The universe is rarely lazy.

Под утро оба благополучно погрузились в сон, небрежно укрывшись одеялом. Они лежали хаотично, переплетая конечности друг друга. Лучи предрассветного солнца падали на взъерошенные волосы Холмса, после попадая и на опухшие, от ночных слез, глаза доктора, заставляя его прищуриться. По прошествию около полутора часа, заботливая хозяйка квартиры, в которой жили двое мужчин, постучала в дверь с подносом в руках. Едва ли не каждое утро она приносила завтрак, осознавая то, что сами эти двое каши не сварят, что было очень мило с ее стороны. Тихо поставив тарелки с горячей едой на стол, миссис Хадсон поспешила на второй этаж, дабы проверить самочувствие блондина, ведь вчера весь вечер он был сам не свой. Про зависимость Холмса младшего женщина давно знала и подозревала что это могло быть причиной их ссоры, и все же вопросов оставалось достаточно. К примеру каждый раз когда домохозяйка приходила утром в квартиру, Шерлок спал на кресле или диване, но сегодня там, на первый взгляд, не было ни души. Когда же, дверь комнаты на втором этаже отворилась без единого звука, за ней оказались ответы на все вопросы, а так же Холмс и Ватсон, мирно посапывающие в обнимку. Увидев эту картину маслом и подтвердив некоторые из своих догадок по поводу отношений двух жильцов, дверь закрылась так же безмолвно как и открылась. Спустя еще некоторое время яркий свет, теперь полностью заполнявший комнату, все-таки заставил Джона сдаться, и наконец проснуться. Как только мужчина открыл глаза, увидел перед собой мирно спящего детектива, одеяло сползло с него почти полностью, оголяя бледные плечи. Первый непроизвольно улыбнулся, а рука потянулась к темным и таким мягким кудрям.Пролежав пару минут, доктор потянулся в постели и тихо вышел из комнаты, направившись завтракать. Его пребывание в компании с едой, продлилось недолго. Уже через пару минут, как только Ватсон присел за обеденный стол, на втором этаже послышались нетвердые шаги. Шерлок показался на лестничном пролете с выражением испуга на лице, не увидев спросонья человека рядом с собой, тот очевидно решил что, что-то случилось и поспешил проверить. Встретившись взглядом брюнет едва замер, но после растянулся в незаметной улыбке. За завтраком никто не проронил ни слова, но тишина царившая на кухне, вовсе не казалось нагнетающей, она была чарующей, теплой и родной. Да и говорить сейчас никому не хотелось, в словах никто не нуждался. Каждый думал о своем и каждый думал друг о друге, улыбаясь от «случайно» встречающихся взглядов, как дети. Тарелки вскоре оказались пусты, а заговорить так никто и не решился, стрелка часов медленно тянулась к двенадцати. Чтобы хоть немного взбодриться блондин приготовил пару кружек горячего, крепкого кофе. Он прекрасно помнил, что сосед никогда ничего не пьет без сахара, поэтому предусмотрительно добавил пару ложек в напиток. И хоть попытки бодрствовать предпринимались, первую половину дня мужчины провели в полудреме, Холмс по привычке занял диван, а Ватсон оккупировал кресло, заняв руки газетой. В комнате было так тепло, от неожиданно-солнечного дня в Лондоне, и чисто, благодаря миссис Хадсон, что встать и мысли не было. Около пяти часов вечера, рука, вечно ворочающегося Шерлока, наткнулась на пульт от небольшого телевизора, с которым тот так любил поспорить. Что означало только одно - настало время просмотра программ и дебатов с участниками. Джон напрямую показывал свое недовольство в таких случаях, но сегодня возражать не стал, заметив протянутую к нему руку кудрявого. Он неспешно отложил газету, наблюдая за следующими действиями Холмса, пытаясь понять что требуется и вскоре встал. Осторожно подойдя к дивану, где прижавшись к кожаной спинке устроился брюнет, Ватсон сначала аккуратно опустился лишь на край, но когда чужие руки потянули его на себя, лег на бок, касаясь чужой пижамы. Хотя пижамой, по праву, это было сложно назвать. Крепкие, но нежные руки обняли его за плечи, заставляя обмякнуть под ними и сильнее прижаться спиной к груди друга. Звук телевизора, теперь, звучал приглушенно, каждый старался концентрироваться на сердцебиении другого, и внешний мир на время перестал существовать. Время тогда шло совсем иначе, оно казалось вязкой субстанцией, которая медленно течет в нашем сознании, заставляя терять связь с реальностью. Джон решился первым начать диалог, осторожно взяв ладонь Шерлока в свою. -Шерлок.. После произнесенного имени их разговор вновь плутал от одной темы к другой, которые на первый взгляд не были никак связаны. Но у таких детективов как эти двое, не составляло особого труда найти связь там, где обычному человеку кажется все полным абсурдом. Это была уже их личная игра, в которой они словно старались еще больше раскрыть друг друга, выискивая недостающие детали пазла. -Думаю, нам стоит придать огласку тому, что между нами. - наконец сказал брюнет, зарываясь носом в макушку Ватсона, который, от этого, весь покрывался мурашками. Последовала небольшая пауза. -Это вовсе не обязательно, мы знаем многое друг о друге и можем просто продолжать быть теми, кто мы есть.. - ему благополучно не дали договорить, оборвав на полуслове. -Но я хочу это как то обозначить! Еще одна недолгая пауза. -Вот оно как. И кем же ты хочешь чтобы я для тебя был? - доктор улыбнулся, когда почувствовал как ладонь Холмса медленно перемещается с его плеча, на подбородок, осторожно разворачивая его к себе. Их лица оказались на критическом расстоянии друг от друга, так близко что кончики их носов соприкасались. Оба улыбнулись, как будто давая понять, что это должно произойти сейчас, прикрывая глаза. Их губы соприкоснулись аккуратно и так коротко, что это едва можно было ощутить, но этого было достаточно. Поцелуй, хотя таковым это назвать можно было с натяжкой, оказался заменой тысячи ненужных слов. Оказалось телевизор уже давно не работал, но отсутствие постороннего шума осталось незамеченным до этого момента. Когда им вновь хватило сил говорить, детектив наконец ответил. -Мы могли бы стать друг другу, больше чем лучшие друзья. Мы могли бы стать парой. Помни, Джон, что я всегда ценил тебя и ты был мне очень дорог, ты очень добрый человек, общение с которым для меня не просто честь, а что-то чего я не заслужил. Такой человек как я, просто недостоин такого замечательного мужчину как ты. Я абсолютный кретин в области проявления чувств и не умею любить, но надеюсь ты научишь меня этому.. - он не успел закончить мысль, так как Ватсон прервал его вторым поцелуем, все таким же неспешным и осторожным, словно каждый раз боясь спугнуть. Мужчина зарылся пальцами в кучерявую шевелюру едва притягивая эту занудную голову к себе, не представляя что свело их вместе, но очевидно блондин был только благодарен этому.