Разделенные тени

Проведя Ваню, я села за стол и погрузилась в свои мысли. Последнее время, я очень часто думаю, от чего голова раскалывается. Отец умер, Пятый появился из пустоты, а Ваня напоследок говорила про какой-то апокалипсис. У меня такими темпами скоро крыша поедет. — Мисс Мишель? Вы чем-то обеспокоены? — Я вздрогнула и взглянула на вошедшего Погго. — Нет, с чего ты взял? — спросила я, разомняв руки, а после шею и спину. — Вы сидели полчаса в одной позе, смотря в одну точку. — ответил обезьяна. Серьезно полчаса? Я же только села. — Я просто задумалась. Происходит что-то странное, и я чувствую что Пятый от меня что-то скрывает. Не нравится мне это. — я поделилась своими переживаниями с Погго, он всегда меня поддержит. — Понимаю. Но, я знаю, как точно поднять вам настроение. — Правда? — интересно что он задумал. Обычно Погго приносил мне мороженое, почти всегда срабатывало. — Да, подождите меня пожалуйста рядом с комнатой наблюдения. — С комнатой наблюдения? Но сэр Реджинальд давно остановил съемку… — Да. Но многие записи сохранены. Я также думаю найти и привести туда мисс Элисон, мне звонила мисс Ваня и попросила ее проведать. — Да, думаю это хорошая идея. Элисон не помешало бы отвлечься от стресса. — Ох, это точно — с этими словами Погго вышел из кабинета с хитрой улыбкой на лице. А дело в том, что, как и все нормальные дети, мы все хотели попробовать запретные плоды из взрослого мира. Я подошла к маленькой комнатке, заполненной мониторами, приборами и кассетами. На мониторах прокручивалась записи нашего детства. Тут же подошли Элисон и Погго. — Погго, это то, о чем я думаю? — спросила я. Погго кивнул присаживаясь на стул. Элисон тоже застыла, смотря на мониторы. Я же смотрела записи: вот молодой Клаус грабит мини бар. Элисон и Лютер разговаривают в столовой. Куда без романтики. Вот я с Беном играем в камень ножницы бумагу. Пятый с Диего играют в догонялки. — Я надеялся это что это вас развеселит. — Так и есть. — рассмеялась Элисон. — О господи, смотри какими маленькими мы были. Из воспоминаний меня вывела фраза Элисон. — Вот Ваня — Элисон смотрела на запись, на которой юная Ваня играла на скрипке рядом с камином. Повисла тяжелая тишина. Думаю, в этот момент Элисон, взглянув на маленькую Ваню со стороны уже состоявшейся мамы, осознала, что Ваня постоянно была одна… — Почему мы с ней не играли? — спросила Элисон, то ли саму себя, то ли Погго. — Если бы с Клэр поступали бы также, я даже представить себе не могу… — Вы были ребенком, мисс Элисон. — произнес Погго. — Да. Но я уже не ребёнок, — как будто отбрасывая с себя воспоминания о детстве, сказала номер три, — и она тоже. — Ваня всегда чувствовала себя одиноко. — сказала я, смотря на монитор. Элисон и Погго на меня посмотрели. — Когда вы избегали нас, мы рассказывали друг другу что чувствуем. — пояснила я. Быть изгоем в раннем возрасте это ужасно. — Миш… Мне жаль, что я так поступала с вами. — Я чувствовала что третья, была искренна, поэтому мило улыбнувшись, я дала понять, что не в обиде. Мы с Элисон продолжали, хихикая, смотреть разные записи с нашего детства. Тут одна из кассет закончилась. — Так, давай посмотрю… О вот тут одна есть. — сказала Элисон, беря в руки коробочку с кассетой, лежавшую на одном из мониторов. Элисон поставила ее в видеопроигрыватель и нажала PLAY. Но вместо кого-то из нас на ней мы увидели то, чего никак не ожидали. Это была спальня сэра Реджинальда Харгривза. Сам хозяин спальни полулежал в своей кровати, склонившись над документами, лежавшими на задней части постели. Рядом с ним стояла Грейс, держа чашку. И меня прошибло. Это была та самая ночь. Ночь, когда он умер. — Почему это на записи? — тихо спросила я. — Смотри… — прошептала номер три. Тут, сэр Реджинальд начал корчиться и хвататься за грудь… А Грейс, так и продолжала стоять… — Жесть… — прошептала я. Запись закончилась. Мы продолжали сидеть в полной тишине. — Миш — позвала меня Элисон — ты дрожишь. — я посмотрела на свои руки, которые жили отдельной жизнью. Из-за из особенностей люди думают, что я наркоманка. Сама не знаю почему я такая эмоциональная. Раньше у меня часто случались истерики, бывали случаи когда я оказывалась в больнице от попыток самоубийства. Конечно, от моих братьев и сестер это скрывали Погго, отец и мама. Да я и сама не хотела чтобы они об этом знали. Шрамы на руках затянулись, но я всегда наношу на запястья тоналку. — Что?! — я повернулась к ней и руками провела по своим щекам, ощущая слезы. Черт. Я второй раз в жизни наблюдала за смертью дорогих мне людей. Первый раз Бен, а сейчас отец. — Что это было? — спросила Элисон. Будто я могу это объяснить. — Я не знаю. Не знаю… Нужно подумать… — Мы должны показать это остальным. Я найду Лютера. Элисон выскочила из комнаты и побежала вниз по ступенькам. Я ничего не понимала. Такого поворота я не ожидала. Грейс… Она же робот… Я решила спуститься вниз за Элисон. Но вместо этого, я увидела Пятого, поднимавшегося к себе. И выглядел он как после бомбардировки. Весь помятый, чумазый и это что кровь? — Пятый, ты в порядке? — побеспокоилась я. — Не сейчас. — сказал, как отрезал. Пятый, всё же посмотрел на меня и почему-то застыл. — Что случилось? Почему ты плакала? — чёрт. Как только я хотела ответить, он опустил взгляд и посмотрел на мои руки, я резко спрятала их за спину, поймав задумчивый взгляд брата. — Прими успокоительное. — коротко сказал он, закрывая за собой дверь. После этого, поднялись Элисон и уже обеспокоенный Лютер. — Показывайте. — тоже сказал, как отрезал первый. — Ни здрасте тебе, не до свидания. — пробубнила я. — Идите сами, я не готова повторно это видеть. Я прошла мимо первого и третьей, и спустилась вниз на кухню. Там стояла мама, увидев её вновь вздрогнула. Я такая дёрганая, боже. — Милая, тебе что-нибудь нужно? — спросила она с милой, неестественной улыбкой. Я с прищуром на неё посмотрела. Не могла она убить папу, ну не может этого быть. — Успокоительное. — сказала я тихо. — Возьми на верхней полке. — уже чуть обеспокоенно произнесла робот. Она встала со своего места и налила воды, смотря на меня с беспокойством. — Спасибо. — я взяла стакан воды и проглотила таблетку. После чего, я пошла на второй этаж. Остановившись около двери Пятого, я думала стоит ли мне войти, или нет. Вопросы остались, хотя они никуда и не девались. Вздохнув я всё-таки решилась и зашла к брату. — Я не разрешал тебе войти. — строго начал Пятый. Я закатила глаза. — Да. Я сама зашла. — он издал какой-то звук. — Пятый. Объясни, что происходит. Мне страшно, я не хочу тебя снова потерять. Куда ты вечно уходишь? просишь помощи у Вани, а меня избегаешь! — да, для меня всё ещё была обидна эта тема. — Ты ничего не поймёшь. Я не могу тебе рассказать это. Тебе страшно? Знаешь, как мне страшно? Я не хочу проходить это снова, я боюсь потерять тебя, глупая ты девчонка! — я застыла на месте. Пятый часто дышал от злости. Молчание. — Если тебя так беспокоит тема с Ваней, просто знай, что я не готов жертвовать тобой. — А Ваней значит готов? — номер Пять обречённо усмехнулся. — Слушай, я может и глупая, но хочу помочь. Доверься мне, я помогу! — Нет…нет.нет.ты ничем не сможешь помочь. Никто из вас не сможет мне помочь. — Пятый отходил назад, а я боясь что он опять от меня отвернется, шла за ним. — Хочешь знать что я видел в будущем? Ничего. Я видел только обломки, весь мир перевернулся. Знаешь, как тяжело было видеть ваши мёртвые тела? — он посмотрел на меня, и я почувствовала как ему было больно все это время. Я сочувственно посмотрела на него и взяла за руку в качестве поддержки. Он в недоумении посмотрел на наши руки. — Я даже не представляю как тебе было там одному… Ты был ребенком.И 45 лет прожил совсем один… — Пятый перебил меня. — Я был не один. Со мной была моя Долорес. — мои глаза блеснули от злости. — Да кто это такая Долорес? Почему ты так восхищённо произносишь её имя? — Долорес, это та, которая была со мной 30 лет! Никого из вас не было со мной, но она была рядом! — Пятый резко вырвал свою руки из моей и отпрянул. — Ты сам от нас сбежал! — возмущенно ответила я, он ещё в чем-то винить нас собрался. — Послушай, можешь просто уйти? — сказал он, уже начиная злиться. — Я сам со всем разберусь. — Я волнуюсь за тебя, Пятый. — проговорила я тихо. Взгляд брата сразу смягчился. Он вздохнул, а после посмотрел на меня. — Не беспокойся за меня, лучше за себя волнуйся. — ответил он. Почему он не может дать его поддержать или помочь? Я грустно на него посмотрела. — Просто знай, что я делаю это для тебя. Для вас всех. Может, я спустя такой большой промежуток времени и изменился, но моё отношение к тебе — нет. Если тебе нужно будет, то я непременно приду на помощь. В прочем, ровным счетом как и наоборот. Некоторые устои с детства все же не забываются, даже спустя года, не так ли? Вместо ответа на вопрос, я приблизилась к Пятому и быстро поцеловала его. Боже чем я думала, зачем я это сделала? Я сама не знаю. Мы молча сидели и смотрели друг на друга. Пятый был в удивлённии и в недоумении. Он хотел задать вопрос, что-то сказать, но мне стало так стыдно что я выбежала из комнаты и побежала к Лютеру и Элисон. Мы же не будем обсуждать это перед ними? Номер один и три, приняли меня не с радостью, а устало. Я присоединилась к просмотру с ними. Практически всю ночь мы пересматривали эту злосчастную запись. — Включи еще раз. — попросил Лютер. — Мы уже сто раз это посмотрели, Лютер. Там все тоже! — видимо Элисон порядком это надоело. Лютер лишь вздохнул, возвращая свой взгляд на экран. — Что она делает? Чай? Она его что, отравила? — уже в который раз спрашивает нас Лютер. — Нет, токсикология же показала отсутствие ядов. Вопрос скорее почему вообще велась запись? — Папа снова включил систему видеонаблюдения. Его паранойя усиливалась. Ему мерещилось, что за ним идет охота. Может, он и был прав. — ответил первый. — Но мама, это же мама! Она же не способна.- на эти слова Элисон, Лютер посмотрел с таким же выражением, с каким недавно пытался обвинять нас в убийства отца. — Так стоп! Лютер, ты уже пытался обвинять нас в этом. — И я был не прав. Я уже поговорил об этом с Диего. Но… — И молодец. И сейчас вместо обвинений давайте сперва все изучим и поговорим с ней. Я уверена, может быть найдем причину увиденному. — Хорошо, ладно, ты права… — стушевался Лютер. — Отлично. Мы тогда поговорим с мамой. — сказала Элисон. На этом мы наконец то разошлись. Чего, уже светло?! Ох… — Блять — простите вырвалось. Я решила сперва сходить за завтраком. Но по дороге наткнулась на Пятого в своей спальне, пытающегося обработать рану на плече. Почему он этим раньше не занялся? И где ее получил? Что он от нас скрывает? Но все мои мысленные вопросы прекратились, так как мне надоело наблюдать за его четными попытками. — А говорил, что умеешь все. — я неловко улыбнувшись вошла в комнату. После вчерашнего я решила не зацикливаться на этой теме, и надеялась, что Пятый тоже не будет интересоваться, зачем я это сделала, потому что, я сама не знаю. Я отняла у него набор юной швеи и села рядом на его кровать. — Я сам могу зашить. — начал ерепениться юный старик. — Сам то ты зашьешь, только вот криво, косо. И заживление пройдет не очень. А так я все правильно заштопаю, еще и быстрее. — и я принялась штопать рану, словно штаны зашиваю. Слишком обыденно. Для меня столь обширный, скажем так, набор знаний и навыков никак уже не удивлял. А вот Пятый стал как-то странно, рассматривать меня. — Не спросишь откуда ранения? — Ты же сам знаешь, что хочу и даже если спрошу ты мне не ответишь, зачем все это? — Ммм, честно? Единственное что я действительно хотела бы спросить у тебя, это что в сумке делает манекен. И зачем. — ответила я, недоверчиво косясь на сумку, неудачно спрятанной в углу комнаты. — Но, если серьёзно, то думаю, если бы ты хотел рассказать, что произошло, ты бы сказал. — я доверяю Пятому, и если ему спокойно от того, что я ничего не понимаю, я не буду дальше лезть в это. — Ты права. -.кивнул мне Пятый. — Неплохо справляешься. — отметил он, смотря на то, как я ловко накладываю швы. — Ну в такой семье и не такому научат. Так что, если поймешь, что нужна помощь. Обращайся. — Посмотрим. — хмыкнул 58-летний подросток. Дальше я работала в тишине. Я совершенно ни о чем не думала, сосредотачиваясь на монотонности своих движений, отгоняя от себя мысли о возможном убийстве опекуна, о причастности Грейс. И о том как хочу снова поцеловать брата… — Я закончила. Постарайся ограничить движения этой руки по возможности. — сказала я, убирая медикаменты обратно в аптечку. — По возможности. — повторил за мной Пятый, пытаясь накинуть на себя рубашку. Затем он надел оставшуюся униформу, закрыл сумку с манекеном и подошел к окну. — Что, сразу в бой? — Мало времени осталось. — ответил мне Пятый и вылез из окна. — Ладно. Будь осторожен. Окно тогда закрывать не буду. — Ага. И Мишель… — я на него вопросительно посмотрела. — Не загоняйся, по поводу вчерашнего поцелуя. Мне даже понравилось. — сказал номер пять и подмигнув начал спускаться. Я немного покраснела, как же неловко. Подошла к окну, наблюдая за этим недопобегом. Внизу располагался большой бак с мусором, в котором, по моим предположениям рылся Клаус. «Даже спрашивать не хочу.» С этими мыслями я вышла из комнаты и направилась на кухню. На кухне, убирая остатки завтрака (видимо Лютера и Элисон), стояла Грейс. Встреча с ней вновь вернула меня к событиям сегодняшней ночи и вопросам, на которые мне все еще предстоит найти ответы. — Ой, Мишель, милая. Хочешь позавтракать? — с нежной улыбкой спросила меня Грейс. — Да, спасибо. — неуверенно ответила я. — Как хорошо. — Мама с улыбкой, напевала какую-то песню, а после поставила передо мной тарелку. — Спасибо. — сказала я, и принялась за еду. Спустя примерно час ко мне забежала Элисон и в красках рассказала о допросе и разговоре с Лютером. — И после этого он хочет собрать совет. Поэтому я сейчас иду за Ваней. Составишь компанию? — Так… Это конечно все очень замечательно, но я не все еще проверила… А судя по всему Лютер настроен решительно. — честно мне не нравилось, как стремительно развивались события, и я могу предположить, что Лютер скажет на собрании. — Но мы должны всем рассказать! Хотя бы! — воскликнула Элисон. — Да я понимаю… Давай тогда ты зайдешь за Ваней — Ладно, как знаешь. — Элисон лишь пожала плечами и вышла из кабинета. Я вошла в кабинет отца и нашла информацию о Грейс. Я даже до половины не дошла, как ко мне ворвался Клаус с криком: — Совеет!!! Привет сестренка, пошли на очередное собрание. Выглядишь уставшей, даже хуже, чем я. — И действительно, бессонная ночь, и беспокойство за Пятого и Маму явно не очень отразились на моей и так бледной коже. — Тебе нужен отдых! — сказал мне Клаус. — Согласна, я так устала. — ответила я, идя за Клаусом на семейный совет. Мы спустились в гостиную, где уже собрались все, кроме Пятого. Пока Лютер настраивал монитор, я подошла к Ване и обняла ее. — Привет, прости что сама не заехала. Элисон быстро тебя нашла? — Да. Ничего, Элисон мне объяснила уже все вкратце. — кивнула мне Ваня. — Ага, а также познакомилась с ее парнем. — игриво подмигнула Элисон. — Что? У тебя есть парень! -вот это уже более нормальные разговоры сестер, не то что убийства и так далее. — Тихо! Нет! Он просто приходил ко мне на урок. Так что он скорее знакомый. — засмущалась седьмая. — Точно? Но он же приятный знакомый? — спросила я хихикнув. — Все хватит. — начала смеяться Ваня. Элисон тоже улыбалась, стоя рядом. — Так, я настроил. Смотрите. Мы должны будем принять решение. — и все. Настроения как ни бывало. Лютер включил запись, которую я уже видела раз сто, если не больше. Все же остальные стояли как вкопанные, уставившись на монитор. Только Элисон наливала себе выпить. Самым напряженным казался Диего, и я его понимаю. Он был очень привязан к маме, ведь она единственная, не считая Погго, заботилась о нем. А ему это было очень важно. А тут такое. Первой свой голос проявила Ваня. — И вы правда думаете, что мама могла навредить папе? — Тебя давно не было дома, Ваня. Может Грейс уже не та. — уверенно гнул свою линию Лютер. Я на это лишь закатила глаза, ведь я просила не делать поспешных выводов. А он опять на те же грабли наступает. — Если бы его отравили, это бы отразилось на заключении. — сказал Диего. — Я ему это уже говорила, яда в крови нет. — я решила встать на линию защиты, так как Лютер выглядел уж очень резко настроенным. — Послушайте мне не нужно заключение, чтобы доверять своим глазам. — Отличный аргумент для суда. — сказала я. — Может отсутствие гравитации подпортило тебе зрение? — огрызнулся Диего, кивая Лютеру подходя к экрану. Он перемотал пленку. На который проигрывался самый странный момент, как Грейс сидела рядом с отцом, а после у него начался приступ. — Смотри внимательно. Вот монокль у папы. Мама встает. Монокля нет. — договорив он отвернулся от экрана. — Дааа! — крикнул Клаус. — Она не пыталась его отравить, она забрала монокль. — деловито продолжил Диего. — Чтобы почистить. Лютер явно недовольный таким выводом возразил: — Где он тогда? Нет! Я обыскал весь дом, все ее вещи, его нигде нет. Диего вздохнул и скорее нехотя, но в то же время с долей превосходства над номером один сказал: — Я забрал у нее монокль. После похорон. — Хмм. Неожиданно для меня. Но. Неудивительно. — Он был все это время у тебя? — неодобрительно воскликнула Элисон. — Какого хрена, Диего? — Отдай его мне! — «попросил» Лютер. — Я его выбросил. — А вот ты это зря. — проговорила я, подходя к софе и присаживаясь так как сейчас опять начнется бойня. — Что ты сделал? — в шоке спросил первый. Элисон же только ахнула. — Я знал, что, если бы ты нашел его у мамы, ты бы озверел. Вот прямо как сейчас. — сказал Диего, указывая на Лютера. — Умно. — хмыкнула я. — Диего, сукин ты сын! — прошептал Лютер, грозно надвигаясь на брата. Диего же тоже встал в оборонительную стойку. И опять останавливать их вызвались я и Ваня. Она встала между ними, а я крикнула. — А ну прекратите!!! Тут не все сходится. — Что именно? — спросил Диего. — Я помню, как папа говорил, что мама не только воспитатель, но и защитник. — сказала вдруг Ваня. — Именно! Грейс запрограммирована вмешаться, если возникает угроза для жизни. — продолжила я, но меня остановил Лютер. — Раз ее система вышла из строя, нам нужно ее отключить… — Воу, воу, воу!!! Она тебе не пылесос, чтобы просто швырнуть ее в кладовку! У нее есть чувства! Я видел! — под конец этой пылкой речи Диего уже кричал на брата. — Она просто стояла, и смотрела как отец умирал. — сказал номер один. — Согласна с Лютером. — сказала Элисон. — Ой да не может быть! — съязвил номер два. — Заткнись! — отрезала Элисон. Я в этот момент лишь устало протирала глаза, так как усталость явно давала о себе знать. Лютер и Диего взглядами пытались найти поддержку в глазах Вани, но она лишь растерялась и сказала — Я не знаю… — на это Диего сразу выдал: — А у нее нет права голоса. — Что за бред. — выдала я, а Ваня, смотря на Диего сказала: — Я хотела, сказать, что я на твоей стороне. — Ладно, голосуйте. Ну а ты торчок. — продолжил Диего, указывая на Клауса, и полностью игнорируя меня. — Что скажешь? Клаус медленно перевел свой взгляд на Лютера. Потом обратно на Диего и выдал что-то непонятное: — О что? Нужна моя помощь? Оу проваливай из фургона Клаус! Добро пожаловать в фургон, Клаус! — Какой фургон? — спросила Элисон. — Клаус, Ты в порядке? -решила я уточнить. — Так ты за кого, Клаус? — перебил меня немного ошарашенный Лютер, видимо он понял, о чем четвертый говорил. — Я за Диего, потому что пошел ты! — сказал немного озлобленно Клаус. — И был бы тут Бен, он бы меня поддержал. — продолжил он. Но спустя секунду, Клаус вдруг зашипел в мою сторону. — Эй ты чего? — спросила я, вставая с софы. — Миш! Ну а ты что скажешь? — с некой мольбой спросил Лютер. — Я? Я скажу, что вы слишком рано кипишь подняли. И вы все упускаете важную деталь! — сказала я. — Да и что же? — спросил Диего, скрестив руки на груди. — Она не оказала ему помощь! Почему вдруг идеально — работящая система дала такой сбой? Причем это сама система сломалась, или же кто-то перепрограммировал ее? Если второй вариант, то как это произошло? — я выразительно уставилась на всех присутствующих. — Всего то поменять одну позицию, но столько мороки! А тут такая важная функция, как помощь при угрозе не просто чей-то жизни, а жизни создателя! Сомневаюсь, что маму можно было просто взломать. — И что ты предлагаешь? — спросил Лютер. — Сосредоточится на изучении Грейс, а не мыслях об ее отключении. Так мы не узнаем, что тогда произошло. — поставила я точку в этих дебатах. — Хорошо я тебя услышал. — сказал потушенный Лютер, видимо не отказывающийся от идеи об отключении. — Но Пятый еще не высказывался. — Да. Голосуем семьей, мы обязаны этим друг другу. — поддержала его Элисон. — А то есть обсуждение такого важного вопроса мы начали без него? Хорошо подождем. Я тогда пойду вздремну часок, а то я вторые сутки на ногах. Прошу меня простить. — устала протянула я, уже поворачиваясь в сторону спален. Но я решила остановиться и добавить: — И Диего не переживай, с Грейс все будет хорошо. Я найду способ ей помочь. Кивнув всем, я вышла из гостиной и поднялась к себе в спальню. У меня бывали долгие и бессонные ночи. Но они сопровождались любимой работой, а не разбором семейных тайн и драм. А это сильно выматывает. Поэтому, скинув с себя обувь, я рухнула в постель. Минуты через три ко мне, как облако вплыл Клаус. — Прости, что потревожил. Просто мы с Беном переживаем, ты действительно выглядишь усталой. Вот я и заглянул проверить, действительно ли ты пошла отдыхать. А то знаем мы тебя. — промурлыкал Клаус. — Ох спасибо вам за заботу. Не переживай. Я, конечно, не усну до вечера. А вот подремать я смогу. — прозевала я. — Хотела бы я иметь твою способность. — Ну, я не хочу чтобы моя сестра была наркоманкой. Уж лучше я возьму это на себя, ты даже не представляешь как меня мучал отец в детстве. Я пойду и приму ванну. Прекрасных снов, Мишутка. — И тебе, Клаус. — Мне намекают оставить тебя отдыхать. Я пошел! — и убежал. В этом весь Клаус. После того, как я осталась одна, я не заметила как задремала.