макушки так и не свёл. – Ли Феликс, самый популярный на нашем потоке. Его хотят не только девушки, но ещё и парни. Кто его только не пытался уложить в постель, но никто так и не добился успеха. Так что этот орешек тебе не по зубам, Джинни, – шатен утешающе похлопал блондина по плечу. – Это мы ещё посмотрим. Сказав эти слова, парень двинулся к своей цели, оставляя Чанбина удивлённо хлопать глазками. Подойдя достаточно близко, Хёнджин небрежно закинул свою руку Феликсу на плечо и, наклонившись к его уху, сладко прошептал: – Ну привет, клубничка, – парень почувствовал, как красноволосый дрогнул, буквально сжимаясь под его рукой. – Мы знакомы? – Ликси резко отскочил, делая между ними дистанцию в метра два. Теперь Хван увидел его лицо. Маленький ровный носик, острый подбородок, блестящие пухлые губы, оленьи глазки и россыпь из едва заметных веснушек. Взгляд скользнул по телу. Белая футболка с клубничным принтом, которая чуть прикрывала пупок и подчёркивала тонкую талию, розовые обтягивающие джинсы, идеально облегающие аппетитные бёдра, розовые кеды и розовый рюкзак с висящим на замке белым мишкой. Глаза вновь поднялись к лицу, и он стал с интересом вглядываться в невинный взгляд парнишки. – Нет, но мы можем с лёгкостью это исправить. – Джинни повернул голову к бывшим собеседницам Феликса и нахмурил брови, взглядом приказывая им уйти. Девушки, сжавшись, убежали, оставляя их наедине. – Хван Хёнджин, я здесь новенький, – парень хищно улыбнулся, склоняя своё тело в лёгком поклоне. – Ли Феликс, – он поклонился в ответ, недоверчиво посмотрев на блондина. – Надеюсь ещё увидимся, клубничка. Кстати, шикарная задница, – подмигнув напоследок, Хёнджин развернулся и пошёл к тому месту, где несколько минут назад оставил Чанбина. – Тц, придурок, – злобно прошептал Ликси прямо в спину уходящему парню и сам поспешил уйти в противоположном направлении. – Начало положено, – победно улыбнулся блондин, подходя к лучшему другу. – Ну так что, где наша аудитория? – И всё-таки, ни разу не слышал о том, чтобы тебя парни интересовали, – сощурив глаза, вполголоса сказал Бинни. – Нам сюда. – Чего ты доебался? Мне просто понравилась его задница и я хочу его трахнуть, ничего более. Гормоны заиграли, понимаешь? Ну и дух соперничества. Раз никому не удавалось затащить его в постель, значит первым, кто это сделает, буду я, – ворчал Джинни, пока Со вёл его на лекцию. – Ну, допустим, вы переспите. И что дальше? А если кому-то из вас понравится? А если кто-то из вас влюбится? Феликс не похож на ветреного мальчика. Да, он выглядит нетипично для парня, но как шлюха точно себя не ведёт, – читал нотации шатен, пока они усаживались за парты. После его слов Хван замолчал. Опыта с парнями у него не было. Да и с девочками он бывал тоже не особо много. С одной он лишился девственности в школьном туалете на вечеринке, а с другой мало что помнит, потому что был ужасно пьян. Он задумался. В отношениях он вообще ни разу не состоял. И он без понятия, что ощущает влюблённый человек. В основном его интересовали уличные драки, видеоигры и скейтборд, а розовые сопли и мыльные драмы не входили в список его увлечений. Взгляд скользнул по помещению и снова остановился на красной макушке. Парень закусил нижнюю губу. Ликси сидел на первом ряду и мило хихикал с какими-то девчонками, аккуратно прикрывая рот своей маленькой ручкой. Только сейчас блондин заметил светло-красный лак на его крохотных ноготочках. Глаза покрылись прозрачной пеленой, а мозг стал воспроизводить неприличные картины. Интересно, а как бы смотрелась эта маленькая ладошка с красивым маникюром на его твёрдом члене? Как бы смотрелись эти пухлые губы на его красной головке? Джинни представил, как мальчишка отсасывает ему, сидя перед ним на коленях, и водит ручкой в тех местах, куда не достаёт ротик. Представил, как он пошло проводит языком по стволу, при этом бесстыдно смотря прямо в глаза. Вообразил, как по его подбородку стекает слюна, смешавшись с предэякулятом, делая его грязным и развратным, но пиздецки горячим. Феликс в воображении Хёнджина был желающим и отчаянным, он сводил с ума, заставлял гореть и пылать, мечтать и просить о большем. – Блять... – зашипел блондин, вылетая из своих фантазий и хватаясь за твердеющий член, сжимая ноги вместе. – Фу, ведёшь себя как мальчик в пубертатный период, – заржал Чанбин, пихнув кулаком Хёнджина. – Иди нахуй, – выплюнул Джинни, закрывая лицо свободной рукой. – Не переживай, сейчас начнётся математика и ты перехочешь ебаться, потому что она затрахает твои мозги, – всё ещё смеясь, проговорил шатен. Пытаясь расслабиться, Хван откинулся на спинку стула, продолжая держать руку на паху. Его глаза снова вернулись к красной макушке, и его сердце пропустило удар. Оказывается, парнишка смотрел на него, видимо привлечённый громким смехом Чанбина. Блондин не растерялся и воспользовался моментом, хищно облизнув губы и проведя пятернёй по своим волосам, зачёсывая их назад. Феликс на это лишь брезгливо сморщился и резко отвернулся, продолжая разговор со своими подружками. – Ладно, можешь считать меня геем. Этот мальчишка крепко впечатался мне в голову. – В какую из? – шатен снова закатился, хватаясь рукой за живот. – В обе, – с серьёзным видом проговорил Джинни.

***

На следующий день Хёнджин пошёл в университет один. Его лучший друг слёг с температурой из-за того, что они вчера вечером выпили холодное пиво. Хван ещё слишком плохо ориентировался в здании, поэтому, когда увидел Феликса, внутренне обрадовался, направляясь прямо к нему. Подойдя к парню, с нажимом провёл рукой от поясницы до шейного позвонка, заставляя того выгнуться в спине и запрокинуть голову назад. Высокий замер, наблюдая за этой картиной, но спустя несколько секунд стряхнул головой это минутное наваждение, мило улыбнувшись мальчишке. – Привет, клубничка. – У меня вообще-то есть имя, мистер Хван, – отодвинувшись от него и сморщив свой носик, проговорил Ликси. – А по-моему тебе подходит, – с издёвкой сказал блондин. Он оценивающе посмотрел на сегодняшний лук парня. Белые брюки, белая рубашка, поверх неё надета розовая жилетка, на ногах всё те же розовые кеды, а на шее подвеска с клубникой. – Очень подходит, – Хван вплотную подошёл к красноволосому и рукой взял подвеску, прокрутив фигурку между пальцев. Краем глаза заметил, как дёрнулся кадык Ликси, а ушами уловил его учащённое дыхание. – Что тебе нужно? – смотря на губы Хёнджина, прошептал Феликс. – О. Да тут такое дело. У меня друг с температурой дома валяется, а я запутался в этих коридорах и дверях. Мы же учимся в одной группе, станешь сегодня моим гидом? – как ни в чём не бывало, проговорил спокойным голосом Джинни, отодвигаясь от парнишки. Тот, кажется, с облегчением выдохнул. – Ладно, пошли. Феликс двинулся по направлению к аудитории, а Хёнджин поспешил за ним, сверля взглядом его шею. Они сели вместе. Красноволосый опешил. Изогнув брови дугой, с любопытством и лёгким отвращением взглянул на новоприобретённого соседа. – Что? Ты против? – положив подбородок на сцепленные пальцы и невинно захлопав глазками, спросил Джинни. – Да, – напрямую выпалил Ликси. – Ох, как грубо... – блондин состроил грустное выражение лица и схватился за сердце, изображая наигранную боль. – Ты мне не нравишься, иди на своё место, – парень отвернулся и стал листать тетрадь, уже исписанную на несколько страниц со вчерашнего дня. – А ты мне очень даже, – Хёнджин продолжил смотреть на Феликса. – Свали, – прошипел красноволосый. А вот это уже было обидно. Улыбнувшись напоследок, Хван встал и прошёл к месту, где сидел вчера. С грохотом кинув рюкзак на пол, тем самым привлекая к себе лишнее внимание, блондин сел на стул и откинулся ему на спинку, скрестив руки на груди и больно закусив свою нижнюю губу. – Так, значит, кошка выпустила коготки. Ну ничего, повезло, что я упрямый, – пробубнил себе под нос парень. Всю пару он прожигал его взглядом. И красноволосый прекрасно это чувствовал, невольно сжимаясь и ёрзая на стуле. Пару раз он поворачивался и сталкивался с наглыми глазами Хвана, но игру в гляделки всегда выигрывал Хёнджин, который не знал чувства стыда и смущения. Впервые за годы обучения Феликс молился о том, чтобы лекция поскорее закончилась, потому что с минуты на минуту он был готов сгореть от прямого взгляда парня, сверлившего его затылок. Когда ужасная пытка кончилась, Ликси буквально вылетел из кабинета, на ходу закидывая тетрадь и пушистый пенал в рюкзак. – Клубничка! – крик, заставивший съёжиться. Красноволосый медленно повернулся на пятках, злобно уставившись на источник шума. Хёнджин вальяжно шёл, ехидно улыбаясь. Феликс вскипел. Он сорвался с места, подлетел к высокому и процедил сквозь зубы: – Я же сказал, чтобы ты меня так не называл! – А как мне тогда тебя называть? – Джинни сверкнул глазами и ухмыльнулся, взяв парня за подбородок. – Сладкий? Котёнок? Милашка? Или может, малыш? – полушептал блондин почти в самые губы. Услышав последнее слово, Феликс покрылся мурашками. Кончики его ушей загорелись алым пламенем, а каждую крошечную веснушку теперь стало отчётливо видно на покрасневших щеках. Хван оскалился, внутренне радуясь реакции мальчишки. – Так, значит, малыш? Тебе нравится? – смотря в глаза красноволосому, Хёнджин провёл большим пальцем по его нижней губе, стирая с неё бесцветный блеск. – Нет, – буркнул Ликси, вслушиваясь в каждый стук своего сердца. – Пусти. Хван послушно отпустил подбородок парня и запустил руку обратно в карман. – Решено, оставляем клубничку. Ну так что, куда дальше? – блондин мило улыбнулся, развеевая атмосферу сексуального напряжения. – На второй этаж, – парень двинулся вперёд, не желая больше смотреть на бесившее его лицо. Весь день Джинни таскался за Феликсом, как цыплёнок за курицей-наседкой. Красноволосый пыхтел и фыркал, но блондина от себя не отгонял, чувствуя за него небольшую ответственность. Его поражала настырность высокого. Посылать ухажёров уже вошло в привычку, но такой "экземпляр" ему попался впервые. Это ужасно бесило. – Ну уж здесь-то можно с тобой сесть? – Хёнджин поставил поднос с едой, вопросительно смотря на Ликса. – Тут полно других свободных мест, – парень обвёл взглядом полупустую столовую и продолжил катать горошинку по тарелке. – Ты чего грустный такой? – Хёнджин откусил булочку и, весело жуя её, уставился на собеседника. – Устал, – Феликс грозно стрельнул взглядом на блондина и медленно выдохнул, – шумный ты. – Это ты Чанбину спасибо скажи, не я же приказал ему заболеть, – Джинни постучал пальцами по столу, а потом щёлкнул ими. – Точно, я же тебе взял кое-что, – парень полез в рюкзак, доставая оттуда розовую коробочку, – ты вроде такое любишь. – Ну да, люблю, – вяло протянул мальчишка, принимая из чужих рук клубничное молоко. – Спасибо. – Вот видишь, я и милым могу быть, – Хёнджин улыбнулся во все тридцать два, из-за чего его глаза превратились в чёрные полумесяцы. – Не считается, ты всё равно остаёшься придурком, – цокнул язычком Ликси и наигранно закатил глаза. – Красивым придурком, – ухмыльнулся блондин. Феликс ничего не ответил, лишь оценивающе осмотрел Хвана и недоверчиво поднял одну бровь вверх. Взгляд парня очень не понравился Хёнджину и он обиженно нахмурил брови, продолжив со злостью жевать несчастную булочку. Это не ускользнуло от красноволосого, и он победно улыбнулся, принимаясь за молоко, которое купил ему Джинни.

***

–Чё у нас там, химия? – Джинни листал ленту в Инстаграмме, обращаясь к Чанбину. Его проигнорили. – Алло, блять! – Да, химия, отъебись, – сонно прохрипел Бинни. – С тобой что? – каким бы человеком не был Хёнджин, а своего друга он любил и искренне переживал за него. – Прости, что меня не окрыляет любовь и я не спешу в универ, сверкая от хорошего настроения, только потому, что здесь учится мой любимый человек, – пробурчал Чанбин, зевая из-за скучной пары. – Ты на меня намекаешь, что ли? Я не люблю Феликса, – приподняв одну бровь, парень удивлённо посмотрел на шатена. – Пизди больше. Цветы ему таскаешь, еду всякую, глаз с него не сводишь. У вас за спиной уже весь универ шепчется. Уверен, что хочешь его только трахнуть? – впервые за весь разговор Со взглянул на друга, ища в его глазах ответ. – Уверен. Уверен ли? Да, он оказывал знаки внимания, но делал это скорее в попытках завоевать доверие. Или не только поэтому? Но даже несмотря на это, Джинни искренне не понимал, как студенты могли про них шептаться. Всю неделю они грызлись, как кошка с собакой. Хван ему слово, Ликси ему два. Хван ему цветы, Ликси их в мусорку. Хван ему объятия, Ликси ему злобный взгляд, прожигающий насквозь. – Да, уверен, – блондин нахмурил брови, анализируя поведение красноволосого. "Сегодня ты прекратишь играть в недотрогу. Я сделаю так, чтобы ты захотел меня." – Джинни уставился на Феликса, сидевшего впереди, а потом перевёл взгляд на Чанбина, кивая ему в подтверждение своих мыслей. Пара по химии прошла быстро. Тема была связана с какими-то реакциями, поэтому студенты заинтересованно смешивали реагенты, наблюдая за бурлением и шипением жидкостей. Несомненно, это было интересно, но мысли Хвана были заняты совсем не этим. – Иди потом без меня, – шепнул блондин другу, внимательно рассматривая колбочку, где, по словам преподавателя, должен был остаться белый осадок. – Почему? – Чанбин зырканул на Хёнджина, а потом перевёл взгляд на колбу, которую тот держал в руках. – Хочу перейти к серьёзным действиям, – парень глазами указал на Феликса, который старательно что-то выводил в тетради. – Окей, – без особого энтузиазма проговорил шатен. – Бля, мне кажется, мы что-то сделали не так, – он выхватил колбочку из рук блондина и стал сам её рассматривать. – Не тебе одному, – согласился Хван. После окончания занятий, преподаватель попросил Феликса убрать аудиторию, потому что ему нужно было спешить на совещание. Ликси был любимчиком у многих, его считали за своего, многое доверяли. Хёнджин услышал их разговор и хищно улыбнулся, благодаря судьбу за такое удачное стечение обстоятельств. – Давай помогу? – блондин взял в руки одну из коробочек, в которой были сложены различные приборы. – Как хочешь, – равнодушно пожал плечами Ликси, взяв оставшиеся небольшие коробки. Не дожидаясь Хвана, он пошёл в лаборантскую. Высокий последовал за ним, облизывая свои сухие губы. Когда приборы и реагенты были расставлены, ребята принялись тщательно мыть руки, как гласили правила техники безопасности. Всё происходило в оглушающей тишине. Феликс даже не смотрел на Хёнджина, как будто специально не замечая его. А вот Хван пожирал его взглядом, не начиная разговор только потому, что ждал этого от красноволосого. Но тот молчал, спокойно вытирая руки о полотенце. Передав его блондину, он подошёл к зеркалу и стал поправлять свисающие на глаза пряди. Хёнджин медленно протёр каждый палец, внимательно осматривая мальчишку. Сегодня на нём были уже полюбившиеся Хвану розовые джинсы и белое худи, которое предательски прикрывало самое главное. Парень положил махровую ткань на стол, а сам тихо прошёл к двери и прикрыл её, отделяя себя и Феликса от шумного гула студентов. – Ты чего? – красноволосый оглянулся на него; в карих глазах читалась нарастающая тревога. – Ничего, – спокойно сказал тот, а сам осторожно, словно хищник, крадущийся за своей жертвой, стал приближаться к мальчишке, – просто меня заебало, что ты до сих пор относишься ко мне, как к пустому месту. Хван вплотную подошёл к Феликсу и повернул его к себе спиной, прижимая к раковине и заставляя смотреть на них через отражение в зеркале. Ликси испуганно схватился пальчиками за холодный мрамор, чтобы не полететь вперёд под напором высокого, и уставился в его тёмные бездонные глаза, которые сейчас казались полностью чёрными. – Постоянно посылаешь меня, смотришь, как на стухшее яйцо, вечно хмуришься. Неужели тебе не нравились цветы или сладости, которые я таскал тебе всю неделю? – шептал Джинни, устраивая свои руки на талии Ли. Красноволосый вздрогнул, сжимая раковину до побелевших костяшек, но остался на месте, даже не пытаясь вырваться. Высокий принял эту пассивность как разрешение к дальнейшим действиям и медленно завёл свои руки под худи парнишки, заставляя тонкую кожу покрыться мурашками из-за холодных пальцев. Проведя ладошками по животу, а затем по рёбрам, добрался до сосков, с нажимом поглаживая их и вызывая у Ликси шумный выдох. Его лицо покраснело, а губы приоткрылись, обнажая белые зубы, блестевшие от слюны. – Как же ты вкусно пахнешь... Ты словно булочка с клубничной начинкой, словно клубничное мороженое или клубничное молоко, – Хван провёл носом по шее, зарываясь в красные волосы, с громким вдохом вгоняя в себя приятный запах, и переместил свои руки на косые мышцы живота Феликса, – скажи, сладкий, когда я буду трахать тебя, мне следует использовать только клубничные презервативы и смазку, м? – Начнём с того, что ты никогда не трахнешь меня, – глаза были закрыты, а грудь часто вздымалась, вторив быстрому дыханию загнанного в ловушку Ликси. – Уверен? После этих слов, высокий надавил на тазовые косточки Ли, тем самым прижимая его к своему паху. Твёрдый член упёрся прямо в задницу, заставляя парня выгнуться навстречу и тихо простонать. – Ах? – шёпотом повторил Джинни, проходясь языком по уху, останавливаясь на мочке, чуть прикусывая её. После этого действия последовал второй стон, уже громче предыдущего. Красноволосый приоткрыл глаза и столкнулся с острым взглядом блондина, который пошло улыбался, пока спускал руку на пах Ликси. Чуть сжав интимное место, он стал медленно двигаться сзади, создавая трение с двух сторон. Феликса пробила дрожь. Он сжал коленки и облокотился на высокого, прижимаясь ближе к нему. Пухлые губы жадно глотали воздух, а красный язычок бегал с верхней губы на нижнюю, облизывая, делая их блестящими и мокрыми, что ещё больше сводило с ума Хёнджина. Ли откинул свою голову на плечо Хвану, открыв доступ к своей шее, и снова прикрыл глаза, растворяясь в моменте. Высокий не стал терять времени, тут же припадая к ней, целуя, оставляя мокрые дорожки. – Почему же твой ротик выдаёт одно, а тело совершенно другое? – продолжив движения рукой, томно шептал Джинни, обжигая тонкую кожу шеи своим горячим дыханием. Феликс открыл глаза и внимательно уставился на их отражение, краснея из-за этого ещё больше. Короткие стоны непослушно срывались с губ, а в тесной лаборантской стало невыносимо жарко. – Пусти, – коротко приказал красноволосый, судорожно дыша. Хван опять послушался, медленно отступая от парня и следя за его дальнейшими действиями. Как только Ликси ощутил свободу, глубоко вздохнул и на трясущихся ногах направился в сторону двери. – Через три минуты выйдешь отсюда и пойдешь к выходу. Я буду ждать тебя на улице, – кинув затуманенный взгляд на Хвана и прикрыв пах длинным худи, Феликс вышел из кабинета, оставляя высокого одного. – Ебать... – прошептал Джинни, стирая выступивший пот с висков, а потом улыбнулся, мысленно радуясь победе. Отсчитав ровно три минуты, Хёнджин воровито выглянул из лаборантской, оценивая ситуацию. Было пусто, поэтому он выскочил из кабинета, забрав брошенный портфель и, прикрываясь им, полетел на улицу. Ликси, как и сказал, ждал его у входа, нервно кусая большой палец. Увидев Хвана, он двинулся вперёд, ведя парня в сторону общаг. Они сохраняли дистанцию, но между ними как будто стреляли молнии, воздух был наэлектризован, а сексуальное напряжение скакало как сумасшедшее. У красноволосого сильно дрожали руки, пока он открывал ключом дверь, а ладошки высокого ужасно потели, из-за чего он часто протирал их о джинсы. Наконец-то Феликс впустил в комнату Хёнджина, разуваясь и направляясь сразу к кровати. Только сейчас Джинни почувствовал лёгкое волнение. Да, он мечтал переспать с Ликси, но из-за недостатка опыта боится, что может сделать ему больно. Образ крутого парня не позволил сказать о переживаниях вслух, поэтому он молча подошёл к парнишке, садясь напротив него. – Смазка и презервативы в тумбочке, – тихо прошептал Ли. Хван подошёл к указанному месту и выдвинул шкафчик, доставая необходимое. Увидев розовые упаковки, победно ухмыльнулся, взглянув на Ликси. – Так и знал, что клубничные, – красноволосый лишь раздражённо фыркнул, внимательно наблюдая за высоким. Незаметно выдохнув, Хёнджин двинулся на парня, откидывая принадлежности на кровать и нависая над ним. Установив зрительный контакт, они минуты две всматривались в лица друг друга, горячо дыша и медленно моргая. Наконец, Хвану надоело бездействие и он потянулся к белоснежному худи мальчишки, стягивая его через верх. Бледная кожа тут же покрылась мурашками, а к щекам вернулся прежний румянец. Блондин, не теряя ни секунды, припал к шее, медленно спускаясь к ключицам, посасывая косточки и оставляя на них яркие красные засосы. Шумное дыхание Ли вернулось к нему, и он старался прижать голову старшего ближе к себе, спутывая пальцами длинные волосы. Вошедший во вкус Джинни спустился к соскам, устанавливая руки на талии, и слегка покусывал их, после сразу облизывая красным языком. Ликси заскулил, сильно зажмурив глаза, и спустил одну из рук высокому на плечо, сжимая грубую ткань кофты. Хван решил долго не задерживаться на груди и стал медленно подниматься выше, ведя мокрую дорожку языком прямо до подбородка. Тут его резко прервали, грубо оттягивая за волосы. – Без поцелуев, – не сказал, а скорее выдохнул Ли, облизнув и приоткрыв свои пухлые губы. – Я же вижу, что ты хочешь, – томно шепнул Хёнджин, ведя носом по подбородку и губам парня, останавливаясь на уровне его глаз. Феликс жадно вглядывался в его лицо, быстро бегая взглядом от глаз к губам. Хван помедлил, не спеша поднимая правую руку, ведя ею по животу, рёбрам и груди, невесомо касаясь тела, и приложил ладошку к щеке, нежно проведя большим пальцем по брови. Убрав мокрые красные пряди со лба парнишки, медленно приблизился к губам, останавливаясь буквально в сантиметре от них. – Поэтому ты не должен сопротивляться тому, чего хочешь. После слов высокого, Ликси сам прижался к его губам, жадно всасывая поочерёдно верхнюю и нижнюю. Хёнджин улыбнулся в поцелуй и углубил его, просовывая в рот красноволосого свой горячий язык. Ли закинул обе ноги на талию парня, прижимая его к себе и создавая между ними едва ощутимое трение. Во рту творился бардак. Их языки сплелись в сумасшедшем танце, замаскированном под беспощадную борьбу. Два огня, два гордеца, не желавшие уступить в битве, они не дополняли друг друга, как пишут в любовных романах, а наоборот, стояли на одном пьедестале, борясь за первое место. Хван почувствовал слабые движения, исходящие от мальчишки, и сам начал двигать бёдрами, имитируя толчки. Ликси застонал прямо в поцелуй и потянул на себя толстовку Хёнджина, желая поскорее избавиться от мешавшей ткани. Блондин отстранился, разрывая поцелуй, и снял с себя элемент верхней одежды, представ перед парнем, словно Аполлон перед людьми. Ли уставился на него, жадно пожирая глазами, и судорожно облизнул опухшие губы. – Нравится? – с издёвкой протянул Хван и схватил его за руку, заставляя прикоснуться к своему телу. Феликс дрожащими пальцами прошёлся по плоскому животу, вызывая покалывания в тех местах, до которых касался. Высокий снова перехватил его маленькую ручку и поднёс её к своим губам, мокро целуя и хитро смотря в глаза. – Ты с парнем-то хоть раз бывал? – дрожащим голосом прохрипел красноволосый, когда блондин потянулся к ширинке на его джинсах. – Ну, я порно смотрел, – глупо улыбнулся тот, пока продолжал разбираться с молнией Ликси. – Блять, точно придурок, – он приподнял бёдра и позволил стянуть с себя мешавшие джинсы, которые больно давили на вставший член. – Моя клубничка умеет материться? – облизнув свои губы, Хван уставился на розовые трусы, под которыми были видны точные очертания полового органа. – Ложись, – скомандовал Феликс, вставая с кровати. Как только блондин лег, красноволосый снял с него синие джинсы, оставив того в одних боксерах. Облизнувшись от вида твёрдого члена под тканью, решил больше не медлить и оседлал бёдра высокого, опираясь руками на его широкие плечи. Хищно улыбнувшись, Феликс стал аккуратно тереться об орган Хвана, дразня, выбивая из того громкие вздохи. Блондин опустил руки парнишке на талию, прижимая его ещё ближе к себе и заставляя громко застонать. Из-за этого красноволосый ускорился, как будто мстя Хёнджину, и наклонился к его губам, сладко шепча: – Не кончи только из-за прелюдий, неудачник, – снова дикий поцелуй, забирающий весь воздух из лёгких. – Ты пожалеешь о том, что назвал меня неудачником, – с перерывами проговорил Хван. Ли был резок во всех своих действиях. Вот и сейчас он резко разорвал поцелуй, снова возвращаясь в исходное положение. Ручка с красивым маникюром потянулась к розовой смазке, которая лежала, забытая всеми. Встав с блондина, снял с себя нижнее белье, взглядом намекая Джинни сделать то же самое. Небрежно бросив трусы на пол, парни вернулись на свои места, соприкасаясь возбуждениями, истекавшими предэякулятом. Хёнджин наблюдал за мальчишкой, а тот уже разогревал смазку на пальцах, распространяя лёгкий клубничный запах по комнате. Как же красиво он смотрелся на нём. Выпирающие рёбра, затвердевшие соски, слипшиеся из-за пота красные пряди волос, искусанные им же губы, затуманенные глаза и красивый ровный член, смотря на который, почему-то начиналось обильное выделение слюны. Пока высокий рассматривал парня, жадно вглядываясь в каждый сантиметр, Ли не стал терять время и уже завёл ручку за спину, подставив пальцы со смазкой ко входу. Чуть надавив, неспеша ввел один палец, при этом слегка зашипев. Хван заметил это и нежно погладил красноволосого по талии, переживая из-за того, что ему больно. Это действие немного успокоило Ликси и он добавил второй палец, уже в манере ножниц растягивая себя. Дело дошло до третьего, на смену неприятным ощущениям постепенно приходили приятные, и Феликс уже мягко постанывал, трахая себя пальцами. Джинни терял голову. Ли выгибался, тяжело дышал, скулил, его глаза были зажмурены, а рот приоткрыт из-за стонов и частого дыхания. Неожиданно парень почти закричал, падая на Хвана, и сильно сжал его плечо свободной рукой. – Твою мать... – прошептал красноволосый, целуя грудь высокого и продолжая двигать пальцами в себе. Джинни был не тупой. Джинни знал о существовании простаты. И Джинни сам хотел заставить кричать Ликси от удовольствия, а не лежать тут, как бревно в качестве декорации. – Малыш, ты скоро будешь готов? – блондин провёл рукой по волосам и поцеловал его в лоб, нежно шепча. – Я уже готов, – прохрипел Ликс, вынимая из себя пальчики и вытирая их о покрывало на кровати. В голове будто загорелся зелёный свет. Хёнджин был бы не против, если бы парнишка оседлал его, но точно не сегодня. Сегодня вести будет он. Поменяв их местами, Хван пристроился у задницы, потирая членом пульсирующий вход. Феликс лишь ухмыльнулся, внимательно следя за блондином и предвкушая его дальнейшие действия. Ещё немного подразнив парнишку, Джинни раскатал презерватив по стволу и распределил по нему клубничную смазку, чтобы доставить Ликси как можно меньше дискомфорта. – Что, уже передумал? – скользкая ухмылка и противный тон с усмешкой сорвались с губ Феликса. – Передумал? Я? Да ни за что, – в словах была та уверенность, которой так не хватало сейчас в действиях. – Скажи, если будет больно, я остановлюсь. Сглотнув неприятный ком в горле, Хёнджин наконец-то потихоньку стал вводить свой орган в красноволосого, очень медленно, сантиметр за сантиметром. Рука Ликси, спрятанная в его длинных волосах, больно сжала их, а его тонкие брови и маленький носик схмурились, намекая на явный дискомфорт. – Мне остановиться? – с тревогой спросил высокий. – Я в норме, продолжай, – Феликс попытался расслабить лицо и тело, но выходило не очень, – только можешь... поцеловать меня? Хван склонил голову и соединил их губы в нежном поцелуе, пытаясь расслабить и партнёра, и себя. Это помогло. Вскоре, парень вошёл во всю длину. – Подожди, дай мне привыкнуть, – хриплым голосом сказал Ли. Блондин не торопился, ему самому нужно было время. Только сейчас в его затуманенный мозг пришло осознание происходящего. – Блять. Я в тебе, – проговорил Джинни, посмотрев вниз. – Да. Ты во мне, – ответил ему Ликси. Секунд пятнадцать они смотрели друг другу в глаза, а потом прыснули со смеху, заполняя хохотом полупустую общажную комнату. Благодаря этому вся неловкость и скованность отошли на второй план, и оба наконец-то немного расслабились. – Можешь двигаться, – успокоившись, сказал красноволосый, вытирая пот со лба. Хёнджин послушался и неуверенными, рваными, короткими толчками начал движения. Парень крепко вцепился в бёдра Ли, из-за чего, он уверен, у того останутся синяки. Стенки немного растянулись, поэтому двигаться стало легче, и Хван постепенно наращивал темп. Ножки кровати неприятно стучали о пол, а её спинка при каждом толчке встречалась со стеной. Если не брать в расчёт стучащие и скрипящие звуки, было тихо. Но стоны. Они заполняли эту тишину. Изначально судорожное дыхание, затем негромкий скулёж, и наконец стоны. Сладкие, громкие, намекающие о наслаждении. Голос Феликса, в обычное время немного грубоватый, сейчас был очень высок. Иногда он срывался на крик, сильно закусывал губу и сжимал бедное белое покрывало, не зная, куда ещё деть руки. Он выгибался, словно кошка, навстречу Хёнджину, подпахивал бёдрами, подражая темпу высокого, и запрокидывал голову назад, иногда закатывая глаза. Ему нравилось. Ему очень нравилось. А Хвану нравился он. Нравилось его тело, лицо. Нравилось слышать эти сладкие звуки, которые возбуждали лучше любого порно. Нравилось осознавать, что он такой из-за него. Желающий, податливый, открытый. Его. Лишь на эти короткие мгновения, но его... Хёнджин ускорился. Немного поменяв положение, спустил одну ногу на пол. Теперь, обретя опору получше, он вдалбливал мальчишку в кровать, выбивал из его лёгких весь воздух, заставил того задыхаться от стонов и быстрого темпа. – Я... уже... почти... – с трудом проговорил Ли. Вместо того, чтобы довести себя и партнёра до пика, блондин замедлился, хищно улыбнулся и продолжил делать медленные, нежные толчки. – Блять, ты серьёзно? – проскулил красноволосый. – Малыш, тебе же нравится, – Хван наклонился и поцеловал парня в шею, – неужели хочешь, чтобы всё так быстро закончилось? Шепот высокого вызвал табун мурашек по спине, а от слова "малыш" член дёрнулся, прося прикоснуться к себе. Феликс тяжело выдохнул и за волосы притянул к себе Джинни, захватывая его губы в сладкий плен. Он надеялся разгорячить парня, заставить его закончить начатое, продолжить то, что он так беспощадно прервал. И у него получилось. – Ты невыносим. После этих слов Хван вернулся в исходное положение, ещё ближе притянул к себе Ликси, схватив грубым движением его за бёдра, и возобновил быстрый темп, от которого так нагло ушёл. Снова стоны, снова крики. Предчувствуя скорую разрядку, Феликс потянулся к собственному члену и стал надрачивать себе, подстраиваясь под темп высокого. Ещё секунда, две, три. И тело красноволосого задрожало, пальцы ног сжались, из горла вырвался высокий крик, а из члена белое семя. Через три толчка кончил высокий, издав короткий низкий стон. Он вышел из парня, снял презерватив и выкинул его в мусорку. Сходил в ванную за полотенцем, вытер с себя пот и присел возле Феликса, нежно вытирая ему лоб и живот. Тот был подозрительно тих, лишь грудь вздымалась из-за частого дыхания. Высокий кинул полотенце прямо на пол и лёг рядом с Ли, уставившись на потолок. На нём блестел солнечный зайчик, отражающийся от зеркала в комнате. Наступившая тишина давила со всех сторон. Хёнджин не знал, как ведут себя люди после секса, ведь его минутные перепихоны были несерьёзны, но он подозревал, что гробового молчания быть не должно. Только парень хотел сказать что-то по типу "это было круто", Феликс встал и сел у края кровати, прижимаясь спиной к стене и заключая ноги в кольцо из рук. Хёнджин приподнялся на руках и внимательно уставился на одногруппника. – Ну всё, теперь можешь пойти и растрепать всему универу, что трахнул меня. Молодец, у тебя это получилось, – хриплым шепотом сказал красноволосый, пряча свою голову в коленях. Хван нахмурился. Он не понимал, почему настроение парня так резко изменилось. – С чего ты решил, что я так сделаю? – Потому что я знаю таких, как ты. Вам не интересен сам человек, вас интересует только тело, жалкая оболочка. Вы животные, которые охотятся за своей жертвой, а после хвастаются ею, завоёвывая авторитет среди таких же зверей. Вот ты представляешь, что чувствует пятнадцатилетний мальчик, которому клялись в бесконечной любви, а после секса бросили на утро, распространив по школе грязные фото? Представляешь? А мне и представлять не надо. Знаешь, какого это – ощущать на себе скользкие взгляды, а на парте читать выцарапанное "шлюха" и "пидор"? А я знаю, – безжизненный голос резко контрастировал со стонами, которые были всего несколько минут назад. – Феликс, я знаю, что не внушаю большого доверия, но так отвратительно я бы никогда не поступил. И меня интересует не только твоё тело, – резкое желание обнять и прижать к себе этого красноволосого мальчишку очень испугало Хвана, и поэтому он сжал покрывало между пальцев, ещё сильнее нахмурив брови. – Интересует не только моё тело? Ты думал, я поверю в этот бред? Ты вообще знаешь меня как человека? Знаешь, что я люблю и что мне нравится? Знаешь, о чём я мечтаю? Знаешь, что я обожаю математику, но терпеть не могу химию? Знаешь, что у меня аллергия на цитрусовые? Знаешь, что я мечтаю посетить Париж и Софию? Знаешь, что я обожаю вышивать крестиком? Знаешь, что я всем сердцем ненавижу романы, но всей душой обожаю фантастику? Ты всё это знаешь? И теперь только попробуй сказать, что тебя интересует не только моё тело, – взгляд, которым Феликс посмотрел на Хёнджина, заставил второго съёжиться и покрыться мурашками. – А разве ты давал мне возможность узнать себя? Я пытался сблизиться с тобой, подружиться, покупал твои любимые сладости... – Ради секса. – Дарил цветы... – Ради секса. – Пытался пригласить в кино... – Ради секса! Всё это было ради того, чтобы затащить меня в постель! Если я выгляжу как наивный мальчишка, это не значит, что я им являюсь! Крик отразился от стен и разлетелся по всей комнате, больно врезаясь в каждый сантиметр кожи высокого. Повисло доводящее до тошноты молчание. В голове Хвана усиленно крутились шестерёнки, и он отчаянно пытался придумать, как возразить Ли. Они сидели голые, потные, липкие и выясняли отношения. Смешно. До истерического смеха смешно. – Послушай... – блондин поменял положение и сел, скрестив ноги, – ты прав. Изначально всё было ради того, чтобы трахнуть тебя. Я это признаю. Но потом я понял, что что-то во мне поменялось. Блять. Я не умею красиво говорить. Я не умею любить, Феликс. Я полный кретин и долбаёб. У меня никогда не было отношений, да и я сам никогда не хотел их заводить. А тут ты. Ещё и парень. Мне сейчас трудно, у меня каша в голове, – он остановился, провёл руками по лицу, вытирая со лба выступившие капельки пота, а после убирая мешавшие волосы, – но я скажу, как чувствую, как умею. То, что было сегодня. Это было охуенно, и мне бы хотелось это повторить. Не раз. Мне понравилось доставлять тебе удовольствие, мне понравилось осознавать, что тебе хорошо благодаря мне. Блять... – он судорожно выдохнул, – мне тяжело. Возможно ты мне нравишься, но я не знаю, что люди ощущают, когда им кто-то нравится. И вообще, если тебе противны такие как я, почему ты согласился на это всё? – Хёнджин развёл руками в воздухе, имея ввиду их самих и комнату, в которой они находились, – Я тупой, объясни мне пожалуйста. Феликс посмотрел на высокого. Он не сводил взгляд очень долго. Досконально изучал его лицо, несколько минут вглядывался в чёрные глаза, как будто пытался найти в них ответ, а потом снова спрятал личико в коленях. – Я сам не знаю, зачем согласился. Минутная слабость, не более, – спустя несколько минут прохрипел Ликс настолько тихо, как будто старался скрыть истину в наглой лжи. – Тебе хотя бы... понравилось? – высокий закусил губу; его сердце почему-то начало бешено стучать. Каждая секунда молчания больно врезалась в грудь. – Да. Это было круто. Хван невольно улыбнулся и немного расслабился, тихо выдохнув через нос. – Феликс? – блондин подполз к парню. – Научи меня любить, – понизив голос, прошептал Джинни, словно боялся, что кто-то ещё может его услышать. Ли поднял голову и взглянул на Хвана. Странно, но теперь он не был похож на придурка с видеоиграми вместо мозгов. Сейчас он напоминал брошенного котёнка, которому не хватало внимания родителей и который однажды просто попал не в ту компанию. Красноволосый улыбнулся. – Я научу, но только в том случае, если ты готов учиться. – Я готов. Блять, да я всегда ко всему готов. Я за любой кипиш, кроме голодовки, – победная улыбка растеклась по его лицу. – Не порти романтический момент, придурок, – Ликси рассмеялся, мило сморщив носик. Через несколько секунд его смех нагло прервали, захватив лицо в плен из рук, а губы в нежный поцелуй. Это были немые извинения, робкое признание и обещание измениться. Это был способ выразить чувства, эмоции, слова, которые не получалось сказать. Медленные, но пылкие движения губ, лёгкие поглаживания по щекам, сбитое дыхание. Зарождение чего-то нового, странного, непривычного, но настоящего. – Малыш... – Хёнджин медленно отстранился, виновато посмотрев в глаза Феликса, – у меня опять встал... Красноволосый опустил взгляд вниз, а потом снова заглянул в глаза высокого; по его лицу пробежала игривая ухмылка. – Что ж, я знаю несколько способов, которые помогут решить твою проблему, – сказал он, пройдясь пальчиком по груди партнёра, – опробуем один из них?