подарки и признания

уэнсдей не то чтобы разбиралась в людях и наблюдала за ними, чтобы твёрдо заявить, что у человека странное поведение. но в случае с энид невозможно было не заметить. в чём заключалось странное поведение энид? во первых, отсутствие какого либо общения. они не были подругами, не болтали часами напролёт, но перебрасывались фразами. в какой‐то момент энид перестала к ней лезть, кидать колкие фразы. обычно по утрам она слышала ворчание энид, что‐то типа "она вообще закрывает глаза когда спит? и спит ли вообще? зачем так рано просыпаться? " но это исчезло. уэнсдей так привыкла к этому, что заметила сразу. во вторых, энид избегала её. если там где энид появится уэнсдей, синклер как ветром сдует. и дело было не только во встречах. энид даже в глаза ей не смотрела. не то чтобы её это сильно огорчало...ладно, да кому она рассказывает? действительно ей почему‐то было тоскливо без ярких улыбок, неуместных шуток и случайных прикосновений. в третьих, иногда они могут случайно столкнуться. энид не может и двух слов связать, то краснея, то бледнея, а потом молнией мчится прочь, оставляя растерянную уэнсдей одну. спустя некоторое время такого поведения, аддамс понимает что её это слишком сильно волнует. хотя не должно. уэнсдей решает назвать поведение энид "новыми странностями", надеясь, что успокоит этим своё любопытство. может быть, энид не всегда была такой странной? может эти странности появились позже, а потом и новые прибавились? такое объяснение её устраивает, и она решает больше не обращать на синклер внимания. а энид решает наплевать на её решение. очень...иронично. спустя несколько дней, проведённых буквально с чистой головой, без мыслей о энид и её поведении, она находит на столе букет роз. розовых роз. она, кажется, несколько минут тупо пялится на них, но отмерев, подходит ближе. конечно, у неё не возникает сомнений в том, чей это *подарок*. уэнсдей ненавидела розовый цвет, и энид об этом знала. аддамс лучше выцарапает себе глаза, чем будет смотреть на что‐то розовое дольше пяти секунд. так что этот букет не выглядел как подарок. мысли приводят уэнсдей к тому, что энид просто хочется позлить её, вывести на эмоции. а энид знала, как уэнсдей не любит что‐то чувствовать. значит, энид решила заменить бесполезные комментарии бесполезными действиями? что ж, уэнсдей продолжит не обращать на это внимания. тогда она выбрасывает букет куда подальше, надеясь, что энид наконец разует глаза, увидит, что ей действительно наплевать, и отстанет. энид, к сожалению или к счастью (было бы немного грустно, если бы у неё не было такого красивого кольца) не отстаёт. спустя неделю после букета, она находит в кармане своей школьной формы колечко. оно было идеально чёрным, слегка покрытым серебристыми блёстками. уэнсдей соврала бы, если бы сказала, что ей не нравится. смотря на кольцо, надетое на безымянный палец, она снова думает об энид. что всё это значит? ни к чему годному мысли не приводят, так что она придержвается теории " энид пытается позлить уэнсдей аддамс ". спустя несколько дней после кольца, уэнсдей думает что да, энид, тебе удалось. на её кровати сидел котёнок. он был чёрным, с большими зелёным глазами, окружённый чёрными розами. цвет роз никак не смягчил её гнева. аддамс поднимает котёнка над головой, тот мяукает. — ладно, – ворчит она. даже уэнсдей не смогла бы выбросить это существо на улицу. даже уэнсдей аддамс любила животных. и даже уэнсдей аддамс признала, что хочет оставить его. розы она убирает с кровати, делает из них огромный букет, кладёт на стол, и спешит к юджину. — юджин... – он поднимает вопросительный взгляд. — что значит, когда человек делает подарки? — смотря какой человек, – знающе отвечает он. — ну друг, подруга. — о, – он улыбается. — это может быть ухаживанием. — ухаживанием? – уэнсдей уверена, её глаза как долбаные тарелки. — ну да...знаешь, типа когда ты нравишься человеку... договорить он не успевает, потому что уэнсдей чуть ли не бежит прочь. ей нужно поговорить с энид. когда она забегает в комнату, энид уже там. синклер стоит на своей половине, и гипнотизирует взглядом то котёнка на её кровати, то розы на столе. — энид. – та смотрит на неё, и тут же опускает взгляд. уэнсдей максимально близко подошла к полоске на полу, и скрестила руки на груди. —ты сейчас же объяснишь мне, что значат эти подарки. просто то, до чего додумалась я, мне кажется не совсем реальным. – она умалчивает о юджине. уэнсдей отказывалась верить в то, что это было ухаживанием. это даже звучало глупо! энид синклер нравится уэнсдей аддамс? если бы ей кто‐то это сказал, она бы со смеху... — тымненравишься. несколько секунд уэнсдей пытается разобрать. смотрит на мигом покрасневшую энид, и всё ещё не понимает. ты мне нравишься. о. погодите, ей точно послышалось, она просто себя накрутила. она вскидывает на энид взгляд, та снова упирается глазами в пол. — я тебе...нравлюсь? — нравишься. – твёрдо отвечает синклер, поднимая голову. — капец как нравишься. у уэнсдей на языке и в голове не крутится что‐то типа " это невзаимно ", и она понимает, что действительно неравнодушна к энид. она вспоминает тоску от отсутствия встреч, вспоминает как пыталась выбросить энид из головы, вспоминает с какой теплотой в груди надевала на палец кольцо. аддамс понимает, ей было не всё равно на поведение энид. энид ей нравилась. — ты мне тоже нравишься. – с выдохом говорит она, а энид застывает. её глаза широко распахнулись, рот приоткрылся. — серьёзно? — не представляешь на сколько. - голубые глаза радостно вспыхнули, а уэнсдей смотрит как розовые губы растягиваются в улыбке, и понимает что тает. она позволяет переступить глупую полоску, позволяет обнять себя, позволяет себе обнять в ответ. — господи, тебе понадобилось столько времени что‐бы понять... – бормочет энид ей в шею, обдавая её тёплым дыханием. — спасибо юджину. – она ещё крепче сжимает чужую талию, чувствуя, как дёргаются уголки тёмных губ. — что? — ничего, просто молчи и наслаждайся. синклер мягко смеётся, отстраняется, быстро чмокает в щёку, оставляя там розовый сахарный след. уэнсдей с удивлением понимает, что улыбку с лица стереть не может.