Одна из историй

— Вот и молодец. — чужая рука коснулась волос и начала медленно их гладить, иногда задевая ушки. Аластор невольно дернулся и Вокс за шею вдавил его в колено. Он пытался еще немного вырваться и хотя бы пошевелить головой, но хватка была крепкой. — У тебя пищевод должен быть все еще разорван, так? В ответ Аластор лишь промычал что-то нечленораздельное. Открой рот. — Он убрал руку с шеи, и схватив за волосы, задрал голову. Аластор немного взвизгнул. — Открой.. — Телек взял за подбородок, проведя большим пальцем по обезкровленным губам, а после надавил на нижнюю челюсть. Радио-демон еще сильнее сжал зубы. —Ясно. Значит снова передумал?.. — повисло молчание. После длительной паузы Вокс убрал руку и шумно выдохнул, откидываясь на спинку. — Ну? — легкие помехи. Через время он еще раз вздохнул, и начиная сдвигать с себя тело, попытался встать. — Нет стой, подОЖДИ, НЕ УХОДИ, СТОЙ, ПОЖАЛУЙСТА, ВОКС!! — Аластор вцепился в черные костюмные брюки, пытаясь перевернуться и краем глаза увидеть экран. Рот он не закрыл. Спустя закатанные глаза и еще один вздох ТV-демон засунул два пальца в чужую глотку, ощупывая стенки - трахея была немного порвана, а пищевод...пищевод был почти в мясо. Он не особо контролировал тот провод, 10 дет назад, намного интересней было наблюдать за рвущейся кожей и костями. Вокс засунул пальцы дальше, но Аластор задергался и попытался избавиться от тошнотворных ощущений. Его дыхание напрочь сбилось, а рот снова наполнился кровью и слюной, мешая нормально дышать. Радио-демон разразился кашлем, когда горло стало свободным. Он уперся руками в ноги Вокса и хаотично начал сжимать и разжимать кисти. Они дико болели, как и локтевые суставы, и неправильно сросшиеся предплечья, и грудная клетка. Резкой пронизывающей болью они напоминали о каждой трещинке, о каждом месте в костях, где они были буквально размолоты в песок. По экрану пошли помехи, а из рукава стали появляться тонкие провода, которые тут же заполнили гортань. Снова пробрала дрожь и он дернулся. Провода мгновенно сращивали куски кожи, но это причиняло невыносимую боль. Она выворачивала. Спустя время Аластор сдался и все-таки закричал и начал дергаться, пытаясь избавиться от этого чувста инородности, тошноты и колющей боли. В глазах немного помутнело, и он почти уже не осознавал, что происходит. За последние 10 лет психика и тело почти полностью пришли в негодность, они больше не могли выдержать чего-то масштабного, и разрывающая боль в горле отдающаяся во всё тело, давала о себе знать каждую секунду. Он еще сильнее схватил пальцами бедро Вокса, пытаясь хоть как-то перебить одну боль другой, более привычной за последнее время. Вокс же крепко держал волосы и нижнюю челюсть, не давая ни шанса повернуть голову или хотя бы прикрыть рот. Острые зубы могли легко перекусить провода, а вот достать их обрубки потом будет не так просто. — БЛЯТЬ. пиздец.. Вал — по экрану пошли помехи, Вокс поднял глаза на друга — У тебя есть вазилин или подобная херня? —Сладкий, ты забыл где находишься? — Валентино усмехнулся, допил вино и встал — Ща принесу... Аластор резко застыл, потом дернулся и снова попытался кричать и вырываться. — Потерпи немного — Вокс перехватил другой рукой волосы, а свободной начал гладить демона по спине. Медленно. Нежно. Это движение вызывало мурашки, и в глазах помутнело еще больше. Провода стали покидать тело, пока полностью не исчезли в рукаве. Горло больше не болело. Совсем. — У этих милах не такая длина, как у производственных кабелей и проводов, да и управлять ими довольно тяжело... Не хотелось бы порвать тебе кишечник еще раз~ Хватка на волосах ослабла и Радио-демон, услышав смешок и абсолютно не понимая сказанных слов, положил голову обратно на колени. Картинка перед глазами становилась четче. Щелчок пальцев и он почувствовал как одежда кусками скатывается с тела. — КакОГО ХЕРА!?! — Аластор сорвался на крик, но после сильного шлепка машинально вжался лицом в колени ТV-демона и снова ухватился за него пальцами. — Всеёё в поряяядке. — Когтистая рука не оставила ни единой царапины, но ягодица на месте удара начала жечся. В комнату грациозно ввалился Вал с двумя новыми бутылками алкоголя, кидая в экран небольшой тюбик. Пиксельное лицо от точного попадания изрядно прошлось помехами. — Спасибо блять, чтобы еще раз я хоть что-то попросил..... — Вокс начал обмазывать пальцы продолжая тихо материться, а Валентино засмеялся, устраиваясь снова на своем месте. Он себя слишком плохо контролировал, когда напивался. Бутылка чуть не разбилась пока он ставил ее на столик. Слишком плохо... — И хули он хнычет? — Вал отпил из бутылки, и ТВ-демон многозначительно посмотрел на друга. — Ладно-ладно...не надо на меня смотреть, как на невключенную перед сном зарядку для телефона с 1%. — было слышно, что Валентино пытается сдержать смешок, даже несмотря на абсолютно в край объебанное настроение собеседника. — Залупа конская... — Вокс еле справился со своими эмоциями, когда Вал внезапно заржал уже в голос, и переключился на Аластора. — по..жал.уйс..та... — радиопомехи почти заглушали голос. Вокс громко вздохнул. — Ооо, ты не представляешь, как он бывает нежен..)0) — Вал, улыбаясь, посмотрел на друга. Вокс вздохнул еще громче. Он провел пальцем по промежности, остановливаясь на входе. Аластор напрягся всем телом. Он все еще лежал лицом в черной костюмной ткани, боясь встретиться взглядом с одним из своих собеседников. ТV-демон начал мягко массировать анальную область, затем медленно ввел в анус палец. Он действовал очень аккуратно, круговыми движениями растягивая мышцы, пока что только первой фалангой. Аластор дернутся и палец проскользнул дальше доставляя не только дискомфорт, но и небольшую боль. К нему добавился второй, так же двигаясь по кругу. Радио-демон еще сильнее вжался головой в Вокса, немного уперся ногами в диван и прогнулся в спине. Тело мгновенно отозвалось болью в ребрах и коленях. Все мышцы начало выкручивать, а лицо гореть от прилива крови. Движения были плавными, пальцы двигались взад-вперед с каждым разом заходя все глубже, иногда расходясь внутри. Кровь в висках начала пульсировать, а в глазах резко помутнело. Аластор всеми силами пытался обстрагироваться от новых нежеланных ощущений, сделать несколько рывков, пытался просить о прекращении, но чужая рука прошла сквозь волосы, и начав большим пальцем массировать затылок, прижала голову сильнее. Становилось трудно дышать и Радио-демон уже не пытался закрыть рот. Голова начала идти кругом, но сводящие с ума движения всё не прекращались, только пробирали до мурашек. Казалось, выверни ты всё тело наизнанку - этого будет мало. Мышцы внутри начали непроизвольно сокращаться, и Вокс, почувствовав это, стал ускорять темп. Аластор содрогнулся, а тело обдало жаром - еще немного, и кожа бы приняла свой обычный здоровый розоватый оттенок. Ноги были уже непроизвольно раздвинуты от нарастаюшего удовольствия, и колени сильно упирались в сидушку дивана. Воздуха начинало не хватать от довольно быстрого проникновения, от чувства инородности внутри, от которого уже не было желания избавляться, хотелось отдаться ему полностью, двигаться в этом ритме, всё сильнее и сильнее увеличивая это нарастающее и будоражущее чувство.. Возбуждение. — И как такой извращенец, может называть себя ассексуалом? Внезапная фраза окатила ледяным душем, но контраст ощущений и мыслей роящихся в голове провоцировал новые сбои в сознании. Аластор поднял голову и застонал, еще больше прогибаясь в спине и напрягая ноги. Ему щас было безумно стыдно, хотелось просто исчезнуть, хотелось никогда больше не встречаться взглядом с ТV-демоном, но желание перекрывало сейчас всё. Слишком долго он жил на помойке, боясь выйти на общественные улицы, слишком долго он испытывал эту невыносимую боль и стыд преследовавшие везде, где он только мог показаться. Сейчас ему было приятно, и подсознательно он не собирался упускать такого случая развеяться и забыть эти года, сейчас было срать на любые слова, которые потом могут прилететь в его адрес. Сквозь стоны Аластор с ужасом начал различать просьбы, нет... мольбы о продолжении. Он не узнавал тональность собственного голоса. Пальцы ускорились, и он до онимения сжал руками одежду Теле-демона. Глаза были в слезах непойми когда появившихся, а дыхание становилось еще более тяжелым и частым. В голове уже все помутнелось - еле различимые смешки до боли знакомого приторно сладкого голоса, приглушенная музыка и тусклое освещение очень расслабляли, тихие звуки треска электричества все так же вгоняли в панику, но где-то далеко. Где-то не сейчас и не с ним. Аластор понимал, что Вокс точно чувствовует тяжелое дыхание, жар, чувствовует пальцами сокращение его мышц, и дрожь тела на своих коленях, чувствовует то, как сильно он цепляется за него пальцами. Понимал, что этот садист сейчас смеется внутри себя - Вот он.. его соперник. Лежит и рефлекторно дергается, поддаваясь ласкам на встречу и сквозь стоны прося добавки. Какой позор... Аластор кончил под очередную услышенную усмешку. Белая вязкая жидкость испачкала диван и остатки бордовой одежды на животе. Радио-демон резко оцепенел и перед глазами все потемнело. Голова наполнилась гулом, уши заложило и все звуки стали приглушенными как-будто на дне океана. По телу прошла многократная судорога. Он медленно положил голову обратно на колени и начал тяжело дышать через рот, который уже изрядно наполнился слюной. Пальцы, так крепко державшие черную костюмную ткань, начали разжиматься только спустя время, ноги резко обмякли, и только рука Вокса не дала им окончательно сползти на диван. Сердце стучало все медленнее, но очень четко, отдаваясь дрожью. На все тело навалилась чрезмерная слабость, не дающая нормально что-либо понимать. Последующие касания внутри сопровождались лишь легким содроганием и негромким болезненным вскриком. Вокс предусмотрительно прижал голову Аластора к себе, и из рукава свободной руки снова появились те же провода. Они заполнили почти все заранее растянутое пространство, и опять с той же выжигающей болью начали сращивать поврежденные участки. Демон сквозь шум в голове снова начал кричать вперемешку с радиопомехами и всхлипами. Поврежденные клетки напоминали о себе при каждом неловком движении. Кольцевые мышцы были растянуты очень хорошо, и сейчас их попытки вернуться в прежнее состояние отзывались диким дискомфортом. Освободиться же было почти невозможно - Вокс слишком хорошо сохранял нужное для него положение тела, Аластору не оставалось ничего, кроме как лежать и терпеть. Уйти ему уже предлогали, так что, если бы действительно хотел - его бы сейчас здесь не было.