На полу Министерства

      Цокот каблуков разносился по министерскому холлу. Было ощущение, что кто-то пытается выбить весь дух из этих древних стен, втаптывая свою ярость с небывалой силой. Девушка пролетела в свой отдел, как маленькое торнадо, громко хлопнув дверью. Усевшись за стол, нагруженный кучей бумаг, колб, перьев и кружек, она уронила голову на согнутые в локтях руки и застонала. В следующую секунду по отделу разнеслись приглушённые ругательства.       — Тупоголовый придурок, кретин. Ненавижу! Просто клоун. Мудак!       Грейнджер резко подняла голову, когда услышала скрип стула напротив.       Там сидела, мило улыбаясь, Полумна. Сегодня она была в сарафане цвета индиго, а в ушках сверкали серёжки божьи коровки. Гермиона невольно улыбнулась. В их отделе Полумна всегда была ярким пятном, обладая неординарным мышлением, она идеально вписалась в их отдел передовых магических разработок, придумывая самые необычные зелья, заклинания и подавая идеи другим разработчикам для новых технологий.       — Снова Малфой? — весело проговорила Полумна.       — Да, этот придурок переходит уже все границы. Мне с таким трудом далась эта презентация о пользе компьютеров хотя бы в высших магических структурах, а этот идиот просто взял и вставил вместо моих наглядных примеров и инструкций мои неудавшиеся фотографии со всех корпоративов. Дебил! Придурок! Я просто убью его. — Гермиона буквально начала задыхаться от такой длинной тирады, во время которой она даже вскочила с места и начала размахивать руками во все стороны.       — О, надо же, в этот раз он действительно приложил усилия, чтобы вывести тебя, — ответила Лавгуд, хихикая и прикрывая рот рукой, чтобы ещё сильнее не вывести подругу из себя. — Знаешь, мне кажется это напряжение между вами просто надо направить в другое русло.       — Ага, как же. Я просто прибью этого гада, и на этом всё закончится. — Гермиона схватила первый попавшийся отчёт со стола и начала им обмахиваться, пытаясь не столько охладиться, а сколько занять руки, чтобы они не сомкнулись кольцом на шее одного блондинистого индюка и не придушили его до смерти.       — Кстати, дорогая, я как раз хотела тебя пригласить снова к нам. Я решила ещё раз испытать свою разработку на вас, потому что Министерство пока что в ней, видимо, не заинтересовано.       — О нет, нет, нет. Я даже не хочу знать, что ты опять придумала. В прошлый раз ты сказала нам, что твоя разработка позволит лучше понять устройство нашего мира, а в итоге заставила нас съесть мармелад из грибов. До сих пор не забуду, как Гарри сидел на полу, раскачиваясь из стороны в сторону и крича, что его ноги слишком длинные и высокие для него, а он боится стоять на такой высоте и этот свет в комнате слишком яркий для этого измерения, а потом просто наблевал в горшок с моим фикусом.       Полумна скептически посмотрела на подругу.       — Ты иногда такая занудная. Ведь это и вправду позволило всем нам лучше понять нашу реальность. Так что жду тебя вечером и никаких отговорок. И обещаю, в этот раз никаких грибов.       Блондинка мило и безобидно улыбнулась, будто это не она сделала из своих друзей буквально подопытных кроликов, на которых, как безумный учёный, ставила эксперименты для своего удовольствия, и, встав со стула, пошла на своё рабочее место.       Проработав до обеда, Гермиона решила, что оставлять Малфоя безнаказанным слишком большое удовольствие для этого говнюка. Она точно знала, что сейчас он уже по дороге в кафе, которое находится за углом, потому что министерская столовая не слишком хороша для его величества. Вскочив из-за стола так, что он едва не перевернулся, и напугав Изабель, работающую за соседним столом, Грейнджер выбежала в коридор. Ей необходимо было добраться до следующего этажа и сделать вид, что у неё какое-то дело к Малфою, если кто-то встретится по дороге. А если удача ей улыбнётся, то просто пробраться к его столу и напакостить.       Гермиона резко затормозила, немного постояла и яростно топнула ногой. Чёрт, этот придурок выводил её из себя настолько, что со своим желанием отомстить она придумала гениальный план, конечно, но забыла одну маленькую деталь... Что конкретно она собиралась сделать? Ладно, времени на раздумья у неё не было, а потому она, как взрослая и умнейшая ведьма своего поколения, сорвалась на бег, решив действовать по ситуации. Великолепный план, а главное – надежный.       Проехав в лифте, пробежав по этажу и ворвавшись в отдел Малфоя (абсолютно пустой в это время, спасибо Мерлину) жажда мести не только не улетучилась, а просто разбушевалась настолько, что Гермиона стала похожа на разъярённую гарпию. Оглядевшись по сторонам, девушка фыркнула. Стол Малфоя мог быть образцом снобисткого искусства.       Всё было настолько аккуратно, что казалось это не рабочее место, а какой-то музейный экспонат, с которого просто сдувают пылинки и поправляют папки, складывая их под линейку. На стене над столом висел флаг Паддлмир Юнайтед с автографами всех игроков. В министерстве, да и по ощущениям вообще во всем магическом Лондоне, не было человека, который не слушал бы Малфоя, взахлёб рассказывающего историю этого куска ткани, с такой гордостью и выражением величайшего умиления на лице, будто он сам родил и воспитал эту синюю тряпку с каракулями. Недолго думая, Гермиона взмахнула палочкой, тихо проговаривая заклинание.       О Мерлин, она испытывала дичайший восторг и чувство удовлетворения, когда бежала обратно к себе в кабинет, посмеиваясь, как сумасшедшая. И только сидя за столом, Гермиона задумалась о том, не слишком ли она заигралась. В коридоре послышался шум, а в голове заиграл похоронный марш. Драко точно её убьёт, но бежать некуда, а спрятаться в шкафу она уже не успеет.       Малфой влетел в её кабинет, на ходу запечатывая дверь заклинанием. О Боги, он был разъярён. Нет, он был не в себе. Его лицо было покрыто красными пятнами, волосы были... А нет, с волосами всё как всегда было нормально. Зато создавалось ощущение, что он сейчас задохнётся.       — Какого грёбаного чёрта, Грейнджер? — Он буквально кричал на неё. — Я ухожу на обед, а когда возвращаюсь, то что я вижу? Мой любимый сувенир из квиддичной коллекции просто отмывает пол министерства!       Гермиона сидела, как каменная и думала лишь о том, что вдруг, если она не будет шевелиться, то может Малфой просто развернётся и уйдёт? Но, видимо, сегодня мозг был не её стороне, как и удача.       Драко подлетел к ней буквально за секунду, хватая за шею и выдергивая из-за стола. Он уж точно не был настроен шутить.       — Ты совсем охренел? — Оцепенение наконец спало с Грейнджер. — Сейчас же отпусти меня.       — О, если бы всё было так просто, моя дорогая, я слишком долго терпел твои выходки. Я простил тебя, когда ты сделала мои волосы розовыми, простил, когда в Косом переулке появился плакат со мной и Блейзом, рекламирующий зелье "Сладкой любви", когда ты на конференции изменила мой голос на голос пятилетней девочки, но этот флаг... Ты прекрасно знаешь, что он значит для меня. — Малфой склонился к ней и буквально почти прижался губами к её уху. — И раз в детстве твой папочка недостаточно хорошо воспитывал тебя и не научил не трогать чужие вещи, то думаю мне самому стоит заняться этим.       Гермиона только открыла рот, чтобы накричать на него в ответ, как Малфой щёлкнул пальцами и его галстук заструился, падая с шеи ему прямо в пальцы.       — Видишь ли, когда я преподаю кому-то урок, то не люблю, когда меня перебивают, — медленно и с расстановкой проговорил он, комкая чёрный галстук в руках. А потом слишком быстро надавил ей на щеки, обхватывая её лицо одной рукой, а второй тут же запихнул свой галстук ей в рот.       Грейнджер отпрянула от него, но тут же была сдавлена кольцом его сильных рук.       — Думаю, ты не выйдешь отсюда, пока я с тобой не закончу, — проговорил Драко, разворачивая её к себе спиной.       Гермиона думала о том, что Малфой, похоже, ударился головой и, если честно, то немного боялась его мести.       Одной рукой он сдерживал её руки за спиной, пока вторая медленно поднималась по её боку вверх. Драко касался её почти невесомо, но Грейнджер хватило этого, чтобы начать задыхаться.       — Знаешь, когда мальчики в школе дёргают тебя за косички, то это не значит, что они издеваются над тобой. Они всего лишь хотят немного внимания, — выдохнул Малфой ей в ухо, прижимая её ещё крепче к своему торсу. — Мне кажется, мы немного заигрались с тобой и пора нам уже перейти на взрослый уровень.       Он провёл кончиком носа от уха Гермионы к основанию её шеи, вдыхая аромат и тем самым пробуждая дрожь по всему её телу. Губы Драко мягко опустились на её плечо, даря мягкое прикосновение губ.       — Знаешь, я ведь хотел позвать тебя на свидание, но я и так позволял тебе слишком долго издеваться надо мной, — он продолжал шептать, а у Гермионы подгибались колени. Она бы изувечила его флаг раньше, если бы знала, что Малфой будет так прикасаться к ней. Сейчас, стоя в его руках, с его галстуком во рту, Гермиона подумала, что в принципе, могла бы и разгромить Малфой–Мэнор ради такого.       Правая рука Драко легла ей на шею медленно сдавливая, а вторая опустилась вниз, плавно скользя под платье костяшками пальцев, почти невесомо прочерчивая путь по бедру вверх, прямо к её трусикам. Грейнджер буквально навалилась на Драко всем своим телом. Его губы начали снова ласкать её шею, покрывать плечи призрачными поцелуями, снося все её предубеждения и запреты. Огромная ладонь Малфоя сдавливала её шею всё сильнее и сильнее, пока второй рукой он давил на её клитор прямо через кружево, медленно потирая его.       Гермиона тихо всхлипнула — слишком много ощущений взрывались вихрем внутри, даря фейерверки удовольствия и унося прочь от реальности и здравого смысла. Драко окутал её собой, атаковал каждый атом её тела, сбивая с ног. Голова закружилась, трения стало катастрофически мало, хотелось кричать, умолять его, срывая горло, коснуться её сильнее, смести все бумаги к чертям и попросить трахнуть её на этом столе.       — Тише, малышка. Ты же не хочешь, чтобы кто-то услышал нас? — Его пальцы резко сдвинулись ниже и проникли под её бельё, наконец касаясь горячей и слишком влажной кожи. — Блядь, Грейнджер...       Малфой медленно покружил пальцем вокруг, а затем не спеша начал вводить его внутрь, от чего Гермиона тут же всхлипнула и пошатнулась. Плавно проталкиваясь всё глубже, он начал потирать большим пальцем клитор, и когда сделал несколько движений, тут же ускорился, и начал трахать её уже не сдерживаясь. Грейнджер начала постанывать, чувствуя как дрожь внутри тела нарастает. Глаза закрылись сами собой. Боже, она была слишком напряжена и сейчас готова была кончить от его пальцев спустя пару минут.       — Вот так, Грейнджер. Посмотри на себя, я бы мог трахать тебя каждый день в любом из кабинетов Министерства, но вместо этого мы устроили друг другу какие-то нелепые издевательства. Гермиона была уже близко, она начала сжиматься вокруг его пальцев. Как вдруг, наступило болезненное опустошение.       Малфой достал свои пальцы из нее и развернул Гермиону лицом к себе. Её взгляд был помутневшим и непонимающим. Драко медленно поднёс руку к своим губам и облизал пальцы так медленно, будто смакуя, при этом смотря ей прямо в глаза. Затем этой же рукой он мягко достал свой галстук из её рта, который Гермиона и не подумала выплюнуть сама.       — Становись на колени, Грейнджер. Пора твоему рту ответить за все те идиотские словечки, которыми ты меня обзывала.— Он мягко надавил ей на плечи и Гермиона опустилась вниз.       Она сидела перед ним на коленях, и в этот момент ей показалось, что всё это больная фантазия её возбужденного Малфоем мозга, но вот он тянется к ремню, так не спеша расстегивая его и не сводя с неё взгляда, а потом его рука приподнимает лицо Гермионы за подбородок.       Драко смотрел ей в глаза, и в этом взгляде было всё: голод, желание и сам секс в чистом виде. Она почувствовала это каждой частичкой своего тела и захотела сделать для него всё, захотела, чтобы он использовал её для своего удовольствия, сделал с ней всё, о чём когда-либо мечтал.       — Будь хорошей девочкой для меня, Гермиона. — И это как выстрел. Её пробивает этим тихом голосом, в котором приказ и мольба переплетаются вместе, этим тихим "Гермиона", которое пронесётся с её душой на века, запечатлённое в самом сознании, в самом её естестве, став началом её падения. И Грейнджер смотрит на него в ответ, медленно тянется к его ширинке, стягивая всё, обнажая перед собой.       Она осторожно приближает своё лицо, смотрит снизу вверх на Драко и так неспешно высовывает язык и проходится по его члену снизу вверх, что время будто замирает. Гермиона обхватывает головку губами и Малфой тихо стонет, хватая её рукой за волосы на затылке, пока его вторая рука ложится на основание её шеи. Он дрожит, так же, как и она до этого, и это побуждает Грейнджер двигаться дальше. Она опускается вниз, пытаясь взять его как можно глубже, всасывая воздух и вырывая из Драко всё новые и новые стоны.       Гермиона обхватывает низ его члена рукой, чтобы двигать в такт своему рту. Слюна стекает из её рта и это просто сносит ей голову ещё сильнее, ещё больше. Она стонет, с членом Малфоя во рту, ощущая себя самой последней и развязной шлюхой, стоя коленями на полу Министерства. Гермиона полностью выпускает его изо рта, чтобы в следующий момент насадиться на него снова, пройтись языком по головке, задевая уздечку, играя на его нервах, и увидеть, как Малфой несдержанно закатывает глаза и почти вырывает ей волосы.       — Блядь...— Это мантра, ругательство или проклятье? Ей неважно. Гермиона готова делать так хоть тысячу раз, чтобы слышать, как он срывается, как голос становится хриплым, как во взгляде горит желание всё сильнее.       Ещё несколько минут таких толчков, и Малфой резко отстраняется, но не убирает руку с её затылка, пока его вторая рука сжимает член, проводя несколько раз в быстром темпе по всей его длине. Гермиона не закрывает рот, она понимает чего он хочет и готова полностью разбить его на части. Она высовывает язык и смотрит на Малфоя. Спустя несколько мгновений брызги спермы попадают ей на лицо, окрапляя щёки, нос, губы и язык. Он стекает по ней, оставляя липкое тепло за собой.       Драко дышит слишком тяжело, шумно, смотрит на неё из полуоткрытых век. Наверное эта картина будет запечатлена в его памяти до гроба. Грейнджер на коленях перед ним и его сперма стекает по её лицу, её пухлые раскрасневшиеся губы смыкаются и она проглатывает всё, что попало в рот. Малфой смотрит на неё ещё несколько секунд, затем достаёт палочку и произносит очищающее. Пока он медленно натягивает брюки, Гермиона встаёт и пошатываясь проходит за свой стол.       — Я заеду за тобой в восемь, Грейнджер. Не вздумай задерживаться. — Драко улыбается ей краешком губ и как ни в чём не бывало выходит из кабинета.       Гермиона прослеживает его путь взглядом, и как только она хочет уронить свою голову на стол, глаза цепляются за маленькую плетёную руну над дверью. Вуньо, раскрывающая все истинные желания людей. Чёрт, Луна определенно не доживёт до своего званого ужина. Она не единственная, кто изобретает коварные вещи. Грейнджер с грохотом опускает голову на стол.