Сонная доза

      «Черт! Пора прекращать заниматься таким», — подумала юная особа, допивая залпом содержимое бутылки. И эти мысли были посвящены не чрезмерному потреблению алкоголя, а тому, что предшествовало обильному возлиянию.       Швырнув опустошенную тару в мусорный бак, фигура в черной куртке нетвердым шагом двинулась вдоль по безлюдному ночному мосту. Тени фонарных столбов лениво расстилались по дороге, а в реке отражались тусклые огни спящей Йокогамы. Опавшие листья, шурша, скользили по асфальту, издалека доносились глухие звуки более оживленных районов. На середине переправы прохожая неуверенно остановилась и задумчиво бросила стеклянный взгляд на обшарпанные прутья железных перил.       «На этой станции я, пожалуй, сойду.»       Она взялась за поручень и, перенеся вес на руки, перелезла через преграду. Оказавшись на узком уступе, девушка уставилась вниз, на черный бесконечный поток. Прохладный осенний ветер слегка трепал её темно-синие длинные волосы и распахнутую верхнюю одежду, а короткие черные шорты никак не противостояли остывшему ночному воздуху, но ее, похоже, это не заботило. От высоты и выпитого алкоголя слегка кружилась голова, в районе груди собирался горячий ком от ударившего в кровь адреналина, удары сердца становились все громче и быстрее.              Мысли исчезли, вместо них остался лишь импульс, который уже был готов прорваться в сознание и отдать телу команду к действию.       Не стоит торопиться с выводами и осуждать такого человека за слабость. Люди, которые решаются покончить жизнь самоубийством, не приходят к этой мысли внезапно. Эта противоестественная навязчивая идея зарождается где-то в душе, на подкорке сознания. Поначалу она безобидна и ты с легкостью отмахиваешься от нее, как от назойливой мухи. Но если однажды твой стакан дал трещину, через тонкую щель будет капля за каплей просачиваться вода.       Кап…       Кап…       И так до тех пор, пока сосуд не останется пуст.       — Эй, суицидница, — позади неожиданно раздался голос.       Это внезапное вторжение в личное пространство уничтожило импульс и выдернуло девушку обратно в реальность.       — Ты действительно собираешься прыгать?       Побеспокоенная обернулась в сторону звука. Поддерживая подбородок перебинтованными руками, на ограждение опирался красивый парень в бежевом плаще.       Его довольная улыбка выдавала радостную заинтересованность увиденной сценой.       — Решил остановить? — ответила она вопросом.              — Вовсе нет. — бодро произнес незнакомец и тут же перемахнул через перила —       Наоборот, желаю присоединиться! Не против?              Они оказались на расстоянии вытянутой руки друг от друга.       «Безоружен. Зачем столько бинтов? Последствия нападений? Почему он так весел, если хочет покончить с собой? Он на полном серьезе готов это сделать или просто смеется? Непохоже, что он шутит.»       Девушка настороженно смерила вторженца взглядом, пытаясь понять, представляет ли этот человек какую-нибудь угрозу, и, наконец, дала ответ:       — Делай что хочешь. Через пару минут уже все будет не важно, — и тут же добавила, — Не смей мешать.       — Замечательно! — воодушевился собеседник, — Знаешь, я так мечтал совершить двойное самоубийство на пару с прекрасной дамой. Сегодня определенно лучший день в моей жизни, хоть он и последний!       «И угораздило же меня встретить этого чокнутого.»       Девушка закатила глаза.       — Рада за тебя. А теперь прошу тебя немного помолчать, ты мне весь настрой сбиваешь.       Будущая самоубийца устремила свой взгляд под ноги, на размеренный поток скользящей вперед воды. Она пыталась нащупать в душе тот самый импульс, но наглый незнакомец вновь прервал ход ее мыслей:       — Подожди!       Девушка раздраженно сжала поручень. Черные перчатки на ее руках издали жалобный скрип.       — Чего тебе?       — Слушай, тут такое дело… на самом деле я мечтал, что покончу с жизнью вместе со своей девушкой. И, раз уж мы все равно сейчас умрем, согласишься со мной встречаться?       Дурацкое предложение, потому что абсолютно бессмысленное. Хотя, раз уж так, не проще ли согласиться и отвязаться уже наконец от этого персонажа? Она вновь недовольно закатила глаза:       — Черт с тобой. Можешь считать меня своей девушкой, если мысль об этом скрасит последние минуты твоей жизни. Мне не жалко. Теперь-то можем прыгать?              — Стой, погоди… — не унимался этот странный тип, — Хочу знать, как зовут мою новую девушку!              Он прожигает темными глазами в ожидании ответа.       «Да сдалось тебе мое имя!», — возмущалась она про себя, — «У девочки нет имени! Однако, нужно что-то придумать, только бы он отстал от меня…»       — Пусть будет Веро́ника, — сказала она первое, что всплыло в памяти, — И можешь не представляться в ответ, мне плевать кто ты.       На лице парня вновь растянулась коварная улыбка. Вероника, напротив, серьезно и настороженно вглядывалась в лицо собеседника, пытаясь предугадать, что же он задумал.              — Вероника, — наконец произнес он, — Поцелуешь меня на прощанье? Вероника рассмеялась не в силах подавить приступ истерики. Теперь уже чудак в бежевом плаще с недоумением смотрел на внезапную смену настроения своей сообщницы.       — Прости, — попыталась извиниться она, отдышавшись от смеха, — Видишь ли, у меня есть особый дар. Если я к кому-то прикасаюсь, то человек засыпает. Но тот, кого я поцелую, не проснется уже никогда. Мой дар — одна из причин, по которой я здесь. И тут появляешься ты со своим дебильным желанием. Жизнь решила подшутить надо мной напоследок и нахожу это забавным.       — Вот оно что, — парень расслабился и тоже повеселел, — Я буду счастлив умереть от поцелуя, это совершенно точно самый приятный способ уйти из жизни из всех возможных!       «Понятно. Он точно больной.»       Вероника подвинулась к своему напарнику по самоубийству, и, перевернувшись спиной к реке, обхватила его за шею.       — Так уж и быть, я убью тебя, — прошептала она, приподнимаясь на цыпочки. Парень отпустил перила и обнял девушку перебинтованными руками. Она закрыла глаза и прикоснулась к его приоткрытым губам. В этот момент ее сообщник потерял равновесие и они, подчиняясь гравитации, устремились вниз. ***       — Очнулась? Замечательно! — сказал парень, глядя сверху вниз, как Вероника стоя на четвереньках давилась кашлем и выплевывала воду, которой наглоталась в реке. Холодные капли стекали с ее волос и одежды. Понимание происходящего медленно возвращалось к ней и в памяти постепенно восстанавливались предшествующие события.       «Выполнила работу. — мысленно вспоминала она, — Напилась. Решила прыгнуть с моста, где до меня докопался этот странный человек. Потом я его убила и мы рухнули в реку. Стыдно! Но какого…»       — Какого хрена ты все еще живой? — крикнула несостоявшаяся утопленница на своего спасителя, когда ей удалось более менее избавиться от воды.       На что тот как-то подозрительно усмехнулся и отвел взгляд в сторону моста.       — Жизнь и правда решила подшутить над нами, Вероника, и сейчас ты сможешь оценить всю красоту этой шутки. Тебе не повезло встретить единственного человека, на которого не действует твой убийственный поцелуй, а мне не повезло покончить с жизнью самым приятным способом. Так уж вышло, что я тоже одаренный и моя способность — обнулять чужие.       После этих слов парень вновь повернулся к ней, ожидая реакцию.       — Так ты был в курсе, что моя сила не сработает и молчал?!!       — Ну ты же сама сказала, что тебе плевать, кто я, — невинно развел он руками.       — Я ни за что бы не согласилась, зная, что это тебя не убьет!!!       — Вот как… Получается, ты целуешь лишь тех, кого хочешь прикончить? А мне показалось, что я тебе понравился. — парень хитро улыбнулся, глядя на то как его спутница закипает от бешенства.       Он. Просто. Издевается.       — Теперь я действительно хочу тебя убить! Нахрена спас меня? — психовала она, — Разве сам не собирался покончить с жизнью?       Девушка дрожала от холода, ее миниатюрное тело казалось обессиленным и хрупким, но синие глаза пылали возмущением и ненавистью. Веронику взбесило, что кто-то вторгся в ее планы, нарушил границы и самовольно принял решение оставить в живых. Она будто пыталась уничтожить парня взглядом в ожидании его оправданий.       — Прости. Все-таки я не смог дать умереть своей девушке.              После купания в ледяной воде Вероника полностью протрезвела, но эта фраза окончательно привела ее в чувства. Она мигом вскочила на ноги и решительно замахнулась. В следующую секунду раздался звук от пощечины.       — Ты меня достал!!!       — Хороший удар, — признался спаситель, потирая лицо, — Возможно, я это заслужил. Теперь, раз уж ты встала, нам пора как можно скорее высушиться и согреться. Мой дом находится отсюда в десяти минутах ходьбы.       — Я никуда с тобой не пойду!       — Ты промокла и замерзла. Будешь в таком виде шататься ночью по городу и заработаешь себе пневмонию, а в машину в таком виде тебя ни один водитель не пустит, — перечислил резонные доводы молодой человек, — Я просто дам тебе возможность привести себя в порядок, а потом ты отправишься, куда хочешь.       Предложение пойти домой к этому сумасшедшему звучит как полное безумие. Перспектива заболеть либо провести остаток ночи в компании маньяка. Сложный выбор.       — Ладно, — сдалась она, — Но учти, если позволишь себе распускать руки, я прикончу тебя даже без всякого дара.       — Вот и славненько, — произнес спаситель и зашагал в сторону жилого квартала.              — Постой! — крикнула Вероника и поторопилась за ним, — Знаешь… я все-таки хотела бы знать твое имя.       Молодой человек обернулся и протянул перебинтованную руку:       — Меня зовут Дазай. Дазай Осаму. ***       Дазай повернул ключ в замке и толкнул дверь, жестом приглашая Веронику пройти внутрь. Девушка преодолела порог и взглядом пристально изучила помещение. Жилище Дазая выглядело вполне обычным и на первый взгляд не вызывало никаких подозрений. Средней величины комната, в центре — диван с журнальным столиком напротив большого окна, слева — маленький кухонный гарнитур, справа — проход в ванную, а чуть подальше еще одна раздвижная дверь в спальню.       — Обычно у меня не бывает гостей, — сказал хозяин квартиры, закрывая за собой, — Подожди, сейчас я принесу тебе полотенце и сухую одежду.       Он разулся, на минуту исчез в дверях спальни и тут же вернулся с вещами в руках и протянул их Веронике:       — Держи.       — Это твоя рубашка? — задумчиво спросила девушка.       — Что-то не так?       — Пойдет. Не подсматривай.       Вероника сняла перчатки и куртку, затем, повернувшись к Дазаю спиной, расстегнула пуговицы на белой блузке и принялась стягивать с себя мокрую липкую ткань. Молодой человек поспешил отвернуться, однако, глаз его уже успел зацепиться за освобожденную от одежды девичью спину. Открывшееся его взору намертво приковало взгляд: тело выглядело так, будто бы с него содрали кожу.       Опомнившись от увиденного, парень сообразил, что ему тоже нужно переодеться и поспешил в соседнюю комнату.       — В ванной стоит автосушка, — донесся его голос из спальни, — закинь туда мокрые вещи.       Когда он вернулся, Вероника уже облачилась в его рубашку и робко приютилась в углу дивана.       — Я сделаю чай, — сообщил Дазай, направляясь в сторону кухонных шкафов, — Как ты себя чувствуешь?       — Не знаю, — вздохнула девушка, — Все, что произошло, было очень странным. Кто ты такой, Дазай?       — А ты? — задал он встречный вопрос, протягивая горячий напиток.       Вероника приняла чашку обеими руками и притянула к груди, намереваясь согреться. Дазай оперся о стену рядом с гарнитуром, сделал глоток из своей кружки и продолжил наблюдать за гостьей сверху вниз, ожидая ответа.       «Если ты узнаешь, кто я, то всю жизнь будешь жалеть, что не бросил меня на дне Ооко-гавы.»       — Ну… я недавно вернулась в город и выполняю кое-какую работу для людей на заказ. Скука смертная, — сказала она, уставившись в кружку, изучая чаинки, а затем грустно вздохнула — А еще, кажется, у меня депрессия…       — Вот оно как, — рассмеялся Дазай, — Справляться с депрессией проще в хорошей компании. Пообедаем завтра с моими друзьями?       — У меня были планы… — попыталась отмазаться девушка.       — Нет у тебя никаких планов. Ты же собиралась утопиться, — уличил Дазай собеседницу в неискренности, — Я лишь предлагаю узнать некоторых хороших ребят. Поверь, Ооко-гава никуда не денется. Можешь дождаться, пока высохнут вещи и тихо исчезнуть, а можешь выспаться на этом диване и узнать, что для тебя приготовил новый день.       На этом хозяин квартиры поставил кружку в раковину, пошел в спальню и задвинул двери.       Вероника осталась в одиночестве допивать остывший чай и раздумывать над словами Дазая. Ей было по-прежнему непонятно, для чего он все это устроил и насколько можно ему доверять. Ясно одно: по какой-то причине этот человек пока не желает ее смерти. Но она по собственному опыту знала, что существуют вещи похуже, чем смерть. Хотя в целом новый знакомый не был похож на негодяя, скорее напротив, казался неплохим парнем, если закрыть глаза на весь этот бред про двойное самоубийство.       За окном начинало светать. Первые лучики солнца из-за горизонта потянулись к небу, отвоевывая у ночи пространство для нового дня.       Так и не приняв никакого решения, Вероника незаметно для себя погрузилась в сон.