Поменяй уже этот чёртов диск!

13 сентября 2022 Джисон снова не может заснуть. На часах уже в районе полуночи, а мысль о завтрашнем дне никак не даёт покоя. «Где он живёт, и живёт ли вообще? Чем занимается? Помнит ли он меня?»… Хан Джисон приехал в Сеул относительно недавно, где-то месяц назад. До этого он несколько лет прожил в Малайзии и практически позабыл о том, что происходило тут буквально десять лет назад. Собственно, приехал он только потому, что забыл не до конца. Где-то в углу валяется телефон, где на повторе крутится «Never give up», соседи, наверное, уже бьются головой об стенку. В старом рюкзаке, на самом дне лежит потрёпанная голубая фенечка — единственное, что напоминает парню о его, если так можно сказать, молодости. Глаза слипаются. Всё таки трое суток на ногах без отдыха бесследно не исчезают. А ведь только в 2010 он мог не спать неделю и чувствовать себя бодрячком. Старость настигает Хана уже в тридцать один. А он, наверное, разваливается, если в двадцать один жаловался на больную спину. С этой, казалось бы счастливой, мыслью Джисон, наконец, проваливается в глубокий сон. На фоне заиграла любимая и надоевшая в край, когда-то, «Barbara Streisand», а вокруг снова раздаются родные крики… — Лино-хён, ну не съедай всё, я тоже хочу! — Ой, начинается. Скейт в зубы и в маркет за хлопьями, ноги руки есть, шуруй! — Хэй, Лино, улыбочку! — Дайте поесть спокойно! — Какая бука, вы посмотрите на него. Джисон-а! — Да где ты красишь! Дай сюда... - Хёнджин отобрал у Чана балончик, убивая друга взглядом. В углу стоит новенький магнитофон, в котором на повторе крутится "Barbara Streisand". Честно, песня уже всех давно достала, но всё равно любимая. Каждый вечер в ангаре проходит одинаково. Чанбин достаёт всех съёмками архива, Чан с Хёнджином чинят тачку, Сынмин смотрит потрёпанный жизнью телевизор. Минхо наконец дорывается до еды, Чонин с Феликсом просто страдают фигнёй, точнее, Феликс страдает фигнёй, а Чонин безмятежно качается на качельках из каких-то цепей и доски. Их Крис смастерил на скорую руку, чтобы занять неугомонного младшего хоть на пол часа. Ян идею оценил, нет, не так, ему она настолько зашла, что он чуть не сломал чудо-конструкцию в первый же день. Ну а Джисону выпадает такая редкая в его жизни возможность поспать. Но и она не увенчалась успехом, ведь друзьям, да, именно друзьям, виднее. Сейчас подросток с гордостью называет больную на голову компанию придурков своими друзьями. Ведь именно они, однажды, похитили его в самом центре Сеула, на глазах у сотен прохожих на продуктовой тележке. — Джисон-а, ну проснись! Харе вату катать! — парня начали нехило трясти за плечо — ХАН-А, ПОДЪЁМ! И громкий смех. Пальцы, направленные на заспанное лицо. В этом не было ничего оскорбительного, задевающего, нет. Наоборот, это было что-то настолько родное, любимое и привычное, аж плакать хочется. Такая жизнь Сону нравилась. — Джисон, правда, просыпайся. — на край дивана сел Чан — нам «Конду» нужно до завтра закончить, знаешь же. Конда… Это слово осело в голове приятной тягучей субстанцией. Машину друзья любили и берегли, как зеницу ока. Ради неё даже пришлось найти где-то среди мусорных баков Чонина, у которого, по тогдашним слухам, было образование механика. Никакого образования у него, как и у большинства членов банды, конечно же, не было. Но в технике парень разбирался на ура. Отец научил. Но вернёмся к Конде. Чёрная KIA, полностью разрисованная графити, с дорожными конусами на крыше. Она появилась у парней около полутора года назад. Машина выполняла роль главного помощника в передвижении по Сеулу явно лучше, чем скейты. Но… Скизы — именно так называлась их компания — были далеко не единственной бандой в городе. Поэтому, нередко приходилось удирать от желающих разукрасить им лицо. Конде тоже не слабо доставалось, поэтому Чонин стал им просто необходим. Он не только сам ремонтировал автомобиль, но и других научил, каждого своему. Хёнджина прикручивать гайки и винты куда надо, Чана менять колёса и так далее. — Чонин, не качайся так, навернёшься же — Крис как обычно, мамочка сиго ангара. Самый старший, самый умный, ну вы поняли. — Поменяйте этот чёртов диск! — Хёнджин, который пребывал в поиске своего ужина, не выдержал ежедневной пытки «Barbara Streisand». — Джинни, помни, я всегда тебя любил! — заорал Феликс и понеслась. Крики Чанбина о том, что это лучшая песня во всей истории музыки, причитания Чонина о плохой выдержке друга. Минхо вообще чуть тарелку в Хвана не кинул, а Джисон сидел и умирал со смеху. Для ребят каждая новая песня была чем-то особенным, со своей атмосферой, смыслом, воспоминаниями. Поэтому, каждый новый диск заслушивался до дыр, полностью пропитываясь событиями. Хан любил эту особенность. Да и все остальные причуды своей банды. Да, ему определённо тут нравилось гораздо больше, чем дома…