VieBar.

      Входная дверь хлопнула, после чего в прихожей появился силуэт русоволосой девушки. Лиза спокойно смотрела сериал по телевизору, иногда отправляя себе в рот сладкие попкоринки. Она давно прослушала голосовое от лучшей подруги, поэтому не переживала, ведь подумала, что Майя просто задержалась, болтая с Кирой около их дома. Индиго даже и не догадывалась, что у них могло пойти что-то не так, а тем более, что голубоглазая в такой холод отсиживалась на детской площадке, около часа раздумывая о своей жизни.       Она зашла в гостиную молча, пряча глаза, ведь знала — если подруга увидит её взгляд, сразу поймёт, что что-то не так. Не хочется говорить о том, что произошло. Не хочется рассказывать в деталях увиденное и объяснять, почему вот так сбежала оттуда, чувствуя, как внизу живота что-то больно тянуло, вызывало панику и злость. Тяжёлая от переживаний голова приземлилась на ноги Андрющенко, которая от неожиданности немного дёрнулась, но противостоять, конечно же, не стала. Её лёгкая ладонь осторожно поглаживала длинные волосы, вызывая успокоение. Лиза насторожилась, но спрашивать ничего не стала, лишь изредка наблюдала за соседкой, чтобы понять, в каком она сейчас настроении.       Всё стало понятно, когда Фадеева часто зашмыгала, прикусывая нижнюю губу настолько, что та белела. Девушка всегда делала так, когда её что-то терзало, о чём она ни то, что говорить, даже упоминать не хотела. Между ними с Кирой явно случилось что-то, что делало Майе больно, но она пыталась это скрыть. Было довольно глупо, зная, насколько Лиза выучила мимику соседки и могла легко вычислить, что у неё творится в голове.       -Ты хочешь об этом поговорить? -брюнетка спросила в лоб, получив в ответ лишь отрицательное мотание головой. Ничего удивительного, так было всегда.-Ты была с Кирой?       Голубоглазая замялась. Соврать? Не вариант, подруга явно уличит ложь в ответе, видя её состояние. Сказать правду? Абсолютно нет желания, ведь говорить о том, что вместо того, чтобы вернуться домой, Майя шлялась по ночным улицам, специально отключив телефон, было неловко и жалко. Кивок в знак отрицания повторился. Оставалось лишь надеяться, что кареглазая не начнёт вытаскивать из неё информацию, словно щипцами. Нет желания. Никакого. Хочется лишь забыть об этом вечере и на следующий день утонуть в куче офисных бумаг, которые со злости хотелось бы разорвать и выбросить, чтобы не ебаться с их оформлением.       -Я знаю, что ты не будешь об этом говорить, -Индиго понимающе кивнула, притягивая русоволосую, которая сейчас походила на маленького уличного котёнка, поближе к себе, уместив её голову на своей груди, продолжая ковыряться в мягких волосах. Честно, будь Майя кошкой, она бы явно замурчала сейчас так громко, как только это возможно.-Когда у тебя накопится, я с радостью обниму тебя и выслушаю. Как всегда.

***

Ooes — Магия.

      В комнате было ужасно холодно впоследствии открытой форточки, которая так и не была закрыта перед тем, как голубоглазая побежала на встречу с барменшей. Тёплый сиреневый худи, надетый на голое тело, также из-за спешки, был отправлен в шкаф сложенный на «отвали», и тело окутал мороз, проникший в квартиру также быстро и легко, как завоевала Медведева мысли девушки. Она буквально занимала все раздумья Фадеевой, и как бы та не старалась избавиться от новой привычки думать о блондинке перед сном, утром, во время еды, во время работы, ничего не выходило. Если раньше это даже давало мотивацию просыпаться, сейчас же это раздражало. Безумно. Хотелось оторвать себе голову и отправить в полёт с окна, находящегося на третьем этаже.       Исчезни, прошу.       Майя давно такого не чувствовала. Где-то там, в своём туманном прошлом, она была той самой девушкой-одноразкой с бара, и была уверена, что переспала буквально со всеми, с кем желала. А потом приоритеты изменились. Появилась Лиза, и однодневные интрижки уже не были интересны, потому что душевные разговоры с новоиспечённой подругой так перевернули мировоззрение, что мысли о суициде участились, отношения на одну ночь не устраивали — хотелось чего-то серьёзного и чувственного. Но мысли об «умении любить» и принятии, что придётся что-то делать, чтобы доказать свои чувства, угнетали, заставляли остаться в гордом одиночестве. Она снова научилась чувствовать боль и не пытаться заглушить её сексом и алкоголем. Вот только становилось хуже. Искренние разговоры о самочувствии стали редкими, потому что просто не было сил и желания вытаскивать из себя всё дерьмо, что она вынашивала в себе годами. Русоволосая бежала, а Индиго тянула её назад, чтобы подруга не спотыкалась вновь и вновь, научившись осторожно переступать препятствия и идти дальше, забыв о них, с новым кругом не падая снова.       И когда Майя была готова начать делать хоть что-то, чтобы начать себя спасать, её спасательный круг проткнули чужие руки. Руки, которые нежно поглаживали выбритый блондинистый затылок там, рядом с Вибаром. Наверняка она почувствовала привкус ментола на губах Киры. Наверняка почувствовала то же тепло на своей спине, как Фадеева в тот самый день на злосчастной кухне. Кира обращается с ней также, как и с голубоглазой? Называет её «котёнок»? Угощала последней ментоловой сигаретой, которая была предназначена не ей?       Это так больно.       Экран телефона слепил глаза, отчего те заслезились. Пять непрочитанных сообщений висели в шторке уведомлений, вызывая на бледном лице полную боли улыбку. Слабую. Ничего положительного она не несла. Холодная слеза скатилась по скуле, но осталась лишь мокрой линией на горячей щеке, как только дрожащая рука её вытерла.

Кира: Майя, ты меня пугаешь. Где ты шляешься?

Кира: Блять, с тобой всё в порядке? Тебя до сих пор нет дома.

Кира: Какого хуя у тебя ещё и телефон отключён, ты смеёшься?

Кира: Лиза сказала, что ты идёшь домой, а телефон разряжен. Почему ты не пришла ко мне?

Кира: Если ты не ответишь мне в течение часа, я приду к тебе домой и буду ждать тебя там столько, сколько потребуется.

      Последнее сообщение было отправлено минут сорок назад. Майя замешкалась. Если не ответит, то Медведева на полном серьёзе наведается к ним на квартиру, а видеть её не хочется от слова «совсем». А если ответит, придётся объясняться. Она может солгать, но даже мысль об этом вызывала чувство вины внутри. Фадеева была меж двух огней и ни один, ни второй, не грел её совершенно. Хотелось провалиться сквозь землю, чтобы никто не нашёл. Если бы только это было возможно…

***

Алёна Швец — Спи.

      Настойчивый стук в дверь напугал домочадцев. На часах было около часа ночи, поэтому страх был абсолютно оправдан, но только для Индиго. Голубоглазая же испугалась не из-за стука, а из-за понимания, кто стоит в подъезде напротив их входной двери. Внизу живота завязался тугой узел тревоги, только начатая сигарета вылетела в форточку. Потом, конечно же, девушка пожалеет о такой потере, но не сейчас. Самая гениальная мысль, посетившая заполненную страхом голову, это притвориться спящей. Тогда разговаривать не придётся.       -Кира, -брюнетка даже не удивилась, учитывая то, что Майя была явно не с барменшей, стоящей сейчас перед ней, этим вечером, да и к тому же не просто так Медведева спрашивала, куда вдруг делась их подруга, и почему она ей не отвечает.-Маюшка дома, не переживай.       -Почему она, блять, мне на сообщения не отвечает? -кареглазая выглядела разгневанной, но взгляд говорил, что это лишь беспокойство. Она испугалась, что с глупой голубоглазкой что-то произошло по пути к бару, а сейчас её лучшая подруга заявляет, что она дома.-Да ещё и не пришла, хоть мы и договаривались.       -Наверное, просто забыла тебя предупредить. Она встретила знакомых, а когда вернулась домой, сразу же увалилась спать, -прикрывать задницу Фадеевой уже было у Индиго в крови.-Я же говорила, что у неё телефон на морозе сел.       -Можно я зайду к ней? -Кира восстанавлила дыхание, поэтому эта просьба звучала больше, как мольба. Хочется просто коснуться её русых волос, убедиться, что с этой девчонкой всё в порядке, и она действительно сейчас лежит в своей постели, мирно посапывая.       -Только не буди, -спокойно произнесла брюнетка, без капли сомнения пропуская Медведеву в квартиру, указывая на нужную дверь.       Размеренно дышать было крайне тяжело, учитывая то, что весь диалог Майя слышала своими ушами. Злость, обида, стыд и боль смешались в одну массу, заставляя глаза предательски заслезиться. Сейчас тут появится та, от которой весь вечер убегала девушка, от кого в своих мыслях она отчаянно пыталась избавиться. Будет сидеть рядом, обжигая и так горячее лицо своим дыханием.       Дверь снова тихо скрипнула, и возле кровати появился женский силуэт, от которого веяло уличным морозом. Блондинистые волосы были растрёпаны, а щёки и нос горели красным оттенком. Хотелось коснуться их, отогреть. Да хотя бы просто почувствовать шершавую кожу девушки, от которой внутри всё тряслось. Кира осторожно присела на корточки прямо у кровати, заставляя почувствовать себя ничтожно. Зачем Фадеева убежала? Почему не могла подойти и откровенно поговорить? Точно, ей ведь легче сбежать, как она делает это всегда, а потом безумно жалеет, но в последующие разы поступает точь-в-точь.       Татуированная рука аккуратно прошлась по русым волосам, вызывая на теле «спящей» табун мурашек. Снова. Она снова вызывает такую бурю эмоций внутри, даже после всего, что произошло этим зимним вечером. Хотя, откровенно говоря, такое огромное значение этому придавала лишь голубоглазая. Слишком драматизировала? Возможно. Но когда ты разглядел в человеке того, кто мог бы тебя вытащить со дна, а после увидел, как он отдаёт себя другому, это определённо разбивает тебя сильнее, нежели если бы этот человек просто был тебе близок.       -Я очень волновалась, -шептала Медведева, с каждым разом проходясь по волосам увереннее.-Никогда не скажу тебе это в лицо, если только ты спать не будешь. Не знаю, почему мне так тебя не хватало сегодня, -карие глаза рассматривали черты лица подруги. Раньше бы она не увидела в ней ничего особенного, ведь в её «коллекции» было очень много прекрасных девушек, но вот Майя притягивала к себе сильнее. Харизмой? Взглядом? Улыбкой? Без понятия.       Хотелось вскочить и обнять блондинку, прижимая к себе, но голубоглазая не могла так. Слишком её гложат воспоминания, перечёкривая все желания на данный момент. Хотелось поцеловать её нежно, словно она хрупкая ваза. Кира явно не была той, которую нужно целовать так страстно, как целовала та новая сменщица. Совершенно не так. Внутри кареглазой были сокровища, которые она надёжно прятала, но Фадеева видела, как они блестят сквозь двери с огромной кучей замков.       -Не знаю, почему я сейчас сижу тут, говоря это, -Медведева усмехнулась от своего монолога. Ей не хочется причинять боль девушке, как она сделала с Мариной. Хочется оберегать её, но возможно ли это? Смогла ли она измениться за столько лет?       Кто ты для меня?       Я не хочу делать из тебя свою игрушку, даже если эти чувства переросли из желания помочь во влюблённость.       Дверь закрылась, оставляя Майю в одиночестве. Шлейф сладких духов остался здесь, доказывая, что это была не глупая фантазия, что Кира действительно минуту назад сидела здесь, касаясь чужих длинных волос. Слеза одна за другой текли на подушку, оставляя за собой мокрый след. Возможно, это была их последняя встреча. Возможно, ей больше не удастся прочувствовать кучу мурашек на своей коже от её прикосновений.       А возможно и нет.

***

      Коллеги Майи привыкли к тому, что у неё бывают периоды, которые они называют «фонд бесконечной доброты», поэтому с удовольствием отдавали ей большую часть своей работы. Время перевалило за полночь, но было абсолютно плевать. На рабочем столе рядом с клавиатурой стояли две кипы бумаг, которые Фадеева планировала закончить за эту ночь. Она была только рада, что ей не придётся возвращаться домой. Даже если девушка не чувствовала там угнетения, то вот собственная комната давила. Было ощущение, будто запах Киры всё ещё остался там, не планируя исчезать. Сладкий, немного отдающий запахом коктейля с персиком, который очень любила голубоглазая, а особенно если его делала блондинка.       Лиза работала на другом этаже, и обычно они возвращались домой вместе, поэтому если Майя задерживалась, то она приходила к ней и ждала, пока та закончит. Так произошло и в этот раз. Индиго вздохнула, когда увидела количество незаконченной работы у подруги на столе, молча присела за соседний стол и наблюдала. Брюнетка знала, зачем ей столько нагрузки. Знала, что её беспокоит и от чего бежит. Всё также не говоря ни слова, девушка приблизилась и приобняла её, опуская голову на предплечье.       -Ты так много работаешь, пора передохнуть, -Андрющенко и не смела даже назвать имя, которое заставило бы Фадееву занервничать. Стоило осторожно подвести к разговору. Только так она могла поддержать лучшую подругу.       -В моей комнате будто застрял её запах, я точно не буду там ночевать сегодня, -русоволосая вздохнула, перемещая правую руку от клавиатуры к чёрным коротким волосам, перебирая их.-Может у меня уже крыша едет?       -Что произошло тем вечером? -рука остановилась, застыв в воздухе. Воспоминания больно резанули по и так покалеченному сердцу.-Если ты всё ещё не в состоянии говорить, то продолжай работать.       -Я влипла в это дерьмо сильнее, чем представляла.