Черная бабочка

Умиротворение. Именно такими были коридоры школы. Никого не было, лишь тишина и спокойствие заполняли длинные пролеты с множеством дверей. Мы шли неспешно, словно пытались отсрочить момент нашего прощания. — Ты сказал, что видел как я танцую. — говорю я, играя в русскую рулетку, где пистолет с полным набором патронов. — Еще давно, я хотел заглянуть к Мими, но в комнате была лишь ты. Помню я тогда подумал, что для ангела ты двигалась и вправду слишком обворожительно. — дьявол коварно улыбается, мельком заглядывая в мои глаза. Сиюминутное облегчение. Весь накопившийся стресс испаряется, словно его никогда не существовало. — Вот значит как. Здесь моя комната. — я указываю рукой на ближайшую дверь. Дьявол в недоумении хмурится, ведь еще вчера я жила с Мими, а теперь живу непонятно где. На другом этаже, в другом направлении. — Здесь? — Люцифер переспрашивает. — Да. Спасибо, что проводил. — я оборачиваюсь к двери, открываю замок, когда рука демона опирается на дверной косяк. — Неужели ты не пригласишь меня выпить чаю? — он усмехается, но уходить явно не собирается. — Прости, но чай сегодня закончился. — я улыбаюсь, оборачиваясь к нему. Спиной я вжималась в дверь, а надо мной возвышался он, отчетливо считывающий каждую мою эмоцию. — Не переживай, тогда я обойдусь без чая. — Люцифер отодвигает меня, прежде чем бесцеремонно заходит в комнату. Даже в этой атмосфере он чувствовал себя комфортно. Создавалось такое ощущение, что он смог бы править не только адом, дьяволами, моим сердцем, но и небесами. Я захожу следом, обнаруживая на парфюмерном столике, мою черную краску для крыльев. Как она оказалась здесь и почему лежит на самом видном месте, это были второстепенные вопросы, потому как сейчас мне нужно поскорее спрятать её куда подальше. — Миленько. Так почему ты теперь живешь одна? — Люцифер падает на кровать, разлегшись диагонально. — Мама решила, что так будет лучше. — я прохожу к столику, беру краску и стараюсь как можно незаметнее укрыть черный тюбик в ладони. — А ты так не считаешь? — Люцифер привстает на локтях, наблюдая как я рыскаю глазами по комнате в поиске подходящего места для моей недавней находки. — Что ты хочешь сделать с тюбиком краски? — дьявол с усмешкой кивает в сторону моей руки, которая сжимала эту чертову краску. Ну конечно, от него не скрыться, даже если очень захотеть. Но даже сейчас я не упускаю момента, чтобы задуматься о том, что он все знает. Может он и правда знал всё с самого начала? Эти мысли не дают мне покоя. — Люцифер. Можно попросить тебя об одолжении? — резко перевожу тему, пока убираю краску в шкаф. Люцифер заинтересовано принял сидячую позу, явно в ожидании интересного предложения. Он ведь сын Сатаны, думаю дьявольские контракты с людьми, его любимое хобби. — Ты и так мне должна за то, что я тебя спас. Но я готов выполнить любую твою просьбу за соответствующую оплату. — он улыбается, пока я медленно подхожу ближе к нему. — Ммм. Оплата. Что же ты хочешь? — возвышаясь над ним, да так, что ему приходится задирать голову, я аккуратно поправляю воротник его рубашки. Черная ткань, расстегнутая сверху на пару пуговиц, открывала соблазнительный вид на татуированную шею. Бабочки. Черный рисунок бабочки, прямо по центру, между ключицами, красовался на его коже. Что за? — Поцелуй, Вики. Или это невыполнимая задача для ангела вроде тебя? — он усмехается, манипулирует, буквально берет на слабо. — Хорошо, тогда, — я не убираю рук с его шеи, нежно касаясь кожи пальцами. — Сначала оплата. — он с издевкой закрывает глаза, откидывает голову назад. Для Люцифера это была лишь игра, в которой он заведомо был победителем. Я касаюсь его подбородка, наклоняясь так близко, чтобы он почувствовал моё тепло, а затем оставляю поцелуй в краешек его губ. Даже от такого прикосновения, сердце полыхнуло. Дьявол тихо засмеялся, будто именно такой поцелуй и ожидал. — Чего тебе? — Люцифер нехотя встает с кровати, чтобы вновь возвыситься надо мной. — Я не знаю, что произошло между тобой и Мими, но я видела браслет, который она носит. И я в курсе, что этот браслет твоих рук дело. — я тыкаю в его грудь пальцем, неотрывно глядя а его глаза. — Мими никогда бы не рассказала твой секрет, даже если бы браслета не существовало. Поэтому, Люцифер, пожалуйста, не ограничивая её свободу из-за своей тайны. — говорю я, замечая как дьявол грустно ухмыляется. Он натягивает на себя маску безразличия. — У тебя была возможность попросить всё что угодно, а ты попросила это? — дьявол медленно проходит к окну, которое открывает нараспашку. Он явно не хочет уходить через дверь. — Так вот, браслет, который она носит, это обычная безделушка, которая не имеет в себе никакой ценности. — Люцифер говорил громко, с какой то брезгливостью. — И если Мими считает, что на браслете и правда наложено заклятие, то это уже явно не мои проблемы. — немного погодя, Люцифер оглядывает меня в последний раз, прежде чем выпорхнуть в открытое окно. Солнце уже сменилось луной, свет которой проникал в комнату. От нечего делать, я стала наводить порядок в своей новой обители, раскладывать вещи по местам, попутно разглядывая их. Здесь все было новым, но платья, туфли, косметика всё было моим. — Обживаешься? — я обернулась на голос женщины, которая незвано заявилась на порог моей комнаты. Реббека стояла в дверном проеме, как бы не решаясь зайти. Но решимости ей не занимать, поэтому, возможно, она лишь почувствовала энергию Люцифера который был здесь. Я кратко кивнула, отвечая на материнский вопрос. У меня не было желания с ней разговаривать и тем более докладывать о происходящем в Преисподней. — Ты имеешь право ненавидеть меня. — женщина горделиво проходит внутрь, запирая за собой дверь. Она проходит, встает около меня. — Но если бы тогда ты стала дьяволом, они бы тебя с костями съели. — женщина садится рядом, прямо на пол. — Кто «они»? Реббека, ты буквально вчера шантажировала меня, а сейчас что то говоришь о ненависти? — я впервые посмотрела на неё. Даже в таком тусклом лунном свете были отчетливо видны морщинки и крадущаяся к ней старость. Мама сильно изменилась не только внутренне, но и внешне. Её когда то сверкающие глаза были пустыми, «мертвыми». Да и она сама уже не казалась мне живой. — На Небесах, мы обязаны быть покорными перед Всевышним. Я годами добивалась того, что имею сейчас и пока я проходила этот изнуряющий жизненный путь, я потеряла всех родных и близких для меня. — мама комнатами моей руки, передавая мне свою печаль и боль. — Но если мне придется пройти через это еще раз, я без сомнений сделаю это снова. Поэтому я не дам разрушить наши жизни, твоими глупым и неразумным действиям. — Реббека сжимает ладонь, от чего едва затянувшаяся рана, вновь залилась кровью. Я чувствовала как кровь неспешно скатывается вниз по руке, достигая маминых пальцев. Сердце колотилось как бешеное. От чего то к горлу подступает ком, ведь если мама увидит мою царапину, мне придется доложить ей обо всём. — Ты ангел Вики, и твое место на небесах. И если ты хочешь чего то достичь, придется не раз доказывать свою верность, продумывать каждый свой шаг и обрывать отношения которые тянут на дно. — ангел, что до этого смотрела прямо мне в глаза, резко посмотрела на свою руку. Её ладонь с тыльной стороны вся заляпана кровью. Она в недоумении начала разглядывать мою руку. — Вот о чем я говорила. — Реббека беспардонно заглядывает в мои глаза, проникая в подсознание. Она рылась в моей голове, выискивая нужный момент в памяти. Я чувствовала как она воздействует на меня, как проживает мои личные моменты. Из глаз потекли слезы, ведь я даже ничего сделать не могла. Я захлебывалась от накатившей истерики, от боли, которую она мне доставляет. — Завтра утром я зайду за тобой. Будь готова к особому событию. — ангел исчезает. — Верность. О какой гребаной верности она говорит? — я истерично поднимаюсь с Пола, разбрасывая все только что убранные вещи. Кому я делала хуже, если не себе. Я уже была готова, когда в дверь громко постучали. Не зная к чему готовиться, я готовилась к самому худшему. Облегающее платье с воздушными рукавами и изящным вырезом в зоне декольте, идеально подходило к неизвестному мероприятию. — Входи, Реббека. — я прокричала, докрашивая губы. Но в дверь настойчиво постучали вновь. Я вышла, обнаружив двоих стражников. Мужчины стояли в белых официальных костюмах, но с серебряными копьями, что и делало из них солдат. — Что происходит? — я оглядела ангелов. — Госпожа Реббека, приказала сопроводить Вас. — ответил один из стражников, закрывая за мной дверь. Я шла посреди мужчин, то и дело беспокойно озаряясь по сторонам. Сердце неприятно кольнуло от надвигающегося волнения. Я чувствовала, что что-то не так. Я в компании солдат прихожу в актовый зал школы, где уже стояла толпа учеников. Казалось, что абсолютно все томились в этом душном зале, выжидая какого то объявления. Стражники приказывают разойтись, пропуская меня вперед. Ученики фыркая отходят в стороны, создавая пустой коридор, пуская меня в центр. На возвышении стояла мама, которая почти незаметно махнула мне рукой. Я нерешительно поднимаюсь по ступенькам, где застаю не только Реббеку, но и директора школы вместе с советниками Цитадели. — Господа. Для меня большая честь представить Вам мою дочь. Вики. — мама приобнимает меня за плечи, подталкивая к ангелам. Все собравшиеся одобрительно закивали, начали перешептываться, что то с интересом обсуждая. — Нам жаль, что на столь прекрасную девушку напало чудище, и никто не смог защитить Вас. Впредь небеса будут серьезнее относиться к этому. — один из мужчин шагнул мне навстречу, от чего я интуитивно попятилась. По спине бегал холод от несправедливости, от злости. Мама всё им рассказала, но утаила главную часть рассказала — Люцифера. И то, как он спас меня. Ученики загалдели в нетерпении узнать зачем их здесь собрали. И вот, мама выходит в центр, за руку вытаскивая меня следом за собой. В толпе стояли Дино с Мими, около стены стоял Люцифер, который теперь с интересом разглядывал меня. Всё было неестественно и как-то неправильно. — Дорогие ученики. Небеса до последнего не хотели сообщать об участившихся случаях нападения заключенных Ада, пока жертвой чудища не стала моя дочь. — женщина, дотрагивается до моей спины, вынуждая еще больше выйти вперед. Её слова как бред сумасшедшего не приживались в моем сознании. Но я стояла и лишь смотрела на Люцифера. — Эти жестокие нападения сулят о том, что Ад не справляется с поставленной задачей. На основании этого Небеса приняли решение, отстранить Сатану от всех его обязанностей. — говорит мама, когда в актовом зале поднимается волна ругающихся дьяволов. Я обернулась в сторону мамы, с ужасом не веря её словам. — С сегодняшнего дня, каждая комната и каждый дьявол будет допрошен и обыскан. Любое препятствие обыску и опросу будет рассчитываться как прямое причастие к происходящему. Поэтому в ваших же интересах пойти нам навстречу. — говорит ангел, не переставая победно улыбаться. Эта грязная победа, которая досталась ей из-за меня, буквально вводила её в восторг. В зале был ор, мат, свист. Я смотрела на мать, когда от безвыходности по щекам потекли слезы. Я не верила ушам и собственным глазам. Может это сон? Я вглядывалась в толпу учеников где ошарашенная Мими уставилась в одну точку, где Сэмми что то орал в сторону ангелов, а Ости гладила Люцифера, который безучастно стоял. Он не двигался, лишь смотрел на меня. — Я знаю что вы огорчены, но совет принял еще одно важное решение. С сегодняшнего дня запрещается любой контакт ангела и демона. Под запретом не только общение, отношения, но и нахождение в одном помещении помимо коридора и актового зала. — последний удар, попадающий в самое сердце. Разъяренную толпу начинают выводить стражи из зала. — Мама?! — я в ярости поворачиваюсь к ней. — Что это значит? — я кричу, не замечая как все больше и больше слезы застилают глаза. Я выбегаю из зала, где еще минуту назад была толпа. Сейчас здесь остались лишь отголоски криков, топот. Стоя в коридоре, рядом с лестницей, в полном одиночестве, я чувствую как меня разрывает на части. Реббека почти следом вылетает за мной. — А что ты так возмущена? Из-за того что не сможешь спать с этим Люцифером? При всех советниках меня опозорить вздумала? — мама срывается в яростный шепот. — Ты ведь видела, что он спас меня. Я жива только благодаря ему. Почему ты вечно врешь?! — мой крик заполняет коридор. Но вот, я чувствую его энергию где то рядом. Становится чуточку легче, однако сильная пощечина возвращает меня в суровую реальность. Щека горела, я грохнулась на колени. И вот я вновь остаюсь в коридоре один на один с собой, после того как мама стуча каблуками уходит обратно в зал. — Вики. — Люцифер выходит из-за поворота. Я знаю что он слышал всё о чем мы говорили с матерью, но я также знаю насколько он зол, разъярен. Я чувствовала его полыхающую энергию которая была готова сжечь кого угодно за считанные секунды. Весь мир на секунду погрузился в тишину. В ушах звенело, а в глазах мелькали звездочки, от чего казалось, что я с минуты на минуту потеряю сознание. Я, прямо на коленях, сидела посреди школы на холодном кафеле. От того что я упала, некоторые участки кожи покрылись ссадинами, а где то слазила кожа и выступала болезненная краснота, щека от пощечины тоже горела. Люцифер стоял надо мной. Я не смотрела в его глаза, всеми способами избегала, пока он не поднял меня с пола. Одним легким, невесомым движением дьявол поставил меня обратно на ноги. Он молчал, хотя хотел орать. Из уголков глаз потекли слезы, от несправедливости, от того что уже ничего нельзя было изменить. Я опрокинула голову назад стараясь остановить соленые капли, однако все было тщетно. Дьявол поедал меня глазами. Но я не чувствовала ненависти или злости, лишь сожаление. Его безупречное лицо, было расслабленным и лишь желваки говорили об обратном. Он до сих пор молчал. Лучше бы он крушил все на своем пути, кричал, но молчание словно равнодушие, убивало беззвучно. Мы стояли с минуту, когда Люцифер развернулся и зашагал прочь. Я стояла, в надежде что он обернется, скажет хоть что нибудь. — Черт. Черт. Черт. — быстро смахнув слезы, я пошла за ним. Опрокинув всю свою гордость и принципы, я пошла следом. Люцифер петлял по школе, каким то образом открывал двери которые всегда были заперты, однако сейчас мы оказались в заброшенном актовом зале. Кажется это был вовсе не зал, а оранжерея. Всё здесь покрыто мхом и зеленью, даже деревья сумели прорасти сквозь плитку на полу. Люцифер проходит в глубь, где стояли кресла, а затем садится в одно из них. Я сажусь рядом, словно приведение притворяясь что меня не существует. — Будешь? — демон достает ажурную стальную фляжку из внутреннего кармана пиджака. Киваю, следом забирая выпивку. Люцифер закуривает сигарету, и кажется словно ему абсолютно все равно на недавние известия об его отце. Терпкий алкоголь заполнил рот. Хотелось напиться до беспамятства, чтобы совсем ничего не чувствовать. — Когда я только попала на небеса, я даже представить не могла кем стала моя мама. Мне всегда хотелось вновь стать близким для неё человеком, хотелось чтобы она гордилась мной, смотрела на меня, не так как на остальных. — я отпиваю из фляжки еще немного, а после закидываю ноги на впереди стоящее кресло. — Но от остальных, я ничем не отличалась, поэтому Реббека решила, что я будучи ангелом, смогу хоть как-то удовлетворить её желаниям. Она насильно сделала меня ангелом, а затем исчезла из моей жизни. — говорю я, замечая как Люцифер внимательно меня слушает. Он морщился, словно переживал за меня и мысленно осуждал мою мать. — И несмотря на то, что она исчезла, я чувствовала её влияние. Мама мерещилась мне везде, она появлялась в моих снах, и казалось что я буквально схожу с ума. Она пыталась контролировать меня, забирая себе мою свободу. — Зачем ты мне это рассказываешь? — Люцифер поднял брови, его лицо исказилось неприязнью. — Я не хочу, чтобы её контроль смог забрать твою свободу. Ты, Люцифер, не такой как остальные. Ты по настоящему свободен, и я искренне тебе завидую. — я касаюсь его руки, которая сильно сжималась в кулак. — Ты меня не знаешь. — он резко выдергивает свою руку, нервно заглатывая в себя остатки алкоголя. — С чего ты взяла что я свободен? — Ты прав, я не знаю тебя. Но рядом с тобой я чувствую себя свободно, как птица. Как бабочка. — я смотрю на демона, который удивленно на меня уставился. Это удивление переходящее в ужас, читалось в его округлившихся глазах. — Не говори о том чего не знаешь, Вики. — Люцифер встает, шустро поправляет рубашку, а после, подходит к потрескавшимся окнам. Я встаю следом, втискиваюсь между Люцифером и стеком. Мне не хотелось оставаться наедине с собой. — Я не причастна к тому, что говорила Реббека. Это я и хотела сказать. — касаюсь его плеч, глядя прямо в глаза. Люцифер беззвучно усмехается. — Я знаю, но не понимаю почему ты оправдываешься передо мной? Разве я просил? — демон засовывает руки в карманы, от чего я участвовала в его плечах еще большее напряжение. Честно говоря я и сама не понимаю зачем я оправдываюсь перед ним, чего я хочу этим добиться. — Если моё откровение для тебя лишь оправдание, то мне тут делать нечего. — я начинаю уходить, от чего то на душе стало так противно и омерзительно, как будто я ожидала от Люцифера совершенно другого. Но демон останавливает меня, ухватывается за мой локоть и аккуратно возвращает обратно на место. Он навис надо мной во всей своей дьявольской красе, вжимая меня в узорчатое витражом стекло. По спине побежал холод, а дыхание почти что исчезло. Я потеряв всю прежнюю решительность, смотрела себе под ноги, хотя знала наверняка, почти что чувствовала, как он пронизывает меня своими чертовыми глазами. — Ты пошла за мной, чтобы уйти прямо сейчас? — дьявол приподнимает мой подбородок указательным пальцем, от чего прятаться больше было некуда. Мужчина довольно улыбался, поощренный моей покорностью. Он бегал глазами по моему лицу, словно запоминал каждый сантиметр. Останавливался на губах, шее, щеках, от чего я неосознанно глубоко вздыхаю. — Не буду скрывать, я рад, что ты здесь. — шепчет Люцифер, приблизившись к моему уху. Он прижался настолько сильно, что стекла за моей спиной издали неприятный скрежет. Моя грудь касалась его тела, я ощущала его напряжение, а вместе с тем свое возбуждение. От этой интимной близости по всему животу порхали бабочки а в горле пересыхало. Я выгибаю поясницу, подаваясь телом ему навстречу. Дьявол медленно прикрывает глаза в наслаждении этой близости. Удивительно видеть его таким умиротворенным, ведь Люциферу обязательно нужно контролировать всех и всё. — Что теперь будет с Адом? — я касаюсь ладонями его груди. Не буду скрывать, я бы с удовольствием полюбовалась его обнаженным телом, скрываемое под одеждой. — А с тобой что будет? — мужчина открывает глаза, с удушающей, плохо скрываемой похотью. — Со мной? — я смеюсь, вопросительно заглядывая в его глаза. — Нам ведь теперь нельзя видеться где то вне кабинета. Разве ты не будешь скучать? — демон усмехается, прежде чем не давая мне ни секунды, открывает от пола. Люцифер удерживал мои бедра, вынуждая обвить его талию ногами. Я оказалась с ним на одном уровне, и теперь смотрела прямо в глаза. Скрещиваю руки на его шее, изучая его меняющуюся мимику. Мужчина чуть погодя, возвращается обратно к бархатным сидениям, затем садится, усаживая меня поверх себя самого. Я чувствовала упирающийся в меня член, от чего было невыносимо неловко и одновременно приятно. Дьявол следил за мной, он видел моё смущение, удовольствие, знал что может сделать мне приятно одним своим взглядом. Разве он мог не знать? — Скучать? По тебе? — я откидываю голову назад, скрываясь от его пронзительных глаз. Мужчина гладил мои бедра, нежно касался кончиками пальцев поясницы и талии, я же упираюсь в его плечи ладонями, сохраняя оставшееся между нами расстояние. — Ты так старательно прячешь от меня свой взгляд. Это чертовски завораживает, Уокер. — Люцифер выпускает свой фирменный смешок. И вот, его рука оказывается на моей шее, он осторожно притягивает меня к себе. Его губы жадно впиваются в мои, языки тут же встречаются, от чего воздуха почти не оставалось. Я сжимаю бедра, ощущая как всё нижнее бельё становится полностью влажным. Демон покусывал мои губы, проходился по ним мокрым языком, словно извиняясь, а затем снова находил мой язык. Касаюсь его шеи, лица, запускаю руки в его волосы и под рубашку. Люцифер отстраняется, медленно переходя на шею. Посасывающие движения, мокрый язык, все сводило с ума. Мужчина покрывал всю шею сладкими до одури поцелуями. — Люцифер, разве я смогу не скучать? — я смеюсь задыхаясь от собственных слов. — Когда то смогла и сейчас сможешь. — демон возвращается к губам, бесцеремонно проникая языком. — В каком смысле? — я отворачиваюсь, останавливая его. — Просто к слову пришлось. — он улыбается, заправляя волосы мне за ухо. Я притворилась, что пропустила его слова мимо ушей, хотя я знаю наверняка, что Люцифер никогда не говорит пустых слов. Расстегиваю его рубашку, а после начинаю целовать его шею, ключицы, голую грудь усыпанную татуировками. Его накаченный пресс, и тело словно восковое идеального сложения, формы. Я кусаю его сладковатую кожу в области шеи, оттягиваю её, пока не слышу тугой вздох. Всё происходящее, прямо в заброшенном зале школы, где с потолка свисают длинные вьющиеся растения, где царила тишина и покой, мы казались самыми счастливыми на свете. Впервые я участвовала, что Люцифер спокоен, а его душа наконец по настоящему нашла умиротворение. — Вики. Постой. — демон ухватывает мои ладошки, как бы останавливая. Его голос обрел стальное звучание, от чего стало не по себе. — Знаешь, я не хочу. — он выдавливает из себя, словно перед казнью. — Не хочешь, что? — я переспрашиваю, в непонимании о чем он. Люцифер вдруг резко встает, ставит меня на дрожащие ноги, а сам подходит к закрытому шкафу и достает оттуда новую бутылку алкоголя. — Не хочу трахаться, ебаться, заниматься сексом. Как еще сказать? — демон, резко поменявшийся в лице, теперь жадно отпивал содержимое бутылки. Я стояла, вся растрепанная, подавленная и до сих пор не понимающая. Чувствую как ноги подрагивают и как стоять от этого становилось все сложнее. — Какого…? — я закрываю лицо руками, теперь пряча слезы. Он делает меня не только свободной, но и ранимой. Я понимаю, что начинаю зависеть от него напрямую или косвенно, но его настроение влияет на меня. — Такого. Я хочу, чтобы ты ушла. И как сказала твоя мать, я хочу, чтобы мы никогда больше не пересекались. — мужчина достает сигарету, прикуривает. — Ты, сукин сын, какого черта себе позволяешь?! — мой голос срывается на крик, я в порыве подхожу и вырываю из его рук бутылку. — Эта херня твоя свобода? Или ты пытаешься напиться и забыть всё дерьмо которое ты творишь по отношению к другим? — я отшвыриваю бутылку. Та с грохотом разбивается, осколки разлетаются повсюду. Еще минуту назад я сидела на его коленях, а сейчас происходит это. — Это ты так злишься от того, что я тебя не захотел? — Люцифер усмехается, протирая глаза пальцами. Он знал как сделать мне приятно, знал как вознести меня к небесам, и точно знал как утащить меня в пекло Ада. — Знаешь, даже хорошо, что всё закончилось на этом. Было бы печально если бы мой первый раз, был с тобой. — я тоскливо улыбаюсь, поправляю волосы и платье. Люцифер старался не показывать эмоций, но я видела его насквозь. Знала что он в замешательстве и что удивлён. — Прощай. Люцифер. — я гордо подняв голову выхожу из зала. А за пределами этого зала, меня накрывает безумие. Слезы ручьем покатились с щёк. Внутри все горело, кипело, разрывалось. Я не видела куда иду из-за истерики. Даже сердце мучительно закололо, а в висках отдавалось болью.