Потерянные во времени

      Как и обещалось в письме, отдельно от всех меня встретил завхоз, которым был знакомый мне Филч (насколько я знала, он начал работать тут только недавно), и мы добрались до замка гораздо раньше всех остальных. После он отвел меня в нужный кабинет. В кабинете меня встречала профессор Макгонагалл. Она выглядела чуть моложе, чем в мое время, однако ее внешняя строгость и невозмутимость никуда не делись.       – Добрый вечер, мисс Картер. Вы вовремя.       – Здравствуйте.       – Присаживайтесь, – она кивнула на стул, находящийся возле ее рабочего стола. Я присела и невольно вспомнила, сколько раз я уже садилась на это место. – Профессор Дамблдор рассказал мне о вас. Потеря памяти после неудачной трансгрессии?       – Да, профессор.       – Директор принял решение позволить вам учиться в Хогвартсе. Вы будете на седьмом курсе, а в конце года, если пожелаете, сдадите ЖАБА. В течение первого месяца вам необходимо установить, по каким предметам у вас самая лучшая успеваемость, чтобы выяснить, к каким экзаменам вы будете готовиться. После этого вам будет необходимо подойти к вашему декану и согласовать с ним расписание. У вас есть вопросы?       – Нет, профессор.       – Ваше появление в школе у большинства вызовет определенный интерес. У нас давно не было новых учеников, особенно на старших курсах. Вы можете пройти распределение с первокурсниками или прямо сейчас, если внимание вас напрягает. Она посмотрела прямо за меня. Я обернулась и увидела Распределяющую шляпу, которая шесть лет назад отправила меня в Гриффиндор. Она ничем не отличалась от той, которую я видела, возможно, сейчас на ней было меньше заплаток.       – Я бы хотела пройти распределение сейчас, профессор. – меньше всего мне хотелось вновь сидеть на глазах у всей школы и ожидать решения шляпы.       – Что ж, тогда прошу вас. Я подошла к шляпе и надела ее на себя. Почти сразу же в мыслях раздался тихий голос, который я уже когда-то слышала:       – Хм, весьма интересно. Даже сразу не определишься. Вижу светлый ум, тяга к знаниям – хорошие качества для Когтеврана… И в то же время в вас есть стержень, и вам хорошо знакомо, что такое верность идеалам. Вы смелы и мало чего боитесь. Вашей храбрости бы позавидовал каждый.. И, пожалуй, эти качества сильнее всех остальных. Поэтому… Гриффиндор!        Последнее слово шляпа громко выкрикнула. Камень упал с души. Хоть мне сейчас было всё равно на факультет, но все же учиться на Гриффиндоре было привычнее.       – Поздравляю, мисс Картер. Домовики доставят ваши вещи в башню Гриффиндора. Декан вашего факультета – я. Вы можете отправляться в большой зал на пир, Мистер Филч покажет вам дорогу.       Большой Зал встретил меня мерцанием свечей и знакомым заколдованным потолком, который сейчас был затянут облаками. В зал начали заходить старшекурсники и я начинала ощущать на себе заинтересованные взгляды, однако вопросов пока не последовало. Зайдя с прочими студентами в Большой Зал, я направилась к гриффиндорскому столу и заняла место с самого краю.             В Зале было шумно, прибывшие ученики приветствовали знакомых, обменивались последними новостями, делились впечатлениями о каникулах. Все это было так похоже на те предыдущие пиры в честь начала учебного года, что в душе что-то защемило. Мерлин, удастся ли мне когда-нибудь вернуться в свое время и отучиться седьмом курсе там?        Вдруг я заметила Джона, а он заметил меня. Теперь он шел не один, а в компании нескольких парней. Он оглядел меня и весело подмигнул. В ответ я неловко помахала ему, и Джон потерялся среди толпы.        Почти все студенты расселись по местам и продолжали разговаривать. Я поймала на себе взгляды нескольких девчонок, которые яростно о чем-то перешептывались.        Двери зала снова открылись, и внутрь потянулась цепочка первокурсников, возглавляемая профессором Макгонагалл. Перед преподавательским столом уже стоял табурет с шляпой. Я посмотрела на учителей. Некоторые из них были мне знакомы, а некоторых я видела впервые. Среди них я увидела и Слизнорта, о котором сегодня уже слышала. Живот выпирал еще не так сильно, однако добродушное лицо с пышными усами почти не изменилось.             Дамблдор поднялся со своего места, и в зале наступила тишина. Дальнейшие события развивались по привычному сценарию: директор произнес пару приветственных слов, Шляпа спела новую песню, а затем Макгонагалл стала по одному вызывать новичков на распределение.        Настало время ужина. Блюда перед студентами наполнились едой, зазвенели столовые приборы и кубки. Зал снова наполнился гулом голосов. Прямо через закрытые двери внутрь вплыли хорошо знакомые жемчужные привидения, которые располагались у своих факультетов и общались со студентами. Аппетита не было, но я все равно пыталась ковырять вилкой в тарелке.       – Эй!       Кто-то окликнул меня, и я обернулась на голос. Это была девушка лет семнадцати, вероятно моя новая однокурсница. Ее кожа была смуглой, а волосы вились темными кудрями.       – Привет, а я тебя знаю? Ты на каком курсе?       – На седьмом. Я новенькая. Девушка с кем-то переглянулась.        – А где ты училась раньше? В Шармбатоне?       – Я была на домашнем обучении, но родители решили, что мне нужно официальное образование.       Тут в разговор встряла еще одна девушка, с которой переглядывалась моя однокурсница. Она была бледной и белокурой:       – Слушай, а ты играешь в квиддич? А то нам в команду как раз нужен…       – Марлин, ну что ты заладила со своим квидиччем? – обратилась к ней ей смуглая девушка, – Мы ведь даже не спросили, как ее зовут..       Блондинка закатила глаза и переспросила меня:       – Ну так что, играешь?        Но ответить ей то, что в квиддич я не играю, а совсем даже наоборот, я не успела. Профессор Дамблдор поднялся со своего места, и все в зале затихли.         – Пожалуйста, уделите мне несколько минут – я скажу то, что всегда говорю в начале учебного года, – обратился к ученикам Дамблдор. – Во- первых, первоклассникам следует усвоить, что лес, окружающий школьную территорию, под запретом для всех учащихся. Во-вторых, рад сообщить, что Зимний бал в этом году будет проведен пятнадцатого января, после каникул, – и все в зале засуетились, а особенно девочки. – Далее. Отборочные испытания в квидиччные команды состоятся в середине сентября, желающие могут записаться у декана или капитана команды, – и тут уже засуетились в основном мальчики. – И последняя новость – в этом учебном году к нашему седьмому курсу Гриффиндора присоединяется новая студентка. Мисс Картер, надеюсь, Хогвартс станет настоящим домом для вас.       Он посмотрел в мою сторону, и теперь все ученики в зале знали, где я нахожусь. Ощущение тяжести от сотни взглядов на себе душило меня. Хотела остаться незамеченной, а теперь вся школа с интересом разглядывает! Я на секунду растерялась, но нашла в себе силы улыбнуться директору и легонько кивнуть. Еще некоторое время я чувствовала напряжение, а потом интерес учеников ко мне начал угасать, они начали отворачиваться. Я выдохнула.        Однако все же одно чувство не давало мне покоя. Странное ощущение, будто мне в шею медленно входит что-то острое, не давая покоя. Мне было знакомо это ощущение, оно всегда возникало, когда кто-то пристально и долго меня разглядывал. Я кожей чувствовала ту настороженность и враждебность, с которой меня изучали. Ощущение не проходило в течение всего вечера, и я даже успела с ним смириться.       После пира Дамблдор скомандовал отбой. Заскрипели отодвигаемые скамейки, и я почувствовала, как кто-то коснулся моей руки. Обернувшись, перед собой я увидела девушку среднего роста с темно-рыжими волосами чуть ниже плеч и яркими зелеными глазами миндалевидной формы.       «Как у Гарри», – промелькнуло у меня в голове.        Между тем, девушка начала поспешно говорить:       – Привет! Меня зовут Лили Эванс, я староста Гриффиндора и могу помочь тебе тут освоиться. Пойдём, я провожу тебя до гостиной, а то с непривычки в замке можно заблудиться, или упустить нужную лестницу , или…       Лили продолжала говорить что-то, но я не слушала. Стоп, что она сказала? Лили Эванс? Знакомое имя заставило меня задуматься. Мне нужно было пять секунд осознать, что сейчас со мной разговаривает не просто новая однокурсница, а мать моего лучшего друга.       Я часто слышала о ней, о женщине, что пожертвовала собой ради сына и умерла вместо нее.       Часто слышала о том, что она была хорошим и добрым человеком.       Часто задумывалась о том, что Гарри её не хватает.       А теперь я стою перед ней, еще не совершившей никаких подвигов, не знающей ее судьбы, и не могу произнести и слова. Интересно, когда я вернусь, стоит ли рассказать об этом Гарри?       Поняв, что молчание затянулось, я несколько раз подряд быстро моргнула, а потом ответила:       – Извини, задумалась. Да, конечно, я буду тебе очень признательна.       – Пустяки! – весело ответила она, и мы пошли по коридору. Лили рассказывала мне что-то об учебе и экзаменах, но я слушала ее вполуха, погруженная в свои мысли.       Получается, если я сейчас вижу Лили Эванс, то скоро увижу и Джеймса Поттера, Сириуса Блэка и Люпина? Интересно, а Лили и Джеймс уже встречаются? И много подобных вопросов крутилось в моей голове до самой спальни.       Остаток вечера я провела в своей новой кровати, затянувши полог. По иронии судьбы, я буду жить в одной комнате с Лили и теми самыми девочками, которых, как я узнала, зовут Мэри и Марлин , и это не давало мне окончательно расслабиться.       Сразу же, как я зашла, они накинулись на меня с расспросами, и я с выдержкой на них отвечала. Чуть позже они уже потеряли ко мне интерес, и теперь активно расспрашивали Лили о какой-то летней поездке. Они вели себя очень громко и обсуждали всё подряд: каникулы, зимний бал, парней ( я часто слышала знакомое имя Джеймс) и учёбу. Их разговоры сильно напоминали мне посиделки Лаванды и Паравати. Но только если Лаванда и Паравати начинали сильно кричать, то я выходила и делала им едкие замечания, а сейчас не могу даже высунуть головы.       Спустя какое-то время они наконец успокоились и разошлись по кроватям, и в комнате настала тишина. Я долго ворочалась в кровати и не могла уснуть из-за своих мыслей, однако все же поняла, насколько вымоталась за этот длинный день и спустя час погрузилась в сон.