Просто ты сильнее чем думаешь

В глубине души, я понимала это с самого начала, просто наверное признавать не хотелось. Сейчас я смотрю на эти нарезки, смотрю куда катится Крис, и мне больно, больно за неё, выключаю, хмурюсь и нервно ногти кусаю. Кира не поймет если расскажу ей, я бы и сама не поняла, но мне хочется этим с кем-то поделится, вывалить свою душу наизнанку, чтобы больше не болело. В этих вырезках она ведёт себя как он…это больно. Я ведь знаю, что она не такая как он, я знаю что она сильнее этого, я знаю, что она глубже этого, она выше. Слышу, как замок двери щелкает и машинально голову поворачиваю, Юлька пришла, подхожу хмуро, пакеты забираю. — Почему меня не позвала, я бы помогла, Кот. — Ты себя видела? Такие синища под глазами, что с тобой вообще? — она спрашивает, а я хмурится начинаю, думаю стоит ли ей рассказывать или нет. — Крис…- всё-таки выдыхаю обреченно и вижу как Юля бровь приподнимает скептицизм свой выражая. — Захарова? — Потом кажется понимать начинает, вижу по ней эту цепочку, от непонимания к осознанию. — Да, я видела вырезки с эфиров, Лиз… послушай меня, пожалуйста. — Мм?.. — Ты не сможешь её спасти, я тебе больше скажу, никто не сможет кроме неё самой! — Юлька руками разводит обреченно, а я понимаю, что она права как всегда. Несу пакеты на кухню, напряженно думая обо всем, хотя надо бы о фан встрече, на которой будем мы с Настей и …Кирой. На телефон смотрю хмуро, мыслями от одной проблемы к другой перехожу, она не звонила с того случая, уже пара дней прошло. Когда я проснулась с утра, её уже не было, стоит ли рассказывать, что моё сердце в тот момент чуть нахуй меня от боли не послало? — Лиза, о чем задумалась? Кстати, Кира так и не написала? — Нет, ощущение, будто мне пора менять предпочтения вкусовые. — хрипло выдаю, стараясь за сарказмом спрятать остатки боли. Бесит всё. Юлька лишь сочувствующие головой ведет, и помогает разобрать дурацкие пакеты, а я чем себя отвлечь не знаю, когда вдруг телефон звенеть начинает. Вздрагиваю, сердце бешено колотится, на экран быстро взгляд перевожу, надеюсь увидеть там имя «Кира». Но вместо этого зависаю на пару минут, видя на нем «Захарова». — Не поднимешь? — Юля бровь приподнимает и я наконец жму «ответить». — Ало? Крис? — Индиго блядь…- хмурюсь понимая что она не в себе, да что за хрень с ней происходит то?! — С чего ты вдруг мне звонишь? — переносицу тру, стараясь раздражение унять, меня трясёт от того, до чего она себя довела. — Ты ответь мне…что у тебя с Медведевой, индиго…- мне бы кто ответил, что у нас Медведевой. — Кристина, ты где? — В поезде, с моей заей, она у меня лучшая, я её люблю…- не одно слово внятно сказать не может, господи. — Крис, что ты с собой делаешь? -спрашиваю и слышу, как она затихает резко, а потом пьяный голос дрожать начинает. — Я блядь, не вывожу, Индиго…- в горле ком, я жмурюсь резко, понимаю что нельзя давать волю слезам. Хочу помочь ей, хочу дать ей ещё шанс… — Я…я могу тебе чем-то помочь?.. Звонок обрывается резко, кажется связь пропала, а я руками в волосах зарываюсь, мне кажется от напряжения я их вырву скоро. Телефон подношу к лицу, ищу один единственный номер, ни одного сообщения… — Да блядь! — От злости бьюсь затылком об стену и обреченно ложу голову на колени, обнимая их. Мне сложно в социальную составляющую, проект помог это смягчить но проблемы всё равно остались. И я очень благодарна Юльке, что когда меня кроет, она не лезет с расспросами, а просто оставляет наедине с собой. Кира бы уже из меня душу вытрясла, от мыслей таких почему то улыбаться начинаю. Пальцы сами находят нужный диалог, с дрожью сообщение набираю и отправляю. — «нам всё равно придется поговорить об этом.» Очень удивляюсь когда вижу что оно уже прочитано, сидела значит тут, вот же мелкая… — «бля.» — «серьезно? Обматерила меня через сообщение после того, как кинула меня на утро после секса? Спасибо хоть денег не оставила.» — «у меня нет столько…» — «Кир, я пойму если ты назовешь это ошибкой.» Написала такое, а у самой внутри просто всё выворачивает от нервов, а Кира, как на зло без ответа оставляет. — Кажется меня только что отвергли… Откладываю телефон в сторону и колени обнимаю, глаза прикрывая, я даже и не знала что это настолько больно. Настолько, что слезы текут…непривычно, я даже на проекте плакала всего два раза, и то потому, что Розенберг вытащила из меня всё дерьмо. Сижу так часа два, пока не слышу как кто-то в дверь звонит, встаю всё же, не хотелось бы чтобы Юльке перепало от какого нибудь местного алкаша. К двери плетусь устало, с красными от слез глазами и растрепанными волосами, открываю чертыхаясь и матерясь. — Кого блядь принесло, время видели?! — Видела, Лизок.- слышу насмешливое и тут же удивленно смотрю в темные глаза. Кира стоит в строгом костюме, на каблуках, переминаясь с ноги на ногу от неловкости, и взгляд свой отводит постоянно. В руке у неё торт и горшок с Хойя Керри. — Ты надела каблуки? — первое что выпаливаю и чувствую как щеки горят. — Да, блядь… Кисунь, ты это…- краснеет, волнуется, и я не решаюсь её перебить, хотя мы всё ещё на лестничной площадке. — Моей девушкой…станешь? — Стану, только давай зайдем в квартиру, Кир. — улыбаюсь мягко и торт с горшком из её рук забираю. — тебе очень идет, выглядишь красиво… Снова договорить едва успеваю, как оказываюсь заключенной в объятия крепкие, тело девушки чуть подрагивает, и я наконец понимаю как она переживала всё это время, как она боялась что этот случай всё испортит. Почти наверняка знаю что она винила себя в случившемся. — …боялась, что откажешь.- слышу её шепот на ухо. — потому что тебе нравится… Крис… — Кир, я не стану врать …Крис дорога мне, даже сейчас, я переживаю за неё…но я не стала бы позволять ей всё то, что позволила тебе. — Щеки горят огнем от собственных слов, я нервно губу закусила молясь чтобы Юлька не вышла, хотя уверена она подслушивает бессовестно.- если так подумать, я с самого начала выбирала всегда тебя, пусть и неосознанно. — Я боюсь причинить тебе вред, Кисунь, до одури блядь боюсь. Что я спалю тебя, если мы начнем…но и отпустить тебя не могу, я эгоистка до мозга костей! — Я не против сгореть с тобой. — улыбаюсь, и в щеку её мягко целую, пытаясь успокоить. Идем на кухню только минут через пять беспрерывных объятий, руку её не отпускаю, улыбаюсь как ребенок, аккуратно ставлю горшок на полку и чайник включаю. — У тебя глаза красные. — констатирует, но я понимаю что она ждет ответов. — Перенервничала.- поясняю я на выдохе. — Крис звонила пьянющая, с тобой неразбериха, вот и поднакотило… — Что она хотела? — слышу, как голос её напрягается немного, хоть и остаётся внешне спокойной. — Спрашивала что между нами с тобой, но что я могла ей ответить? Просто тему перевела. — Кира фыркает недовольно и я наконец чай завариваю, на три чашки, в конце концов знаю что эта пакостница не спит. Кира, как ребенок, она считает себя плохой и вечно драматизирует всё что делает. Но на деле мы получаем самого искреннего человека, она умеет любить, она умеет заботиться о других. Искренне радуется мелочам, с ней уютно и тепло. Юльку зову, и она выходит к нам, хитро оглядывая нас. — Ля какие, вас можно поздравить?! — Кира притягивает меня к себе за талию с самодовольной улыбкой. — Смотри мне, никаких вольностей теперь.- смеётся, к спине моей лицом прижимаясь. — Вот не надо тут при мне территорию метить.- Юлька глаза закатывает, но видно по ней, что рада за нас искренне. А я руки о чашку смущенно грею, не могу прекратить улыбаться, как дурочка. Нравится чувствовать на своей талии её руки, нравится, как её запах отпечатывается на моей футболке. Нравится, как мы сидим тут втроем настолько естественно, что это счастье расползается по венам. Я люблю этих людей, я хочу быть с ними всегда. — Люблю.- тихо вырывается у меня прежде, чем я успеваю сообразить, но я знаю она услышала, чувствую как она улыбаться шире начинает и к себе прижимает ближе, на колени к себе садит и в ухо шепчет «я тоже.». — Ну вы совсем стыд потеряли! — выдыхает Юлька, и показательно к себе уходит, вот же актриса. — Спокойной ночи, Кот! — говорю громко, по привычке, слышу рядом недовольное бурчание тут же. — Осуждаю. Смеюсь сквозь румянец и обнимаю девушку за шею с нежностью, она тут же расслабляется и довольно обнимает в ответ. Такая нереальная, такая красивая, такая настоящая. Моя.