Мне тебя обещали!

Недели летели за неделями. В последнее время все вокруг становились напряжёнными. Декабрь закрадывался под кожу, совершенно не принося никакой зимней атмосферы. Этери чувствовала себя обделенной вниманием Жени. И если изначально она спихивала всё на Ледниковый, на постоянные тренировки то там, то тут. То в последний месяц девушка становилась всё более медийной. Бесконечные съёмки в самых разных проектах, участие где угодно, но только не в фигурному катании. Неужели она поставила окончательный крест на своей карьере? Женщина не могла думать ни о чем, кроме этого. Она ощутила то, что когда-то уже ощущала. В две тысячи восемнадцатом. Когда она ушла и оставила её. Без своих рук, без своего искрящегося взгляда, без своего заразительного смеха. Буквально оторвала от неё часть себя, что уже достаточно крепко прирослась. И каждая капля её терпения была на счету. Но всему есть конец. — Жень, привет. Занята? — Да, давай побыстрее. Этери шумно выдохнула. Ни «здравствуй” , ни «как дела» . Просто» да, быстрее». — Значит отложила прямо сейчас все свои дела и вышла на улицу поговорить со мной, — стал холодным, как сталь, её голос. Брюнетка посмотрела на Даню, на Илью и, пару секунд подумав, — продолжим через несколько минут. Девушка вышла за борт, надела чехлы и, приложив телефон обратно к щеке, вышла со льда. — Ты понимаешь, что я на работе. Что происходит? — Точно у меня нужно спрашивать, что именно происходит? Это я совсем про тебя забыла? Я не приезжаю на тренировки, как будто не обязана. Девушка тяжело вздохнула и приложила ладонь ко лбу, прикрыв глаза. — Этери, я... Я просто замоталась. Посуди сама, время двенадцатый час ночи. А я на тренировке, завтра у нас прокат. — Да-да, прокат и прочая хуйня. — Хуйня? Почему ты так... — Потому что ты совсем про меня забыла. Наступила тишина, только Этери выжидала, а девушка не знала, какие подобрать слова. — Прости, ты права... Прости, пожалуйста. Давай я приеду на ночь? — А ты можешь приехать ко мне на день, на два, на неделю? Что значит на ночь? — Этери, не веди себя, как ребёнок. Я занятой человек. — Я жду тебя сегодня, и у меня есть для тебя серьёзный разговор. — Этери, не пугай меня так. — А моё отсутствие в твоей жизни тебя не пугает? — Этери, — с каждой минутой чувство вины присваивалось Жене все сильнее. Ровным швом припечатовывалось точно в самую душу. — Жень, ну мы до утра тут будем торчать или чё. Давай реще, — был недоволен Даня, который ровным счётом также хотел домой. — Так, всё. Я приеду к часу-двум, пока. Девушка посмотрела на парня, который только ушёл обратно на лёд. — Этери. Но в ответ тишина. — Тери, — сердце брюнетки впервые за долгие два месяца сжалось в тоске, — я люблю тебя больше, чем дело всей своей жизни. И ты знаешь это. До встречи. И она сбросила. Честно сказать, женщине вылилась канистра бальзама на душу. Любить кого-то больше, чем Фигурное катание, было для неё потенциально невозможно. — Так ты мне расскажешь куда мы едем? — спрашивает блондин, с которым брюнетка теперь проводила времени больше, чем наедине с собой. — Ты сам попросил меня подвезти, так можешь ли ты задавать меньше вопросов. — Женька, ну чё ты. Я ж просто интересуюсь. Брюнетка раздражённо выдохнула, — я просила не называть меня Женькой. — Да что с тобой случилось? Мы же друзья, да? Ниче не пойму, поч ты так разговариваешь. Брюнетка ненавидела эти его сокращения. Поч, всм, зах. Так сложно дописать и договорить пару букв? — Всё нормально, можно мне просто доехать в тишине? — Можно. Я понял тебя. Девушка не знала, ждёт ли её Этери. Может, она уже спит. Может, уехала куда нибудь. Когда за окном появился знакомый двор, девушка сложила телефон в сумку и была уже готова выходить. — Жень, нам надо поговорить, — начал Даня, стоило машине остановиться, — срочно. — За сорок минут езды не судьба было поговорить? — брюнетка посмотрела на парня, после на водителя и, с секунду подумав, замотала головой. — Нет, не сегодня. Прости. Давай завтра после съёмки. Милохин прикусил губу и кивнул, — оки. Завтра, так завтра. — Спокойной ночи. И дверь машины захлопнулась за её спиной. Тихо поворачивая ключ в замке входной двери, девушка не знала, на что она надеется. На то, что Этери спит. Или на то, чтобы наоборот. В любом случае, стоило ей зайти, как она заметила свет тусклого жёлтого ночник из комнаты. Брюнетка медленно и тихо закрыла за собой дверь, после чего также медленно и тихонько разулась. В этой квартире стоял особенной запах. Запах второго дома. Запах любви и теплоты. Брюнетка заходит в комнату и видит Этери, которая заснула в ожидании. Полусидя и с телефоном в руке. На часах стрелка перевалила за третий час ночи. Через четыре часа девушке уже вставать на съёмки. Она медленно подходит ближе и вытягивает мобильник из её рук. Экран загарается и на панеле уведомлений красовалось три пропущенных от Вероники. Медведева оглядывает спящую Тутберидзе и мысленно умоляет себя выключить телефон и положить на полку у кровати. Но что-то внутри все равно перевешивает и, закрыв за собой дверь в комнату, она идёт в ванную и набирает номер, с которого звонили. — Этери, наконец-то. Нужно поговорить. Взгляд девушки упирается в стену напротив. Глаза обволакивало тяготящим туманом ревности. Голос стал таким низким, будто она и вовсе не представитель своего пола. — Уверена? По ту сторону раздался тяжёлый вздох и раздражительный стон. — Какого чёрта ночью её телефон у тебя? Девушка закусила губу, — какого чёрта ты наплела ей про нас? — Потому что ты, малолетка, не имеешь на неё никакого права, — наконец прорвало женщину, — ты ушла. Ты оставила её. Кто был рядом, ну-ка? Девушку окатило волной ревности и стыда, — заткнись. — Она выпила сотню витрин алкоголя. Чуть не спилась, перестала плакать, потому что внутри неё уже ничего не было. Брюнетка сбрасывает трубку и блокирует номер дерганными движениями пальцев. Её лицо скривилось от такого потока неприятной правды. Но вдруг вибрация в кармане джинс пожала сигнал о входящем сообщении. Девушка сразу видит, что это Вероника. Девушка сразу читает. Не сразу понимает, что там написано. «Ты вообще в курсе, что за эти два месяца, что тебя нет рядом, мы встречались уже трижды?» Брюнетка улыбается, в момент печатая ответ. «И ты думаешь, что я тебе поверю?» Сразу прочитано и сразу же "печатает..." «Хах, откуда же мне знать, что ты о ней забыла и полностью погрузилась в свои съёмки?» Брюнетка подняла взгляд на стену и задумалась. Действительно, а откуда она это знает? «Не неси бред, ведь в этом нет смысла. Ты запизделась, дорогая. Удачи тебе.» И она заблокировала контакт, подавив в себе все сомнения. Но они всё равно болтались где-то на поверхности. Ревнивый скорпион убирает телефон и возвращается в комнату. Положив оба мобильника на тумбу, она быстро избавилась почти от всей одежды. Ночь дурманила рассудок, прогоняя здравый смысл прочь. Юное сердце искреннее верило в то, что их любрвь сильнее всего. Они прошли огонь и воду, но эти вредные трубы заставляли переживать. Ведь их с каждым днем было все больше и больше. Но она любила. Любила так сильно, что иногда от этой любви легче задохнуться и скончаться. Это сложно. Влюбляться легко. Влюбляешься в образ, любишь ты личность. Ведь внутренний мир Этери был для Жениной души больше, чем вселенной. Его невозможно было изучить полностью. Это не вселенная. Это просто бесконечность. Такая интереная и опасная бесконечность...