Не смогу отвести

Темный, длинный коридор, очень длинный коридор. По каждой стороне стоят шкафы и так и манящие к себе шкафчики, которые хочется открыть. Темное голубо-мятное свечение шло будто бы от не включенных лампочек. Делая вокруг накаляющуюся атмосферу. Будто бы в лучших хоррор-фильмах, когда кто-то появляется вот в таких жутких местах. Еще коварней, когда понимаешь, что со спины тоже кто-то может напасть, утаскивая в абсолютную темноту, и единственный твой шанс на спасение и подмогу — так это кричать, слышать, как собственное эхо крика отскакивает от стен и остается звонким звуком в ушах. Странней было то, что через время в этом темном, будто бы нескончаемом коридоре появилось немного слабое фиолетовое свечение, что означало появление одного из монстров отеля. Хозяин своего номера сразу почувствовал, что кто-то появился в помещении, медленно разгуливая по коридору, иногда открывая шкафчики, явно не беспокоясь о том, что на него могут напасть. Халт разозлился на такое безобразие, врываться в его номер, так еще и беззаботно разгуливать. Ну уж нет. Светло-голубой призрак сразу телепортировался к исходящему звуку его раздражения, качая атмосферу и делая глюки по всему помещению. Резкое голубоватое свечение двух будто бы демонических глаз, и призрак понял, что попал именно рядом с человеком. Только не на глаза, лишь бы он не успел его разглядеть. Какого же было удивление увидеть не игрока, а одного из монстров, что обитал в отеле. Но что он тут забыл? Фиолетовое свечение стало ярче, даже ярче, чем исходящий голубо-мятный свет от самого призрака. Халт сразу же хотел отвернуться, так как на Глаза нельзя было смотреть больше, чем на него самого. Зачем он здесь? Точнее, для чего. Призрак отвернулся. У него все больше и больше повышался дискомфорт, чувствуя, как его внимательно изучают, рассматривают. — Зачем ты пришел? — спросил призрак, желая побыстрее убраться, точнее, желая, чтобы Глаза покинули номер, жалостно виня себя за то, что решил напасть, а не сперва понаблюдать. Ответа не последовало, спустя короткое время их гробовую тишину прервал Глаза, подходя ближе к объекту рядом и обвивая своими руками хрупкую, как казалось на вид, талию, касаясь ладонями и пальцами боков. Захватывая другого в хватку, не давая выбраться. Халт и не пытался. Он лишь сразу начинал таять, словно мороженое пломбир, когда его шею начали аккуратно, с нежностью расцеловывать, заставляя улыбнуться, чувствуя, как другие губы расплылись в улыбке, пытаясь пощекотать носом. Лишь бы призрак издал смешок, шепча о том, чтобы тот прекращал это делать. Глаза пытались уловить момент, когда тот смущенно отводит взгляд в любую сторону от прикосновений, краснея, и с такой же любовью, как и он, положит свои руки поверх его. Чувствуя, как все хорошо. Призрак развернулся, давая все же посмотреть на свое очаровательное лицо и так же смотреть и на Глаза, что были вовсе и не против, лишь бы этот влюбленный взгляд не убирался с его виду, так же как и идеальные, как казалось на вид, уже покрасневшие щеки, нос, черты лица и губы. Ох, вот это самое чудное, что он когда-либо видел. Они были даже не сухими, нет, не ссохшимися, а живыми и влажными, от чего так и хотелось попробовать их на вкус, чувствуя лишь нежность в каждом их касании. А улыбка? Улыбка самая прекрасная, что хочется до бесконечности смотреть на то, как тонкая полоска губ расплывается, поднимая уголки губ, делая маленькие ямочки на щеках. Глаза тяжело выдохнул, представляя все те ощущения, что они могут отдать друг другу. Как и говорилось минутами ранее, Халт развернулся, делая так, что теперь он был в кольце из рук, что крепко держали его, не давая отступить назад. Призрак положил сперва свои руки тому на грудь, чувствуя сильный импульс от сердцебиения, как же быстро бьется сердце, ненароком вот-вот и выпрыгнет само в руки любимого. Но призрак не решил задерживаться на этом, он переместил ладони вверх, кладя их на бледные щеки, видя, как вокруг маленькие глазки, будто нимб для ангела, немного прищурились, становясь полностью нежным взглядом, не отрывая свой пристальный взор от Халта. Что в общем-то был обескуражен таким вниманием к себе. — Не смотри на меня так долго, — тихо произнес, скорее будто шепча, призрак, видя, как Глаза лишь прикрыли свои, что находились на лице и несколько вокруг головы. Хитрец. Он что, думал, что он всерьез не заметит? Все-таки убирать свой взгляд со смущающегося Халта Глаза не собирались, но вдруг все-таки темный призрак и вовсе не заметит его маленькое жульничество. — Ты сейчас так дыру во мне прожжешь, — так же шепча произнес темный призрак, сильнее смущаясь от столь большого внимания, так долго он никому еще не позволял на себя смотреть, и так же наблюдая за тем, как по лицу Глаз расплывается теплая, нежная улыбка. Халт провел пальцами по бледным, холодным щекам, проводя также по векам маленьких глазках, что находились около, точнее под глазами монстра. Но Глаза не могли не жульничать, не убрав свой взор с прекраснейшего создания напротив, особенно когда на него смотрит такой волнительный, смущенный взгляд ярких, светящихся мятных глаз. Темный призрак хотел что-то добавить типа как «мол, прошу, не смотри». Но Глаза его опередили, не давая даже первую букву произнести. Краткий поцелуй. Но такой нежный, полный любви и огромного желания. Монстр, что поцеловал призрака, пытался передать всю ту любовь, что чувствовал к нему, чтобы другой без слов понял, насколько его любят, и что не нужно такого долгого и жаждущего поцелуя, чтобы передать это чувство. Еще один такой же краткий поцелуй, и на губах Халта расплывается легкая улыбка, чувствуя, как его лицо начали кратко и аккуратно расцеловывать, чувствуя, как чужие губы касаются щек, лба, носа, даже немного около виска, немного в макушку, пытаясь понюхать волосы, что были тоже прекрасны. Чувствуя, как на свое любое изменение в лице он ощущал взор, видя, как его спокойно рассматривают, без всякой тревожности. Спокойно и умиленно и даже немного влюбленно. Темный призрак замер, не зная, как ответить. Уже сколько действий успел сделать монстр, призрак понимал, что лишь мог и дальше настаивать на своем, чтобы тот не смотрел на него. Чтобы вновь ощущать, как Глаза напротив с такой любовью и нежностью пытаются убедить его в том, что неохотно желая отворачиваться. Чтобы его продолжали и дальше расцеловывать, пытаясь доказать, насколько сильно влюблен в него монстр. Но надо же как-то ответить на такую милую заботу со стороны другого монстра. Его ладони, что все еще лежали на щеках, прикрывая пальцами маленькие глазенки, что легонько жмурились от столь прежнего действия. Он переместил ладони к затылку головы, переплетая пальцы в запутавшихся волосах. Призрак немного приподнялся на носки, желанно прилипая к чужим губам, пытаясь так же нежно и аккуратно, как до этого делал с ним Глаза. Видя, какое удивление перепало на монстра, что встал ступором. Они прекратили целоваться, и Халт с негромким причмокивающим звуком отлип от чужих губ, уже с неуверенностью своего действия, призрак смотрел на то, как даже маленькие глазки смотрели на него с удивлением. — Что-то не так? — с волнением прошептал он. Прежняя легкая полуулыбка сползла с лица. Уже нервно бегая по всем зрачкам, что на него смотрели. Уже убирая руки с щек и неуверенно начиная перебирать пальцы. Глаза будто очнулись от сна, быстрым движением притягивая к себе ближе призрака. Сразу же начиная целовать его в щеку. — Прости! Просто задумался, и я еще не ожидал такого от тебя. — Халт стал более вялым, когда он увидел нервную улыбку у Глаз. И монстр это заметил. — Ну что ты так раскис? А ну-ка, прикрой глаза. — Глаза не хотели, чтобы их прежняя милая, романтическая атмосфера просто так взяла и ушла. Они и так видятся редко, работа не совпадает, по деятельности и по месту тоже, не нужно, чтобы допустилось, чтобы Глаза ушел, когда Халт как кисель скисал по немного, до их следующей встречи. Так что все, чтобы увидеть всеми своими глазами смущающегося призрака и его очаровательную улыбку. Темный призрак его послушался, закрывая свои мятные глаза, ждя, что именно успел подумать монстр. Сразу ощущая, как Глаза нагнулся к его шее, аккуратно расцеловывая, даже предплечье. Халт все же расплылся, начиная медленно таять от такого. Но тут же начал хмуриться. Вот же черт Глаза знают, что да как делать. — А почему не ты закрыл глаза? — Задал свой вопрос призрак, чувствуя, как монстр напротив остановился от своего занятия. Прежде чем ответить Глаза сделали хватку крепче. Видя боковыми глазенками, как даже с этого действия призрак засмущался, и к его щекам вновь начал возвращаться румянец. Дальше монстр наклонился, не отрывая свой взор от столь замечательного лица, он прошептал тихим, бархатным голосом тому на ухо: — Боюсь, не смогу отвести взгляда от тебя.